Грэй 6

6. КТО ТАКОЙ АЗАЗЕЛЛО?

Давид нашёл Аню лишь под утро. Раза три за ней ходил, искал вокруг лагеря и в «блинах» — бесполезно! Тут до него случайно дошло, что с учётом её характера она может легко прямо так и пойти домой без всяких вещей, причём именно по той дороге, по которой они все сюда приехали. Алхазов запрыгнул в машину и… проехав почти пятнадцать километров, увидел на тропе вдоль обочины бледную как тень, плетущуюся со злополучным черепом в руках и готовую буквально в любую секунду упасть на землю без сознания, Аню Звягинцеву. Так она и свалилась, ничего не чувствуя прямо во его внедорожник и тут же заснула. Давид привёз её в лагерь спящей.
— Должен мне теперь пятьсот баксов за это! Понял? Шутка конечно… — прокомментировал своё возвращение Дода Рашиду.
— Да не вопрос, двести дам! Как её состояние?
— Еле жива. Сегодня работать не будет. Точка!
Бородатый хитро кивнул:
— Ну и ладно… Жорка уже заканчивает «съёмку». Через пару-тройку дней поедем домой. Всё. Баста!
— Слушай, Мазик… перестань скотиниться, очень прошу тебя! — предложил Давид. — Вот она снова здесь, и ты побудь всё оставшееся время на её стороне? Произведи положительное впечатление. Ты же можешь иногда быть человеком?
— Попытаюсь… — пробормотал Мазик, и Давид почувствовал в его взгляде ну что-то очень недоброе.

***
Прошло ещё два дня. Постепенно Аня пришла в себя и продолжила работать. На Рашида она поначалу не то что смотреть не могла, её натурально начинало колотить, когда его видела. Но Рашид вёл себя умиротворяющее: улыбался, шутил, причём в кои-то веки не ниже пояса, а так интеллигентно. Заявил во всеуслышание, будто Ане полагается премия.
— Пошёл ты на фиг, козёл… — пробормотала Аня, услышав это, — ни копейки от тебя не возьму!
Однако, видимо внявший советам Давида, начальник партии и дальше вёл себя очень прилежно и почти образцово. Часто хвалил девушку, помогал ей пару раз с делами, и даже порадовался однажды публично за Аню, подержав в руках её главную находку. Оценил лобные доли и заявил, мол, возможно, это «умный был мужик». На девочку, которая видела до этого одни жути, такие подходы не произвели впечатления, но всё-таки она перестала нервничать в присутствии Рашида.
Зато Абильдиновичем резко занялась Катя, и пару раз прочитала своему бывшему лекции, да так, что Звягинцевой, даже стало жалко начальника. Однажды после одного такого разноса, к слову, Екатерина была весьма жёсткой женщиной, Аня увидела Рашида, в одиночестве сидящего на пне и грустно курившего самокрутку.
— Рашид Абильдинович? — осторожно спросила девушка.
— А, Нюра! Вон, присядь на том брёвнышке, если хочешь.
Аня осторожно села рядом и полюбопытствовала:
— А за что она вас так?
— Да не за что! Былое…
— Вы любили друг друга раньше?
— Чего? Да, было дело. Хотели создать семью. Она из провинции родом, из Пскова, я из Питера. Местный, значит. Долго дружили, но расстались. Не выдержала меня, характер не тот. «Свинья» — сказала.
— А почему она тогда всё равно с вами ездит?
— Я ей помогал много. Теперь она немножко болеет, помогаю и сейчас. Деньгами. Каждый месяц даю десятку. А ты знаешь, Нюр. Я её любил. Мы оба друг друга любили.
— Как странно… почему люди ссорятся?
Рашид на минуту задумался о чём-то своём, вздохнул и спросил:
— Хочешь расскажу тебе, Нюр, одну историю? Легенду местную.
— Конечно! — радостно ответила девушка.
— Ты не сердись на меня за то, что было, это всё характер, он мерзкий, конечно. Катя во многом права. А история эта связана с одной пещерой.
— Тут есть пещеры?
