Они среди нас

               
                ЯН АЙЕР
«ОНИ СРЕДИ НАС»
О книге:
Жанр: детектив, мистика, ужасы, фантастика

Артём Ботов — адвокат, занимающийся «иными» делами, находящийся на службе в организации под названием «Приход Посвященных».
Его глаза видят немного больше, чем могут видеть глаза обычных людей. Артём видит «Их». Он точно знает, что они среди нас. Это сущности и духи из потустороннего загадочного мира, с которыми нужно постоянно бороться. Помогая другим, он позабыл о своей жизни. Таких, как он, называют «контактирующими». Его ли это выбор? Справится ли Артём с возложенными на него обязанностями?

Предисловие

Как редко мы задумываемся о жизни. Это пагубная привычка всех людей. Человек — странное существо, живущее прошлым, мечтающее о недостижимом будущем, но действительность дней остается для нас дымкой утреннего тумана. Мы растворяемся в ней, но никогда не можем ухватить. Она ускользает сквозь пальцы, иногда поглощая нас в белом облаке, а мы даже не замечаем этого.
Есть у людей ещё одна странная особенность, очень уж они любят задумываться о том, что ждёт их после смерти. Это нормально, нас всегда тянет неизвестность, но рамки нашего мозга ограничены навязанным сознанием. Если ты вёл себя хорошо, то попадешь в рай с вечным блаженством, невесомыми облаками, чудесными садами и прочей придуманной кем-то ерундой.
Если же ты вёл себя плохо, твоя дорога ведет прямиком в ад. Куда же именно вы попадете после смерти? Никто не знает, но как бы ни сложились обстоятельства, в загробную жизнь вам ещё должны показать дорогу.
Большинство людей верят в то, что человеческая душа после смерти живёт по схеме 3–9–40. Три дня она находится рядом со своим бездыханным телом и скорбящими родственниками, с третьего по девятый ищет путь в райскую обитель, а с девятого по сороковой ей уготованы мучения грешника в аду.
Апофеозом всего этого является условно обозначенный суд. Ещё якобы есть чистилище для тех, кто успел покаяться в грехах, чтобы попасть в рай, но это уже лирика. На самом деле схема эта не так уж и проста, как кажется на первый взгляд. В загробной жизни всё гораздо сложнее и не всегда поддается законам логики. Если Бог и есть, то он давно перестал отправлять ангелов к душам, он вообще довольно плохо справляется со своими обязанностями и к роду человеческому изрядно охладел или попросту наигрался. От старости и лени он с лёгкой руки переложил обязанности переправки душ на некоторых людей.
За душами уже несколько веков следит Приход Посвященных — это специальная служба, маскирующая свою деятельность под обычную церковь. В этом приходе есть своя иерархия с высшим начальством и обычными работягами, выполняющими всю грязную работу, их называют контактирующими с душами.
В обязанности контактирующих входит некий перечень, главным пунктом которого является направление души по адресу. Мелкими буквами в этих должностных обязанностях прописано, что делать это можно «любыми доступными средствами».
Сначала контактирующий должен сделать всё возможное, а если не удалось, то и невозможное, а если же всё горит синим пламенем, то он должен сделать нереальное. Если умрет при этом, то земля ему пухом.
Собственно, Приход не так уж и отличается от любой другой работы, где человек всего лишь инструмент, который можно починить или попросту заменить, небольшая разница только в сверхъестественной подоплеке.
Итак, о душах. После смерти человека душа выходит из тела, в большинстве случаев она не понимает, что её тело мертво. Душа испытывает невыносимое одиночество и страх, интуитивно стремясь к своим близким. С близкими сложностей нет, тут все просто, обычно это те люди, которые были дороги душе при жизни: мужья, жены, родители, дети и друзья.
Три дня душа имеет полноценный человеческий облик: руки, ноги, голова, но живые не видят её, хотя часто ощущают. К девятому дню к ней приходит осознание, что тело умерло, душа теряет яркость, бледнеет и становится невесомой, а к сороковому дню происходит самое страшное: душа превращается в сущность и абсолютно не хочет покидать землю.
До истечения сорокового дня контактирующие находят души и помогают им понять, как уйти из нашего мира. Если душа перевалила отведенные ей сорок дней, то, будучи сущностью, она начинает терзать своих близких и всех, до кого сможет дотянуться.
Сущности питаются жизненной энергией живых, незаметно сводя их в могилу. Контактирующими обычно становятся потомственные служители Прихода, их с детства готовят к предстоящей работе. Любая система рано или поздно даёт сбой, так случилось и с этой организацией.
Все чаще стали находиться случайные люди, обладающие даром видеть души и сущности. Из-за своего неведения они попросту сходят с ума и попадают в психиатрические больницы, в шестидесяти девяти случаях из ста они накладывают на себя руки, что не удивительно, ведь выдержать живых мертвецов наяву не так-то просто.
С недавних пор Приход Посвященных взял ситуацию под контроль, он разыскивает таких людей, вербует, обучает и обеспечивает их работой. Учитывая высокую смертность элитных кадров, свежая кровь Приходу всегда очень кстати.

