Сестры. Жизнь не в унисон. ТАЯ

                1

   
     Когда Марина выходила замуж, Тая плакала, сама не зная почему. Было красиво, необычайно торжественно, знакомые лица преобразились, невеста словно  светилась.
Прошло полтора года.

 Зимним  днём    Тая   с подругой  возвращались из  школы, обсуждая  важную   тему.  Девушки  не успели  доспорить, поэтому  Тая позвала подругу к   себе.   Уединившись  в  скромной, без  набора  косметических    средств  ванной,  девушки  продолжали  доказывать друг дружке   свою правоту.  Кира, отчаянно кося глазами,  втолковывала Тае, что девушка  не должна наряжаться и   кокетничать, чтобы понравиться парню:
-  Надо становиться личностью! - горячилась  Кира.
- Я не думаю, что быть красивой - это преступление, -защищалась Тая, -  я  люблю красиво одеваться,  если  это возможно.  Когда я стану самостоятельной, то куплю себе много модных  платьев!
- И таким способом   ты хочешь привлечь  к себе хорошего человека?  Сомневаюсь!  Тая,  это ужасно, если мы не встретим  свою  половинку!

Приближалось  31 января,   день,  когда   школа   ежегодно открывала    двери   бывшим  выпускникам.      Десятиклассницы Тая и Кира горячо  обсуждали,  во что одеться, как  держаться,  кого пригласить.
Школа  до сих пор не изжила      прошлого,  когда    была женской  гимназией, и по сию пору  мальчиков  в школе  было  меньшинство, поэтому   старшеклассницам  разрешили    привести     знакомых. 
Когда  Мария,   Таисина  тётя     изъявила желание посетить школу, в которой училась,    племянница  поинтересовалась:   
-  Кого ты хочешь  пригласить?  Мне вот некого…
- Увидишь, - таинственно произнесла   незамужняя  тридцатипятилетняя тётя Маня,  от лукавой   улыбки  став совсем   юной. 

Тая и тетя Маня  приблизились к трёхэтажному  компактному зданию  школы, издали заметив  оживление у входа.   
В коридорах  выпускники   группировались  возле  своих  классов.   
- Вот  и я,  с  транспортом  были  проблемы! -    раскрасневшаяся  Кира в голубом  платье подошла к подруге. 
- Молодец, хорошо  выглядишь! -   улыбнулась  Тая.   
К  ним не спеша  приблизился мужчина в парадном костюме,  блеск серебристой  ткани  обволакивал шармом фигуру  гостя.
- Мария, здравствуй, рад нашей встрече  в стенах  родной школы,  - у  гостя   была особенность   растягивать   слова.   
-  Юра!  спасибо, что пришёл, -  оживилась  тетя Маня, -  Знакомься, это моя племянница Таисия.  Тая, это   Юрий  Минаев, композитор и   руководитель нашего хора.
Минаев изящно поклонился, улыбка сделала  его лобастое лицо  более  привлекательным.
     Когда  наверху   раздались  энергичные   удары  барабана, и  народ потянулся  в зал,   тетя Маня,  вдруг охнув,   сказала, что   ей необходимо  вернуться  домой.  По  правде  говоря,    ей сильно  жали новые   туфли,  но она  не хотела признаться  в этом и сослалась   на неотложные   дела.
    Ансамбль   из четырёх музыкантов с энтузиазмом исполнял популярные  мелодии,  в зале   уже танцевали первые  пары,  гости  сгрудились  у дверей.   Хотя многие девушки  пришли со своими парнями,   все же  чувствовалась  явная  нехватка   партнёров. 
К Тае  подошел Минаев:
-  Разрешите, - слегка   поклонился он.
Она кивнула,  устремилась вперед.   Движения партнёра   были  уверенными  и ритмичными, танцевать с ним оказалось  легко.  На  этой волне композитор  повёл  себя более  раскованно:
-  Вы  очень хорошо  чувствуете ритм,  и   вы вполне   современная девушка,  по сравнению с   вашей тётушкой,  - промурлыкал   Минаев.
Тая  не нашлась,  что ответить человеку, который сказал ей комплимент,  задев при этом  тетю  Маню.
Когда вальс отзвучал, и партнёр доставил девушку на место, одноклассницы  набросились  на Таю:
-  Кто это, с кем ты танцевала?
-  Он  старый!
-  Он тебе не пара!
-  Не думала, что у тебя может быть такой друг! -
- Он  очень  талантливый  композитор,   друг моей тёти, а вовсе не мой,   - как можно спокойнее   отвечала  она,  ища глазами  Киру. Подруга приблизилась, объяснив, что поговорила с одной знакомой.
Почувствовав  критический  настрой   общества,  Минаев следующие  танцы  танцевал с   другими девушками и только на  польку пригласил  Таю.
 Когда  народ стал расходиться,  Минаев  галантно  произнёс:
-  Я провожу вас!
 Артистичная   манера поведения  так и проглядывала в каждом  жесте композитора.
-  Я  пойду с  подругой, - Тая  оперлась на  кирино  плечо.
-  Отлично,  я провожу  вас  обеих.
Вечером у  Таи  было приподнятое  настроение, вспоминались  музыка, танцы,  взгляды окружающих.  Впереди так много яркого, неизведанного!



