Однажды в Лепешкино

 Глава 1

Короткое, как выстрел лето 1993 года было в самом разгаре. Знойная пора, когда пьяные от своих трелей соловьи, выплескивали в ночной эфир симфонию любви. Счастливые парочки, скрываясь от посторонних глаз в самых потаенных уголках парков и скверов, с томлением  в груди, впитывали  каждую нотку завораживающей песни этих, с виду совершенно неказистых птах.

Примерно в сорока километрах от Курска, на берегу крошечной речушки, у которой даже и названия то не было, приютилось небольшое село Лепешкино. Создавалось ощущение, будто оно вышло из-под кисти самого Левитана. Вот только великий мастер небрежно бросил на холст последний мазок , и на тебе, на фоне пестрящей убранством березовой рощицы, появилось Лепешкино.

Старые стены избенок, не выдержав непосильного гнета жизни, почернели. Они словно изможденные лица старух, покрылись паутинками морщин. И каждая из этих морщинок, таила в себе историю того, или иного события. Даже небольшая церквушка, давно забыв, что такое благовест, покосившаяся, словно от тяжелой ноши, один в один, напоминала Левитановскую.

В далекую, Советскую бытность, совхоз Лепешкинский гремел по всей области. Как же! Немыслимые надои. Ни с чем несравнимые урожаи зерновых и все такое.
С тех пор минуло приличное количество лет. Вся былая слава улетучилась невесть куда, словно мякина на ветру. Остались только  тысячи гектар земель, поросших двухметровым бурьяном да лопухами.
О прошлом величии совхоза с тех пор никто не вспоминал. Из почти двух сотен добротных домов, теперь едва бы набралось, пожалуй с полсотни неказистых развалюх.  В коих и влачили  жалкое существование люди, давно потерявшие веру в лучшее. Они жили своим мирком , перебиваясь случайными заработками, да маломальским хозяйством. Кто-то торговал на городском базаре овощами с собственного огорода, кто-то собирал по сезону грибы да ягоды, пытаясь их втюхать на небольшой железнодорожной станции, пассажирам проезжающих поездов.

Надо сказать, станция эта находилась  недалеко от Лепешкино. Километрах в пятнадцати. Так что, если встать пораньше, пока жаркое солнышко не полоснуло по спящим перелескам своим огненным серпом, то можно было набрать лукошко подберезовиков, и успеть к трехчасовому,  проходящему. А если посчастливиться, то продать грибы, какому-нибудь проезжему ротозею. Потом, сжимая в руке  заветные  200-300 рублей, идти восвояси, с завистью глядя на сравнительно достойное существование станционного поселка. Как же было  не завидовать . Ведь здесь, крути ни крути, можно найти хоть какой-то заработок. Шутка ли! Тысячи полторы жителей. Добрых десятка три магазинов. Даже имеется фермерское хозяйство. Да и название поселка вполне соответствовало его статусу-«Рублевское».

Но Лепешкинцы особо не унывали. Между собой они жили дружно. По -соседски, во всем помогая друг другу. Только попроси. Кешка Береза- владелец единственного в Лепешкино, старенького « Беларуся», был вообще нарасхват. Надо ли дров на зиму заготовить, или же огород вспахать. Добрый тракторист всегда был готов помочь. Правда, не безвозмездно.
Между собой жители Лепешкино рассчитывались ядреной самогонкой, которую потом они благополучно все вместе и выпивали. А наутро, когда мутное похмелье вонзалось в гудящие головы раскаленными прутьями, они, заставив себя подняться, шли подправлять кому–нибудь забор, или наколоть дров. Затем, получив за работу вожделенную бутыль, сельчане, дружно садились за стол вместе с хозяином или хозяйкой нового забора, и все возвращалось на круги своя.