Глава 1. Путешествие в ад

Это было мерзко, больно, холодно, затем жарко и снова холодно…
Проклятые близнецы…
Их противный жуткий детский смех…
Такое ощущение, что они тянули меня или мою душу за собой уже вечность, не знаю, но по ощущениям это был я. Настоящий я, моё тело, которое испытывало боль, ужасную боль. Это только начало? Но что-то оно длится слишком долго…
— Хватит меня таскать, исчадия ада! — кричал я, насколько это было возможно громко.
И за каждый свой крик я получал хорошую порцию боли. Они протаскивали меня с огромной скоростью по каким-то игольчатым шипам! Твари, да сколько можно?
Это трасса с препятствиями? Как там интересно Марла? Я помнил лишь её. Опять боль! Мне нельзя даже думать ни о чём, кроме этих истязаний. Вот он ад. Близнецы летали по кругу, держа меня за руки и со всей силы ударяя меня о выступы в стенах, бордюры, шипы и иглы! Их постоянный раздражающий жуткий хохот стоял в ушах…
Когда эти маленькие твари уже наиграются? Как только я подумал об этом, они отпустили меня. В свободном падении я врезался в стену так, что услышал треск своих костей, наверное, мои ребра не выдержали, боль разлилась по всему телу…
— Детей здесь особенно любят, — донесся до меня мужской голос. — Они же лишены разума, им лишь бы поиграть, а мы игрушки, друг мой!
— Кто ты ещё такой? — не открывая глаз и корчась от боли, еле проговорил я.
— Боюсь, ты никогда не узнаешь, кто я есть на самом деле. Как бы я не назвался, ты будешь слышать лишь одно имя и видеть лишь одного человека, — ответил мне мужчина.
— Ты же это я, — приоткрыв глаза, произнес я.
Передо мной сидела моя точная копия, мой близнец. Внешне мы были одинаковы. Только он был слишком ухожен, опрятен, его тело не было истерзано, как моё.
— Артём, — сказал он. — Моё имя Артём, точнее ты так слышишь, на самом деле я не ты.
— Я ничего не понимаю! — произнес я чуть громче и снова ощутил жуткую боль.
— Я объясню, постараюсь объяснить, — продолжил он. — Я совсем другой человек, я не ты и зовут меня по-другому.
— Как? — снова спросил я.
— Как бы я ни назвался, ты будешь слышать своё имя и только видеть себя! — объяснял он. — А я, глядя на тебя, буду видеть себя и слышать своё имя, ты понимаешь?
«Я схожу с ума, это бред какой-то», — что ещё я мог подумать, услышав такое?
— Это наше наказание видеть самих себя, — повторил мужчина, — только не изувеченными, а такими, как мы были при жизни. Даже имена мы слышим лишь свои.
Я лежал, подогнув под себя ноги. Позже я попытался встать, но не смог. Мои глаза заплыли, мне было больно их открывать, повсюду была кровь. Мужчина продолжал мне объяснять одно и то же, раз за разом, снова и снова. Я боялся задать ему вопрос, ответ на который больше всего хотел услышать. Точнее вопросов было два, но я спросил:
— Я умер? Сколько я здесь?
Молчание. Я приоткрыл глаза, он сидел и смотрел на меня, по его щеке потекла слеза.
— Живых тут нет! — ответил он мне. — По-моему, мы тут уже вечность, я не знаю. В тебе я вижу себя, нормального себя…
Может, я всё-таки сошёл с ума и это мои галлюцинации и только. Я уже не помнил, как попал сюда, что было до этого, боль и смех, страшный детский смех убили мою память.
— Я помню, что мне снился сон, — произнес я. — Ад в нём был совсем иной, помню, там было веселье, музыка…
— Музыка? — перебив меня, заговорил мужчина. — Я не прошел отсюда и половины пути. Никакой музыки не слышал. Я вернулся сюда, здесь легче…
— Здесь легче? — прервал я его. — Здесь адская боль!
— Дальше боль ещё сильнее, — ответила моя копия, — сюда уже многие вернулись…
Я почувствовал, как меня поднимают под руки, я испытал страх, подумав, что это снова дети, но это моя копия поднимала меня с пола. Было жутко видеть самого себя вблизи, и было ужасно больно физически.
— Оглянись по сторонам, — сказал он, проведя меня вперед. — Посмотри, сколько нас тут!
Это была полоса препятствий с барьерами, шипами, острыми углами и иглами. Множество детишек-близнецов и не только, таскали людей по полу и по воздуху, смеясь и раскидывая их в разные стороны, а отдыхающие от этих игр сидели и ожидали своей очереди. Самое страшное заключалось в том, что внешне все эти люди являлись моей точной копией, но они не были истерзаны, как я.
— Это всё разные люди, это их души, — снова услышал я сам себя. — Но видим мы лишь…
— Я понял, понял! Себя мы видим, — сказал я. — Как отсюда выйти, пока эти твари снова за меня не взялись? Ты говорил, что отсюда можно уйти.
Он повёл меня назад по какому-то проходу, моя боль затихала, а может, я к ней просто привык, не знаю. Слышались стоны. Перед собой я увидел дверь, которую мне открыла моя очередная копия, она завела внутрь.
— Иди и постарайся не вернуться сюда, — сказал он мне. — Удачи, Артём, и помни…
Не успел он договорить, как две детские руки схватили его за плечи и быстро утащили от меня вдаль, я услышал лишь его крик, свой собственный крик, и всё тот же страшный детский смех. Дверь закрылась, и я очутился в другом пространстве. Это была большая бетонная площадка, возвышающаяся над полом. Увидев, что происходило снизу, я упал на колени.
Весь пол был усыпан ползучими тварями, большими и маленькими пауками, тараканами, скорпионами, различными змеями и червями. Вдалеке виднелся еле заметный тусклый свет, видимо, это был проход в следующее пространство Ада. Около сотни моих копий медленно пробирались вперёд, забивая в этих ползучих гадов большие гвозди, расчищая себе путь. Путь по вбитым в пол гвоздям. Я сразу подумал о боли, которая мне предстоит…
— Эй! Что сидишь? — крикнула мне ближайшая копия. — Бери молоток и ящик с гвоздями, нужно двигаться!
Сбоку от меня валялась гора молотков, рядом находились сотни ящиков. Я взял молоток и один ящик. Он был очень тяжёлым, его можно было только тащить за собой. Несколько метров пути уже было утыкано этими гвоздями, и я пополз по ним, тут же закричав от ужасной боли. Я полз вперёд, волоча за собой ящик, больше мне ничего не оставалось делать. Мои ноги горели от боли, но я терпел, пытаясь думать о чём-то другом, о том, что случилось до этого ада. Боль не давала мне ничего вспомнить. Как и другие, я вбивал десятки гвоздей и полз по ним. Звуки, которые издавали эти мерзкие ползучие твари, были невыносимо противны. Хотелось забить их всех, но это невозможно было сделать физически. Я остановился на несколько секунд…
— Осторожно! — крикнула мне одна из моих копий. — Они могут напасть! Не останавливайся!
Тут же на меня бросилась какая-то змея и вцепилась мне в шею, я закричал и упал на спину. Сразу же на меня поползли тараканы, черви и скорпионы, я испугался до смерти, они кусали и жалили меня, после чего я забился в судорогах и очнулся снова в начале пути, где находились молотки с ящиками. Боль была жгучей, меня знобило, трясло и ломало. Из шеи сочилась кровь, а всё тело было покусано.
— Тебе повезло, что я был рядом! — сказала мне копия, сидящая рядом со мной. — Я тебя сюда притащил. Больше не отвлекайся! А то застрянешь здесь, как они!
Копия указала мне на скелеты, лежащие в гвоздях. Они шевелились, но спасать их было уже бесполезно, идти дальше они не могли…
Несмотря на дополнительные увечья, возвращаться назад к детишкам я не хотел. Я снова взял молоток с ящиком и пополз дальше. Постепенно я приноровился вбивать гвозди и продвигаться по ним, попутно отбиваясь этим же молотком от змей и скорпионов. К паукам я привык, они ползали по мне, но не кусали. Время еле шло, а свет вдалеке не становился ярче. Обернувшись назад, я увидел, что дверь в комнату с близнецами была уже далеко. Когда заканчивались гвозди, приходилось ползти за ними назад, это занимало уйму времени, но иного выбора не было.
Все мы старались держаться рядом друг с другом, это облегчало процесс и придавало уверенности. Сотни меня вколачивали гвозди в пол и лезли по ним к непонятному свету вдалеке. Мои ноги и руки были стерты до костей, постепенно я превращался в скелет. Боль была то невыносимо сильной, то отступала.
— Сколько ещё? — не выдержав, спросил я копию, находившуюся рядом.
— Ещё полжизни и доберемся, — ответила мне она. — Куда нам теперь спешить…
Прошли месяцы, это точно, и свет становился всё светлее. Было обидно, что приходилось возвращаться назад за гвоздями. Мы хитрили, кто-то тащил только ящики, а кто-то вбивал гвозди, и это немного ускоряло процесс. Постепенно мы всё-таки добрались до того места, откуда шёл свет. Это были два факела, которые светились ярким белым огнем, что усложняло задачу пройти последние двадцать метров. Они слепили нас, сильно резало глаза. Я вбил свои последние несколько гвоздей и вскарабкался на большую бетонную площадку. Лежа на спине, я по-прежнему испытывал боль и одновременно облегчение, что этот путь наконец закончился. Другие также влезали на площадку.
— Помоги! — иногда слышал я голоса других людей.
Я втаскивал свои копии наверх, все помогали друг другу. Вскарабкиваясь, все тут же бросали свои молотки на пол. Не знаю почему, но я поднял два и запихнул их в карманы своего пиджака. Торчащие из карманов рукоятки меня не смущали…
Ад смог причинить нам ужасные боли и муки, но он не смог лишить нас человечности, пока не смог…
— Что нас ждёт за этой дверь? — спрашивали все друг друга.
— Ничего хорошего, — пробормотал я, даже не поняв, услышали ли меня.
Кругом были одни мои копии, не изувеченные, как я, но также страдающие и стонущие от боли. Площадка перед дверью была практически заполнена толпой, нас было около сотни, плюс снизу ещё прибывали люди. Дверь нужно было открывать, всех было не дождаться. Кто-то подошёл к стене и нажал на кнопку, находившуюся на ней. Дверь заскрипела и начала подниматься вверх. Когда она полностью открылась, за ней появился постепенно рассеивающийся туман, наружу хлынул теплый и даже слегка обжигающий пар.
— Нужно входить! — закричал кто-то из толпы.
Все ринулись за ним в следующее пространство Ада. Зайдя внутрь, мы оказались в метро, точнее на перроне метрополитена. Вдруг все начали издавать стоны, я тоже почувствовал сильную боль во всём теле. Оглядевшись, я увидел, что все мои копии начали принимать свой естественный облик. Все становились собой, изувеченными и изуродованными душами. Кто-то падал, корчась от боли в агонии на бетонном полу.
На стене висело огромное зеркало, подойдя к нему, я увидел своё отражение и ужаснулся. На моих коленях не было кожи, ноги были в крови, из груди торчали осколки рёбер, пальцы на левой руке, да и вся ладонь, были стёрты до костей. Из моей шеи сочилась кровь и торчали сухожилия. Половины лица не было, просматривался череп, сладковатый на вкус гнилостный запах, этот отвратный и тошнотворный запах обволакивал всё пространство вокруг.
Возле колонн по всему перрону лежали живые скелеты, они корчились от боли, они не могли больше идти, и умереть они тоже не могли. Они были обречены на вечные муки. Теперь боль была по-настоящему сильной, раздирающей изнутри. Вопли и стоны других только всё усугубляли. Гниющий народ постепенно заполнял перрон. Я понимал, что скоро должен прийти поезд, это было очевидно, но куда он направится? Думать об этом было страшно. Я видел, как множество людей просто уползало в открытую дверь назад, эти муки были действительно страшнее тех, что были на пути по гвоздям и на полосе препятствий с детьми.
Не знаю, сколько прошло времени, когда послышался громкий скрежет и свистящий звук. Приближался поезд. Адский поезд. Ни я, никто другой не знали, чего ожидать. Все стояли и смотрели в сторону рельс, стараясь подальше отойти вглубь перрона.
— Что ещё нас здесь ждет? — завопила женщина, стоявшая рядом со мной.
— Наверное, что-то интересное, — съязвил я ей и засмеялся.
Я был зол, я устал от боли, и мой смех, конечно, был истерическим, все полуразвалившиеся люди смотрели на меня.
— Не унывайте! — крикнул я. — Вагончик тронется, перрон останется!
После моей фразы сразу же появился поезд, со свистом тормозящий перед нами. Он остановился, и двери раскрылись, но заходить в него никто не спешил. Снаружи поезд был ржавым, он был весь в черной гари, от его стен отходил пар. Пахло ужасно…
— Он что, из самого пекла приехал? — тихо произнес мужчина в толпе.
— Нам туда и надо! — выкрикнул другой полуразложившийся живой труп и засмеялся во весь голос.
Все начали перешептываться, переговариваться между собой, пока из вагонов не зазвучал громкий женский голос, который обычно просит людей уступать места, не забывать свои вещи и объявляет следующую станцию. На этот раз речь была совсем иной.
— Гордыня! Зависть! Гнев! Уныние! Алчность! Чревоугодие! Блуд! — несколько раз подряд, громко и чётко, с паузами повторял голос.
— Это грехи, семь смертных грехов, — доносилось из толпы. — Мы должны раскаяться!
— Поезд тронется через десять минут! — продолжал голос из поезда. — Будьте внимательны…
После чего голос стал еле разборчивым, как будто зажевало аудиокассету, появились помехи, и голос совсем утих. Донеслось шипение от поезда, которое обычно происходит перед его отправлением. Все люди быстро ринулись внутрь, я был в их числе. На скамьи и сиденья внутри вагона садились особо изувеченные люди, им уступали места более стойкие. Двери закрылись, и поезд начал своё движение. Я стоял возле двери, держась за перила, и думал, что ждёт нас, пассажиров этого адского поезда.
— Хм, — ухмыльнулся я.
— Что такое? — спросил меня стоявший рядом парень.
— Я всегда знал, что метро придумали в аду, — ответил ему я, и мы оба засмеялись.
Мы ехали быстро и долго, за стёклами были видны лишь искры, стоять больше не было сил, многие сели на пол. В какой-то момент до нашего вагона донеслись вопли и крики. Это кричали люди, находящиеся в вагонах, которые были перед нашим вагоном. Внезапно начал моргать свет, все поднялись с пола.
— Что происходит? — снова спросил меня тот же парень.
— Откуда я знаю, я здесь впервые! — ответил ему я.
Вдруг из дверей, соединяющих вагоны, появился какой-то силуэт, затем ещё один. Выглядели они ужасно. У них были красные глаза, их тела были темно-красного цвета, как будто они были обуглены, их лица были вытянуты, на головах рога, а сзади небольшие хвосты. Они быстро водили глазами по сторонам, осматривая всех.
— Грешники! — протянул один из них хриплым голосом.
— Это что за черти ещё? — тихо спросил меня тот самый парень, который стоял рядом.
— Это и есть черти, — иронично ответил ему я.
Моя ирония быстро иссякла, когда эти черти начали плеваться во всех тёмно-зелёной жидкостью и зловеще хохотать. Они плевались кислотой! Изувеченные и измученные люди снова страдали! Они быстро обгорали до костей, с них сползала кожа, появился ещё более противный запах. Парень, хромая, быстро поторопился в конец вагона. Я стоял как вкопанный. Один из чертей уже мчался в мою сторону. Увидев, как он плюнул в меня кислотой, я отскочил в сторону…
Все, что происходило далее, повергло в шок даже меня. Видимо, моё подсознание работало, а моё тело выполняло его приказы. Молотки, которые лежали у меня в карманах, оказались кстати. Уклонившись от кислоты, я одним движением сверху вниз нанес удар по голове первому уродцу. Второй в тот же миг бросился на меня, его когти проскользнули в миллиметрах от моего лица, но после этого я ударил его вторым молотком снизу вверх прямо по его челюсти. Удары были сильными. На полу вагона лежало два адовых чёрта с раздробленными головами, из которых вытекала тёмно-красная жидкость, похожая на очень густую кровь. Они лежали без движений, всё произошло так быстро, что я сам ничего не понял.
— Вот и все, — тихо сказал я.
С одной стороны меня стонали люди, облитые кислотой, а с другой стороны вагона люди пристально смотрели на меня. Это продолжалось несколько минут, я не знал, что делать дальше…
— Что смотрите? — закричал я. — Они мертвы! Радуйтесь…
— Как ты сделал это? — робко спросила меня какая-то молодая девушка. — Кто ты такой?
— Артём, — быстро ответил я, не зная, что ещё ответить.
— Ну, что дальше, Артём? — продолжила девушка. — Всех их перебьёшь?
— Да откуда же мне знать? — истерично ответил я ей. — Я вообще не понимаю, что тут происходит!
— Нужно узнать, куда едет этот поезд, — оживился парень в конце вагона. — Раз этих чудовищ было двое, нужно идти к голове поезда, значит, больше их там нет!
— Логично! — заявила девушка. — Только кто пойдет? Артём?
— Ну вот, сразу Артём! — ответил я. — Даже не удивлен!
— Я пойду с тобой! — сказала девушка и встала рядом. — Ты спас нас, с тобой не страшно!
— Спас? Вас? — засмеялся я, — Хочу открыть вам всем великую тайну. Вы все уже умерли. Вы находитесь в Аду. Посмотрите на себя! Нас уже никто и ничто не спасёт!
— Всегда есть выход! — закричал парень из конца вагона.
— Соня! — подойдя ко мне и протянув руку, заявила девушка. — Не зря же я тебя тащила от змей и тараканов по гвоздям, помнишь?
— Это ты меня спасла тогда? — удивился я.
— Я, — ответила Соня, — и, как видишь, не напрасно!
Я ответил что-то вроде: «Спасибо, очень приятно», пожал её костлявую руку, которая стала такой после пути по гвоздям. Мои руки выглядели не лучше. Она продолжала улыбаться мне. Бесило меня это или смущало, точно я не понимал. Соня была не очень высокого роста, стройная блондинка с каре.
— За что ты в аду? — спросил я её.
— Я не знаю, я ничего не помню, — ответила она мне. — Всё тело ломит! Больно!
— Такая же ситуация! — выкрикнул парень из конца вагона. — Кстати, меня Мишей зовут!
— Ну, хотя бы имена мы свои помним! — заявил я. — Это уже не плохо!
— Сколько же мы уже едем! — раздраженным голосом закричала Соня. — Нужно идти дальше!
— Хорошо-хорошо, — ответил ей я. — Успокойся, Миша, ты с нами?
