Панда-библиотекарь

– И вот здесь ещё одну подпись забыли, – администратор протянула Бамбуше анкету. – И число сегодняшнее.

Мишка задумчиво пососал кончик ручки. Ставить собственную подпись – это всегда очень волнительно. А тут еще целых три понадобилось. До этого он всего один раз в жизни расписывался – когда паспорт в Китае получал. Ну, и тренировался тысячу раз, разумеется. Но это ведь не считается.

– Расписались? Отлично. Пожалуйста, ваш билетик. Проверяйте, всё ли верно.
«Бамбуша. Российская государственная детская библиотека. Последняя пятница месяца – санитарный день». Надо же, личный билет. Собственный!
Потом попросили еще посмотреть в камеру – чтобы сделать фотографию. Фотографироваться Бамбуша любил, он всегда выходил милым, немного взъерошенным и очень симпатичным.

Вместе с билетиком медведь получил много разноцветных бумажек, это всё надо было изучить, не потерять… от волнения даже шерсть немного взмокла. Встал на мысочки (и почему панды такие маленькие?), потянулся немного, вставил билетик в специальную прорезь. Створки с нарисованной эмблемой библиотеки – учёным котом – распахнулись. В новый, потрясающий мир.

Уже через две минуты Бамбуша устал удивляться. Бывает так – столько впечатлений сразу, что голова всё вместе не вмещает. Только и успеваешь, что пасть открывать, а потом закрывать, потому что неприлично интеллигентному медведю в культурном учреждении плохие манеры показывать.

А удивляться было чему. Все вокруг оказалось таким красивым, масштабным. У лестницы встречал читателей огромный дядя Степа, а рядом – настоящий, мигающий светофор. Везде колонны, картины, а ещё большущий аквариум. Около аквариума Бамбуша минут пять проторчал. Одна рыба ему даже подмигнула. И точно ему, потому что больше рядом в тот момент никого не было.

За лестницей оказалась длинная галерея. И столько дверей было открыто, что Бамбуша даже встал на месте и начал бестолково с лапы на лапу перетаптываться. Хотелось везде зайти и сразу всё увидеть, а решиться никак не мог. Он хоть и был очень смелым медведем, но немного всегда в незнакомой обстановке стеснялся.

– Привет! Чего стоишь, заходи.

Бамбуша повернул голову. Совсем рядом с ним стоял и поправлял плакат выставки кукол крепкий бурый мишка с красным треугольничком на груди, на котором было вышито имя – Тихон. Скорее всего, рассудил Бамбуша, это он и поздоровался, потому что больше было некому. Мимо всё время шли читатели, но шли по своим делам – торопились сдать книжку или взять новую, а на лохматого чёрно-белого медведя внимания не обращали.

– Это ты мне? – на всякий случай уточнил Бамбуша.

– Тебе-тебе, – Тихон разгладил лапой афишу мероприятий и довольно оглядел свою работу. – Записался? Билет есть? Пойдем, не бойся. У нас тут зал художественной литературы.

Бамбуша в последний раз нерешительно переступил с лапы на лапу и вошёл. Сколько же там было книг! Тысячи и тысячи, новых, красивых, в ярких обложках. Хотелось каждую снять мгновенно с полки и прочитать, залпом, не отрываясь, пусть даже для этого пришлось бы не выходить из зала лет сто. И даже не есть бамбук. Хотя, может, можно одновременно всё-таки читать и жевать? Немножко…

– Тут у нас литературоведение, тут литература до двадцатого века, тут современная, а это зарубежные авторы – Тихон по-хозяйски показывал владения, артистично разводя лапами в стороны. – Здесь у нас выставки, мы постоянно что-то придумываем, никогда на месте не сидим. Это куклы, героини романов, это письма (видишь, как раньше красиво запечатывали?), а тут можно почитать про размеры стихосложения. И печатная машинка стоит, настоящая. Я писать пробовал, но что-то всё времени нет, знаешь, дела.