— Да, там вниз по течению есть одна пещерка, метров двадцать на десять, с узким входом. Так вот про неё местные говорят…
И Рашид начал свой рассказ:
— Давным-давно Нюра, в этом селе, что там, ниже по течению, жила в семье одного крестьянина красивая юная девушка. Она росла и цвела. И все в деревне восхищались её красотой. Звали её Любавой. И был у неё суженый, молодой человек, крепкий парень, смышлёный и сильный. Звали его Петром. Но увидел её как-то барин, кто владел всеми этими землями и деревней, где жили наши герои. А барин тот был выжига и плут, такой, кто привык брать силой то, что не удавалось взять деньгами. И позарился он однажды на эту красавицу и потребовал её к себе в усадьбу. Но ответила Любава: «у меня есть суженый, и живёт он в нашей деревне». Сильно барин разозлился. Велел он бросить её суженного на самые страшные и самые тяжёлые работы: рвы копать, и пни на болоте выворачивать и на медведя с одной рогатиной ходить. Все выполнял Пётр, как ему приказывали. Дивился барин такой преданности. И предложил тогда барин парню такую сделку: «будешь ты жить у меня в усадьбе моим личным конюхом работать. Будет у тебя денег, сколько захочешь, и выберешь себе любую девушку в деревне, только отдай Любаву мне. А не отдашь — прикажу забить тебя батогами. Сгинешь, помрёшь, и никто о тебе не вспомнит». Но ответил ему Пётр: «нет!». Тогда обратился барин к Любаве и сказал ей: «будешь жить у меня в усадьбе, и не будет у тебя ни в чём недостатка, а не согласишься — забью твоего Петра батогами или в армию отправлю по рекрутскому набору, и увидишь ты его лет через 25. Думай и соглашайся!». Подумали они тогда, Пётр и Любава, и решили так: обвенчаться здесь в этой пещере, и встречаться тайно каждый день. Но чтобы грозу переждать, в лице барина, согласился Пётр идти в армию, а Любава обещала ждать его все 25 лет и на том дала в присутствии дьякона, кто их обвенчал, обет. Разъярился тогда барин, узнав о таком, но ничего сделать уже не смог. Против Бога не попрёшь. Пётр ушёл в армию, а Любава ждала его все эти годы. Жила она, конечно, при церкви.
— И что дальше? — робко спросила Аня.
— Коротко ли долго, Нюр, вернулся Пётр из армии, уже немолодой. Встретила его Любава, тоже уже повзрослевшая. И пришли они снова на это же место, к этой самой пещере. И достали оттуда вещи, что туда положили, а пообещали друг другу никогда больше не расставаться. Но тут раздался собачий лай, и гневные крики людей барина. Столько лет прошло, а не забыл старый чёрт, как провели его наши герои. И сказал тогда Пётр: «что же, видимо не миновать нам нашей судьбы. Я много воевал, буду драться и задержу людей нашего хозяина, а ты беги, спасай себя. Беги, куда глаза глядят, и не останавливайся». Но Любава ответила: «не для того я ждала тебя 25 лет, чтобы убежать и бросить, мы примем нашу судьбу вместе». И окружили их собаки и дворовые людишки. Но не испугались наши герои, а ушли в пещеру. Бросились за ними барские слуги, и накрыл их всех камнепад: кого побил, кого покалечил, а наших героев с той поры больше никто и не видел. Как они ушли в пещеру так, там и остались. Никто не смог помешать их любви и встать между ними. Вот такая история, Нюра.
— Спасибо, хорошая история! Как грустно…
— Если люди любят друг друга, ничто не станет перед ними. Нет таких сил.
— Я поняла! — и Аня, подсев к начальнику поближе, прильнула к его широкой груди.
Постепенно всё утихомирилось. Уже на следующий день, после побега Ани, Матвей почувствовал себя лучше и вечером ходил, правда недалеко и качаясь, как пьяный. Все это время девушка была его личной сиделкой. Приносила воду, лекарства, помогала ходить, обмывала тело полотенцами. Рашид смотрел на это спокойно и не мешал. На пристани первый день вкалывал один Жорка, но вскоре ему на помощь пришёл Давид, полностью заменивший выбывшего Матвея.
На третий день обстановка окончательно разрядилась, когда Аня нашла в «блинах» ещё один планшет какого-то немца с медалями и бумагами, а там оказались ко всему прочему: нагрудный знак «За участие в общих штурмовых атаках» и ещё два «За ранение» первого типа, множество бумаг и несколько писем. Звягинцева почувствовала богатство на приличной глубине — около метра, чем вызвала восторг у всей группы. Давид даже пошутил, мол теперь и «аська» не нужна — хватит одной Аньки. А Рашид поворчал, мол, теперь уже точно «всё!» Даже по логике получалось, что ничего нового найти невозможно.