***

Окончив школу, Тая  согласно семейным традициям, поступила в музыкальное училище.   Однажды сентябрьским днем она,  достигнув парка,  решила пройтись по аллеям, хотя обычно  выбирала другой  путь. Дубы и клены, едва тронутые желтизной, нависли над клумбами, цветочный узор  которых напоминал латышские    орнаменты.   
Посетители парка  поглядывали на тоненькую девушку,  которая, казалось, вот-вот переломится под тяжестью виолончели.  У Бастионной горки  Тая  остановилась, разглядывая   фонтан,  бьющий из середины  городского канала.
- Здравствуйте, Тая, - услышала она за спиной мужской голос, растягивающий  слова.  Оглянувшись, девушка увидела широкое  лицо Минаева.
- Я  безумно рад встрече! Позвольте,  я  вас провожу. Могу я        понести  ваш инструмент?
Она покачала головой. 
- Я порывался  вам позвонить, неоднократно брал  трубку, но останавливался,  понимая, что ваша мама примет меня в штыки. Мария  сказала мне  о вашем  поступлении.  Как  дела   в училище,   Тая?
- Я посещаю только музыкальные предметы. С нового года буду играть в студенческом оркестре.
- Я очень рад за вас. Тая, я хочу пригласить  вас на мой концерт. Вот, - Минаев достал из нагрудного кармана сложенный вдвое   пригласительный билет и вручил его юной виолончелистке.
-  Когда это будет?
- Двадцать четвертого сентября в здании Малой гильдии. Приходите обязательно, мне очень важно услышать ваше мнение,
Они достигли  таиного дома, в прощальном поклоне композитор выразил своё  восхищение.
    Вечером  Таю  вновь охватил  вихрь  сумбурных мыслей,  надежд.




***

С   третьего ряда  отлично  был  виден     черный  рояль   и за ним  -   автор, исполняющий  сонату.
Первая часть,  аллегро, ведомая чередой  современных аккордов    рождала  ряд визуальных  ассоциаций. Перед мысленным взором Таи проплывали   изумрудные равнины,   осенние  леса, откуда вдруг с гомоном вылетала птичья стая,  взмывая в небо и пронизывая облака,  причудливо нагромождённые у  горизонта.   
Слушая  анданте второй  части,  Тая представляла себе гирлянды из виноградных  гроздьев и листьев,    узоры        цветов,  с  восклицательными  знаками  гладиолусов,  совсем  как в  букетах, которые  несут в школу первоклассники.   
Финал  сонаты с первых же тактов  вовлек  в танцевальный  ритм, казалось, деревенские пары в грубых   башмаках весело  выделывают незамысловатые  па,   потом припадают к   кружке  доброго пива.
 После короткого антракта   певица  в бархатном  платье в пол   исполнила  цикл романсов для меццо-сопрано.  Композитор за роялем  внимательно вёл    солистку, поддерживал её пение чёткими аккордами, кое-где украшая музыкальную  ткань кружевными  арпеджио.

