Распределение

На распределение я опоздал. Ну, получилось так. Встреча интересная должна была состояться, но… не состоялась. И по расчётам-то, ну если пять-семь минут на человека, должен был успеть. Но… не успел. Первый полукурс уже прошёл.

Не мог я, оказывается, не подложить очередную свинью, не знаю кому, то ли опять начальству, то ли себе.

От начальника курса я услышал далеко не лестные слова. Если всё, сказанное им, отбросить, то мягко, очень мягенько, я мудак!

Ну мудак, так мудак!

Неприятно, конечно. Все, кто уже был распределён, пошли пить. Я же ждал, когда начнётся распределение второго полукурса.

Все уже считали, что я поеду на Тихоокеанский флот, да собственно, и я уже в этом не сомневался и был готов.

Захожу первым. Представляюсь. Начальник курса как гаркнет,- Финогеев! Выйдите! Пойдёте последним.

Выхожу.

- Ну что? Куда?

- Сказали зайти последним.

Теперь уже нет никакой надежды. Только Тихоокеанский флот! Жду.

Вот выходит мой корешок, мой брат-веник, Глеб Куприянов.

- Куда, Глеба?

- ТОФ.

-***во.

- Шура, поедем вместе. Я тебя подожду здесь.

Люди голубой крови распределились на Балтику, белая кость и  опора Отечества – на Север, рас****яи на ТОФ и прочие на Черноморский Флот.

Вот вышел последний слушатель.

Захожу. Мандража уже нет. Что без толку кал жижить. Всё и так ясно. Опять представляюсь.

По инерции задают не нужный, никчемный уже вопрос, - Где желаете служить?

- На севере, на лодке.

Слышу сзади Самбуров, начальник курса тихо произносит слово, - Наглец!

Кадровики смотрят друг на друга и председатель выносит приговор,- Вы направляетесь на Краснознамённый… - здесь делается долгая пауза, дёргающая нервы. Но они у меня давно расслаблены. А поскольку все флота Краснознамённые, кроме Балтийского, он – дважды, - … Черноморский флот.

Если честно, я опешил. Уж о чём, а о ЧФ я даже и не думал.

- Почему? Я не хочу.

- Финогеев! Идите отсюда! Был наглецом, наглецом и остался!

 Я выхожу очень подавленный. Подлетает Глеб.

- Шура, куда?

- ЧФ.

- Нормально.

- Но я не хочу. Хочу ехать с тобой.

- Дурак! Чёрное море, знойные женщины. Всё, пошли, обмоем. Мы ещё встретимся.
Я долго отходил от этой новости. Но жизнь приучила меня жить по принципу «Всё, что Бог не делает, делает к лучшему». А черноморский кадровик, Андреев Николай Николаевич, естественно, меня запомнил. И лодку мне не дал и обманом затолкал на корабль, обещав через год перевести на подлодку. А кора****ская моя жизнь проходила, в основном, в море. Из восьми лет корабельной службы, пять я провёл в там.

И даже спустя годы я не могу сказать, что судьба меня сильно этим наказала. Правда, из трёх попыток уехать на учёбу в академию, все три оказались безуспешными, мои документы даже не отправлялись кадровиками из Севастополя. Ну… значит так было надо.
Хотя, не кривя душой, скажу, начмед я был хороший, и в медицинском отделе флота меня ценили.

Да и всё потом сложилось, как нельзя лучше.