— Конечно же я с вами, я тут не останусь! — крикнул он в ответ.
Миша — высокий брюнет худощавого телосложения — осмелел и быстро ринулся к нам с Соней. Он быстро отломал спинку от лавки, заявив, что это будет его щит, чтобы защищаться от кислоты. Мне было безразлично, что делал Миша. Я протянул один молоток Соне, но она его не взяла, объяснив это тем, что я лучше ими орудую.
— Первым пойдёшь! — приказным тоном заявила Соня Мише.
— Да, — поддержал её я. — У тебя ведь щит!
Видимо, от растерянности Миша ничего не смог возразить, и с испуганным лицом он двинулся вперед, а мы с Соней лишь переглянулись, улыбнувшись друг другу. Он еле двигался, тогда Соня грозно сказала:
— Миша, иди быстрее! Не переживай, ты уже умер, бояться нечего!
Еле сдерживая смех, я шёл за Соней. Так мы переходили из вагона в вагон, казалось, что они никогда не закончатся, поезд мчал и создавал вибрацию, наклоняясь то влево, то вправо. Всюду лежали живые мертвецы, они издавали стоны, кто-то просил о помощи, их боль была сильнее нашей, их пропитывала кислота, эта тёмно-зелёная чёртова кислота.
Внезапно перед следующим вагоном перед нами возник ещё один монстр!
— Грешники! — протянул он.
— Миша! — громко выкрикнула Соня. — Щит!
Этот чёрт выплеснул в нашу сторону хорошую дозу своей желчи, которая с силой ударила в щит. Я лишь успел схватить за плечо Соню, резко отодвинув её за себя. Миша от испуга отбросил щит в сторону. Брызги кислоты попали мне на руку, которая уже практически окостенела. Я не ощутил боли сразу. Быстро и точно я запустил молоток в голову этого чудовища. Оно захрипело и отлетело к стене вагона.
Соня вытащила из моего кармана второй молоток и побежала добивать его. У неё это получилось. Очередной монстр был поражён. Щит лежал на полу и плавился. Я корчился от боли, пытаясь смахнуть со своей руки кислоту собственной курткой. От руки остались лишь кости, постепенно я лишался плоти. Половина моего лица уже была оголена от кожи, боль была жуткой. Михаил стоял как вкопанный и наблюдал за происходящим. Соня лишь сидела рядом со мной и повторяла одно и то же:
— Тише, Артём, тише, всё пройдет, спасибо тебе…
Поезд начал притормаживать и в итоге остановился. Двери распахнулись.
— Станция «Кухня», — прозвучал женский голос, который так же, как и в прошлый раз, пропал за помехами.
— Какая ещё кухня? — тихо произнес Миша.
— Заткнись, мать твою, откуда я знаю! — со злости ответил я ему, терпя невыносимую боль.
Вдруг в вагон снова зашли они, эти самые чудовища, только с ними был какой-то высокий, лысый и толстый мужик со страшным лицом, в руке у него огромный тесак для рубки мяса. Это был Мясник, на нём был окровавленный белый фартук.
— Ничего себе! — громко закричал он, указывая на нас. — Эта «святая троица» замочила наших проводников, вечная память им в проклятом огне!
Наверное, проводниками он назвал тех чертей, которых мы убили. Другие черти уже было ринулись к нам, но Мясник остановил их. Здесь он был главным.
— Добро пожаловать на Кухню, — улыбаясь, сказал он, подойдя к нам ближе.
Он молча рассматривал нас своими чёрными глазами, а черти тем временем выносили из вагонов тела грешников, или же то, что от них осталось.
— Понятно! — рассмотрев нас, сказал Мясник. — Все понятно, ну, идёмте за мной, мои уцелевшие гости.
Миша подождал, пока Соня помогла мне встать, и поплелся за нами вслед за Мясником. Когда мы вышли из вагона, то в нос ударил зловонный запах гнили, трупов, дышать было невыносимо. Полы и стены были в свежей и уже засохшей крови.
— Можете называть меня Мясником! — заявил мужик, не поворачиваясь к нам. — Вы добрались до Кухни, я здесь хозяин, так что не шутите со мной!
— Михаил! — из-за наших с Соней спин выкрикнул Миша. — Очень приятно познакомиться…
Мясник прервал его доброжелательную речь своим громким смехом. Он шёл не быстро, пройдя перрон, мы попали в огромную комнату со столами для рубки мяса, множеством печей и каких-то странных аппаратов с трубками. Черти заносили в эту комнату тела и сажали их на этот аппарат, подключая к телу пару трубок с иголками. Таким образом из грешников выкачивалась кровь, затем тела кидали в кучу. Кто мог идти, уходил в сторону перрона обескровленными. Было жарко.
— Прошу в кресла, друзья! — сказал Мясник, указав нам на эти аппараты.
— Мы же умрём! —истерически выкрикнул Миша.
— Вы уже мертвы! — ответил ему Мясник и громко засмеялся. — Не бойтесь, мы делаем множество напитков из крови, не пропадать же добру!
— Идём, — тихо сказала мне Соня.
Из нас очень быстро выкачали всю кровь. Я смотрел на лица Сони и Миши, они стали бледно-белого цвета, моя кожа, оставшаяся на руках, тоже побелела.
— А ты симпатичный! — смеясь, произнесла Соня, глядя на меня.
— Спасибо, ты тоже ничего! — ответил я ей и улыбнулся.
— Вы совсем с ума сошли! — закричал Миша.
— Заткнись уже, готический мальчик! — закатываясь от смеха, закричала на него Соня.
Я не смог сдерживать смех, мы с Соней смеялись во весь голос, а Михаил был в бешенстве от происходящего.
— Из нас сделают шашлык! — кричал он. — Что вы ржёте?
Мясник тоже смеялся, он занимался какими-то делами, перекидывая со стола на стол руки, ноги и другие части тел. Что-то улетало в печи.
— А вы с чувством юмора, друзья, — начал говорить Мясник. — Всё самое вкусное отправится на Адскую вечеринку, кто-то останется тлеть здесь навсегда, кто-то на другом поезде поедет в котлы. Моё дело — сортировка и готовка.
— Сколько вы этим занимаетесь? — спросила его Соня. — Что дальше?
— Вечность, друзья, вечность! — на секунду остановившись, ответил Мясник. — Но времени мало, партии грешников постоянно прибывают, нужно спешить!
— А что в Раю? — испуганным голосом спросил его Миша.
— В Раю? — переспросил Мясник. — Не уверен, что он существует! Нет жизни без греха, в Рай попадают избранные, наверное…
— Ты сам-то жил? — спросил его я.
— Уйдите! Прочь! — заорал он, размахивая тесаком. — Ждите своей очереди!
Соня утащила меня на перрон, Миша остался с Мясником. Мы слонялись из угла в угол, рассматривая происходящее. Второй поезд стоял на противоположной стороне от первого. В него загружали тела, некоторые были в неплохом состоянии и даже сопротивлялись, но черти быстро их успокаивали своей кислотой. Я точно не понимал, что здесь происходило, но знал, что нас тоже отправят на адскую вечеринку. Я вспоминал, как она снилась мне, и я постепенно всё вспоминал.
Мы с Соней устроились на полу возле одной из колонн адского перрона. Особо не общались. Когда я прижимался к ней, мои боль и страдания отступали на доли секунды, Соня прижималась ко мне, видимо, ей тоже так было легче.
Мы не понимали, как долго мы здесь находимся, время шло медленно. У меня было такое ощущение, что после полосы препятствий с детьми и пути по гвоздям прошли годы, много лет. В памяти всплывали лишь отрывки из пройденного пути, а из прошлой жизни лишь маленькие кусочки. Марла. Я точно помнил это имя. Чем больше мы старались вспоминать, тем сильнее становилась боль, к которой невозможно было привыкнуть. Сна не было, в Аду не спят…
— Метро точно придумали в аду! — тихо произнесла Соня, прижавшись к моему плечу.
— Да, я тоже об этом думал, — ответил ей я, — ты шутница.
Соня улыбнулась, её бледное обескровленное лицо было мне симпатично. Вот он порок. Желание. Эти качества здесь приветствовались. Мы смотрели друг на друга, потом она потянулась к моим губам…
— Нужно двигаться дальше, — быстро сказал я.
— Я заметила, что желание идти дальше притупляет боль! — тут же заявила Соня.
— Я тоже это заметил! — ответил я. — Почему поезд не едет?
— Нужно узнать! — сказала Соня.
Миши не было на перроне, поэтому нам пришлось идти в рабочую комнату к Мяснику. Уже прошло много времени нашего пребывания на Кухне, чертовы кислотные чудовища не обращали на нас особого внимания, да и таких, как мы, было немало. Сидя в поезде, некоторые ждали неизвестного отправления в неизвестность, кто-то бродил по территории, периодически получая дозу кислоты, иногда они просто награждались побоями и лишними увечьями от чертей за то, что мешались им, пока те работали, утрамбовывая по вагонам тела грешников.
Я случайно задел одного из чертей своим плечом, он решил ударить меня когтями, но я быстро увернулся, замахнувшись на него, мой окостенелый кулак полетел в сторону его лица и остановился в сантиметре от него. Чёрт отскочил и уставился на меня своими красными глазами.
— Страшно, сука? — проговорил я. — Попробуй ещё раз, и я тебе точно голову снесу!
Чёрт медленно отходил от меня, а Соня медленно уводила меня в сторону кухни, где работал Мясник.
— Кто же ты такой? — тихо спросила меня она.
— Наверное, я убийца чертей! — серьезно ответил я Соне.
Я по-прежнему не знал, кто я. Соня поняла мой юмор и просто улыбалась мне. Мы шли на кухню.
Зайдя в комнату, мы увидели того же грустного Мишу, который постоянно что-то монотонно говорил. Мясник работал, периодически отпихивая своей ногой Мишу и показывая полное равнодушие к нему.
— Что, соскучились? — заметив меня и Соню, с улыбкой произнес Мясник. — Заберите от меня своего дружка!
— Когда отправление? — громко спросила его Соня. — Я про поезд, сколько можно ждать!
Было видно, что она специально разговаривала с претензией, навязчиво и грубо, пытаясь разозлить шеф-повара этого заведения.
— Да, где наш десерт? — добавил я. — Надоело ждать!
Мясник замер, замерли черти, служившие ему на кухне. Моментом данного молчания и тишины воспользовался Михаил, снова подойдя ближе к царю кулинарии.
— Я не хочу уезжать, мне тут нравится, я помогать буду, — твердил он, опустив глаза в пол. — Пусть уедут, а я вам пригожусь!
— Ты? Пригодишься? Ты даже имени своего не знаешь! — закричал Мясник.
— Я? Я Михаил, — заикаясь, испуганно произнёс Миша.
— Имя тебе Зависть и Гнев, а ещё Уныние, — продолжал кричать Мясник. — Конечно, ты тут пригодишься, грешник!
Миша ничего не успел ответить…
Со скоростью ветра рука Мясника, в которой он держал свой тесак, пронеслась сквозь шею несчастного. Его туловище и голова разлетелись в разные стороны. Все произошло неожиданно и быстро. Черти налетели на трясущееся тело Миши и начали жадно раздирать его в клочья. Мясник спокойно поднял отрубленную им голову, выдрал из её рта язык и поставил её на свой стол.
Лицо Михаила искажалось от боли, он бы закричал, если бы был язык, но он просто таращил глаза, из которых текли слезы. Мясник протянул язык в нашу сторону. Соня не могла на это больше смотреть и отвернулась. Мясник видел всех прибывших к нему насквозь. Он видел наши грехи, больше ничего другого, только грехи…
— Язык! — выкрикнул он. — Любимая пища Дьявола!
— Нам тоже выдернешь? — спросил я его.
— Нет! — засмеялся Мясник, бросив язык на стол. — Ваши грехи терпимы для меня.
Черти уже бросали останки тела Миши в раскаленные печи, из которых по-прежнему ужасно воняло. Мясник отвернул от нас исказившееся лицо Михаила. Я не знал, что делать и что сказать, Соня тоже. Мы находились здесь уже вечность, Михаил же проведёт в этом месте бесконечность…
— Что отвернулась, Гордыня? — продолжил говорить Мясник, глядя на Соню. — Блудница, ты отправишься дальше, там тебя ждёт твоя участь! Здесь ты мне ни к чему…
— Обо мне что скажешь? — перебив Мясника, спросил я.
— О тебе? — воскликнул он, протянув в мою сторону руку с тесаком. — О тебе? Ты наглый контактирующий, ты тоже вниманием обделён не будешь!
— Нет такого греха, — произнесла Соня.
— Поверь мне, этого достаточно! — засмеялся Мясник. — Есть категории людей, которые попадают к нам автоматически, я вижу это, Артём вспомнит свои грехи, всё вы вспомните…
Мясник снова развернулся к своему столу, где лежала голова Михаила.
— Идите на поезд, — спокойно произнес Мясник. — Идите…
— Пойдём, — сказал я Соне, уводя её к поезду, идущему дальше в Ад.
Выйдя на перрон, мы увидели, что вагоны были практически забиты людьми. Выбрав вагон, мы вошли в него. Все места были заняты, Соня повела меня в конец вагона, где мы сели на пол.
— Двери закрываются, следующая остановка «Конечная»! — несколько раз проговорил женский голос.
Двери захлопнулись, поезд тронулся. Все сидели и молчали, мы тоже. Наверное, мысли у всех были одинаковыми, все думали: «Что же будет дальше?». И когда это «дальше» наступит.
В отличие от того поезда, что привез нас на Кухню, этот был очень чистым. Не знаю, сколько мы ехали по времени, как вдруг Соня заговорила со мной!
— Почему? — глядя мне в лицо, говорила она. — Почему он называл меня блудницей и гордыней? Я ничего не помню, почему я здесь, за что?
— Все мы здесь ничего не помним, — взяв Соню за руку, ответил я. — Не переживай и не думай об этом! Всё нормально будет…
— Нормально? — одернув свою костлявую руку, выкрикнула она. — Посмотри на себя! Ты практически скелет, Артём! Где нормально?
— Знаешь, — резко ответил я ей, — ты тоже не красавица! Моего греха вообще не существует! Я тоже ничего не помню, но сижу и молчу!
Соня замолчала. Народ в поезде начал разговаривать друг с другом, поднялся гул. Звук от поезда, гул от людей, которые просто что-то обсуждали, тишины больше не было. Молчали лишь Соня и я.
— Тихо! Тихо, мать вашу! — кто-то закричал в вагоне. — Заткнитесь вы, послушайте!
— Не ори, кусок мяса! — закричал ему в ответ здоровый мужик, находившийся передо мной в пяти шагах.
Времени прошло много, но помимо этого гула слышалось что-то ещё. Соня тоже не понимала, из-за чего кричал тот человек. Мужик, который был ближе ко мне, орал на другого, я не смог этого больше терпеть. Я встал с пола и подошел к нему.
— Тебя же просят, — спокойно сказал я ему. — Помолчи немного, все помолчите…
— Да ты чего, скелет! — заорал мужик. — Сейчас двину и…
Даже в аду он вёл себя так же, как и в жизни. Даже могила его не исправила. Я не дал ему договорить, я просто хотел тишины. Я просто бил его головой о металлический поручень, а потом о стены. Крови не было, но не было уже и половины его черепа.
— Да хватит уже тебе, Артём! — кричала Соня, оттаскивая меня от этого когда-то злобного дядьки.
Он не умер, он просто валялся на полу и тихо-тихо стонал…
— Заткнулись все! — крикнула Соня, глядя на меня, она спросила уже вполголоса: — Что там, Артём? Что слышно?
— Музыка? — тихо проговорил я, затем громче. — Музыка? Это музыка!
Все слышали музыку, все в вагоне слышали её. Это был рок-н-ролл, что-то из старья.
— Рок-н-ролл! — крикнул кто-то в вагоне. — Круто! В Аду играют рок-н-ролл!
И тут меня накрыло волной, и это была взрывная волна воспоминаний! Она ударила прямо в мозг, ослепив меня и отбросив в сторону. В мою голову влетали воспоминания о моей прожитой жизни. Меня шатало из стороны в сторону, пока я не упал. Перед глазами пролетали все мои грехи и все те, кому я причинил боль, будь она физической или моральной. Эта была целая цепочка событий, как фильм про меня, и в этом фильме я был отрицательным героем. На какие-то секунды я приходил в себя и видел, что то же самое творилось со всеми вокруг. Музыка становилась всё громче, рёв гитар и стук барабанов начинали глушить. Все затыкали уши, но это не помогало.
— Соня! — орал я во весь голос, срывая его.
Она не слышала меня, а я её. Никогда не думал, что я так возненавижу рок-музыку! В какой-то момент все затихло, кино перед глазами закончилось смертью отрицательного героя. Всё так, как и должно было быть. Поезд притормаживал, народ постепенно приходил в себя. Я подполз к Соне, прислонившись спиной к стене вагона, она сидела на полу и держалась руками за голову.
— Соня! — позвал я её, но она смотрела в пустоту. — Соня, ты как?
— Артём, я всё вспомнила, — сказала она. — Я плохой человек, понимаешь?
— Я тоже всё вспомнил, — ответил я ей. — Не думай об этом! Все мы грешны!
Почему-то мне казалось, что не так уж и велики были её грехи. Гордыня? Блуд? Это какая-то мелочь по сравнению с остальными грехами. Но Богу виднее…
Мясник был прав, все люди попадают в Ад. Но, если подумать логически, Ад ведь не резиновый. Чем-то же проведенная здесь вечность должна закончиться? Да, кто-то остался с младенцами. Кто-то застрял в пути на гвоздях, а кто-то на Кухне. Но мы приближались к завершению этого чудесного времяпровождения! Я чувствовал это!
— Станция «Конечная», — прозвучал женский голос.
Поезд остановился, и двери распахнулись. Все смело вышли на перрон. На стенах висели указатели к тёмному проходу, откуда доносились всякие звуки и музыка. Пройдя этот коридор, все мы оказались на той самой вечеринке, что снилась мне очень давно. Сколько же там было всяких разных тварей и чертей! Они начали расхватывать людей и утаскивать их за собой. Я держал Соню за руку, отбиваясь от них изо всех сил.
— Отпусти меня, Артём, — твердила она, — это бесполезно…
Она напоминала мне Марлу, я думал о Марле и не мог её отпустить. Но Соня была права, этих тварей было очень много, они выхватили её и утащили за собой.
— Спасибо! — выкрикнула мне Соня.
Это последнее, что я услышал от неё. Далее они принялись за меня…
Это было мерзко, больно, холодно, затем жарко и снова холодно…
Проклятые твари…
Их противный, мерзкий смех…
Во мне снова появилась кровь? Или мне показалось это? Я привык к истязаниям, они всё-таки довели меня до безразличия…
Через какое-то время меня волокли по кровавому полу. Я видел танцующих тварей, они били меня своими ногами…
Позже, стоя перед большим котлом с кипящей смолой, я увидел напротив себя Соню. Помимо нас с ней было ещё множество душ. Соня улыбнулась и подмигнула мне, я сделал то же самое в ответ. После чего мы полетели вниз, в неизвестное новое пространство. Может, оно станет последним для нас? Это нам ещё предстояло узнать…
Лишь обжигающий нам лица пар окутал нас…