Раскланиваясь, Минаев пристально  посмотрел на Таю. Ей было приятно  внимание  композитора и в то же время охватило смущение.
Когда    аплодисменты смолкли,  Тая  не пошла за кулисы, а   влилась в поток публики, медленно текущей  в гардероб.  Там  уже находился автор  в окружении двух женщин.
- Тая, куда  вы запропастились? – он протянул руки  к ней.  Её  снова охватил прилив неуверенности  в себе, ведь  на них  смотрели. 
Композитор и девушка вышли на улицу.  Город сиял,  в мокром асфальте улиц   отражались лучи   фонарей,  освещенные  окна создавали  впечатляющую   мозаику. 
-  Что скажете,  Таисия? – Минаев крепко взял девушку  за локоть.
- Мне очень понравилось!
- А подробнее, что понравилось? – не унимался  он. - Вот что, давайте заглянем в кафе,   там  и  поговорим.
Тая знала, что ее ждут дома, но обаяние талантливого человека,  музыку которого  она только что услышала, оказалось сильнее  привычки к   правильному  распорядку  дня.
В небольшом помещении  Минаев оказался  так  близко от  Таи,  что ей стало  жарко. 
- Расскажите о себе, - мягко попросил он. 
 Она призналась, что пока не пережила ничего примечательного.  Он понимающе  кивнул.
Минаев знал о пуританских нравах, царящих в  этой семье, ведь  десять лет назад из-за  запрета родителей  Мария, талантливая певица  с   ангельским   голосом    отдалилась от композитора.  Теперь   напротив него  находилась   племянница той,   которую он ранее  любил. 
Не  сводя  пристального взгляда с  девушки,    он  предложил:
-  Вот что, Тая. Я хочу, чтобы ваша жизнь стала интереснее. Давайте каждую субботу ходить  куда-нибудь:   на концерт, в оперу или     театр, согласны?
Она  была рада такой перспективе.


***


Тая и Минаев шли вдоль ярко освещенных улиц.  Она в плаще,  с неизменной прической  «конский хвост»  и   он в черном кашемировом пальто. 
- Юра, спасибо, что пригласили  меня. Я давно не слышала такого вдохновенного исполнения концерта Дворжака.
- Пожалуйста,  я рад   вам услужить.  В следующую субботу  будет смешанный  концерт:   моя  оратория   и два  опуса коллег.  Сольный концерт  придётся  долго  ждать.   В Союзе композиторов составлен график  на  год.  Некоторые композиторы выступают часто,  другие  ждут не дождутся своей очереди. И дело тут даже не в таланте. Видишь ли,  в Латвии латыши любят только свое искусство и продвигают естественно только  своих. Русским здесь трудновато. Латыши считают: пусть едут к себе домой, там им места хватит.
- Но ведь вы местный!
- Руководству наплевать!  Когда говоришь с ними по-латышски,  они сразу  расцветают. Но если подашь заявку на концерт, то окажешься  в очереди  последним:  фамилия-то   у меня русская!
-  А  вы  Москве   показывали свои работы?
- Да, там меня поддержали, похвалили,  даже издали мои романсы. Но конкуренция там огромная!  Пробиться  очень  трудно. Вот  такие   дела.
Тае было  интересно с Минаевым, ей  льстило его внимание.   Была ли она влюблена в него,   она и сама не знала.


Когда дочь после   концерта   вернулась  сияющая, мать не придала этому особого значения. Но теперь каждую субботу, принарядившись,   Тая  упорхала  куда-то.   Мать  встревожилась:
- С кем ты  ходишь  на концерты?   
- С  композитором  Юрием  Минаевым, между прочим, он знакомый тёти  Мани. 
- Юрий  Минаев? Он тебе  по возрасту не подходит, -  нахмурилась  мать.
- Вечно ты  не довольна! -  воскликнула дочь, - я уже не маленькая  и сама могу выбирать себе друзей!-  Тая  выскочила на лестницу, мать  с трудом уговорила её вернуться домой.