Бамбуша сначала между полок бестолково бегал, всё не мог своему счастью поверить. Читать он любил больше всего на свете, а тут был настоящий рай – столько книжек, и все можно взять, потрогать, рассмотреть, изучить от корки до корки… Немного страшно было, что библиотекарь за кафедрой начнёт ругаться, но Бамбуше никто замечаний не делал. Видимо, тут так принято – жадно рассматривать книжки и прыгать до потолка…

Он уже хотел было спросить у Тихона, как можно хотя бы одну книжку взять, когда тот неожиданно пихнул его:

– Ну, что, пойдем в другие залы?

– А это не вся библиотека? – Бамбуша почувствовал, как у него округляются глаза. Он такие моменты очень не любил, думал, что ему совершенно не идёт. Панды вообще больше лёгкий прищур в зеркале любят. Загадочный и немного томный. А широко распахнутые глаза им не нравятся. Они считают, что это нескромно.

– Конечно, – Тихон хмыкнул. – У нас столько книжек, что и в десять залов не поместится. Поэтому есть еще огромное книгохранение, мы оттуда, если нужно, книги заказываем. Это же одна из самых крупных детских библиотек в мире!

Тут Бамбуша уже совсем перестал думать о приличиях и просто пошёл за родственником. Подумать только – сколько книг! Это же жизни не хватит даже каждую полистать. От этой мысли ему стало немного грустно, но грустить долго было некогда – надо было поспевать за Тихоном.

Тот тем временем привёл его в просторный зал с большими детскими книжками. Изящная тонконогая зебра при виде гостей спрыгнула с дивана в виде машины и принялась расставлять книжки.
– Это для дошкольников и младших школьников, – Тихон еле заметно зевнул. – Я из этого возраста лично уже вышел, но малышам тут очень хорошо. Тебе, кстати, сколько лет?

Бамбуша не знал, сколько ему точно лет, да и вообще, у панд такое спрашивать не принято, потому что они животные редкие и особо оберегаемые. Поэтому мишка сразу кинулся к стеллажам. На них были нарисованы персонажи книжек, а в углу он заметил ширму. Настоящий кукольный театр! А сколько тут было красочных, иллюстрированных изданий! Когда же это все читать, если уже в том зале столько всего интересного заприметил?

– Пойдём дальше, а то мне работать нужно, – Тихон помахал лапой. – Дел полно.
Для дошкольников и младших школьников в библиотеке было предусмотрено ещё два зала. В одном в глаза сразу бросились растения – их тут было видимо-невидимо, а некоторые даже очень похожи на бамбук. Тихон объяснил, что здесь собраны книжки о природе и экологии, а называется эта комната – «зелёной».

А в читальном зале для самых маленьких можно было даже поиграть! Вместе с клоуном покидать шарики, которые потом спускались вниз по трубе, украсить деревья, понажимать на геометрические фигуры (почти все Бамбуше были знакомы) и даже походить по особенным коврикам, после которых лапам стало немного щекотно. Только недолго, потому что книжек тут тоже было невероятное количество и в этом зале, как и в других, хотелось остаться навсегда.

Когда Бамбуша с удивлением рассматривал огромную книжку со множеством карманов, со стеллажа спрыгнула большая кавказская Овчарка. Вид у нее был уставший, но очень дружелюбный.

– Нравится? – с улыбкой поинтересовалась она.

– Очень, – честно признался Бамбуша. – Вот бы отсюда не уходить.

– А ты оставайся. Я тебе самые красивые книжки покажу.

– Книжки должны быть не красивыми, а содержательными, – подбежавший Тихон схватил Бамбушу за лапу и потащил к двери. – Извините, но у нас экскурсия, мы обходим все залы.

Бамбуша виновато улыбнулся и побежал за провожатым.

– И вправду из каждого зала уходить не хочется, – они поднялись по лестнице на третий этаж. – А ты много читаешь?

– В основном по ночам, – деловито ответил Тихон. – После работы.
Они побывали в нотно-музыкальном зале (Бамбуше даже дали лапой на клавиши фортепиано нажать – вышло интересно), посмотрели ноты (Бамбуша ничего не понял, но сразу захотелось как можно скорее научиться), а затем отправились в зал литературы на иностранных языках. Здесь Бамбушу ждал сюрприз: вроде те же самые книжки, и вроде понятно, что в них что-то интересное написано, а разобрать ничего невозможно.

– Я английский учу потихоньку, – похвастался Тихон. – Здесь как раз для начинающих очень много литературы.