Глава 2. Начало

Артём родился в обычной семье. Его отец, Юрий Ботов, служил в полиции, маму звали Елена, и она была учителем младших классов. Он был обычным ребёнком, хорошо учился в школе, а закончив её, поступил в Высшую Школу Полиции. Артёму было тогда семнадцать лет, он жил с родителями. Отец Артёма начинал работать следователем, и в сыне он видел такого же хорошего следователя, как и он.
На первом курсе у Артёма появилась девушка Лиза, они встречались год, после чего расстались. Артём переживал, ведь это была его первая любовь. На втором курсе учиться стало интереснее, так как начались предметы по специальности, и он полностью погрузился в учёбу, чему безмерно радовались его родители. Друзей у Артёма было немного, в основном одни знакомые, да и девушки постоянной не было. Отец всегда говорил Артёму: «Учись, сынок, по моим стопам пойдешь!» И Артём учился. На практику он ходил к отцу в отделение, присутствовал на допросах, иногда на задержаниях, ему эта работа нравилась. В армии Артём не служил, так как сразу после учёбы начал работать по специальности.
В двадцать четыре года Артём работал полицейским со своим отцом, с ним они вели дела, раскрывали преступления, они были напарниками и неплохо преуспевали в этом. Его отцу тогда было пятьдесят лет. Он собирался выйти на пенсию, как только его сына назначат следователем. Юрий был добрым и справедливым человеком, он чтил семейные традиции, выходные, проведенные вместе со всей семьёй, ужин, вино. Мать Артёма уже не работала и занималась домашним хозяйством. Она постоянно спрашивала Артёма, когда тот заведёт семью. У Артёма была девушка, которую звали Ириной. Она работала в адвокатской коллегии. Юрий не особо любил адвокатов, по его мнению, они всегда мешали быстро раскрывать дела. Артём же ничего плохого в них не видел.
Однажды Артём сделал Ирине предложение, но та отказала ему, объяснив, что любит его и хочет создать семью немного позже. Артёма вот-вот должны были назначить следователем, а у неё складывалась неплохая карьера адвоката. Они продолжали жить вместе, но детей не заводили.
В день рождения Артёма, когда ему исполнилось двадцать пять лет, его вызвал начальник, полковник Анатолий Иванович Щедров. Зайдя в кабинет, Артём увидел там своего отца.
— С днём рождения тебя, Артём! — сказал Щедров. — Поздравляю с новым званием и должностью, теперь ты следователь!
— Спасибо, Анатолий Иванович, — растерянно ответил Артём.
— Приказ уже есть, получишь новое удостоверение и за дело! — продолжал полковник. — Начнёшь с понедельника! А пока отдыхай, даю тебе три дня!
Его отец стоял за спиной начальника и гордо улыбался. Артём никогда не видел отца таким счастливым, он был рад за сына.
— Поздравляю, сынок! — пожав руку Артёму, гордо сказал Юрий. — Не переживай, на пенсию я пока не ухожу! Поедем, обрадуем маму с Ириной!
Это был последний день рождения, который Артём отмечал так весело и торжественно с семьей и Ириной. Все были рады и строили планы на будущее. Через месяц его мать умерла от инсульта. Он и отец переживали смерть Елены тяжело, но спустя некоторое время смирились. Юрий категорически отказался уходить на пенсию, объяснив это тем, что в одиночестве дома ему просто нечего делать.
Спустя полгода после смерти матери был убит отец Артёма. Юрий уже возвращался домой, он остановился на автозаправке, там на него и напали. Убийца ударил его ножом в горло и угнал машину. Артём впал в депрессию, он был зол и желал лишь мести. После похорон отца он пришел в отдел, чтобы приступить к работе.
— Кто ведёт следствие по убийству моего отца? — спросил он.
Ему сказали, что следствие ведёт Сорокин, такой же начинающий следователь, как и он. Артём знал Сорокина, тот рассказал ему об обстоятельствах дела, что убийца был один, что есть описание свидетелей, но на камерах видеонаблюдения лица не видно, а машину нашли брошенной в другом городе.
— Артём, — окликнул его один из сотрудников полиции, — тебя вызывают к начальству!
— Держи меня в курсе всего! — заявил Артём Сорокину и пошёл к начальнику.
— Соболезную ещё раз, Артём, твой отец был всем нам очень дорог, — говорил Щедров. — Это дело у нас самое приоритетное, не переживай, но тебя я должен отстранить от него! Езжай домой, приди в себя.
Не сказав ни слова, Артём ушёл из кабинета Щедрова и отправился в квартиру Ирины, где напился и уснул. Вечером Ирина разбудила его.
— Давай держись! — твердила она.
Артём не мог осознать происходящее и продолжал пить. Ему снились родители. Затем ему мерещился отец на улице и в квартире. Артём слышал его голос, который говорил ему: «Артём, иди домой, пока не поздно». Он думал, что сходит с ума, но всё равно решил посетить родительский дом. Там, сидя за столом с сигаретой за бутылкой водки, он вновь увидел отца.
— Сомов Михаил. Ищи, Сомов Михаил. Тюрьма. Он вышел, ищи его! — несколько раз повторил Юрий и исчез.
Подходил девятый день после смерти отца, Артём четко помнил, что он сказал ему. Он позвонил Сорокину и спросил, как продвигается следствие, на что Сорокин ответил:
— Ищем, Артём, не переживай!
Артём попросил его проверить того самого Сомова Михаила, Артём объяснил, что тот должен был недавно выйти из тюрьмы и был как-то связан с отцом. Сорокин удивился, но пообещал проверить информацию.
На девятый день на поминки собрались родственники Артёма. Он сидел за столом рядом с Ириной, и она постоянно твердила ему:
— Хватит пить, держи себя в руках!
Артём пил и вдруг снова увидел отца на лоджии. Артём вышел туда, перед ним стоял его отец.
— Папа… — тихо проговорил он. — Это ты? Что с тобой?
Юрий был чёрно-белого цвета, с невыразительными глазами, он снова повторял одно и то же. О том же Михаиле Сомове.
— Зачем вы умерли? — закричал Артём, глядя в пустоту. — Зачем? Оставили меня одного! Что тебе нужно теперь?
Артём кричал и махал руками сквозь своего отца, стоящего перед ним, после чего потерял сознание и упал. Ему вызвали скорую помощь. Артёма привели в чувство, но его поведение опять стало неадекватным, после чего его укололи снотворным и увезли в психосоматическое отделение.
Артём очнулся, он лежал в больничной палате, привязанный к носилкам, оглянувшись по сторонам, он увидел ещё несколько человек в таком же положении. В глазах всё сливалось и плыло, мерцали какие-то тени. Артём услышал, как открылась дверь. Силуэт в белом подошел к нему. Он увидел, что это женщина-врач.
— Добрый день, Артём, — говорила она, — итак, к нам вы попали с психозом, скоро перестанет действовать снотворное, и мы нормально поговорим! А пока лежите и отдыхайте.
Артём не мог ничего ответить, прошло ещё часа два, прежде чем он вновь открыл глаза. Ничего не плыло, всё было хорошо, кроме одного, Артём ясно видел, что в углу палаты стоял Юрий Ботов.
— Вы видите его? — спросил Артём у рядом лежащего парня, который был так же привязан, как и он.
— Да ты точно дурной! — засмеялся сосед Артёма. — Не говори им, что видишь, а то залечат!
Дверь в палату открылась, и Артём увидел врача с двумя санитарами.
— Как вы себя чувствуете, Артём, можем ли мы вас развязать? — спросила доктор.
— Да, конечно! — ответил он.
Санитары развязали его, поставили на ноги и повели в кабинет к врачу. Его посадили на стул перед столом доктора. Санитары остались за спиной у Артёма.
— Меня зовут Ермолина Евгения Валерьевна, — представилась доктор. — А вас?
— Артём Юрьевич Ботов! Я следователь полиции! — громко заявил Артём.
— Я знаю, поэтому к вам будет пристальное внимание! — продолжала врач. — Вы видите что-то, может быть, слышите? Галлюцинации?
— Нет, у меня был стресс! — спокойно ответил Артём.
— Хорошо, мы понаблюдаем вас, возьмём анализы, а там видно будет! До встречи! — Ермолина кивнула санитарам, и те вывели его в коридор, ведущий в его палату.
В палате была кровать, окно с решеткой и больше ничего. Зашла медсестра, взяла кровь, попросила Артёма сдать мочу, сходив с ним в туалет. Вечером Артёму дали лекарства, от которых он захотел спать. Ему снилось, что он идёт по коридору больницы, и вокруг мелькают чёрные тени. Какие-то силуэты что-то говорили ему, потом он увидел отца, который кричал:
— Ищи Сомова!
Артём вновь проснулся прикованный к кровати. Он не понимал, сколько времени он уже находился здесь. Врач зашла в палату и сказала, что дела плохи. Предыдущей ночью он бегал по отделению в состоянии психоза, и санитары еле скрутили его. Ей пришлось увеличить дозу транквилизаторов. Артём сказал доктору, что это был лишь сон, но врач заявила обратное.
Артём провел в психбольнице около шести месяцев, он продолжал видеть то, что видел, а также видел своего отца, а вернее то, что от него осталось. Артём понял, что таблетки и уколы не помогали от галлюцинаций, нужно просто молчать и стараться не обращать внимания на видения. Психиатр считала, что у Артёма шизофрения или маниакально-депрессивный психоз с бредом о своём отце и Михаиле Сомове. Его несколько раз навещали коллеги, приходил и Сорокин, иногда Ирина. Дело об убийстве отца застопорилось, Сомова никто не проверял, и как только Артём начинал говорить о нём, об этом узнавала врач, и дозы лекарств увеличивались. Отца Артём видел реже, и то в виде какой-то тени или же объекта без контуров. Артёму нужно было выйти из этой больницы. Он молчал и соглашался на любое лечение и процедуры. Однажды, сидя в кабинете у врача, Артём спросил:
— Евгения Валерьевна, когда вы выпишите меня? Мне уже намного лучше…
— На днях, Артём, но ты не сможешь больше работать в полиции, тебе придется пить лекарства, — пояснила доктор. — Плюс раз в месяц приходить к нам на осмотр.
Артём понимал, что иного выхода нет. Чтобы выйти из больницы, нужно соглашаться на всё.
— Нас часто посещают из церкви, — сказала Евгения Валерьевна, протянув Артёму визитку. — Это священник Даниил, он считает, что вера помогает нашим больным. Он интересовался тобой. Обратись к нему.
Через три дня Артёма выпустили с выпиской о заболевании, а также с направлением на освидетельствование, на котором комиссия позже установила ему инвалидность. Артём больше не был полицейским, Ирина ушла от него. Поселившись в доме родителей, он остался один на один со своими видениями. Через какое-то время он обратился к Даниилу. На встречу с ним Артёму пришлось идти в церковь. Не крестясь, он переступил порог и вошел в храм.
— Кто тут Даниил? — громко спросил он в церкви.
— Не кричите, он ведёт службу, подождите его, он к вам подойдет! — недовольно ответил ему какой-то человек.
Сидя во дворе на лавке возле церкви, Артём курил и ждал священника. На удивление ему было спокойно, никаких силуэтов людей, призраков и теней он не видел. Уходить Артём точно не хотел. Через час из церкви начал выходить народ, а за ним вышел и мужчина в чёрном одеянии. Посмотрев на Артёма, он жестом пригласил его зайти внутрь, они прошли в помещение, похожее на кабинет. По виду Даниилу было около сорока лет, он был высокий, с небольшой бородкой, серьезного вида.
— Что привело тебя ко мне? — спросил Даниил Артёма.
— Это ваше? Мне в психлечебнице дали! — протянув визитку священнику, ответил Артём.
— Итак, — улыбнулся Даниил, — ты продолжаешь видеть их?
— А это смешно? — нервно ответил Артём. — Доктору доложите теперь?
— Нет, Артём. Я не за этим тебя звал, я хочу помочь тебе! То, что ты видишь их, это не просто так, — объяснял священник. — Это души умерших людей, призраки, сущности, и среди них твой отец. Все они не ушли из нашего мира, они затерялись тут, и ты их видишь.
— Да ладно! Это просто мне кажется, такого быть не может! — засмеялся Артём.
— Это дар, Артём, — прервал его священник. — Вот я их не вижу, а ты видишь. Я помогу тебе понять. Пойдешь по этому адресу, там тебя будет ждать человек, он поможет.
Даниил протянул Артёму бумагу с адресом и рассказал, как туда дойти. Артём выглядел плохо, он постоянно не высыпался, поэтому у него были мешки под глазами, волосы и щетина на лице отросли, он давно не обращал внимания на свой внешний вид.
Артём вышел из церкви и сел в маршрутку. Видения возобновились. Закрыв глаза, он старался не обращать на них внимания. Выйдя из автобуса, он пошёл искать адрес, написанный на бумаге. Это оказался многоэтажный дом, Артём поднялся на нужный этаж и подошёл к квартире и постучал в дверь. Ему открыл лысый мускулистый мужик.
— Ты Артём? Меня зовут Хам! Так все называют, заходи! — с ходу заявил мужик.
Зайдя внутрь, Артём увидел широкий матрас на полу, на нём лежала полуголая девица и спала. В квартире был, конечно, полный бардак. Хам позвал Артёма на кухню.
— Выпить хошь? На вискарь! — протянул он наполненный до краёв стакан Артёму. — Пей, не ссы, разберёмся мы с твоей проблемой! С таблетками своими психическими получишь удовольствие!
Хам засмеялся, Артём выпил. Он уже начал понимать, почему этого мужика зовут Хамом. После чего тот вышел в комнату, поднял с матраса девушку и сказал, что это проститутка, приведя её в чувство, он приказал ей одеться и уйти, в прямом смысле приказал. Для Артёма это было дико.
— Скромный ты какой-то! — заявил мужик. — Давай говори, что у тебя там? Даниил сказал, что тебе помочь нужно.
Артём всё быстро рассказал про свои видения, про отца и Сомова. Хам выслушал и сказал:
— Понятно, очередной, блин, незваный контактирующий появился! Я введу тебя в курс дела, только ты не ссы и ещё выпей!
Хам был серьезен и не шутил, как сначала. Он рассказал Артёму о правиле 3–9–40, о душах, сущностях и о других существах загробного мира. Он сказал, что Артём может сойти с ума, если это так и продолжится. Он не один такой, и с этим ему придется жить, решая проблемы мёртвых и отправляя их в иной мир. Хам рассказал, что священник Даниил был у них главным, он искал контактирующих и помогал им, как мог. Также он кратко рассказал про организацию, которая называлась «Приходом Посвященных». Артём был в шоке. Он был пьян и в ужасе слушал Хама.
— Так, чего там хотел твой отец? — спросил Хам.
— Сомова Михаила, я даже не знаю, искали его или нет, в полиции этим делом занимался следователь Сорокин! — пояснил Артём.
— Так поехали в твою ментовку, там и спросим у сороки правду! — вскрикнул Хам.
Выйдя на улицу, они сели в джип Хама, из куртки он достал какой-то сверток и трубочку. На пластиковой карте он быстро сделал две дорожки из порошка. Хам вдохнул одну, а вторую протянул Артёму.
— На, прими, а то вид у тебя как у пьяни какой-то, взбодрись! — сказал Хам.
Артём вынюхал все и действительно почувствовал бодрость, напряжение спало. Они ехали по улицам, Хам постоянно твердил о мёртвых и спрашивал Артёма:
— Видишь их? Они повсюду, особо внимания на них не обращай, а то почувствуют, что их видят, и пристанут! Суки!
Артём видел какие-то силуэты. Это были сущности, души разных цветов в зависимости от срока их смерти. Подъехав к полицейскому отделу, Хам спросил Артёма:
— Ну и где твоя Сорока?
— Машина его вон там стоит! — указал тот на парковку.
— Будем ждать! — заявил Хам.
Они ждали, курили, Хам рассказывал об их деятельности всё больше и больше. Оказалось, им даже платили, переводя деньги на личный счёт. Если они перестанут изгонять сущности и отправлять души, то те заполонят мир, замучают людей, и будет конец! Артём не верил своим ушам.
Стемнело. Вдруг из дверей отдела вышел Сорокин. Он сел в машину и поехал. Хам с Артёмом поехали вслед за ним. Сорокин остановился на парковке одного стриптиз-клуба. Выйдя из машины, он увидел, что ему навстречу идут Артём и ещё какой-то человек.
— Артём, привет, как дела? — с улыбкой кивнул Сорокин.
— Привет, поговорить надо, — сказал Артём.
— Давай завтра, приходи в отдел, буду рад видеть! — весело ответил Сорокин, указывая на клуб. — У меня тут дела! Сам понимаешь!
Артём ничего не успел ответить, когда Хам со всего маху засадил Сорокину сокрушающий прямой удар в нос! Сорокин отлетел в сторону своей машины метра на три.
— ФБР! Сука, будешь отвечать на все вопросы! — закричал Хам, подняв Сорокина с асфальта, двинув его ещё раз головой о машину.
Артём испуганно смотрел по сторонам, он хотел, чтобы никто не увидел происходящего.
— На баб решил посмотреть, сука, так потом посмотришь, а ща говори про дело отца Артёма! И живо! — пригрозил Хам Сорокину.
— Какое блин Федеральное Бюро Расследований? — придя в себя, но ничего не понимая, запричитал Сорокин, — Я полицейский!
— Хана тебе, полицейский! — достав ствол, Хам засунул ему его в рот. — Или говори, сука, или замочу!
Сорокин закивал головой, Артём подошел к нему и начал расспрашивать о следствии. Прошло больше полугода, но, как оказалось, Сомова так никто и не проверял.
— Я же просил! — крикнул Артём Сорокину.
— Артём, прости, мне сказали, что ты психом стал! — повторял тот снова и снова. — Мне говорили, что у тебя крышу снесло!
— Так, короче, ща едем в мусарню, и ты при нас начинаешь шмонать базу! — заявил Хам, кинув Сорокину салфетку. — Вытрись и поехали!
Сорокину ничего не оставалось делать, и они поехали в отдел. Когда они зашли внутрь, у Сорокина постоянно шла кровь из носа, похоже, он был сломан.
— Ищи, Сорока! Ищи! — раз за разом повторял Хам.
Другие сотрудники полиции с подозрением смотрели на происходящее, но они вспомнили Артёма, когда он пошел к ним и объяснил, что Сорокин по просьбе ФСБ ищет одного парня в базе данных. Чувствовал он себя неловко, но Хам вёл себя так уверенно, что никто даже ничего не спросил…
— Нашли! — крикнул Хам.
Артём подошел, и они начали читать про Михаила Сомова. Оказалось, что именно его шесть лет назад арестовал отец Артёма за торговлю наркотиками. Выйдя из тюрьмы, Сомов захотел отомстить, он специально или случайно встретил Юрия на заправке и решил убить его. Всё сходилось. Хам объяснил Сорокину, чтобы тот завтра немедленно начал разрабатывать эту версию, и Сорокин пообещал всё сделать. Он был ужасно испуган. Хам отвез его назад к бару, а сам вместе с Артёмом отправился домой, где полночи они пили виски и нюхали порошок.
Утро было тяжелым. На свой страх и риск Артём один поехал в отдел полиции. Его пропустили, у Сорокина была наложена повязка на лицо, под глазами были большие синяки.
— Спасибо за вчера! — обиженно заявил Сорокин. — Можно было бы и вежливо попросить! Я виноват перед тобой, поэтому не буду жаловаться, к тому же ты чертов шизофреник, и тебя не посадят!
— Что по делу? — спросил Артём.
— Опера работают! — ответил Сорокин. — Поехали домой к Сомову, его задержат. Потом допросим, проверим всё, не переживай! Процедуру ты знаешь. Я тебе позвоню!
— Здравствуй, Артём! Ты больше не полицейский! — сказал сзади стоящий полковник Щедров. — Что ты тут делаешь?
— Я потерпевшая сторона, проверяю, как следствие идет! Имею право! — с саркастичной ухмылкой ответил Артём, после чего направился к выходу.
— Мы тебя будем держать в курсе всех дел! А теперь иди домой и отдохни! — крикнул ему вслед Щедров и попросил Сорокина зайти к нему.
Вечером Артём сидел в родительском доме, когда к нему приехал Хам. Он привёз бутылку виски и порошка, закинувшись всем этим, они разговорились. Состояние Артёма было вполне сносным, он не пьянел от кокаина. Много расспрашивал о Приходе, о душах и сущностях. Хам охотно делился с ним информацией.
— Почему тебя зовут Хамом? — вдруг с улыбкой спросил его Артём.
— А чё, не заметно почему? У меня манеры хамские! — смеясь, ответил Хам.
— А как твое настоящее имя? — снова спросил Артём.
— Имя не важно, важно, чтобы человек хорошим был. А фамилия моя — Хамский! — гордо произнес Хам.
— Да я понимаю, — ответил Артём и засмеялся.
— Может, баб закажем? — громко спросил Хам.
— Я сейчас не в том состоянии, мне ещё в психушку идти, а ты меня поишь и наркотой кормишь! — смеясь, ответил Артём.
— Ничего, с этими мы тоже как-нибудь разберёмся! Скоро ты вступишь в нашу секту! Будешь изгоняющим бесов, как я, а может, и лучше, кто знает! — ободрял его Хам. — Хотя ты не настоящий же контактирующий, а я настоящий, потомственный, бывалый уже! Я с детства видел всех этих чертей, родители у меня такими же были. Вот меня Даня и приставляет к таким, как ты! Потом ругает, правда, что я вас порчу, ну а как иначе!
Хам говорил долго, а Артём сидел и слушал его. Так весело и беззаботно он ещё никогда не проводил своё время. Хам держал Артёма в тонусе, не давал грустить.
— В Приходе тебя всему обучат, не переживай! — сказал Хам.
Они не спали практически до утра. Потом Хаму позвонил Даниил. Поговорив по телефону, Хам сказал:
— Вот и работка не очень большая! Поехали, по дороге расскажу.
Они вышли из дома и сели в машину, Хам ещё принял дозу. По дороге он рассказал Артёму о деле.
— Короче, тут недалеко в одной деревушке сущность обитает. Даня сказал, что там вся семья уже в шоке, попов из церквей вызывали, бабок всяких, а приведение всё шалит и шалит! Полтергейст, короче! — объяснял Хам. — Ща подъедем туда и разберёмся!
Когда они приехали на место, наступил день. Артём и Хамский зашли в старый дом. Оказалось, что у бабки с дедом там умерла дочь. Они думали, что это её дух их тревожит. По ночам начинался шум, вой и грохот, вещи падали. Покоя не было. Хамский вежливо попросил всех покинуть помещение.
— Ладно, давай походим тут, если увидишь чего, скажи! — велел Хам Артёму, достав из кармана блокнот, и сам пошёл по комнатам.
Ничего не подозревая, Артём зашёл в спальню. Посередине комнаты стояла кровать, на ней сидело чёрное расплывчатое существо. На несколько секунд появлялись очертания человеческого силуэта, потом они пропадали и снова появлялись.
— Хам! — крикнул Артём. — Сюда!
Зайдя в спальню, Хам увидел это существо, улыбнулся и сказал:
— О, сущность! Искать долго не пришлось, видно, давно померла! Вон какая! Злая, наверное!
Он протянул Артёему блокнот.
— Дерзай, ну-ка толкани ей вот эту речь! — сказал Хам, указав пальцем на страницу.
Артём начал читать…
Ровно после пары строк сущность быстро предстала перед ним. Артём отлетел на два метра назад, его лицо было испуганным.
— Твою мать! — вскрикнул он.
Издавая мерзкие звуки, сущность двигалась к Артёму.
— Успокойся и не ссы! — закричал Хам Артёму. — Читай! Я тебя порву, мерзость тёмная, будешь себя так вести! — наклонившись к сущности, со злостью сказал Хам.
Сущность повернулась к нему и зашипела.
— Уходите, я жива! — протяжно произнесла сущность.
Артём читал текст несколько раз, все увереннее и увереннее. Потом он встал с пола и подошел к сущности. Когда он в последний раз прочитал текст, она начала испаряться. Развеялась в воздухе и пропала.
— Вот и всё! Молодец! — хлопнув по плечу Артёма, сказал Хам. — Для первого раза сойдет! Отдай мои шпаргалки!
Хам забрал блокнот, и они вышли на улицу. У Артёма всё колотилось внутри.
— Всё люди, живите спокойно, долго и счастливо! — крикнул Хам жителям дома.
Те спрашивали, как отблагодарить их, но Хам быстро завёл машину и поехал оттуда. По дороге Артём обдумывал, что произошло, он осознавал, что изгнал душу, и представил будущее, которое его ожидает.
— Что ты паришься, Тёма? — громко спросил Хам, — Все о’кей, ты нормально справился для первого раза! Бывало и хуже!
— А кто она была, эта сущность? — спросил Артём.
— Это неважно, первое правило, не думай, кто они и кем они были! — объяснил Хамский, — Это не тот случай! Потом поймёшь! Обычная сущность, застрявшая у нас в мире, ничего плохого она не делала, просто людей пугала, приведение, одним словом. Увидишь ещё тварей и посерьезней!
Около недели Артём и Хамский занимались подобными делами. Они пили, курили, принимали наркотики. За изгнания сущностей Приход перечислял деньги на счёт Хама, на них они и жили. Практически каждый день Артём видел отца. Видел его изменения, отец уже давно превратился в сущность, он приходил к Артёму, и как только тот читал изгнание, отец пропадал, а потом появлялся снова. Нужно было раскрыть его убийство, тогда бы он успокоился.
Юрий и Елена Ботовы были похоронены вместе. Артём ни разу не был у них на могиле. Однажды он сказал Хаму, что хотел бы сходить на кладбище. Хамский учил Артёма тому, что знал и умел. Он рассказал ему, что контактирующим нельзя ходить на кладбища, так как там очень много душ и сущностей. Это опасно. Они не должны знать, что их видят, иначе могут преследовать контактирующего и могут свести его с ума. А дела всех душ сразу решить невозможно.
Артём настаивал, по его мнению, он должен был хоть раз посетить могилу своих умерших родителей. Хам был недоволен, он злился и ругался, отговаривая Артёма, но тот был упрям и заявил, что поедет один. Хаму ничего не осталось делать, как отвезти его.
День был будний. Народу на кладбище было немного. Они оставили машину возле ворот и вошли на территорию. Артём увидел множество душ и сущностей. Души были у свежих могил, а сущности сновали, они были повсюду, быстро перемещаясь с места на место. Стоял шёпот, вой и плач, слышались неразборчивые голоса. Артём и Хамский шли по дорожке в сторону могилы Юрия и Елены.
— Голоса из преисподней. Блин, ненавижу это место, смотри, сколько их тут! — бубнил Хам.
Он был напряжен, шёл с опущенной вниз головой, таким его Артём ещё не видел, он явно был испуган и держался робко, а обычно Хамский вёл себя смело и напористо. Это насторожило Артёма.
— Не смотри на них, если они поймут, что ты их видишь, то нам не повезёт! — предупредил в очередной раз Хам.
Артём слушал Хама и не смотрел, но адреналин в его крови начинал зашкаливать, он уже жалел, что приехал сюда. Когда они подошли к могиле родителей, Хам протянул Артёму свой блокнот и сказал:
— Читай молитву за упокой и пойдём отсюда!
Артём начал читать, Хамский отошел в сторону, прикурил сигарету и старался вести себя естественно. Его взгляд был направлен только вниз. Прочитав молитву, Артём посмотрел на Хама и подумал, если он в таком состоянии, то здесь действительно не безопасно.
— Ну что, едем отсюда, я всё! — тихо произнес Артём.
— Полегчало, блин? — вполголоса пробубнил Хам. — Пошли к выходу!
По дороге назад души и сущности стали активнее, они мелькали перед Артёмом и Хамом, их голоса становились громче. Артём успел разглядеть сущности, которые были очень похожи на людей, только они были полностью чёрные. Они двигались как люди, в отличие от остальных, их образ был чётким. Запрыгнув в машину, Хам резко тронулся с места и погнал по дороге.
— Не ходи на кладбища, Артём! Нафиг тебе такой экстрим! Там встретить кого угодно можно! — громко кричал Хам. — Им не легче, и тебе тоже!
— Кого ещё встретить? — спросил Артём.
— Например, состоявшуюся сущность! — серьезно ответил Хам.
— Это ещё кто? — с удивлением спросил Артём.
— Об этом тебе в Приходе расскажут, когда я тебя туда сдам! — ответил Хамский.
Артём сразу же вспомнил про тех чёрных, похожих на людей сущностей, но больше не стал ничего спрашивать. Хамский довёз Артёма до дома, высадил его, а сам молча куда-то уехал. Время было вечернее, Артём напился снотворных, которые дал ему психиатр, и уснул.
Утром его разбудил телефонный звонок, это был Сорокин. Он пояснил, что Михаил Сомов был найден и допрошен, также ему были выдвинуты обвинения в убийстве отца Артёма. Следствие шло, и постепенно всё подтверждалось.
Через некоторое время дело было передано в суд. А спустя полгода Сомову вынесли приговор — пожизненное лишение свободы. Артём был на суде неоднократно, он часто видел сущность своего отца, которая подлетала к Сомову, она касалась его, и тому становилось плохо. Сомова часто выводили из судебного заседания в панике. После вынесения приговора сущность растворилась в воздухе, и Артём понял, что его отец наконец-таки обрел покой.
В свои двадцать шесть лет Артём жил один, изредка общаясь с Хамским. Он помог Артёму всем, чем смог, теперь оставалось дело за Даниилом и Приходом. Артём посещал психотерапевта весь год практически каждый месяц, пока шло следствие. Диагноз шизофрении ему всё же сняли, заменив более легким. Через какое-то время позвонил Даниил и сообщил, что Артёму необходимо приехать в семинарию для прохождения обучения. Артём ещё не понимал, что это навсегда изменит его жизнь.