Татьяна   Алексеевна забила тревогу:  дочь  совсем девчонка, не наделала бы глупостей.   Мать бросилась к тете Мане.
- Манечка, здравствуй.  Как  дела? Все здоровы?
- Да.  А у вас?
- Тоже. Меня вот что волнует:  Тая  подружилась с композитором Минаевым. Что это за человек?
Тетя Маня опустила глаза. Она относилась к Юрию  как к хорошему музыканту, профессионалу,  он руководил хором,  сочинял музыку, но скрывать правду не имело смысла. И она поведала Татьяне Алексеевне о том, что говорили хористки.  У  Минаева  было много увлечений, в основном из артистического мира. Но потом он остепенился и даже, говорят,  женился.
- Так значит, он женат? Я что-то в этом роде предполагала, - воскликнула мать.
- Ну, может быть,  он сейчас развелся, я точно не знаю, -  тетя Маня чувствовала себя крайне  неловко,  -  ты поговори с Таей, предупреди ее, чтобы она держала себя в руках.
- Спасибо, я пойду, передай привет родителям, - озабоченная Татьяна Алексеевна по дороге домой думала о том, как  разговаривать с  дочерью.   
Во время обеда  мать сказала Тае:
- Завтра суббота, ты снова пойдешь с Минаевым на какой-то концерт?
- Я точно не знаю, - улыбнулась дочь, не подозревая, что тучи сгустились над ее головой.
- Я недавно встретила тетю Маню, и она сказала мне, что, ну, одним словом…
- Говори, не тяни,
-  Она сказала, что у Минаева   было много увлечений…
- Это ничего не значит, -  слезы послышались в голосе девушки.
- Таисия, успокойся, я  просто пересказываю то, что сказала тетя Маня, и еще она говорит, что композитор женат, - мать решила высказать всё сразу.
Тая  убежала к себе, через некоторое время послышались звуки виолончели. Только музыка могла выразить ту печаль, которая охватила девушку. Зачем мама   говорит о нем, как о преступнике, ведь он музыкант, увлекающийся человек…
Она  не поверила,  что у него  есть   жена.
 
Когда Минаев и его спутница  остановились возле  дома, Минаев  признался, что   любит ее. Его поцелуи становились  всё настойчивее. У Таи  голова  шла кругом.
Минаев  привык к скоротечным романам, но теперь все было по-другому. Он встретил чистую,   способную на глубокое чувство девушку,  которая занимала все его  мысли.    ради  неё    он   был  готов   на многое.
-   Я не хочу расставаться с тобой! – шептал  он.
Тая  таяла  от блаженства. Юрий с трудом отпустил её  домой.



***
Вошла мать.
- Тая, тебе письмо!
Девушка  взяла конверт,  на котором   крупно  был выведен  её  адрес и имя.  «От кого бы это?»
Прочитала и ничего не поняла, подступило  чувство  нереальности,  пришлось перечитать послание. 
«Таисия!  Я решилась написать вам, потому что нет сил  больше терпеть.  Нам нужно поговорить. Вы очень любите Юрия?    Приходите завтра  в парк к   Бастионной  горке  в 12.   Валентина.»
Значит, мать  не соврала. Но почему, за что   это? Тая  места себе не находила. Она позвонила композитору  и попросила прийти.   
Юрий появился,  запыхавшись.
- Прости, я немного опоздал. Может быть, прогуляемся,  посетим выставку? Что с тобой?
Они  стояли  на перекрестке   двух тихих улиц,  усыпанных осенними  листьями.
Тая  протянула композитору письмо. Юрий помолчал,  увлек девушку в парк. И рассказал ей свою историю.

С Валентиной он знаком давно. Молодая  медсестра  ухаживала за прикованной  к постели матерью композитора. Скромная    услужливая  девушка понравилась  Юрию. Когда матери  не стало,  чтобы заполнить душевную пустоту,  он попросил Валентину пожить у него. Она была счастлива.    Оформить отношения он не торопился, и теперь рад этому…
- Она твоя  жена,  -  сурово сказала Тая.
- Гражданская. Пойми, у нас нет духовной близости, она не понимает мою  музыку! Я пытался сказать Вале, что пора  разъехаться, но она только плакала, просила не выгонять ее.   Теперь я твердо решил сказать ей всю правду,  что женюсь  на тебе. Ты принимаешь мое предложение?
Тая  с трудом разлепила губы:
-  Не знаю.