***
На четвёртый день, после истории с черепом и аниным побегом, Давид и Георгий вернулись довольные и сообщили, будто нашли под пристанью какое-то захоронение или что-то подобное, в виде сложенных старых брёвен. Всё это зарисовали и замерили. Теперь дело в шляпе: приехать на следующий год и откопать закладуху. Все обрадовались, даже Катя немного подобрела.
Но Рашид всё равно остался чем-то недоволен. Качал головой, мол фундик не тот. Давид начал с ним горячо спорить, остальные мнения разделились: Катя ехидно заметила, что никакого клада нет, и промаялись напрасно, а Жора и Матвей, потребовав сначала обещанные сверхурочные, тут же заявили, что всё вполне возможно и нужно непременно ещё раз приехать и продолжить работу в следующем году.
Двинули тогда главный резерв группы! Аня пару раз сходила на пристань и снова пыталась почувствовать клад… Наконец, она сообщила:
— Да, возможно там что-то есть, — подумала ещё и радостно воскликнула: — да, есть! Я уверена!
Все расслабились, покивали довольно головами и вернулись к палаткам. Рашид с Давидом ещё раз съездили на пристань, и в семь часов вечера, вернувшись оттуда, Мазик официально заявил о завершении работ по обмерам, фотографированию и промерам глубины. Достали спиртное и решили отметить!

***
Во время празднования много говорили и рассказывали, каждый о своём. Аня молчала, она думала про историю, которую рассказал ей пару дней назад Рашид. Катя решила обратить не неё внимание и задала такой вопрос:
— Аня, скажи, а какой из демонов в окружении Воланда тебе больше всех понравился?
— Азазелло! — тут же ответила Аня. — Он единственный из всех демонов там настоящий!
— А остальные, как, совсем ненастоящие? — удивился Давид.
— А остальных придумал уже сам Булгаков. И Воланда тоже. Дьявол ведь совсем не такой, как у него. Он в оппозиции к Богу, а в романе — словно вторая часть высшей силы.
— То есть, ты хочешь сказать, что Воланд не дьявол?
— Нет! И не может быть дьяволом. Он часть той силы, что стремится совершить зло, но вечно совершает благо…
— Вообще-то, Аня, ты должна знать, что Булгаков в действительности взял свой образ Воланда из «Фауста» Гёте и эта фраза почти полная копия той, какую произносит Мефистофель в его произведении, — возразила Катя.
Аня покраснела, она явно была не готова к такому повороту.
— Ну хорошо, пусть Азазелло, а что ты можешь нам про него рассказать?
— Азазель — это демон духа и пустынь! — с радостью начала Аня, — Он обучил мужчин искусству войны и охоты, а женщин искусствам красоты и домашнего уюта. А ещё, само слово «азазел» — древнееврейское поименование «козла отпущения». Он принимал на себя чужие грехи. Он очищал от них возложивших на него руки людей. А ещё Азазель был падшим ангелом, не побоявшимся Бога и выступившим против его воли. После этого архангелам было приказано убить Азазела, но не нашлось никого кто мог вступить с ним в страшную битву. И тогда Бог приказал Архангелу Рафаилу отрубить тому крылья и отправить в отверстие в Дyдаеле, это такое место в пустыне, куда его и опустили. Положили на него грубый и острый камень, покрыли мраком так, чтобы он остался там навсегда. И ещё закрыли ему лицо, дабы он не смотрел на свет. И в великий день Страшного суда он будет брошен в жар пламени Преисподней, а после возглавит армию Люцифера!
Тут Аня рассказала и про Бегемота, ехидно заметив, что тому нет никакой возможности подняться из Ада, ввиду его размеров и силы. Он может вселиться в человека, стать причиной его одержимости, как вселялся когда-то в монашек. Про Фагота она сообщила, что это и не демон вовсе, а добрый дух, помогающий людям. Его нет в свите Сатаны, но этого духа можно призвать, дабы пришёл попутный ветер, ушла хворь или повстречался нужный тебе человек.