Глава 3. Приход Посвященных

«Приход Посвященных» — это особая, строго засекреченная организация, которая действует исключительно в рамках церкви. О ней знал лишь заместитель главы страны по церковной деятельности. Президент страны имел представление о данной организации, но подробности ему не раскрывались.
Только избранные священнослужители знали о роли данной организации. В церковных семинариях выделялись особые спецкурсы, где обучали контактирующих. Курсы эти длились год. По окончании учебы контактирующим предлагалось заниматься какой-либо официальной деятельностью, чтобы не привлекать внимания других людей. Деньги за свою работу они получали на личный засекреченный счёт, принадлежащий церкви.
В каждом городе и практически в каждой церкви был представитель из Прихода Посвященных, который следил и давал распоряжения контактирующим. Контактирующие чаще всего официально работали врачами, полицейскими, священниками, ритуальными агентами или работниками кладбищ. Это были люди, которые чаще других людей видели смерть. Контактирующий имел право отказаться от своих обязанностей, и Приход Посвященных проводил специальную службу, чтобы души перестали посещать этого человека. Подобная служба проводилась и над теми контактирующими, которые не справились с обязанностями, которых облепили души и сущности, эти люди не знали покоя, их мучила бессонница, в итоге они могли сойти с ума или убить себя. Приход Посвященных давал им отпуск и вновь возвращал в свои ряды, если это было возможным.
Артём долго не видел Хамского. Он сидел дома, когда услышал звук подъехавшей к его крыльцу машины. Артём вышел на улицу и увидел Хама, который вылезал из своего джипа.
— Привет! Куда пропал? — крикнул ему Артём. — Выпьем, покурим? Может, баб закажем?
Хам стоял у машины, улыбаясь, он ответил:
— Молодец! Научился ты у меня многому, хвалю! Но теперь тебя, брат, ждёт ещё одно дело!
— Знаю, Даниил звонил, — ответил Артём. — Вещички собирать?
— Да тебе ничего не понадобится там, в дорогу сигарет возьми, да и хватит! Там тебе расслабиться не дадут! Иди, собирайся, смотри, сколько их! — сказал Хам, подняв голову вверх.
— А, ты про тех, над крышей? — улыбаясь, указал Артём вверх. — Я их гоню, а они приходят, как мухи на говно!
— Говно в их понимание — это мы, а здесь ты! — засмеялся Хамский.
Над домом Артёма кружили десятки сущностей. Пока Артём собирался, Хам ждал и думал про себя: «Как он вообще тут спит под их вой?»
Артём закрыл дом и подошел к Хаму, прикурив сигарету, он спросил:
— Куда повезешь-то?
Хам достал шприц с каким-то раствором и, серьёзно глядя на Артёма, ответил:
— Тебе дорогу знать нельзя! Докуривай, садись в машину, давай вену и в путь!
— Нормально, а если откажусь? — с недоверием спросил Артём.
— Сколько ты ещё протянешь тут с ними? — спросил Хам Артёма, показывая вверх пальцем.
— Да уж, выбор особо не велик! — тихим голосом произнес Артём. — Мы ещё увидимся с тобой?
— Ты ж знаешь, судьба сведёт, главное — не ссы! — с улыбкой на лице ответил Хамский.
Артём улыбнулся, Хам был для него как родной, роднее и не было.
— Аккуратно только смотри! — сказал Артём.
Он докурил сигарету и сел в машину на заднее сиденье и засучил рукав. Хам затянул жгут, ввёл иглу в вену и начал медленно вводить содержимое шприца. Все вокруг завертелось, и Артём отключился.
Очнулся Артём в какой-то комнате на кровати. Посмотрев по сторонам, он увидел, что стены были расписаны какими-то непонятными ему знаками. Стоял специфический церковный запах. Артём сразу подумал, что он находится в церкви. Встав с кровати, он осмотрел себя. Одежда была полностью чёрного цвета. Подойдя к двери, он открыл её и вышел из комнаты. По коридору ходили люди. К Артёму подошел молодой человек, он улыбнулся и начал громко говорить:
— Здравствуй, Артём! Меня назначили твоим сопровождающим, наблюдателем, называй как хочешь, короче, я буду твоей нянькой! Меня зовут Константин!
Артём стоял и молчал, смотря на улыбающегося парня. Одет он был по-граждански, в джинсах и футболке, он был среднего роста, худощавый, с небольшой щетиной.
— Пойдем, я тебе все покажу и расскажу! За мной, Артём! — сказал Константин.
— Где мы? — спросил его Артём.
— Мы в обители Прихода Посвященных, а где именно это находится, я не знаю. Об этом все спрашивают в первую очередь, когда попадают сюда для обучения в семинарии, — говорил Константин. — Не зря же тебя усыпляли! Есть хочешь? Пошли сразу в столовку.
Константин вел Артёма по коридорам, где все стены были исписаны латиницей и символами, на лифте они спустились на этаж С.
— Этаж С — это столовка. Запомни. Тут нет стандартных обозначений этажей, — объяснил Константин.
Они подошли к столовой, повсюду было много людей. В общей очереди они пошли с подносами к раскладчикам пищи. Еда была простая, не для гурманов. Они сели за стол, и Константин продолжил говорить:
— Сегодня после приёма пищи у тебя будет первый урок для прибывших. Там тебе много чего расскажут. Потом начнется теория, практика, как в любом другом учебном заведении. На протяжении всего этого времени я буду контролировать тебя. Ты мой на целый год! Друг мой!
— Год? — громко воскликнул Артём. — Да иди ты со своим годом, я ухожу!
— Отсюда не уйдешь! Сходи на первый урок и всё узнаешь! — сказал Константин. — Ешь!
Через некоторое время раздался двойной гудок. Все встали из-за столов и пошли к лифтам.
— На учёбу! — сказал Костя, — Это обозначает этот сигнал, запомни!
В лифте было много народу. Был нажат этаж У, что означало ученический этаж. В классе все сидели по двое, на столе лежали блокнот и ручка. Артём вспомнил, что такой же блокнот был у Хама. В класс зашли три человека в чёрных костюмах. Один из них начал говорить:
— Мы приветствуем вас в нашем учреждении, вас двадцать четыре новоприбывших, в течение года мы будем учить вас, как жить с вашим даром! — говорил он.
Дальше он рассказал про семинарию, специальный факультет Посвященных, о его секретности. Туда не проникали души, так как он был защищен специальными знаками и символами. Всем были розданы договоры о неразглашении. Ученики должны были находиться здесь год, кто-то становился контактирующим и жил дальше, выполняя задания Прихода, кто-то оставался работать на факультете, а кто-то становился наблюдателем, как Константин. Времени на этом факультете не было. Всё рассчитывалось по гудкам: завтрак, учеба, обед, ужин, личное время и сон.
Имена руководства не разглашались. Артём понимал, что по бумагам этого заведения вообще не существовало. Работники данного заведения общались с учениками только по делу. Да и сами вновь прибывшие друг с другом почти не общались. Все жили отдельно, и все были сосредоточены на себе и своих наблюдателях. Сбегать никто не собирался, так как снаружи их ждал лишь страх, и снова видеть души и сущности никто особо не хотел. Артём и Костя практически всегда были вместе. Они разговаривали о многом. Константин тоже видел потусторонних, он рассказал Артёму, что не может их выносить, поэтому остался жить и работать в Приходе.
Первые три месяца шли теоретические занятия. Каждому ученику предлагали выбрать деятельность, которой они занимались бы официально в мирской жизни. Имея юридическое образование, Артём выбрал адвокатуру. Под наблюдением и контролем он изучал её дистанционно, сидя за компьютером в местной библиотеке. Он читал книги о Приходе и душах, которые не встретишь в обычной библиотеке. Артём посещал только столовую и этаж У, лишь изредка он бывал на этаже О, это был этаж отдыха, где ученики могли проводить свободное время. В основном там они общались со своими наблюдателями или играли в бильярд, настольный теннис и другие, мало интересовавшие Артёма игры.
Из двадцати четырёх прибывших было всего три девушки. Артём сразу обратил внимание на одну из них. Они часто переглядывались на лекциях и в комнате отдыха. У девушек наблюдателями были тоже девушки. К тому же все ученики были как бы немного не в себе, а эта девушка выглядела вполне нормальной.
— Кто та девушка? — спросили Артём Костю, кивнув в её сторону в комнате отдыха.
— Ой, Артём, не начинай, — резко ответил Костя. — Ты здесь самый адекватный из всех, не забивай себе голову любовью!
— Иди ты, — с улыбкой ответил Артём. — Кто она? Любовь ещё никому не мешала!
— Любовь только всё портит! — ответил Костя, посмотрев на девушку. — Это Катя, если тебе интересно, наверное, она тут надолго задержится!
— Почему? — спросил Артём.
— Она видела самого дьявола! — с ухмылкой ответил Константин.
— Какого нахрен дьявола ещё? — спросил Артём.
— Ты целый год видел души и сущности, — хмурясь, ответил Костя. — Разве ничего не слышал про состоявшуюся сущность?
— Слышал, они как люди, но сильные и враждебные, — говорил Артём, — всё осознают и так далее…
— Это только на словах, — прервал Артёма Костя. — На деле это твари, которых хрен изгонишь! И Катя видела одного! Он её преследовал около полугода, наши вовремя успели и привезли её сюда.
— Да уж, интересно! — сказал Артём. — Я бы с ней пообщался.
— Через две недели у вас практика! Там вам их тоже покажут! — заявил Костя. — Не обрадуешься!
Артём не стал донимать допросами Костю. Он ещё раз взглянул на Екатерину, а та посмотрела на него. Они улыбнулись друг другу, заметив это, наблюдатель Кати быстро увела её из помещения. На следующей лекции Артём попробовал сесть за соседний стол с Катей, попросив мужчину, сидевшего рядом с ней, пересесть.
— Артём, попрошу вас вернуться на своё место! — строго заявил преподаватель. — Это недопустимо!
— Как в школе, блин! — недовольно ответил Артём и пересел.
Сблизиться с Катей ему так и не удавалось, мешали то преподаватели, то наблюдатели. Костя Артёму тоже надоел, ему надоело это уединение окружающих, он постепенно сходил с ума. Через две недели, как и говорил его наблюдатель, началась практика. Они поднимались на этаж Т — технический и практический этаж. Там было много комнат. Практику преподавал один из руководителей, которые приходили вначале обучения.
— Называйте меня просто Учителем! — сказал он, встретив группу на этаже. — Начнем с подробной экскурсии, этого на сегодня вам хватит.
Учитель водил их по небольшим кабинетам, где находились сущности. Они были помещены в стеклянные колбы высотой в полтора метра, некоторые были больше. Из теории Артём знал, что сущностей удерживает посеребренное стекло и символы, нанесенные капканной жидкостью, в обители такие же были повсюду на стенах.
Эту жидкость готовили в лабораториях Прихода из крови животных, нерождённых младенцев, святой воды и других веществ. Каждый контактирующий должен был носить с собой эту жидкость в баллончиках по типу перцовых, а для нанесения надписей — в тюбиках. Души не содержались в колбах, так как это считалось против правил, душа должна покоиться.
— А кто эти сущности? — спросил один из учеников.
— О, это преступники, они заслуживают того, чтобы быть здесь для научных целей! — объяснил Учитель. — Не переживайте по поводу них.
На этом этаже существовало две особые комнаты, где содержались несколько состоявшихся сущностей и несколько умерших младенцев. Некрещёные младенцы также представляли опасность, их было сложно изгнать, так как они умерли, не узнав мира или в утробе матери. Считалось, что все люди рождены в грехе, поэтому души младенцев всегда мучились больше, чем души взрослых людей. Для их упокоения существовали специальные заклятия и молитвы. Артём понимал, что даже учителя не знают, существует ли Бог или нет. Они часто путались, называя молитву заклятием и наоборот.
Когда ученики зашли в комнату, где находились состоявшиеся сущности, наступил полный хаос. Сквозь колбы сущности громко и злобно орали человеческими голосами: «Твари, суки, выпустите нас!» Чтобы никто их не слушал, Учитель старался говорить громче, он старался игнорировать сущностей, но большинству учеников и их наблюдателям стало плохо. Учитель разрешил им выйти из комнаты. Артём смотрел на испуганное лицо Кати, которая смотрела на одну из сущностей в колбе и что-то бормотала. Артём подошел к этой сущности практически вплотную, перекрыв взгляд Кати, и, смотря через стекло прямо в чёрные глаза этого существа, сказал:
— Тихо! Ты слишком громко говоришь!
Артём дотронулся до колбы ладонью и начал читать молитву изгнания. Сущность засмеялась и произнесла протяжным голосом:
— Ты умрёшь!
Артём почувствовал жар в руке и быстро убрал руку.
— Смело! — сказал Учитель. — Но ты ещё слаб, чтобы совладать с ними!
— Спасибо, — прошептала за спиной Артёма Екатерина.
Состоявшаяся сущность могла контактировать с человеком физически, поэтому здесь были нужны особые навыки. Все вышли из комнаты и пошли дальше.
В конце коридора был настоящий кол-центр. Все было заставлено компьютерами, на стенах висели мониторы с картами, куча людей над чем-то работали и переговаривались с кем-то по гарнитурам, которые одевались на ухо.
— Здесь мы следим за ними по всей стране! — сказал Учитель. — Отслеживаем их и даем поручения нашим контактирующим. Люди умирают постоянно, представляете, сколько душ нужно упокоить, чтобы они не заполонили наш мир! Особое внимание, конечно же, уделяем состоявшимся сущностям, другим тоже, но больше тем, которые беспокоили людей.
— Те состоявшиеся, которых вы видели в комнате, особо опасны, они прожили здесь очень долго! — объяснял Учитель. — В них тьма и злоба, их силы хватит, чтобы стереть всё наше заведение в порошок! Бойтесь их и никогда не вступайте с ними в контакт! Заметив их во внешнем мире, вы должны сообщить об этом нам!
На следующий день практики Учитель разделил учеников по парам. Некоторые уже отсеялись от учебы, оказалось, что они не могли быть контактирующими. Из двадцати четырёх осталось лишь десять человек. Остальные ушли по собственному желанию для работы в кол-центре или стали наблюдателями, как когда-то поступил Константин. Наблюдатели больше не следили за учениками, и Артёма поставили в пару с Катей. Теперь они общались и учились совместно изгонять сущностей. Этим занимались в специальных комнатах. Сущность выпускалась наружу, а ученики должны были её загнать обратно в колбу. Артёму удавалось сделать это легко. Хамский хорошо обучил его. Куда больше Артёма интересовал вопрос, как изгнать состоявшуюся сущность. Он вместе с Катей много времени проводил в библиотеке, они читали об этом, изучали различные материалы.
— Кто тебя преследовал? — внезапно спросил Артём Катю.
— Да неважно, — спокойно ответила она. — Не будем об этом, я знала, что ты спросишь…
— Мне всё же интересно, — настоял Артём. — Это же касается нашей работы!
— Артём, я не хочу об этом говорить, здесь я в безопасности! — уже громче произнесла Катя.
— Но ты же не можешь здесь постоянно прятаться? — закричал Артём.
— Почему? Другие же могут! Всё, я устала!
Катя быстро ушла из библиотеки, а Артём продолжил изучать книги дальше. Он сидел при тусклом свете и читал, когда его напугал внезапный голос за спиной.
— Зачем тебе это, Артём?
Из темноты показался Учитель, он, как всегда, был в чёрной одежде.
— Вы умеете напугать! — громко сказал Артём.
— Не меня бояться нужно, — ответил Учитель, — а своих желаний!
— Я желаю научиться! Всего лишь! — заявил Артём Учителю.
— Из этого набора ты у нас лучший, скажу тебе честно! Лучшие обычно погибают! — объяснил Учитель. — Изучи пятый том книги «Записи охотников на душ», в ней максимум знаний!
Учитель быстро ушел, а Артём нашел ту самую книгу и начал читать. До конца года оставалось три месяца. За два месяца Артём изучил весь пятый том. Его блокнот содержал кучу заклинаний и молитв. Также он узнал, что если нужно изгнать состоявшуюся сущность, то нужно знать о ней всё, и чем больше, тем лучше. Нужно узнать историю её жизни, где было похоронено тело, почему эта сущность живёт в нашем мире так долго, почему она преследует определённых людей, а других не трогает.
Для примера он изучил сущность, с которой вступил в контакт в технической комнате. Это была сущность одного психопата, жившего около двухсот лет назад. Он поджигал дома с семьями и наслаждался этим. Он умер не пойманным на таких пожарах, поэтому пытался обжечь руку Артёма. Слабостью этой сущности был огонь! Именно так предположил Артём. Чтобы изгнать её, нужно было сжечь саму сущность, прочитав специальное заклинание и молитву! Он рассказал об этом Учителю, отправившись на этаж Р, где находилось руководство.
— Хочешь попробовать изгнать её? — нервно спросил Учитель. — С ума сошёл?
— Да, почему бы не попробовать! — ответил Артём. — Мне терять нечего!
Учитель пообещал посоветоваться с коллегами и принять решение. Через пару дней, посовещавшись, руководство разрешило Артёму провести обряд изгнания. Для этого сущность в колбе переместили в отдельный кабинет, где Артём должен был избавиться от неё. Он выучил все молитвы и заклинания. Он взял с собой баллон с огненной жидкостью и на всякий случай прихватил и жидкий азот, чтобы можно было заморозить её. Артём предположил, если не сработает огонь, то сработает холод. Баллоны специально произвели в технической лаборатории и выдали ему. Кабинет был со стеклом, чтобы происходящее могли видеть учителя, ученики и другой персонал Прихода.
Наступило время действовать. Возле комнаты уже скопилась толпа во главе с учителями.
— Считай, что это твой выпускной экзамен! — строго сказал Учитель.
Катя тут же крепко обняла Артёма.
— Возвращайся быстрее! — сказала она ему.
Артём зашел в помещение, и двери закрылись. Стены были исписаны заклинаниями и символами. В центре стояла колба, сущность мужчины смотрела на Артёма и улыбалась. Она была полностью чёрного цвета.
— Что ты задумал, ирод? — протяжно произнесла сущность.
Артём начал читать молитву. Сущность засмеялась.
— Зря ржёшь, тварь! — с улыбкой произнес Артём.
Они смотрели друг на друга ещё минуту, после чего Артём открыл колбу. В то же мгновение сущность вылетела из неё, сбив Артёма с ног. Артём лежал на полу, а сущность стояла перед ним и кричала:
— Я свободен! Ты умрешь, контактирующий!
Артём встал, но сущность в момент приблизилась к нему, она смотрела прямо в глаза Артёму.
— Я вижу страх! — протянула сущность.
Руки сущности наполнились огнём и потянулись к Артёму, он быстро увернулся и начал читать первое заклинание. Он произносил слова заклинания быстро, приказывая и подчиняя сущность интонацией своего голоса. Сущность попятилась назад. Огонь пропал. Дочитав заклинание, Артём подумал: «Огонь или холод?», и в это время сущность резким толчком отбросила Артёма в стену.
— Ты не сможешь! — закричала она ему.
После заклинания Артёма все наблюдавшие за стеклом видели сущность. Силы её уменьшились, но она всё ещё представляла опасность.
— Давай, Артём, борись с ним! — крикнул Учитель.
Артём сидел на полу, прислонившись спиной к стене, в его голове мелькала одна мысль: «Тепло или холод, огонь или лёд?», он никак не мог выбрать.
Сущность начала двигаться в сторону Артёма, в ту же минуту он вытащил из кармана куртки баллон с жидким азотом и начал распылять содержимое в сторону сущности. Она завопила, Артём быстро начал читать второе заклятье. Сущность покрылась льдом и замерла. Артём подошел к ней и посмотрел в её чёрные глаза, они ещё двигались. Он прочитал молитву упокоения, улыбнулся и сказал:
— Аминь, сука!
Со всей силы Артём ударил сущность ногой в область груди, осколки льда полетели в разные стороны, после чего поднялись в воздух и испарились.
— Один готов… — сказал Артём и вышел из комнаты, посмотрев на окружающих, добавил: — Выпить бы чего!
Все начали ему аплодировать со словами: «Молодец, Артём, так держать!» Катя смотрела на него и улыбалась. Артём ощущал нарастающую слабость, усталость и медленным шагом пошел к себе в комнату, где упал на кровать и уснул. Ему снились родители, они снова были все вместе…
На следующий день в Приходе на Артёма смотрели, как на героя. Позже мнения разделились. Одни считали, что Артёму просто повезло, другие заявляли, что он действительно знал, что делает. До конца проведённого в Приходе года оставалось меньше месяца. Артёма вызвали к руководству и дали первое задание. В напарники он должен был взять Екатерину.
Задание заключалось в изгнании ещё одной состоявшейся сущности. Это была та самая сущность, которая преследовала Катю. Дело было в том, что эта сущность обитала вблизи самой семинарии, зная о том, что Катя находится внутри. В отличие от Екатерины, узнав об этом задании, Артём сразу же согласился.
— Я останусь в Приходе, дайте мне любую должность! — заявила она и ушла к себе.
— Я с ней поговорю, — сказал Артём руководству. — Дайте время.
В комнате отдыха Артём подошел к Кате и заговорил:
— Слушай, нужно избавиться от проблемы и жить дальше!
— Ты не понимаешь! — ответила Катя. — Эта сущность нас убьёт! Она не в Приходе, где все под защитой, она снаружи!
— Ты тоже в меня не веришь? — спросил Артём.
— Верю, — склонив голову, ответила Катя. — Я боюсь…
— Не бойся, я с тобой! — сказал Артём и обнял её.
Вечером они договорились встретиться в библиотеке, где можно всё обсудить подробно. Катя с Артёмом просидели там практически всю ночь. Катя объяснила, что эта сущность является её прабабкой, которая была колдуньей. Она умерла, никому не передав свой дар. А теперь прабабка осознанно преследует Катю, так как она является контактирующей.
— Чего она хочет от тебя? — спросил Артём.
— Она всегда повторяла: «Убей себя во имя меня, тогда я упокоюсь!» — с улыбкой ответила Катя. — Так что её цель — это моя смерть, если я умру, она исчезнет!
— Бред какой-то! Давай разберёмся! — сказал Артём. — Запросим досье на неё у наших хакеров!
— У них всё есть! — сказала Екатерина. — Я ведь не просто так тут!
Утром Артём читал досье на колдунью. Звали её Марией. Действительно, она никому из родственников не смогла передать свои знания ведуньи. После смерти её душа так и не смогла успокоиться. И когда у Кати проявились способности видеть души, Мария дала о себе знать. Её злая сущность хотела смерти Екатерины, только так она могла обрести покой. Об этом свидетельствовали несколько контактирующих, которые видели сущность колдуньи. Прочитав досье, Катя снова заявила о своём желании остаться в Приходе, но, поразмыслив, Артём изложил свой план:
— Есть кое-какая идея! Но она рискованная, зато ты навсегда сможешь избавиться от этой сущности…
— Какая? — спросила Катя.
— Поговорим при руководстве! — ответил Артём, и они разошлись по комнатам.
Артём сделал запрос о сборе собрания руководства по данному заданию. Также он попросил пригласить туда главного врача Прихода. Это был Алексей Волков, или просто Доктор, как его все называли. Он был реаниматолог-анестезиолог, научный деятель, и он тоже был контактирующим. Он нужен был в Приходе больше, чем в больницах города. Изучая души и сущности, Доктор сделал много открытий. Собрание состояло из трёх руководителей Прихода, Доктора, его ассистента, Артёма и Кати.
— Если Катя должна умереть, то пусть умрёт, — заявил Артём, выдержав паузу, — но всего лишь на пять минут! Не больше!
— Что? — громко вскрикнула Катя.
— Доктор! — указав на Алексея, продолжил Артём. — Вы же сможете сделать клиническую смерть? Не так ли?
Все были в шоке и переглядывались. Артём объяснил, что если ввести Екатерину в состояние клинической смерти, то он успеет за пять-шесть минут изгнать сущность в иной мир. После чего реаниматолог оживит Катю. На лицах окружающих восторга не было, идея Артёма была рискованной и нелепой.
Волков, выслушав все это, заявил:
— Знаете, Артём, я врач, а не убийца, оживить я смогу, а вот умертвлять не буду!
— Кто если не вы? Вы привыкли вечно в сторонке стоять, поработайте и на благое дело! — попробовал переубедить врача Артём.
— Хватит, Артём! — перебил один из руководителей. — Больше идей нет?
— Других идей и быть не может! — воскликнул Артём. — Катя должна умереть!
— А меня кто-то спросил вообще? — возмутилась Катя.
— Для тебя и стараемся, между прочим! — громко произнес Артём. — Доктор, подумайте, как это можно сделать!
— Я не обязан никого убивать! — заорал Волков.
Они спорили долго, Катя была уже готова на всё, не решался лишь врач. Руководство, посоветовавшись, решило поддержать идею Артёма, и Волкову пришлось согласиться на участие в этом деле.
— Как вы обнаруживаете эти сущности, их местоположение? — спросил Артём.
— Это наука, нужны знания в этой области, вам не понять! — съязвил Волков.
— Хорошо! — не стал спорить Артём. — Вы просто скажете мне, где сущность, я пойду к ней, а тем временем вы займетесь Катей! Будем на связи!
— Это мы устроим! — ответил руководитель. — Артём, главное, чтобы ты хорошо подготовился к изгнанию!
— Мне ещё надо подумать над способом, как «умертвить и оживить»! — заявил доктор.
Руководство дало сутки на подготовку к заданию. Каждый занимался своим делом. Обмануть состоявшуюся сущность было непростым заданием, но оно того стоило. Через сутки руководство вновь собрало участников задания, им были выданы гарнитуры для связи. Артём сообщил заклинания, которые он выучил, а доктор Волков доложил о процедуре, которую он разработал для клинической смерти Екатерины.
Схема доктора заключалась в том, что Катя будет находиться в заброшенном здании недалеко от семинарии в не защищенной от душ и сущностей комнате. Там же оборудуют помещение, где будет находиться доктор Волков со своим помощником. Екатерина будет лежать на столе. Заранее будет обеспечен венозный доступ для введения ей специальных препаратов. В комнате также будут находиться различные приборы и дополнительное медицинское оборудование. Доктор объяснил, что сначала Катю введут в наркоз и, после того как появится сущность Марии, ей введут препарат, который остановит её сердце. Через минуту после этого Катя умрёт, и её душа выйдет из тела. В это время Артём изгонит сущность Марии. Затем Катю реанимируют.
— И сколько у меня шансов выжить? — спросила Катя.
— Пятьдесят на пятьдесят! — задумчиво ответил Волков. — Всякое может произойти!
— Не переживай! — вступил Артём. — Они постараются!
— Не надо так на меня смотреть! — крикнул Доктор. — Я не Бог! Я требую, чтобы вся ответственность лежала на Артёме, это его идея!
— Не переживайте. Доктор, мы верим в вас! — сказал руководитель. — Мы верим во всех вас! Мы распорядимся, чтобы для вас всё подготовили.
Артём находился в своей комнате, когда услышал стук в дверь. Открыв дверь, Артём увидел Катю.
— Можно войти? — с улыбкой спросила она.
— Да, конечно! — ответил Артём и впустил Катю, закрыв за ней дверь.
— В чём дело? — спросил он её.
— Мне страшно! — сказала Катя, приблизившись к Артёму.
— Мне тоже, но я уверен, что всё получится! — ответил Артём и сделал шаг к ней.
Катя обняла, а затем поцеловала Артёма, и он ответил ей взаимностью…
— Не бросай меня… — тихо проговорила она.
Эту ночь они провели вместе, а когда Катя уснула, Артём лежал и размышлял, не приведет ли эта близость к чему плохому. Может быть, Кате всего лишь хотелось просто сблизиться с ним, перед тем как она умрёт. Он переживал и волновался, Артём осознавал ответственность, которая лежала на нём.
За два дня всё было готово. Перед выездом была проверена вся аппаратура, руководство пожелало всем удачи. Катя была одета в медицинский халат, который использовали перед операциями, для быстрого доступа в её вены были введены катетеры. Врач, его помощник, Катя, Артём и водитель сели в машину. Они выехали на дорогу и поехали к заброшенному зданию. Через минут пятнадцать Катя сказала:
— Она тут! Я её чувствую…
Все смотрели по сторонам, но никого не видели, а лицо Кати выглядело испуганным. Подъехав к зданию, Артём вышел из машины первым, вдалеке он увидел чёрный силуэт.
— Да, наверное, это она! — открыв заднюю дверь, сказал он. — Пошли!
Все ринулись внутрь. В оборудованной комнате Катю уложили на стол. Подключив к ней капельницы с растворами и кардиомонитор, Доктор начал вводить её в наркоз.
— Сейчас уснёшь! — сказал Волков.
Через несколько секунд Катя вошла в наркоз, её глаза были открыты, Волков произвел интубацию трахеи. На мониторе были видны показатели жизни. Всё было под контролем.
— Всё стабильно! — крикнул доктор Артёму. — Дай знать, когда умертвлять!
Артём был взволнован, адреналин в его крови зашкаливал, он чувствовал, как стучит его сердце. Выйдя из комнаты, где лежала Катя, Артём зашёл в соседнюю комнату, в которой были установлены лампы со светом.
— База, вы видите сущность? — произнес Артём в микрофон.
— Она там, Артём! — прозвучал голос из динамика, что был в ухе.
Вдруг из дверного проёма показалось существо чёрного цвета, оно водило головой по сторонам, медленно осматривая всё вокруг, будто боялось зайти. Это была Мария, у неё были красные глаза, морщинистое лицо, она издавала шипящие звуки.
— Начинай потихоньку… — вполголоса сказал Артём.
В тот же миг врач ответил:
— Понял, вводим препарат! Медленно…
Волков смотрел на пикающий монитор, сердце Кати билось всё медленнее и медленнее…
— Входи, Мария, тебе же Екатерина нужна? — произнес Артём, глядя на сущность.
— Где она? — громко и протяжно спросила Мария.
— Иди за мной! — сказал Артём и пошёл в сторону комнаты, где лежало практически мёртвое тело Екатерины.
Переступив порог, сущность двинулась за Артёмом. Внезапно лампы, висящие на стенах, заморгали и взорвались, полетели стекла и искры. Артём присел, он заслонил лицо руками, но стёкла всё равно попали в него, немного поранив лицо и руки.
— Вот тварь! — вскрикнул Артём, после чего был отброшен сущностью в сторону.
Мария вошла в комнату, очертания её тела мерцали, передвигаясь то в одну сторону, то в другую сторону. Катя лежала на столе, электричества не было, её тело было бледным. Рядом находились врач со своим помощником.
— Артём, делай что-нибудь… — промолвил Волков.
Артём поднялся с пола и пошёл в сторону Марии, читая заклинания. Она оглянулась на него, зрачки Марии расширились. Сущность закричала так громко, что всем присутствующим заложило уши:
— Уйди! — поднял руку Артём, но он снова был отброшен назад.
Сущность быстро приблизилась к помощнику, тот смотрел на неё с испугом. Она дотронулась до него и с невероятной силой резко отбросила его в стену. Ассистент упал на пол, из его головы потекла кровь. Волков забился в углу комнаты.
— Екатерина! — орала Мария громким, раздирающим голосом. — Ты нужна мне!
— Я тут! — ответил сзади какой-то голос.
Это была Катя, точнее её душа. Она стояла за спиной у Марии, вид у неё был, как и при жизни, она лишь слегка светилась ярким белым светом. Глаза Марии из красных резко превратились в чёрные. Она открыла рот и произнесла:
— Ты умерла?
— Ты же этого хотела, — без эмоций ответила Катя.
— Артём! — крикнул Волков.
Артём зашёл в комнату, он хромал и корчился от боли в ноге. Его лицо было в крови от осколков стекла. Увидев душу Кати, он начал читать заклятие, сущность Марии начала быстро перемещаться по комнате и выть, издавать непонятные звуки. Её силуэт начал постепенно размываться. Екатерина стояла на том же месте и молча наблюдала за происходящим.
— Я умираю… — протяжно кричала сущность.
— Катя, уйди! Док, оживляй её, мать твою! — выкрикнул Артём.
Подойдя ближе к Марии, он читал заклятие, видя, как сущность корчится у стены. Артём знал, что во время молитвы за упокой души вместе с Марией могла исчезнуть и Катя. Силы Марии были на исходе. Она закашляла, из её рта вылетали чёрные частицы, растворяющиеся в воздухе.
Волков подбежал к телу Кати, он нервно, но быстро ввёл ей адреналин, ударил в область грудины и открыл капельницу.
— Давай же, заводись! — повторял доктор снова и снова.
У Артёма не было больше времени, сущность была слаба, посмотрев по сторонам, он убедился, что Кати нет рядом, и начал читать молитву. Сущность из последних сил откинула Артёма в сторону, но силы её были уже на исходе, она протяжно закричала:
— Екатерина!
После этого сущность начала разваливаться на куски и испаряться. Артём обессилел и упал на пол. В комнате снова загорелся свет. Доктор Волков продолжал реанимировать Катю. Он ввёл ей адреналин ещё раз, монитор показывал, что сердцебиения не было, делая массаж сердца, Доктор закричал:
— Фибрилляция, Артём! Слышишь? Тащи, дефибриллятор!
Артём не мог встать, он лежал на спине, перед ним стояла душа Екатерины.
— Всё будет хорошо, Артём, всё будет хорошо! — медленно повторяла она, испаряясь.
Волков схватил прибор и нанёс им электрический удар по телу Кати, её душа в тот же миг исчезла, а на мониторе появилось сердцебиение.
— Всё, пошло родимое… — с облегчением произнес Доктор.
Он постепенно вводил ей препараты, чтобы поддержать обретённую жизнь и вернуть Катю в сознание. Не двигаясь, Артём без сил лежал на полу. Он слышал эти пикающие звуки монитора, которые ускорялись и ускорялись. Помощник Волкова был мёртв. Сам Волков был весь в поту и испуган до ужаса. Вскоре прибыли люди из Прихода и всех вывезли из здания. Артём очнулся в палате в лечебном отделении Прихода. Он увидел перед собой Катю и произнёс:
— Ты сон или душа?
— Я реальна… — сказала она, поцеловав Артёма. — Чувствуешь? Ты справился!
Через два дня Артёма выписали. Катя не помнила, что было с ней во время клинической смерти. Руководство было довольно выполненным заданием. Сущность Марии была изгнана.
Катя и Артём остались вместе, они разъезжали по городам и выполняли различные задания Прихода в течение нескольких лет. В основном им поручали изгонять состоявшихся сущностей, у них это отлично получалось. Их также отправляли на теракты, авиакатастрофы, туда, где нужно было упокоить много душ. Они были счастливы, потому что были рядом друг с другом.
Однажды их снова вызвали в Приход Посвященных. Артёму сообщили о новом задании лично.
— Вы поедете в твой родной город, Артём! — сказал руководитель.
— Почему именно мы с Катей? — спросил Артём.
— У вас отличные результаты! А это дело нелёгкое! — продолжил руководитель. — Даниил вам всё расскажет, ты знаешь, где его искать. Нужно помочь одной девушке. Её имя Марла.