Ноты, иностранные языки… Это сколько же всего нового придется выучить. Бамбуша даже приуныл немного. Конечно, он очень симпатичный и сообразительный, но даже очень умные панды могут не всё. Или это от тебя самого зависит, что ты можешь, а что – нет?

 – А ты здесь быстро освоился? – они снова спустились на второй этаж.
Тихон кивнул.

– Главное – это желание. И любовь к тому, что ты делаешь. Я свою работу очень люблю. Больше всего на свете.

– Ты сказал, что работы много. А что ты делаешь? – Бамбушка уже, признаться честно, немного устал и едва семенил за крепким Тихоном. Нужно будет еще заняться спортом. Читать, а в перерывах делать зарядку. Разве не замечательно?
Тихон приосанился.

– За порядком слежу, книжки расставляю. Подбираю заказы, продлеваю срок, если кто-то прочитать за положенное время не успел. Оформляю выставки. Должникам звоню. Говорю: «Здравствуйте, я медведь Тихон из детской библиотеки». Сразу возвращают.

Тут Бамбуша подумал, что у него, наверное, не получилось бы. И звонить, потому что он очень стеснительный и мягкий, а с должниками, наверное, строгость нужна. И подбирать, потому что для этого же нужно все-все книжки перечитать, а это когда ещё успеется… Да и за порядком как следить, когда вокруг столько книжек интересных и в каждую заглянуть хочется?

– Ну, а это последний зал, очень красивый. Не то что мой, конечно, но сойдёт, – Тихон скрылся за дверью. Бамбуша тяжело вздохнул (как это всё-таки утомительно для маленького медведя – столько новостей сразу) и вошёл следом.

– Здесь научно-познавательная литература собрана, энциклопедии, справочники, – тоном бывалого лектора оттарабанил Тихон. – Я художественную литературу больше люблю, но здесь тоже иногда книжки беру.

– И про панд есть? – задумчиво спросил Бамбуша. Он всё оглядывался по сторонам. Ровные белые стеллажи, красивые большие книжки, а на отдельном столике стояли шахматы.

– Конечно, есть, – Тихон проследил за его взглядом. – Играть умеешь?
Бамбуша помотал головой.

– Понятно, – медведь махнул лапой. – Ну, я тебе всё вроде показал. Как, понравилось?

Сказать честно, Бамбуше так понравилось, что сразу все слова куда-то подевались. Один восторг в голове остался, так его же другому передать тяжело, его испытать только можно. Так и стоял молча, улыбаясь. Надеясь на то, что Тихон всё и без слов поймёт.

– А ты к нам заходи, – Тихон поправил книгу на полке и весело подмигнул. – А ещё лучше на работу устройся. Тебе работа часом не нужна?
Тут Бамбуша совсем растерялся.

– Наверное, нужна… я не знаю. Я из Китая приехал.

– Так тем более, чего ждать, я тебе и отдел кадров мигом покажу, – Тихон подбежал к огромному монитору (до этого Бамбуша компьютер только в книжке видел, но сразу догадался, что это он). – И научу тебя всему. Вот так на сканер книжку кладешь, потом билет, потом записываешь. И вот так снимаешь. И все дела. А это почта нам приходит.

– Почта? – глаза стали предательски круглыми. – И… если я к вам приду, у меня тоже будет почта?

Бамбуше еще никогда и никто в жизни не писал писем.

– Конечно, – Тихон пожал плечами. – Сколько хочешь. Ну, ты думай, по залам ещё раз пройдись, а я побежал. Приходи за книжками.

Бамбуша ещё добрых два часа между стеллажей бродил и гладил лапой корешки. До чего же здесь было хорошо… Больше всего его, конечно, тянуло в зал научно-познавательной литературы. Там можно было и о родном Китае почитать, и повадки животных изучить. А сильнее всего манили шахматы. Хотелось научиться и обыграть Тихона. Хотя бы разочек.

Так Бамбуша замечтался и забрёл в какую-то дальнюю галерею, где они с Тихоном ни разу до этого не проходили. Стал слова на табличках читать, чтобы дорогу обратно найти, и попалось знакомое: «Отдел кадров».

Так вот оно как…

Бамбуша почесал в затылке, вздохнул, улыбнулся своим мыслям и толкнул лапой дверь.