— Но как же, Аня, Фагот это вроде бы демон ветров? — возразила Екатерина.
— Но его не может быть в свите Люцифера, он не отверженный ангел — обычный дух.
— А Гелла?
— А Геллу Булгаков скорее всего выдумал. Наверное, взял из греческих мифов или скажем, вспомнил про Хелль.
Девушка говорила и говорила у медленно пылающего костра. А когда выпила чуть вина, то принялась рассказывать ещё увлекательней и быстрее. Её голосок журчал над дуновением ветерка и потрескиванием пламени, и все вокруг слушали и задавали вопросы, а иногда спорили, схватывая отдельные фразы. Порядок наводил Давид, на время ставший председателем. Рашид не слушал Аню. Он вскоре встал и начал задумчиво бродить и курить рядом с палатками. Словно ждал, когда Аня закончит, а может, и думал о чём-то...

***
Часов в одиннадцать вечера, или чуть пораньше, глубокомысленный Мазик предложил всем прогуляться к реке… Но это предложение не вызвало никакого энтузиазма. Все устали, кроме Ани. К тому же крепко выпили, например Георгий уже валялся в палатке, а Матвей держался из последних сил и также хотел спать. Тогда Рашид предложил прогуляться девушкам, но Катерина резко отвергла его предложение, заявив, что весь вечер работала над шашлыками, и разбирала вещи. Давид задумался и предложил сходить втроём, но Рашид отказался от этой идеи. Тогда Аня внезапно и вспомнила про пещеру. Ей вдруг непременно захотелось там побывать и увидеть всё своими глазами.
— Во! Пещера, точно! — поддержал её Рашид.
Аня к этому времени уже была разгорячена шашлыками и вином, а также длительным увлекательным диспутом на тему сил зла и демонов Апокалипсиса, и совсем не думала ни о какой угрозе.
Кате эта идея крайне не понравилось, и она начала сверлить своего бывшего злобными и агрессивными взглядами, а после принялась искать аргументы против такого похода.
— А я-то тут при чём? — возразил Рашид, — Нюра так захотела. Давид, покумекав, отнёсся к идее положительно.
— Вот завтра, тогда, и сходим все вместе! — заявила в ответ Катя. — Чего удумали, в такую ночь тащиться?
— Мы возьмём фонари… — возразил Рашид.
— Ноги переломаете, оба!
В общем, началась борьба в стиле «pro et contra». Точку в споре поставил Давид: он предложил Рашиду и Ане сходить вдвоём, но взять с собой непременно фонари и, на всякий случай, аптечку. Рашид заметил, что в аптечке нет необходимости, но Давид настоял на своём.
В итоге, помимо фонарей, захватили и аптечку Давида. Самого Доду успокоило то обстоятельство, что Рашид практически весь вечер не пил, и была надежда, что хоть в трезвом виде Мазик не накосячит. Но он попросил держать его в курсе, и вернуться не позднее двенадцати, максимум, плюс полчаса. Про себя Дода решил, как такая прогулка поможет окончательному примирению сторон после долгого и весьма неприятного для всей группы конфликта.
Вымотавшаяся Екатерина устала спорить и махнула рукой. К тому же она сама неплохо расслабилась и также сняла накопившееся за время поездки напряжение. Жора и Матвей к этому времени уже оба дрыхли в палатке. Аня, поняв, что решение принято, радостно сбегала сначала в кустики, затем в палатку, взяла оттуда курточку и шапку, и вместе с начальником партии смело пошла в поход.
Спустя много времени она долго думала над этой ошибкой, но, анализируя эти события, сотни раз прокручивая и перекручивая их у себя в голове, в конце концов, пришла к выводу: другого тут и не могло случиться. Дело в том, что её саму подспудно тянуло к Рашиду. Он казался ей демоном, злым демоном из грёз, снов и фантазий. Она не могла это объяснить, что-то в душе заставляло её трепетать от чёрной бороды Мазепы, прямо как гуль при виде ифрита. Давида же больше напрягли те взгляды, которые Рашид то и дело бросал на Аню, особенно после серии разборок с Екатериной, но он списал это на свою паранойю.

***
Хотя Аня и была чуть пьяна, она шла уверенно и быстро по освещённой фонарями извилистой тропе вдоль холма, по пути продолжая рассказывать про драконов и чудовищ. Рашид шёл спереди и слушал внимательно, не перебивая, иногда брал девушку за руку, чтобы помочь пройти какой-нибудь сложный участок. Шёл молча.
