Зов пустоты - 6

– А потом? – вопросил взволнованный, сидевший рядом на скамье пожилой слуга.
Он с жалостью смотрел в глаза Татьяны и видел, как она удивлена его присутствием.
– Вы рассказывали, Татьяна Алексеевна, – пояснил он тут же. – Вы отдали ему медальон...
С глубоким вздохом она окинула грустным взглядом оранжерею, в которой сидела и вспоминала прошлое. Немного помолчав, Татьяна стала кивать, а потом сказала:
– А потом... Потом была встреча с Императрицей, балы, маскарад, фрейлинская жизнь... Я чуть не убежала с Антонием. Нам помогали Иван и Настя Морозовы, но я решила остаться. Сама не знаю, почему. Боялась всего, боялась будущего, угроз мачехи, остаться одна и без всего. Столько советчиков вокруг было... Я не вышла к Антонию, а он больше не искал встреч, – пожала Татьяна плечами. – Я часто мечтала, что, может, придёт, спасёт...
– Вот слушаю, – вздохнул слуга, не менее печальный от узнанного. – Не любил он вас, видать. Подлец ещё тот.
– Нет, – улыбнулась Татьяна. – Он обыкновенный человек. Может, боялся, что дать ему мне нечего, но я не боялась... Да и мачеха моя знала его имя и дела, могла отправить армию по его следам. А ты что здесь делаешь, Афанасьюшка?
– Так принёс медальон, как просили, – протянул он открытый медальон с её портретом, который она когда-то отдавала любимому.
– Просила? – удивилась Татьяна, не помня о просьбе, глядя на своё изображение. – Я оставляла его когда-то на палубе ему... Не так давно... Назад прислал...
– Ну да, вы просили принести сей медальон, – кивал удивлённый слуга. – А потом вы стали рассказывать, я и присел здесь.
– Папенька говорил, чтобы я отдала медальон дорогому человеку, – задумчиво молвила в сторону Татьяна, вновь вспоминая о прошлом.
– Ошиблись вы в том, кто дорогой, – пожал плечом Афанасий.
– Почему же думаю о нём постоянно? – взглянула Татьяна, надеясь на какой совет добродушного собеседника.
– Я ж мужик простой, Ваше Сиятельство, – поднялся тот. – Только если б любил этот капитан вас, не отпустил бы с корабля. А если б и позволил попасть во дворец, то не крал бы, а сначала милости у государыни просил. И потом, раз уж он опытный, умелый да ещё и пиратствует, то избавиться от мачехи не было бы проблемой. Что-то здесь не так. Думаю, женат сей капитан иль просто развлекался.
– Не может быть, – если слышно прошептала Татьяна в сторону. – Ступай, Афанасьюшка... Позаботься о карете, чтобы завтра отправиться в Петербург.
Татьяна ещё долго сидела вот так в оранжерее, вновь вспоминая прошлое счастье на корабле с возлюбленным. Она никак не могла вспомнить ничего, чтобы заставило усомниться в ответной любви Антония к ней.

Уединившись вечером в гостиной, Татьяна села к клавесину и стала гладить клавиши. Она вспомнила, как создала песню, посвящённую любимому... Создала ранним утром перед своим венчанием с графом фон Верденберг...

Ах, шуми и пой река
О моей судьбе.
Виновата в ней сама,
Что горька теперь.

Спой же, реченька, родная,
Что одна поймёшь меня,
Как волна с волной играя
Обнимает берега.

Прожитое сильным ветром
Воротилось вновь ко мне
И тревожит душу светом
Памяти любви моей.

Успокоиться бы надо.
Не воротишь ничего.
Только сердце бьётся сладко
Да в надежде горячо.

В вихре дум посреди ночи
Позабыть я не могу
Ни любви, ни его очи,
И мечта тревожит грудь.

Кабы он меня увидел,
Кабы выслушал бы вновь,
Отдала бы всё на свете,
Только б вновь была любовь...

https://youtu.be/pef1YN8KTZQ

Видеоклип в ВК - https://vk.ru/wall54981429_6960


Продолжение - http://www.proza.ru/2017/10/24/1096