 Тая  оказалась в нерешительности, растерянность царила во всех  её  мыслях. Будущее казалось неясным.  Выйти замуж за Юру?  Предположим…  Но как тогда   быть с  Валей?  Жалко её… Она  рассказала матери  о сложившейся ситуации.
- Успокойся, я знаю, что надо делать. Тебе надо уехать. Я сама с ним поговорю.
-   Он меня любит, он  сделал мне предложение!
- Тебе восемнадцать, он вдвое старше. Ты должна  пообещать, что некоторое  время не будешь встречаться с ним.
-  Но он будет звонить! стоять у дома…  Что делать?    Эта женщина    у него дома! - поток слез хлынул из глаз.
- Тебе надо уехать! – повторила   мать.
- Куда, мама? Я не хочу уезжать!
- Ты поедешь к сестре в Ленинград, это единственно правильное  решение. Будешь там учиться, я сейчас же пойду звонить Марине.  Неужели ты хочешь  связать судьбу  с   ненадёжным  человеком? 
 
На почте мать заказала междугородний разговор и обрушила на Марину рижские новости.
Марина конечно была бы не против  приютить сестру, но понимала, что свекровь  не потерпит такого варианта.
- Вот что, Мариша, сходи, пожалуйста,  к тете Кисе, мы с тобой были у неё,  помнишь адрес?
- Это питерская тетушка, жена дяди Павла,  c  улицы Салтыкова- Щедрина?
- Да,  я надеюсь, что она согласится принять Таисию.
- Постой, но ведь тетя Киса… ты же говорила, что она глухая!
- Ну,  у неё  есть слуховой аппарат,  преданная  домработница, которая всё делает. В общем,  ты сходи и поговори.



***

Ленинград встретил Таю  классическими  ритмами: дома выстроились в гвардейские шеренги, ансамбли зданий демонстрировали  безукоризненность колоннад.
Старшая сестра сочувственно  смотрела  на худенькую девочку с огромными глазами: неужели  с  ней это случилось: любовь,   предложение  руки и сердца,  появление  разлучницы…
- Я буду жить у тети Кисы? - тихо спросила Тая.
- Да. Она очень добрая, только несчастная, представляешь, всех близких потеряла, на этой почве  оглохла. Не бойся, всё уладится.
- Лучше    жить у тебя, -  глаза младшей сестры  наполнились слезами.
- Я живу с Климом  в квартире свекрови,  понимаешь, я не имею  права  решать.
Они миновали знаменитый Аничков мост, вышли на    Литейный проспект.
Марина  проводила  сестренку  до дома тётушки.

***

Квартира тети Кисы –  Ксении Лемишевской   напоминала музей. Мебель, картины, вазы,   а также  украшения  были приобретены первым мужем Ксении, инженером КВЖД  на  Дальнем  Востоке  у бегущей из страны интеллигенции. Коллекция спасла овдовевшую тётю Кису  от превратностей  судьбы.  С  Павлом Викторовичем, вторым  мужем, который приходился   дядей Татьяне Алексеевне,   Ксения  прожила десять счастливых лет, пока   война фурией не  ворвалась  в  семью, отняв  мужа и  сына, пропавшего  без  вести в 43-м году.  Хрупкий  организм Ксении  не выдержал потрясения, она слегла,  после сильного   отита   потеряла слух.
Выжить  помогла  домработница  Клавдия.  Она  не только выполняла всю домашнюю работу, но утешала, советовала,  находила покупателей антиквариата.   
Постепенно у Ксении   появился  интерес к жизни: она не прочь была принарядиться, обожала устраивать праздники. Но из дома  не выходила, боясь  попасть в какую- то передрягу. 
Разговаривать с ней было проблематично. Если Ксении не понравилась  тема  разговора,  то  пожилая дама,   пощелкивая  пальцами  по слуховому  аппарату,   уверяла, что тот вышел из строя.       
Обладая сильным характером, она  могла высказать любому человеку  всё,  что она о нём  думает, не боясь последствий. 
Когда в квартире на улице Салтыкова-Щедрина  появилась Тая,  тетушка,  прежде всего,  позаботилась о  внешнем облике девушки,  дав поручение  Клаве  приобрести  платья, обувь,  аксессуары.  Тае пришлось на время стать моделью, перемерив груду вещей. Когда девушка  была «упакована» с головы до ног,  тетка настояла, чтобы Тае прокололи мочки, и в ушах девушки  засверкали  антикварные  сережки.  В нарядной   модной особе  трудно было узнать прибывшего из Риги «гадкого утенка».
Тётя учила её  готовить,    причем настаивала на  калорийной пище для девушки, сама же ела фрукты и сыр. Перед сном она делилась  воспоминаниями о своей молодости, о мужьях.