Когда они прибыли к пещере Рашид по просьбе девушки снова рассказал ей ту самую длинную и весьма романтичную историю, связанную с этим местом.
Аня выслушала, и у неё внезапно заболела голова. Уставшая она присела на старое, лежащее дерево и попросилась либо чуть-чуть поспать пару минуток, либо вернуться в лагерь, а Мазик, в ответ, предложил ей заночевать тут же вдвоём прямо в пещере! Аня, восприняла это как шутку, улыбнулась и ответила, мол лучше всё-таки в лагере, на что Рашид вдруг принялся говорить о любви и нежных отношениях между людьми, а девушка не могла понять, зачем он ей это говорит и для чего. Она спросила, что Рашид Абильдинович думает о ней и не сердится ли больше? Руководитель ответил, мол всё это ерунда, а Аня очень юна, умна не по годам и красива…
И тут до Ани стало что-то доходить. К чему все эти комплименты, особенно когда остались наедине? Она заволновалась, заявила, ей холодно. Мазик предложил девушке накинуть свою куртку. Это ещё больше обеспокоило Аню, и та стала отбрыкиваться. Наконец грубо ответила Рашиду, что не имеет даже мыслей с ним связываться, и вообще у неё есть парень. На это Рашид ответил, что никакого парня у неё нет, и он уже это всё проверил. Тут Аня перепугалась не на шутку и начала требовать, чтобы её отвели в лагерь, прямо сейчас и немедленно. Мазик вроде согласился, но… предложил ей сначала посидеть рядом, посмотреть на звезды, а затем разговорился о любви, о том, что хочет создать семью и всегда мечтал о такой девушке, как Аня.
«Я же несовершеннолетняя, что он тут несёт?» — пронеслось в голове у Звягинцевой, — «какая семья, о чём он?!»
Аня задрожала точно так же, как четыре дня назад, когда Мазик выкинул её находку. Вся привлекательность Рашида моментально исчезла, и снова перед ней был не демон из снов, а «грязная тварь и похотливая собака», как она когда-то назвала Муратова, перед тем как сбежать. Рашид, заметив, что девушка дрожит, снова предложил ей надеть его большую тёплую куртку, а когда она послушалась, то он начал клонить к её земле. И тут…
Аня вскочила и яростно крикнула:
— Чёрт! Ты что, шизанулся, урод? Отступись от меня! Быстро!
А Рашид в ответ повёл проповедь про любовь с первого взгляда, как он влюбился в неё, ещё когда она села в машину и…
…Аня побежала от него назад, в лагерь, вернее — помчалась стремглав как умела! Но не успела она сделать и нескольких шагов, как тот с рёвом медведя прыгнул на неё, поймал за лодыжку и дёрнул назад. Девушка вскрикнула, успела лишь резко обернуться, и упав, ударившись затылком об корень, потеряла сознание.
Рашид утёр её кровь, наложил на ссадину пластырь, и отнёс обратно к пещере, где постелил небольшое ложе. Внезапно Аня закашляла, приходя в себя, тогда он накрыл ей лицо платком смоченным эфиром, и та заснула.
Она лежала безмятежно и бесчувственно, спящая черноволосая красавица… Рашид не спеша потрогал лицо девушки, грудь, затем аккуратно стащил с неё свитер. Теперь Аня была в белом лифчике и джинсах. Он снял с неё обувь и… расстегнул лифчик. Маленькие груди с сосками-пуговками уставились на татарина. Руки Рашида задрожали, и он уже понял, что совершенно не способен даже чуть-чуть, контролировать себя. Он решил полностью и немедленно обнажить это чудо, этого ангела, который лежал перед ним и спал так безмятежно, увидеть её наготу целиком! Стащил с Ани джинсы, а затем спустил трусики.
А когда он это сделал, то не поверил своим глазам. Так прекрасна и чиста была в своей бесчувственной наготе юная Звягинцева. Рашид, урча нагнулся и полизал её гениталии. Попробовал плод на вкус. Затем раздвинул ноги девушки, лёг на неё… и накрыл, буквально как накрывает чёрное облако прекрасную горную долину.


http://www.proza.ru/2017/10/21/1642