Бабуля

Татьяне было недалеко за шестьдесят. Сколько конкретно – не помнила. И потому каждый раз на вопрос врача «сколько вам полных лет» честно высчитывала. Причина такого явления не в забывчивости. Просто её слишком долго не принимали за взрослую, так что частенько приходилось прибавлять -дцать лет для солидности.
Итак, стоит эта самая Татьяна на остановке и курит в ожидании нужного транспорта. Вдруг слышит истошный крик: «Женщина, какой автобус идёт? Скорее скажите, а то я не успею войти!» Этот душераздирающий вопль доносился из благовидного вида бабульки с какой-то сказочной сучковатой клюкой. Старушка, растопырив руки, будто пытаясь перекрыть какие-либо попытки её обойти с любой стороны, чуть ли не уткнулась в молодую девушку, которая тут же испуганно отскочила.
Татьяна удивилась: «А чего это бабулька так надрывается, ежели молодые обычно хорошо слышат?» Поискав глазами урну, Татьяна направилась выбрасывать окурок. Бабулька шла прямо на неё, угрожающе размахивая клюкой: «Женщина, я к вам обращаюсь, а вы не слышите? Или не хотите слышать? Какое безобразие! Между прочим, меня зовут Виолетта Леонтьевна, имейте в виду».
Сдержав улыбку, Татьяна спросила, какой именно номер автобуса требуется, и пообещала непременно заранее предупредить о его приближении. Про витиеватое имя-отчество и многозначительное «имейте в виду» конечно тут же забыла. И, как потом оказалось, совершенно напрасно.
Минут через десять появился нужный транспорт, о чём Татьяна сообщила бабуле. Та тут же заорала: «А ну-ка отойдите все, я сейчас буду садиться, где моя палка, а вдруг автобус тронется, и я упаду, не мешайте, лучше я сама, нет-нет, лучше помогите…»
Татьяна подхватила бабулину клюку и, слегка поддержав под локоть, успокаивающе сказала: «Не волнуйтесь, бабуленька, автобус без вас никуда не поедет! Даже с места ни-ни!»
Старушка плюхнулась на переднее сиденье и заголосила ещё громче: «Да как же вы посмели!? Меня так ещё никто не унижал! Какая я вам бабуля? Я – Виолетта Леонтьевна. Как же вам не стыдно! А с виду приличная женщина!» И, шумно задышав, полезла в сумку за платочком.
Татьяна слегка приостановилась на входе, картинно протянула руку в сторону сидящей и чётко сказала со слезой в голосе: «Это меня ещё так никто не оскорблял! Какая я вам женщина – я ещё девушка!» И с гордо поднятой головой под громогласный хохот прошла вглубь автобуса.
Бабуля испуганно оглянулась и скорбно поджала губы.


Рецензии