Глава 4. Марла

Артём вернулся в свой город, в котором практически ничего не изменилось, только стало больше людей и машин. Его не было практически восемь лет. Все те же улицы, переулки, все та же мрачность людей. Артём устал от своей новой деятельности, она отнимала очень много энергии и сил, а также здоровья. Контакт с потусторонним миром не мог сказаться положительно ни на психике, ни на здоровье. Артём иногда думал, что может быть, это только ему всё кажется мрачным, а на самом деле всё хорошо. Его радовала лишь одна мысль о том, что Екатерина была с ним. Они любили друг друга.
Они поселились в гостиничном номере, а утром Артём сказал Кате, чтобы она отдыхала. Он решил сам всё узнать у Даниила.
— Погуляй по городу, отдохни, сходи по магазинам, вечером увидимся! — сказал Артём и ушёл.
Катя была не против отдыха, она тоже уставала от бесконечных дел. Её здоровье также пошатнулось, она не могла иметь детей и очень переживала по этому поводу, Артём её поддерживал и просил не беспокоиться.
Выйдя из гостиницы, он поймал такси и поехал брать машину в прокат. На самом же деле ему хотелось просто побыть одному в родном городе. В тридцать пять лет Артём имел лишь счёт в банке и вечные разъезды по стране, и если бы не Катя, он бы давно уже всё бросил. Его часто посещали мысли о смерти, лишь любовь к Екатерине удерживала его на этом свете.
Артём арендовал машину на месяц, после чего поехал в церковь, где служил Даниил. Артём подошёл к церкви и вошел как всегда не крестясь, пробираясь сквозь толпу, стоявшую у входа. Артём бродил по церкви, рассматривал иконы, а потом сел на свободную лавку позади всех и стал ждать окончания службы. Все вокруг молились, крестились, а он просто сидел на лавке, закрыв глаза и думая о своей жизни.
— Эй, проснись, Артём! — громким голосом разбудил его Даниил. — Неприлично в храме спать, здесь Богу молиться нужно.
— Иди ты, священник! — ответил Артём, зевая. — Сколько же я спал?
— Да Бог тебя знает! Иди за мной! Надоел уже! — с улыбкой сказал Даниил и направился в сторону своей комнаты.
Артём заметил, что спустя годы Даниил практически не изменился, разве что борода длиннее стала. Они зашли в комнату, где стоял диван и стол, горели свечи в подсвечниках, висело несколько икон. Комната была небольшая. На столе были раскиданы какие-то бумаги и стояла пепельница с окурками. Артём достал сигарету и закурил.
— Тут ведь можно, я так понимаю? — прикуривая, спросил Артём.
— Можно! — ответил Даниил и тоже закурил. — Слышал о твоих подвигах! Молодец. Катя тоже! — сказал Даниил, затягиваясь терпким дымом. — Давай сразу к делу!
— Как скажешь… — равнодушно ответил Артём. — Я привык к делам! Кого опять в ад отослать нужно?
— Не знаю, я же не контактирующий! А с чего ты взял, что ты изгоняешь их в ад? — улыбаясь, спросил Даниил.
Артём не стал отвечать ему, он знал, что такие люди, как Даниил, не видят ни душ, ни сущностей. Они просто раздают задания и ищут контактирующих для их выполнения. Даниил достал из стола папку небольшой толщины, на ней было написано «МАРЛА». Протянув её Артёму, он сказал:
— Вот, ознакомишься! Это дело меня достало!
— Поясни! — взяв папку в руку, сказал Артём.
— У нас в городе есть девушка, Марлой зовут! Сто процентов видит, но кого точно я не знаю! — пояснил Даниил. — С ума она, как все остальные, не сходит. Говорить отказывается!
— Это плохо? — спросил Артём.
— Нет, а может и да! — ответил священник. — Она не потомственная! Это просто интересно!
— Проверю! Как там, кстати, наш Хам поживает? — спросил Артём и улыбнулся.
— Хам умер! Храни Господь его душу! — сказал недовольно Даниил, потупив взгляд. — На этом деле и умер! Так что будь поосторожнее!
Артём промолчал и пошёл к выходу. Ему было не по себе. Он не мог поверить, что Хамский был мёртв, ведь он был профи в своём деле! Но подробностей его смерти никто не знал, о них могла знать лишь эта странная девушка с не менее странным именем.
Артём сел в машину и отъехал от церкви. Остановившись на парковке какого-то бара, он зашел внутрь. Заказав себе кофе, он начал читать дело. Он узнал, что Марла двадцатилетняя девушка, студентка медицинского колледжа. Училась она неплохо, курила, выпивала и подрабатывала санитаркой в одной из больниц города в отделении реанимации. Вела себя замкнуто. Её родители умерли в автокатастрофе, когда Марле было десять лет, воспитывалась бабушкой, которая уже умерла. Её имя было настоящим. Марла жила в общежитии. Парня у неё не было. Она была неформальной внешности, носила авангардную причёску с косой челкой, кольцо в носу, татуировки на теле, предпочитала чёрную одежду. Артём позвонил Кате где-то около четырёх вечера, она была в гостинице. Он сказал, что приедет поздно, и отправился к общежитию, где жила Марла.
Он ждал Марлу возле входа в общежитие, когда она вышла, Артём сразу же узнал её и поехал за ней. Он увидел несколько душ, которые шли за Марлой, но она не обращала на них никакого внимания. Марла спокойно села в маршрутку и поехала в больницу. Было уже шесть вечера. Под предлогом «навестить родственника» Артём прошёл в больницу. Он надел белый халат и поднялся в отделение реанимации. По пути он видел много душ и сущностей. В больницах их всегда было много. Не дойдя до самой реанимации, в холле Артём увидел Марлу. Она сидела на диване. Возле неё кружили души, что-то нашептывая ей, а она спокойно пила кофе и читала что-то в своей тетради.
— Привет, могу помочь? — спросил её Артём и присел рядом с ней.
Марла посмотрела на него, потом отвернулась и стала читать дальше.
— Думаю, нет. Вы кто вообще? — спросила она.
— Я врач из терапии, новенький тут, Артём! А вас как зовут?
Артём улыбался, изо всех сил стараясь показать свою доброжелательность.
— Врач? — удивилась Марла. — Не особо-то вы похожи! Я Марла, если интересно…
— Интересно! — сказал Артём. — Что читаешь, Марла?
— Учу уроки! — улыбнувшись, ответила она.
Артём не понял, поверила ли она ему или нет, но продолжал разговаривать. Ему было важно установить с ней контакт. После чего сказал, что ему нужно уходить. Они пообщались всего минут пять, и Артём уже с ума сходил от душ, которые были рядом с ними.
— Эй, доктор Артём! — улыбаясь, крикнула ему вслед Марла. — Вы заходите, если что!
Артём быстро вышел из больницы, несколько душ последовало за ним, ему пришлось прочесть заклинание, чтобы они исчезли. Он не мог понять, как Марла спокойно переносит их. Приехав в гостиницу, Артём рассказал всё Кате. После чего они легли спать. Утром ему нужно было продолжить следить за Марлой.
— Ненавижу больницы! — сказал Артём.
— Их все не любят, — ответила Катя. — Поедем вместе, будем по очереди следить!
— Нет, я сам, а ты разузнай об этой Марле что сможешь, — попросил Артём. — Может, нароешь что, в полицию сходи, в архивы какие…
Артём продолжал слежку. Марла ходила из общежития на учёбу и обратно. В больнице она работала нечасто, бывало, что она заходила в бар недалеко от неё. За Марлой всегда следовали куча душ и сущностей. Но, в отличие от Артёма, её это не смущало. Катя тем временем проверяла Марлу в полиции, через Приход Посвященных ей сделали допуск и документы.
За несколько дней изучив маршруты Марлы, Артём пошел за ней в тот бар, который она часто посещала. Она села за столик и заказала себе пиво, Артём сел у бара и начал наблюдать. Отведя на секунду взгляд на кофе, который поставил ему бармен, Артём потерял её из виду. Повернувшись к ней снова, он оцепенел. Напротив Марлы сидела состоявшаяся сущность! Это был мужчина в шляпе, весь чёрный, с красными глазами, что говорило о его силе. При виде него остальные души и сущности испарились. Марла сидела и смотрела в книгу, якобы читая её, но на самом деле они мило беседовали. Артём был в шоке. Он впервые видел, чтобы человек мирно общался с сущностью, тем более состоявшейся. Он не слышал разговора, всё было спокойно, но он поспешил уйти. Артём сел в машину и позвонил Даниилу, рассказав ему о том, что видел в баре. Даниил сказал, что не слышал о подобном, и пообещал позвонить консультанту в Приход. После чего Артём поехал к Кате, которая была в полиции.
Зайдя в отдел, Артём показал документы адвоката и спросил, где находится его коллега. Ему сказали, что Катя в архиве. Он знал, где это, так как когда-то работал здесь. По пути ему попался Сорокин, тот самый следователь, только уже изменившийся внешне. Он слегка потолстел, на лице появились очки, мешки под глазами, вид у него был уставшим.
— Твою мать! Артём, это же ты! — закричал Сорокин. — Сколько лет прошло? Ты чего к нам?
Сорокин был искренне рад видеть Артёма, он не видел его десять лет. Они пожали друг другу руки.
— Давно меня не было. Адвокат я, дело одно веду! — сказал Артём. — В архиве моя помощница. Я спешу.
— Хорошо, адвокат, оставь номер, вечером пересечёмся! — попросил его Сорокин.
Артём молча дал свою визитку и зашёл в архив. Катя сидела за столом перед компьютером, рядом стоял кофе. Артём подошел к ней, поцеловал её в щеку и спросил:
— Нашла что?
Катя встала и, чмокнув его в губы, ответила:
— Много чего нашла, если бы знать ещё, что искать. Ты чего такой напряженный?
— Да увидел кое-что странное! — ответил Артём Кате.
— Что же? — быстро спросила она.
— Марла встречается с состоявшимся и говорит с ним, как будто с другом! — рассказывал Артём. — Как это возможно?
— Не знаю… — произнесла Катя и опустила голову.
Пока Артём рассказывал ей всё в подробностях, у него стучало и давило сердце.
— Успокойся, попробуем разобраться во всём этом, — сказала Катя. — Как он выглядел? Подробно…
Артём держался за грудь и рассказывал:
— Мужик, тощий, в костюме и большой шляпе типа ковбойской…
— Шляпе? — прервала его Катя. — Я буду искать дальше, может, найду что, а ты отдохни, а то ты бледный какой-то! После этого дела поедем в отпуск!
В отпуск Екатерина собиралась после каждого дела, так как каждое дело отбирало много физических сил. Артём часто жаловался на сердце, что было нехарактерно в его возрасте. Но дела поступали вновь и вновь, и отдохнуть не удавалось.
Было около шести часов вечера, Артём медленно шёл по отделу, видя знакомые лица тех, с кем когда-то работал. С каждой минутой его желание заниматься душами и сущностями угасало всё сильнее. Он поехал в сторону гостиницы, когда у него зазвонил телефон. Это был Сорокин. Они договорились встретиться в одном стриптиз-баре на окраине города, Сорокин часто проводил там время, расслабляясь от работы. Артём зашёл внутрь и увидел сидевшего за столиком Сорокина.
— Привет, Сорокин! — сказал он, подойдя к нему.
— Привет, Ботов! — весело ответил ему следователь. — Как дела? Где пропадал-то?
— Как видишь, жив пока! — улыбаясь, ответил Артём. — Адвокатурой занимался!
— Я и не думал! — удивился Сорокин. — Давай выпьем, что ли!
На столике у Сорокина стояла водка и какая-то закуска. Они пили, говорили о былом. Сорокин стал хорошим следователем. Артём рассказал, что жил в другом городе и работал адвокатом. Теперь здесь у него появился клиент, которого они и проверяли в архиве. Он спросил про аварию с родителями Марлы, но Сорокин ничего не знал, тем более она была очень давно. Просидев так часа три, они не заметили, как пролетело время. Сорокин вызвал ему такси, и Артём уехал в гостиницу.
Екатерина тем временем находилась в архиве. В деле она нашла фотографии погибших родителей и виновного в аварии — Николая Бескровного. Ему было пятьдесят лет, и одет он был в серый костюм и большую шляпу. В экспертизе о вскрытии было установлено, что Николай был пьян. Из отчётов дорожной инспекции следовало, что он выехал на встречную полосу, из-за чего и произошло столкновение. Все, кроме Николая, умерли мгновенно. Он скончался в больнице.
Катя поняла, что нашла эту сущность. Время было уже около десяти вечера, она решила сначала поужинать в кафе, после чего поехать к Артёму. Она вспомнила про бар, в который ходила Марла, он находился недалеко. Приехав туда, она заказала себе салат и кофе. Через некоторое время в бар зашла Марла, официантка знала её, она улыбалась ей и спросила:
— Ты за тот же столик?
Марла кивнула головой в ответ и села за стол напротив Кати. Положив книгу перед собой, Марла начала читать. Катя не видела с ней ни душ, ни сущностей. Внезапно через несколько секунд рядом с Марлой появился мужчина в шляпе, точнее его сущность.
«О, Боже!» — подумала про себя Екатерина.
Она испугалась, вилка выпала из её руки и полетела на пол, Марла обернулась в её сторону, а сущность смотрела прямо в глаза Кате, и она не могла отвести взгляд от неё.
— Ты видишь меня! — с улыбкой жутким голосом произнесла сущность мужчины.
Катя едва отвела взгляд, наклонившись под стол, чтобы поднять вилку, но сущность была уже там. Чёрное морщинистое лицо смотрело на Екатерину и улыбалось. Чёрные глаза сущности налились кровью. От испуга Катя отскочила назад и упала на пол. Со стола упала тарелка и кофе. Издавая шипящие звуки, сущность возвышалась над ней.
— Ты умрёшь! — крикнула сущность.
Народ, который был в баре, подбежал и поднял Екатерину с пола, но она не слышала никого, кроме сущности. Он завладел её разумом. Марла быстро пошла к выходу, а Катя, шатаясь, двинулась за ней. Марлы уже не было видно, когда Катя вышла на улицу, в голове у неё все звенело. Катя села в свою машину.
— Ты умрёшь! — протяжно кричала сущность.
После чего в зеркале заднего вида она увидела мужчину в шляпе. Пошарив рукой по внутренним карманам, Катя поняла, что баллончик с капканной жидкостью она оставила в гостинице.
«Это конец!» — пронеслось у нее в голове.
— Твоя душа моя! — жутким голосом произнесла сущность, обхватив шею Кати ладонями.
Утром Артёма разбудил навязчивый телефонный звонок. Он так и не взял трубку, но проснулся, его состояние было неважным. Посмотрев в телефон, Артём увидел несколько пропущенных звонков от Сорокина. Оглянувшись по сторонам, он заметил, что Кати рядом не было, он посмотрел в ванной, там её тоже не было. Такое было впервые, чтобы Катя не пришла ночевать, не предупредив Артёма. На столике у кровати стоял лишь баллончик с капканной жидкостью. Он взял телефон, снова звонил Сорокин.
— Что тебе надо в такую рань? — хриплым голосом спросил Артём. — Напоил меня вчера…
— Да не нуди, Ботов, самому плохо! — тихим голосом ответил ему следователь. — Тут дело такое, твоя помощница с тобой?
— Нет, — ответил Артём, — а что?
— Я точно не уверен, но приезжай к бару «Монро», похоже, она тут мертвая… — сообщил Сорокин.
— Что? — перебил Артём следователя. — Что ты там несёшь?
— Приезжай! — сказал Сорокин и положил трубку.
Артём вскочил с кровати, оделся и выбежал на улицу, поймав такси, он поехал в бар, несколько раз набирая номер Екатерины. Абонент был недоступен. В голове у него была лишь одна мысль: «В этот бар ходила Марла!»
Таксист быстро привёз его на место. На парковке Артём увидел много машин, скорую помощь, полицейских. Выйдя из такси, он приблизился к месту происшествия, но полицейские его не пустили.
— Артём, я тут! — послышался голос Сорокина, который подошел сзади. — Меня сюда с самого утра вызвали!
— Скажи им, чтобы пропустили! — грозно заявил Артём.
Сорокин сказал полицейским, что Артём с ним, и они прошли дальше.
— Там следственная группа работает уже, — сказал Сорокин.
Артём увидел машину Кати, вокруг неё ходили разные люди, делали фотографии, стояли врачи скорой и что-то записывали. Внутри машины сидела Катя, она была мертва, её кожа была бледной, а глаза открыты. Артём бросился к ней, но Сорокин успел его схватить. Он довёл Артёма до своей машины, посадил внутрь и сказал:
— Покури и не бесись! Ты же знаешь, что нельзя туда лезть! Это она?
— Да, она! — выдавил из себя Артём.
— У неё есть родственники? — спросил следователь.
— Нет у неё никого, кроме меня! — еле-еле ответил Артём.
— Сиди и жди меня, показания дашь… — тихо сказал Сорокин.
Он ушёл, а Артём заплакал. Он не мог поверить, что Кати больше нет. Врачи со скорой помощи дали ему успокоительное лекарство. Сидя на заднем сидении автомобиля с раскрытой дверью, Артём закурил. Он потерял счёт времени. Вернулся Сорокин и отвёз его в отдел, где допросил Артёма как свидетеля. Сорокин проверил документы Артёма и Екатерины, их удостоверения адвокатов, всё было в базе.
Артём рассказал, кого они проверяли в архиве, убедив следствие, что это никак не связано со смертью его коллеги. Сорокин сказал, что всё равно проверит это, он знал, что Артём этого совершить не мог, так как тот был с ним и к тому же он был пьян. Его отпустили. Артём не знал, куда идти, он вызвал такси и поехал за своей машиной, которая стояла около стриптиз-бара, после чего зашел в магазин, купил бутылку водки и поехал в гостиницу, где пропил и проспал весь день и всю ночь. На следующий день Артём приехал к Даниилу, который уже был в курсе случившегося.
— Мне жаль, Артём, да упокоится её душа, — сказал Даниил, увидев Артёма, входящего в церковь.
Артём с размаху ударил Даниила по лицу, тот отлетел в сторону. Люди в церкви начали кричать: «Вызывайте полицию, батюшку бьют, бандит, дебошир, хулиган!» Артём подошел к Даниилу, поднял его с пола и спросил:
— Ты, скотина церковная, что ты мне не рассказал по этому делу?
— Все успокойтесь! — закричал священник. — Не надо полиции, а ты иди за мной!
Даниил пошёл в свою комнату, Артём шёл за ним. В комнате священник умыл лицо и начал говорить:
— Да уж, докатился ты, я смотрю, совсем себя не контролируешь! Вам дали это дело, потому что вы были лучшие в Приходе! Я всё тебе рассказал, что знал!
— Как убили Хама? — настойчиво спросил Артём.
— Так же, его нашли в машине! Я давал тебе дело! — крикнул Даниил.
— Я знаю, я забыл! Пошли вы все! — закричал в ответ Артём и вышел из комнаты.
Выходя из церкви, Артём обернулся и показал средний палец в сторону распятья, обратив на себя недовольные взгляды прихожан. Артём поехал в полицию. Там он нашёл Сорокина. Тот сообщил Артёму, что Марлу допросили, ничего подозрительного она не сказала. Марла и другие свидетели видели, что в баре Екатерине стало плохо, она упала на пол, после чего вышла на улицу. Патологоанатом написал в заключении о том, что Екатерина умерла от аллергической реакции, произошло удушье по типу отека Квинке.
В машине ничего подозрительного не нашли, сняли отпечатки пальцев. Дело не стали расследовать как убийство, а вещи Екатерины решили отдать Артёму.
Он понимал, что это не аллергия, но говорить об этом Сорокину было бесполезно. Артёму отдали телефон Кати, удостоверение и другие личные вещи. В течение трёх дней Артём перевёз Катю в Приход, где состоялись её похороны. Артёма мучил только один вопрос: «Почему он не видел её душу?»
Екатерину похоронили на территории семинарии. На следующий день после похорон, Артёма вызвали к руководству. Их, как и прежде было трое. Один из них начал говорить:
— Артём, мы сообщаем тебе об отстранении от этого задания! Можешь пожить здесь, окрепнуть, потом продолжишь свою работу.
— Нет, спасибо, я вернусь к себе в город, найду эту тварь и разберусь с ней! — сказал Артём.
Руководители напряглись:
— Это приказ, Артём. Ты останешься…
— Что, привяжете меня к кровати? — ехидно спросил Артём.
Один из руководителей вскочил с места и закричал:
— Ты не понимаешь, с кем хочешь связаться!
— С кем же? С состоявшейся? Мне и раньше было трудно! — ответил Артём. — Но с этой тварью у меня теперь личные счеты!
— Эта сущность убила уже двоих! — кричал руководитель Прихода. — Катю и Хама, а Хамский был силен, как и вы! Это не просто сущность, Артём…
Начальство было напряжено, они переглядывались между собой, как будто хотели что-то сказать Артёму, он это видел.
— Вы что-то не договариваете? — спросил Артём с подозрением.
— Скажи ему! — произнес один из руководителей. — Он должен знать!
— Это сверхсущность, Артём, — сказал второй руководитель. — Судя по его действиям, только такие могут так просто убивать контактирующих с ними людей. Это их навязчивая идея, чтобы никто не знал о них. Мы так думаем…
— Сверх? Да куда уж? С чего вы взяли? — перебил Артём руководителя.
— Дело в том, что ни ты, ни другие не видели душ Екатерины и Хама, — пояснил руководитель. — Потому что эти «сверхи» забирают их себе, становясь от этого только сильнее. Кто знает, сколько ещё им было убито людей.
— Отлично, а раньше вы молчали и этому нас не учили! — крикнул Артём.
— Они не изучаемы, так как их ни разу не изгоняли, не было такого в истории! — ответил другой руководитель.
Артём был в ужасе. Он не знал, что ответить на это, но оставаться в Приходе он точно не хотел.
