Приключение Коровина, Сидорова и меня

               

               

        Выкинув мешки с продуктами, спальники и прочие вещи на песок, высадив жён и детей, оставили коровинский «Крым» на острове, а сами быстренько-быстренько полетели на соседний Сапог. Это тоже остров. Только формы своеобразной. Наш мог бы называться «Бананом». Но в те времена мы не знали такого овоща.
   «Прогресс» лодка хозяйственная, не то что «Крым» - красивый, но годный для гонок, а не для рыбалки, да и потом у меня уже всё в лодке приготовлено. И ещё с прошлого года даже. Нам нужно быстро наловить малька на наживку, расставить сорок поставков, и успеть засветло палатки установить, а уже тогда расслабляться. Поэтому нужно спешить. Выходные коротки!
    Море было бурным.
Малька было валом! Причалили к Сапогу с подветренной стороны и за два замеса вытащили малька с полведра. Даже щурёнка чуть не прищучили бредешком, сооружённым из тюля  – убежал в камыш.
   Попрыгали в лодку и, с пол пинка заведя оба «Вихря», вырулили из-под прикрытия острова прямо в бучу.
 Вал шёл приличный! Но, как же я, мореман, спасую если со мной два друга. Они оба впервые на море и нужно им всё показать и рыбы наловить…. А так-то, если бы был один, то развернулся бы и подумал бы, стоит ли с Сапога вообще уезжать….
   Даю полный газ и, колотясь на каждой волне и не утираясь, лечу к середине моря. Сбрасываю газ, только когда подходит крупная волна типа девятого вала. Минут пятнадцать пути и выключаю мотор. Быстро разматываю поставок до половины – остальное само расправится – нужно спешить, чтобы поплавки были недалеко друг от друга. А если провозишься, то завтра в штиль будешь по сто метров от одного к другому на вёслах шлёпать. А если ветер сменит направление, то море бензина сожжёшь, подъезжая к каждой снасти на моторе. Поставок это же кусок пенопласта размером с два кулака и кусок лески с крючком и грузилом на дне. Попробуй в море найти цепочку таких пенопластовых кусочков.
   Коровин слегка подгребает вёслами, чтобы носом на ветер и, заодно, подаёт малька. Наживляю, швыряю за борт. Следующий, следующий!... Сидоров на заднем сиденье и потихоньку наливает из фляжки в маленькие стаканчики. Не сидит  без дела. И, уже когда два десятка поставлено, я замечаю что пол лодки какой-то неровный. С наклоном. Оглядываюсь. Мамма миа! Моторный отсек «Прогресса» уже полон доверху и полупустые баки скоро уплывут за корму. Из под сланей появляется вода. Она свистит через боудены, щели и просверленные мной же самим  «технологические» отверстия в перегородке.         
   Командую Сидорову черпать воду котелком, а Коровину идти на нос и ставить лодку носом к ветру. Он у нас величиной с быка – фамилия обязывает. И, как только пересаживается в носовой люк, лодка немного выпрямляется. Сидоров садится к рулю. Он ни разу не лодочник, но газ-то может дать и сбросить. Я кидаюсь к моторам. Волны почти по карбюратор, но помогает то, что моторы укрыты чехлами  и есть надежда, что вода еще не попала в цилиндры. Дергаю тридцатку несколько раз. Молчок! Хватаюсь за двадцатьпятку. Вижу, что воды стало еще больше и мороз пробирает по загривку, хотя денёк жаркий, летний. Выручай родная! Рывок. Молчок. «Свечи залило» - трагически комментирует Коровин. Сам знаю! Дёргать надо. Тонем!
Хотя волны уже и не бьют в корму, но лодка набрала воды по сиденья.  И моторы плавают до половины в воде….
   Начинаю судорожно дёргать шнур. И с десятого раза чих! С пятнадцатого схватывает один цилиндр, и лодка тихонько пошла вперёд. Пока только по чуть-чуть чтобы отогнать волну от кормы. Коровин перебирается в кокпит, и мы с ним вдвоём черпаем воду и швыряем её за борт. И тут, вот чудо – схватывает второй цилиндр. Теперь нам чёрт не брат! Даже без глиссирования мы доберёмся до дома. Правда придётся идти галсами, чтобы ветер в корму не догнал.
   Пробую дёрнуть тридцатку. Давно известно, что второй мотор легче заводится, и точно, с первого рывка он берет нагрузку, и мы резво летим к нашим семьям. По пути прикидываем обстоятельства. Получается, что даже в спасжилетах, десять километров по валам комнатной температуры, оставляли нам мало шансов добраться до коренного берега. Да и доплыви мы до яра, нас бы убило прибоем. Выйти там, под яром негде.
   Договариваемся женщинам ничего не говорить, а то их с острова вертолётами нужно будет вывозить, а не лодками.

     Костёр, ужин супчиком – шашлыков тогда не делали - мяса в стране не было, поллитра или даже несколько, и песни за полночь, сняли стресс и вибрации организма.
   А буря шумела всю ночь над нашими головами в кронах тополей и берёз. Зато рыбы, к вечеру следующего дня, когда ветер чуть стих, и мы осмелились проверить снасти, было на каждом крючке.

   П.С. А вот интересно! Мальки что были выплеснуты впопыхах в десяти километрах от островов, добрались ли до родных отмелей?