В толпе, бурно затекающей в долгожданный вечерний автобус, кто-то источал аромат весьма похожий на дикий дух плененной лошади пржевальского из местной зоотюрьмы. Запах был не так яростен, как если бы я находился у загона с этой парнокопытной псиной, но отчётлив, как хрен жеребца, и назойлив, словно ребёнок указующий на него у вольера. С трудом сдерживая своё конское ржание, подумал, наверно, нелегко сыскать другого человека, которого бы также веселили обонятельные каламбуры.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.