— А та девушка, Марла, она же с ним общается! — подметил Артём. — Как это?
— Мы не знаем! Обычно они подкармливаются контактирующим долго, потом убивают его и ищут другого, — сказал руководитель, — но это теория, их не ловили, они очень сильны, и, слава Богу, их мало.
— Я всё равно поеду и разберусь! — сказал Артём. — Умру, значит так суждено!
— Ты ещё многого не знаешь! Мы не зря тут сидим. В ином мире много необъяснимого! — сказал руководитель. — Хочешь, иди! Материально мы тебе поможем, работай…
Другие руководители молча мотали головами, было видно, что они не согласны с тем, чтобы Артём уходил. Но он уехал. На банковский счёт ему поступили деньги, он был готов продолжить это дело дальше, чтобы освободить души Кати и Хама.
Приехав в свой город, Артём отправился в родительский дом. Всё напомнило ему о прошлом. Фотографии, мебель, множество старых ненужных вещей. Запах прошлого всколыхнул воспоминания, ему стало не по себе. Снова поселившись в гостинице, Артём позвонил Сорокину, чтобы узнать, не появилось ли чего нового по делу Кати. Тот сообщил ему, что всё по-прежнему.
Сидя в своем номере, Артём проверил телефон Кати. Раньше он не стал бы этого делать, но что-то его подтолкнуло на это. Он увидел фотографии из архива, теперь он узнал о Николае Бескровном. Артём не мог понять, как тот стал сверхсущностью, если после его смерти прошло только десять лет. Этого времени не хватало даже на то, чтобы стать состоявшейся сущностью. Видимо, их действительно было очень мало. Оставалось выяснить, зачем Николаю была нужна Марла, ведь из-за него умерли её родители. Может быть, причина и была в этом. В любом случае нужно было как-то поговорить с ней.
На следующий день Артём узнал, что Марла будет дежурить в больнице в ночную смену. Раньше он не видел там сущности Николая. Решив рискнуть, Артём отправился в госпиталь. Он снова прошёл туда под предлогом посещения больного, надел халат и отправился искать девушку. Она была в кардиологии, так же сидела в холле и читала книгу, около неё кружило несколько душ и сущностей. Артём прочитал молитву, сосредоточился, подошёл и сел рядом с Марлой. От неожиданности она даже испугалась.
— Не надо так пугать, — сделав паузу, Марла добавила: — Доктор? Из терапии?
— Привет! — улыбнулся Артём. — Помнишь меня?
— Да, помню, опять прогуливаетесь? — улыбаясь, спросила она.
— Да, что-то вроде того! — спокойно ответил Артём.
— Доктор Артём, вроде? — спросила Марла и улыбнулась.
— Да, Артём! Просто Артём! — ответил Ботов. — Я уволился, сегодня моя последняя ночь.
Артём понимал, что Марла может проверить его, поэтому и сказал про увольнение.
— А я Марла. Я учусь и подрабатываю тут! А чего увольняетесь?
— Марла, я помню твоё имя, здесь мало платят, вот и ухожу! Куришь?
— Да, — ответила она. — Может, сходим в курилку?
Артём кивнул в ответ, и они пошли в курилку, которая находилась на обычном лестничном пролете. Небрежно расстегнутый халат висел на Артёме и не вызывал доверия. Но Марле даже в голову не приходило, что он контактирующий, она почему-то верила ему. Артём угостил её сигаретой, и они разговорились, в процессе перейдя на «ты». Марла была очень разговорчивой девушкой и по-своему привлекательной. Они говорили об учёбе, жизни и всякой ерунде. Марла не обращала никакого внимания на окружающих их существ из потустороннего мира, Артёму же это удавалось с большим трудом.
Где-то около четырёх утра Марлу позвали в отделение. Она быстро сунула Артёму свой номер телефона на тетрадном листке и убежала. Артём тоже ушёл, теперь у него был номер и расположенная для общения девушка. Через два дня он позвонил Марле:
— Привет, это Артём, может, встретимся?
— И года не прошло! — восторженным голосом заявила Марла. — Можно, а где?
— Давай я заеду за тобой, а там решим, — сказал Артём.
— Хорошо, приезжай в четыре вечера к медицинскому общежитию!
Марла быстро положила трубку. Артём оставалось лишь продумывать план действий на случай появления сверхсущности. Так как ему постоянно мешали другие души и сущности, он обратился к психиатру, который выписал ему рецепт на сильнодействующие лекарства. От этих таблеток хотелось спать, но они притупляли сознание, и видения прекращались или их просто становилось меньше. Чтобы не засыпать, Артём достал порошок, который служил хорошим энергетиком. Закинувшись дозой, он подъехал к общежитию, открыл боковое стекло и закурил, вытянув руку с сигаретой на улицу.
— Привет! — прозвучал звонкий голос. — Говорю сразу, я не люблю кафе, бары, клубы и подобные заведения, можем и тут посидеть, поговорить…
Это была Марла. Она стояла возле машины и улыбалась. Её волосы чёрного цвета, тёмные тени у глаз, тёмно-красная помада, кольцо в носу, чёрная обтягивающая одежда, подчеркивающая её фигуру, — всё это вызывало у Артёма непонятное чувство. Марла казалась ему странной, но в то же время она была интересной и очень сексуальной.
— О’кей, залезай, — с улыбкой ответил ей Артём. — Отъедем отсюда, а там придумаем что-нибудь!
Артём знал, что души и сущности не могли проникнуть в помещения, где стояла защита. Это те самые символы и молитвы, написанные на стенах в семинариях, церквях и некоторых музеях. Это делалось для того, чтобы люди хоть где-то могли укрыться. Символы наносились специальной краской, сделанной в основном из крови животных. Например, кошки всегда видели сущностей, но это им никогда не мешало жить, в отличие от людей. Марлу нужно было доставить в подобное помещение и поговорить с ней. Накануне в родительском доме Артём сделал надписи и символы из тюбиков с капканной жидкостью, взятых у Даниила. Место допроса было готово. Оставалось заманить туда Марлу, чтобы она ничего не заподозрила.
— Поедем ко мне! Точнее к моим родителям, их сейчас нет, но у них хороший дом! — сказал Артём.
— Не знаю, я вообще-то приличная девушка! — заявила Марла.
— Не переживай, я не маньяк! — засмеялся Артём.
Марла тоже смеялась, ей, видимо, не хватало общения, а в Артёме она увидела хорошего мужчину, который подошел к ней первым, чтобы просто поговорить. Она согласилась на его предложение. Подъехав к дому, они вышли из машины и пошли к крыльцу. Артём стал открывать дверь, когда раздался ужасный крик.
— Не ходи туда!
Артём обернулся. Это была она, сверхсущность Николая Бескровного. Марла стояла, широко раскрыв рот, её выражение лица было удивленным, когда она заметила, что Артём услышал голос и обернулся на него. Этот крик испугал Артёма, но он быстро открыл дверь и толкнул Марлу внутрь дома. Сущность ринулась в их сторону. В метре от крыльца Артём успел достать баллончик и распылить его содержимое.
— Это тебе от Кати, тварь! — закричал Артём.
Сущность врезалась в облако дыма, громко закричала, скорчилась и в тот же миг исчезла. Капканная жидкость из баллончика сработала на сто процентов. Артём зашел в дом и запер дверь. Марла лежала на полу и испуганно смотрела по сторонам.
— Сюда эта тварь не влезет! — сказал Артём. — Да и сейчас ей не по себе!
— А ты ведь совсем не доктор, да? — встав с пола, спросила Марла.
— Умная девочка, кофе сделать или тебе покрепче чего?
Артём взял Марлу под руку и грубо повел её на кухню. Та кричала и пыталась сопротивляться, но тащилась за ним. Посадив Марлу за стол, Артём достал наручники и приковал её руку к батарее возле стены.
— Сиди и рассказывай! — громко сказал он, нервно прикуривая сигарету.
Он положил перед Марлой пачку сигарет с зажигалкой и поставил стакан с бутылкой виски. Отвернувшись к газовой плитке, Артём сварил себе кофе, Марла молча курила.
— Молчишь? — спросил Артём. — Хорошо, времени у нас много, помяни Катю, её душа у твоего дружка! Если захочешь рассказать мне про него, то крикни!
Артём ушел в комнату и сел на диван. Он был зол на Марлу, на сущность и на себя. Он подходил к каждому окну и приоткрывал шторы, смотря, нет ли там Николая. Через некоторое время Марла решила заговорить. Артём зашёл на кухню, когда она допивала стакан виски и курила. Её тушь была размазана от слёз. Посмотрев на Артёма несколько секунд, Марла сказала:
— Расстегни меня, я всё расскажу!
— Обойдешься, так расскажешь! — заявил Артём.
— Она была твоей женой? — тихо спросила Марла.
— Я её любил, если тебе интересно! — ответил Артём.
— Мне жаль, но это не моя вина! Она виновата лишь в том, что видела его, — начала объяснять Марла. — Он убивал всех, кто его видел. Она была не первая, до неё был какой-то здоровый мужик, до него ещё несколько…
Артём слушал и понимал, что эта сущность обладает огромной силой, а Марла продолжала рассказывать:
— Он и меня хотел убить, но потом не стал, он рассказал, что из-за него погибли мои родители, я его ненавидела, а он становился все сильнее и сильнее. Николай преследует меня уже пять лет.
— Тебе какой от этого толк? К тебе же приходили контактирующие, Даниил! — спросил Артём.
— Он отгоняет от меня других, беседует со мной, помогает советами, он предсказывает смерти в больнице, я спасла несколько человек с его помощью, — прервав Артёма, ответила Марла. — Чем бы мне помог ваш Приход? Что это за жизнь вообще видеть и изгонять этих существ?
— Дура, — крикнул Артём. — Он питался твоей энергией и силой. Помогая тебе, он стал сверхсущностью, потому что получил прощение от тебя, своей жертвы!
— Откуда я знала? — вновь зарыдала Марла. — Меня этому никто не учил!
— С тобой пытался поговорить Даниил!
— И что? Прятаться в тюрьме вечно? В вашем Приходе чёртовом, иди ты!
Марла допила виски и кинула стакан в стену.
— Его или убить нужно, или жить с ним и умереть самой! Прятаться я не стану! — крикнула она.
Выглядела она решительно настроенной. Артём подошел к ней и расстегнул наручники.
— Разберёмся, не бойся, я помогу, иди умойся и поспи, — тихо произнес он Марле. — Иди…
Артём поверил ей, ему почему-то стало не по себе от того, что у него возникло это чувство жалости. Марла пошла в ванную комнату и умылась. После чего Артём проводил её в спальню. Она уснула. Артёму было жаль её потому, что она напоминала ему себя, только ему повезло немного больше, чем ей. За ним ведь не охотилась сущность, сосущая из него энергию. Он вспомнил про Катю, похожая ситуация была и с ней, но тогда Артём сумел помочь ей. Может, он поможет и Марле. Мыслей в голове было много, он подремал до утра, сидя на диване в гостиной, после чего позвонил Даниилу и всё рассказал. Священник сказал, что сам сообщит всё руководству Прихода.
Марла проснулась от шума, который доносился с кухни. Зайдя на кухню, Марла увидела Артёма, Даниила и ещё двух мужчин среднего возраста. На столе валялись кучи бумаг и книг, а также какие-то баллончики и тюбики. Шёл яростный спор, все кричали, перебивая друг друга, никто даже не заметил её.
— Что орёте? Мёртвых разбудите! — громко сказала Марла.
— Очень мило! — недовольно пробормотал Даниил.
— О, Марла, вот и ты, а мы тут убийство замышляем! — энергично говорил Артём. — Даниила ты знаешь, а это Макс и Кирилл! Самые лучшие контактирующие. Так что прорвёмся! Приход прислал их нам в помощь!
Артём то сидел на стуле, то резко вскакивал и бегал по кухне как заведенный, его речь была быстрой, он постоянно жевал жвачку и таращил глаза. Марла сразу поняла, что Артём был под наркотой. Не выдержав, она спросила его:
— Дашь дозу? Я тоже хочу, чтобы меня так таращило!
— Так этим делу не поможешь! — с презрением и недовольным голосом произнес Даниил.
— А давай, какого чёрта, один раз живём! — громко ответил Макс.
Он достал пакетик и высыпал на стол порошок. Все, кроме Даниила, вдохнули его. Процесс пошёл. Все листали книги, что-то записывали и обсуждали, пили кофе, пару раз за день им привозили пиццу и сигареты, которые быстро заканчивались. Ближе к вечеру сложилась картина их действий. Даниил начал рассуждать:
— Итак, наша сущность стала сверхсущностью из-за того, что была рядом со своей жертвой! Она в чём-то помогала тебе, Марла!
— Ну, было такое, но в чём не скажу! — подтвердила она.
— Вот! Да и не важно, — продолжил Даниил. — Он питался твоей энергией, заслуживая прощение, как только он понял, что ты ему не нужна, он убил бы тебя и забрал твою душу! Но не упокоился, он уже никогда бы не упокоился!
— Это мы поняли, — встрял Артём. — Давай о плане, как его изгнать?
— Мы знаем, что все сущности боятся сверхов, — недовольным взглядом посмотрев на Артёма, продолжил пояснять Даниил. — А где они у нас чаще обитают? Правильно, на кладбище!
Все переглянулись и напряглись, как будто прочитали мысли друг друга.
— Ты что предлагаешь? Идти в самое пекло? — закричал Кирилл. — Нас там точно убьют!
— Нет! Дослушайте! — продолжил Даниил. — Придя на кладбище, мы приведём туда и Николая, точнее его сущность! Совершим обряд над могилой родителей Марлы и вызовем их. Если постараться, то это возможно! Они помогут уничтожить его, плюс другие сущности, особенно состоявшиеся, не откажутся от расправы над сверхом.
Все молчали и смотрели друг на друга, не понимая, как это провернуть. Нужно знать много заклинаний, обрядов, молитв, а их никто не знал! Они были в книгах, но их нужно было всё учить наизусть.
— Другого выхода нет, — не выдержав напряжения, заявил Артём. — Я тоже думал об этом…
— Поэтому вы все сейчас идете спать! — приказным голосом сказал Даниил. — А я позвоню в Приход, они пришлют все тексты, которых нам не хватает! Я всё разложу по полочкам, а вы изучите и вызубрите их, но на светлую голову!
Даниил достал телефон и вышел из кухни, набирая номер. Макс кинул на стол упаковку с таблетками и сказал:
— Это снотворные, по две штучки и спать, Даня прав…
Все согласно лишь покивали в ответ Максу и приняли таблетки, разбредаясь по комнатам.
— Ляжешь со мной? — прошептала Марла Артёму на ухо. — Мне так будет спокойнее…
Артём ничего не ответил, он просто взял её за руку, и они пошли в спальню. Марла повернулась к нему спиной, Артём обнял её, и они быстро и крепко уснули.
Утром Даниил разбудил всех и погнал в душ приводить себя в порядок, он бубнил и ругался.
— Жду всех на кухне! — кричал он. — Наркоманы проклятые!
Через какое-то время все были в сборе. Марла сварила всем кофе, и они сели за стол. Их внешний вид напоминал катастрофу.
— Ну и лица у вас! — буркнул Даниил. — Готовы воспринимать информацию?
Он раздал всем по несколько листков бумаги, на них были написаны заклинания от сверхсущностей, обряды по вызову духов, а также молитвы, которые нужны для этого дела.
— Всё это нужно выучить до завтрашнего вечера! — сказал священник. — Сейчас расскажу, что будет!
Контактирующие были недовольны, времени на изучение было мало, да и на кладбище идти никто не хотел! Даниил начал объяснять план действий. Через некоторое время они всё-таки начали готовиться. Никто из известных контактирующих никогда не изгонял сверхсущностей. В книгах из Прихода были приведены примеры из далёких времен, а также много теории. Этого было очень мало.
Ближе к вечеру все собрались в комнате. Артём, Макс, Кирилл, Марла и Даниил. Вечером на кладбище было мало людей, а к позднему вечеру там совсем никого не было, именно в это время суток и нужно было идти на дело. Даниил разложил карту кладбища с отметкой могил родителей Марлы, прочитал молитву и сказал:
— В путь! Да поможет нам Бог!
Открыли дверь на улицу, на крыльце стояла сущность Николая. Она была в шляпе, её взгляд был злым и пронзающим. Даниил не видел ни душ, ни сущностей, поэтому ему особо ничего не угрожало, он лишь спросил:
— Что стоите? Начинайте!
Все четверо в один голос начали читать заклинание о временном изгнании, тем самым не давая сущности проявлять силу.
— Марла, зачем ты с ними? — злобно закричал Николай. — Я твой друг!
— Иди ты! — крикнула в ответ ему Марла, прыснув из баллончика капканную смесь в сторону Николая.
Сущность с воплями исчезла, все пошли к машине. Даниил быстро нарисовал на ней несколько защитных символов, после чего они поехали на кладбище.
— Едем сразу ближе к могиле родителей! — сказал Даниил.
— Хорошо! — ответил Кирилл, внимательно смотря на дорогу.
Заехав на кладбище, Кирилл сбавил скорость и медленно ехал по дороге вдоль могил, повсюду были души и сущности. Остановившись у обочины, Кирилл произнес:
— Всё, отсюда пешком! Метров триста.
— Начинается! — протянул Макс.
— Всем сохранять спокойствие! — сказал Даниил. — Идёмте!
Они снова прочитали временное заклятие и пошли в сторону могилы. Души и сущности разлетались по сторонам, не трогая их, заклятие действовало, не было ни состоявшихся, ни сверхов. Пока не было. Они шли, опустив головы вниз, только Артём смотрел на всё, что происходило на кладбище. Сущности налетали друг на друга, вороны кричали что есть мочи. Души умерших людей издавали стонущие звуки, выл ветер, было очень шумно. Такое нельзя было терпеть долго. Подойдя к могиле родителей Марлы, Даниил начал поливать землю святой водой, произнося молитвы, а Макс поставил и зажёг свечи над могилами.
— Начинаем обряд! — крикнул Даниил!
Все достали листы и начали читать текст на латыни, погода резко испортилась, заморосил дождь. Ветер стал ещё сильнее.
— Мы вызываем вас временно для помощи вашей дочери, — повторял Даниил. — Явитесь!
Заклятие по вызову духов читались снова и снова, в определённый момент время как будто остановилось. Стало тихо. Над могилами пролился яркий свет, из которого вышли мужчина и женщина. Они были во всём белом, на их лицах была улыбка.
— Мама, папа? — присев на колени, произнесла Марла.
— Получилось! Получилось! — повторял Даниил.
Он никогда ещё не видел подобного. Он видел родителей Марлы собственными глазами, не веря тому, что ему удалось их вызвать. На его лице тоже сияла улыбка.
— Ты! — протяжно и громко произнес отец Марлы.
Его взгляд был направлен в сторону Кирилла, который стоял позади всех. Время снова пошло обычным ходом, прогремел гром и полил дождь. Все оглянулись на Кирилла, позади него, возвышаясь, стояла сверхсущность Николая. Она накинула на шею Кирилла верёвку с петлёй и подбросила его вверх, прямо на дерево, громко выкрикнув:
— Вы все умрёте!
— Кирилл! Нет! — закричал Макс. — Держись!
В тот же миг Николай отбросил всех в стороны взмахом руки. Родители Марлы превратились в чёрных сущностей и ринулись в сторону Николая, начав кружить над ним. Николай начал отмахиваться руками, кричать, но они пронзали его снова и снова, жуткий вой стоял над кладбищем.
— Читайте заклятие! — закричал Даниил.
Он единственный, кто остался стоять на ногах. Всех разбросало в разные стороны, Макс и Марла присоединились к Даниилу, Артём лежал около надгробья, он ударился головой о памятник. Из затылка текла кровь.
— Отстаньте от меня! — кричала сверхсущность.
Его глаза стали ярко-красными, он посмотрел пристальным взглядом на Макса, и тот вспыхнул, как спичка. Макс вскочил и побежал в сторону Николая, что-то крича. Артём быстро вскочил с земли. Он увидел, как Макс горел заживо. Взявшись за руки с Марлой и Даниилом, они в один голос продолжили читать заклятие против сущности. В тот же миг к Николаю начали подлетать другие духи. Они начали пронзать его так же, как и родители Марлы, их становилось всё больше и больше.
— Нет! — кричал Николай. — Отстаньте!
Было видно, как из него вылетали другие души, Артём заметил Хама и Катю. Они также начали пронзать сверхсущность, выдирая из неё силу, которую она хранила в себе. Николай кричал и брыкался, позже крик превратился в жалостный стон.
— У него почти не осталось сил, — произнес Артём. — Давайте молитву за упокой!
После прочтения молитвы души и сущности постепенно начали исчезать. На земле лежала сущность Николая, вернее то, что от неё осталось, поле того, как все подпитывающие его души вылетели, на земле осталась только его обессиленная и замученная сущность. Она уже не была сверхсущностью.
— Ну что там, Артём? — ничего не видя, спросил Даниил.
Артём увидел душу Хама, который показывал ему сжатый кулак с поднятым вверх большим пальцем, душу Кати, которая нежно произнесла: «Спасибо».
— Я больше не могу! — прошептала Марла и упала без сознания.
— Ещё не всё! — сказал Артём.
Из последних сил он встал и подошел к сущности Николая, присев рядом с ним. Артём начал читать обычное заклятие, чтобы тот исчез навсегда. Николай схватил Артёма за руку и выкрикнул, не дав дочитать текст:
— Я ещё вернусь за тобой!
Сущность Николая быстро испарилась в воздухе, Артём упал на землю, в его груди все жгло и давило. Он увидел висевшее на дереве тело Кирилла, неподалеку лежало обугленное тело Макса. Сердце колотилось всё сильнее. Смотря в небо, Артём ощущал, как на его лицо падают капли дождя. Он видел теплый яркий свет, постепенно сменившийся тьмой.

