Три царевны подземного царства
В 1882 году Савва Мамонтов построил Донецкую каменноугольную железную дорогу. Кабинет правления нового предприятия меценат решил украсить картинами молодого талантливого художника Виктора Васнецова. В результате договорённости специально для Мамонтова Васнецов написал три работы: «Три царевны подземного царства», «Ковер-самолет» и «Битва скифов со славянами».
За основу картины «Три царевны подземного царства» взята сказка «Подземные царства». Полотно по замыслу автора должно было олицетворять богатство недр Донбасса. Но члены правления не приняли работу Васнецова. Они посчитали сказочную тему неуместной для служебного помещения.
В 1884 году Васнецов пишет ещё одну версию картины, немного меняя при этом композицию и колорит. Картину приобретает киевский коллекционер и меценат Иван Терещенко.В новой версии изменилось положение рук царевны каменного угля, теперь они лежали вдоль тела, что придало фигуре спокойствие и величавость.
Сын Мамонтова Всеволод вспоминал об этих картинах: «Первая картина должна была изображать далекое прошлое Донецкого края, вторая — сказочный способ передвижения и третья — царевен золота, драгоценных камней и каменного угля — символ богатства недр пробуждённого края».
Так одевались на Руси
Художник всегда был внимателен к истории и прежде, чем приступить к написанию картины внимательно изучал быт эпохи. Виктор Васнецов знал все тонкости костюмов. Двух старших царевен он одел в русские народные костюмы.
Золотая царевна изображена одетой в ферязь. Этот тип одежды с рукавами до пола, где есть прорези для рук, был распространён в допетровской России. На голове у нее коруна — головной убор, который могли носить только незамужние девушки (макушка оставалась открытой, что для семейной женщины было недопустимо). Обычно коруна была элементом свадебного наряда.
Царевна Драгоценных камней, как и Золотая царевна, одета в ферязь, под которой — длинная шелковая рубаха. На руках у нее опястья — элемент русского национального костюма, а на голове — невысокий венец.
Следует отметить, что на Руси старые девы не имели права на ношение одежды замужних женщин. Они плели косу как девушки, покрывали голову платком. Им запрещалось надевать кокошник, сороку, повойник, носить понёву. Ходить они могли лишь в белой рубахе, темном сарафане, нагруднике.
Орнамент на одежде многое мог рассказать о его владельце. Так, например, в Вологодской области, дерево изображалось на рубашках беременных женщин. Курицу вышивали на одежде замужних, белых лебедей — у незамужних девушек. Сарафан синего цвета носили незамужние девушки, готовящиеся к свадьбе или старушки. А вот, например, красный сарафан надевали те, кто только что вышел замуж. Чем больше времени прошло после свадьбы, тем меньше красного цвета женщина использовала в своей одежде.
Младшая царевна
Древнерусская красавица не могла появляться на людях с открытыми руками и непокрытой головой. Но младшая царевна на картине изображена в современном платье с короткими рукавами. Руки её обнажены. Это образ царевны Каменного угля — «черного золота», которое в то время обеспечивало движение поездов.
Противопоставляя одежды царевен, художник хотел подчеркнуть, что полезные свойства каменного угля человечество открыло лишь недавно. Это полезное ископаемое относится к настоящему и будущему, а золото и драгоценные камни — к прошлому.
В 1883–1884 годах по заказу Ивана Терещенко была написана ещё одна версия картины, на которой художник изображает братьев Ивана-царевича, поражённых красотой царевен. Васнецов совмещает разные трактовки сказки. В одной Иван встречает царевен в горах, а в другой — спускается в подземелье по веревке, фрагмент которой нарисован в правом нижнем углу картины. Братья ждали его на поверхности и по сигналу подняли царевича, свою мать и освобождённых пленниц.
«Влюбился в черненькую»
Брат Виктора Васнецова Аполлинарий, тоже живописец, писал ему о XII Передвижной выставке, где был представлен второй вариант картины:
«…Привелось ознакомиться с тем, как относится к твоей картине публика. Производит, несомненно, впечатление и нравится многим, но затрудняются содержанием, и мне привелось несколько раз вступить в объяснения сюжета. Что же касается меня лично, то я просто влюбился в чёрненькую, прелестна и золотая, но немного горда; одежда на последней, по-моему, сделана так, что ничего нет на выставке, что бы сравнилось по широте письма и натуральности...» (Виктор Васнецов. «Письма. Дневники. Воспоминания»).
Свидетельство о публикации №217101500987