   Нагруженная уроками и упражнениями по специальности - в ленинградском музыкальном училище требования были на порядок выше рижских - Тая  перестала думать о   Юрии. 

В первый день после переезда  Тая отправила Юрию письмо, в котором сообщила, что теперь будет жить и  учиться в Ленинграде,  у нее очень серьезная программа, и в Ригу она  может приехать только  на каникулах.  «Разлука будет проверкой наших  чувств»,-  добавила она  книжную  фразу  и   отослала  письмо  без  обратного  адреса.

Однажды вечером, когда тётя Киса с  внучатой  племянницей уютно устроились у    журнального столика, собираясь разложить  пасьянс,  у входной двери прозвенел  требовательный     звонок.
-  Ты кого-нибудь  ожидаешь? - насторожилась тетя Киса.
Покачав  головой, Тая   медленно  направилась  к  двери:
- Кто там?-  спросила  она    напряжённо.
-  Это Юрий, Юрий Минаев,- раздался   приглушённый  голос.
- Кто  пришёл?-   закричала  тетушка.
- Это ко мне,  я открою, -   Тая  с трудом отодвинула засов, скинула  двойную   цепочку.
Композитор     стоял у порога.
- Здравствуй, Таисия!
-  Как ты меня нашел?   
Минаев протянул  руки  - обнять, но девушка отступила, чуть не сбив с ног подоспевшую   тётю Кису.
- Так, давай сюда твоего знакомого, я хочу посмотреть на него. Проходите,  стоп! Встаньте  здесь у лампы!  - скомандовала  тетя Киса опешившему  Минаеву.
-  Я должен  поговорить с Таей!
- А вы ей кто?
- Я её жених.
-  Она  не говорила, что у нее есть жених! -  Тетя Киса строго посмотрела на    Таю.  - Ладно,  сейчас во всем разберемся.
- Я хочу  поговорить со своей  невестой, я приехал для  этого,   - настаивал   Минаев.
- Сейчас уже поздно, приходите завтра, - отрезала тетушка. - Таисия, проводи гостя.
Тая  шепнула Минаеву:
- Жди меня завтра   в два часа  у дома,  хорошо? 

Когда  все запоры  оказались на месте,  тетя Киса подступила к девушке:
- Ну, выкладывай, что у тебя было с этим типом? И не думай запираться!
Тая с запинками  рассказала  о  концертах, прогулках и беседах,    о намерении  композитора жениться.  Пришлось сказать и о Валентине. Тетка рассвирепела:
-  И этот старый бабник посмел за тобой ухаживать?  Ах, он негодник! Гулял с девчонкой, а у самого баба в постели! И потом, скупой он, без подарка явился! Тебе замуж надо, но не за такого типа!
Тая   в полуобморочном состоянии   слушала  старую тетку,  моля про себя, чтобы та поскорее  оставила её в покое. Ужасно хотелось  плакать. Она  понимала, что  Юрий потерян навсегда,  он не простит унижения.  Какое  право  тётя имела так  поступить!

На следующий день Тая  была рассеянной, сидела на занятиях  как на иголках, посматривала на часы. Со звонком бросилась в гардероб. В два часа девушка с виолончелью  была  возле дома на Салтыкова - Щедрина, топталась на месте,   уминая ногами     свежевыпавший  снег.    Шли минуты,   Минаев не появлялся. Снег падал всё гуще, заметая тротуар и следы на нём.


Рецензии
Тётушка старомодная, но история вполне современная.

Лиа Ка   19.10.2017 21:32     Заявить о нарушении
Артисты, творческие личности влюбчивы по своей натуре, поэтому мать была совершенно права, изолируя дочь от ловеласа.

Ирина Качалова   11.11.2017 22:06   Заявить о нарушении