***

— Я умираю! — произнес Артём, держа руку у сердца.
— Перерождение! — услышал он протяжный женский голос. — Перерождение! Артём!
Очнувшись, он увидел перед собой белое помещение. Всё расплывалось, сознание было заторможенным. Позже он услышал пикающие звуки от кардиомонитора, зрение постепенно стало чётким, на его груди были какие-то присоски.
— Я что в больнице? — выдавил Артём из себя хриплым голосом. — Эй? Есть тут кто?
— Есть, Артём, ты у нас в Приходе, — прозвучал знакомый мужской голос. — Точнее в нашей реанимации!
Артём не мог вспомнить голос, но потом увидел лицо доктора Волкова. Он понял, что жив, но сердце снова заколотилось быстро, о чем свидетельствовало ускоренное пиканье монитора.
— Тихо, тихо! — быстро заговорил Волков. — Введите ему успокаивающее…
— Что со мной? — спросил Артём.
— Инфаркт у тебя, — спокойно ответил доктор. — Не переживай, подлечим.
— Сколько я тут? — снова спросил Артём.
— Уже три дня! — ответил доктор. — Скоро выпишем, будешь таблетки пить и жить дальше!
Это всё, что успел узнать Артём у Волкова, и он уснул снова. Позже ему рассказали, что Даниил вызвал скорую помощь, которая отвезла Артёма в местную больницу. Оттуда на вертолете его доставили в Приход. В СМИ сообщили, что на кладбище два человека совершили самоубийство. Марла тоже была в Приходе. Пострадала только её психика. У сверхсущности была огромная сила, она навредила всем. Артём получил инфаркт миокарда; чтобы снять нервный срыв, Марла принимала транквилизаторы и антидепрессанты в двойных дозах. Они не виделись около месяца. После лечения их вызвали к руководству.
Один из руководителей встал и заговорил:
— Вы сделали то, что не могли другие. По вашему делу мы напишем новые правила изгнания сверхсущностей, это пример нашего времени! В благодарность мы огородим вас от иного мира. Вы будете жить обычной жизнью и сможете заниматься чем угодно!
Артём слышал ранее о подобном, что в Приходах есть специально обученные люди, которые могли закодировать от видений, но делалось это очень редко и только по особым случаям.
— Это каким образом, вы закодируете нас? — спросил Артём.
— Да, мы проведем обряд, который защитит вас от всех сущностей, — спокойно ответил руководитель. — Разве не об этом вы так мечтали? Вы подорвали здоровье! Потеряли близких и друзей, вы вправе получить этот подарок от нас!
Артёму и Марле сделали символические татуировки, оберегающие от потусторонних сил, а также прочли специальные заклятия. Они были рады, что не будут больше видеть мёртвых. На их счёт Приход ежемесячно перечислял деньги. Это был минимум, на который можно было прожить. Вернувшись в свой город, Артём стал работать адвокатом, а Марла устроилась работать в бар. Продав родительский дом, Артём поселился в обычной квартире. Они часто виделись, весело проводили время, занимались сексом, их не смущала разница в возрасте. Они наслаждались обычной жизнью…
Однажды в Коллегию адвокатов, где работал Артём, пришла девушка. Артём сидел за столом и что-то печатал.
— Здравствуйте, мне нужен адвокат! — с улыбкой произнесла она.
Подняв голову вверх, Артём увидел, что перед ним стояла девушка с рыжими волосами, в очках и с ангельской улыбкой. Она была в ярком платье, из нее так и лился позитив, которого давно не хватало Артёму.
— По какому вопросу? — тихо спросил он, улыбнувшись ей.
— По бракоразводному! — так же мило улыбаясь, произнесла она.
— Никогда не занимался разводами, — ответил Артём, — но могу попробовать! Если хотите!
Девушка засмеялась, потом сделала серьёзное выражение лица и протянула Артёму руку.
— Попробуйте! Меня зовут Алиса, очень приятно! — сказала она.



Продолжение на:

https://ridero.ru/books/oni_sredi_nas/