Кстати говоря, была в Лепешкино своя достопримечательность. Примерно лет десять назад, разразилась небывалая гроза, и страшный огненный шар ударил в землю неподалеку от села. А наутро, совхозный конюх Игнат, обнаружил в лесу странную воронку( диаметром почти 100 метров) доверху наполненную мутной, булькающей жидкостью.
Пару недель, жители обсуждали случившееся, выдвигая различные теории, вплоть, до абсурдных. Приезжало даже высокое начальство и ученый консилиум. Но и те ничего дельного не придумали. Потихоньку, все прения  сошли на нет, и жизнь совхоза вернулась в привычное русло.  Однако, жители Лепешкино с тех пор стали замечать довольно странные вещи, происходившие неподалеку от  воронки.
Тихими ночами, из лесу, доносились непонятные звуки. Кое-кому из сельчан, даже посчастливилось увидеть яркие огни на дне злосчастного котлована. Поговаривали, будто эти огни, пробиваясь сквозь толщу жидкости, ритмично мерцают, словно подавая кому-то сигнал. И расположены они так, что если соединить их единой линией, то получится круг правильной формы.

Как бы то ни было, но с тех пор в Лепешкино нет, нет, да и стали наведываться именитые УФОлоги, и студенты. В эти дни, жители села, из кожи вон лезли, чтобы заманить их к себе на постой, искушая гостей всевозможными яствами да удобствами.
Жил в Лепешкино и  местный астроном-Митька Сичкин. Вместе со своей, более чем крупной женой Ангелиной, они появились в селе три года назад. До тех пор Митька трудился в Курске, на заводе оптических приборов.
В силу сложившихся обстоятельств, на предприятии сменилось руководство. Новому же начальству было недосуг заниматься делами производства, и оно, распустив всех на вольные хлеба, закрыло завод.
Митька лишился служебной квартиры, оставшись на улице с двумя коробками увеличительных стекол, выданных ему в качестве расчета.
Не реализовав не единого стеклышка из многочисленного количества линз, различного размера и конфигурации, ему ничего не оставалось делать, как уехать в Лепешкино, где Митьке, от его давно почившей бабки Виталины, достался старенький домишко.

Обосновавшись в селе, он вместе с супругой, принялся культивировать сельское хозяйство. Распахав засохший огородик, чета Сичкиных, засеяла его ,чем бог послал.
Отдохнувшая за долгие годы земля ,стала давать приличные урожаи. Так что картошки, капусты и овощей у Сичкиных было в достатке. Кроме того, они завели пару козочек. Долгими, зимними вечерами, Ангелина вязала пуховые носки , варежки, шарфы, которые впоследствии, с переменным успехом продавала на вышеупомянутой станции.

Так они и жили не тужили, пока Митька, разбирая свою барахло, не наткнулся на те пресловутые коробки, выданные ему при увольнении с завода.
Мысль о том, чтобы поиметь, хоть какую-то пользу со своего выходного пособия, не давала ему покоя целую неделю. В конце концов, Митька решился. Раздобыв внушительную кипу журналов и чертежей, он на три дня заперся в старой голубятне. По окончании  же трехдневного срока, Сичкин явил сельчанам чудо- изобретение.
С тех пор, сооруженный,  из различного калибра труб, трубок и трубочек -телескоп, украшал его заново отремонтированную голубятню.

                Г Л А В А 2

Митьку Сичкина, в его сорок с хвостиком, так и не сподобило  заиметь детей. С Ангелиной они жили душа в душу. Понимая друг друга с полуслова. Правда иногда, женщина проявляла некое недовольство по поводу внезапно вспыхнувшего нового увлечения мужа астрономией, но так, ничего особенного. Тем более приступ «Телескопомании» обострялся только в летний период. Зимой же Митька был в полном распоряжении суженой, в виду низких температурных режимов. Правда, иной раз Сичкин все же тайком наведывался в свою обсерваторию, чтобы хоть краешком глаза увидеть звездное небо. Но слишком уж было холодно. И он поспешно ретировался в теплую избу. Под крылышко мирно спящей Ангелины.

Зная о его слабости, жители Лепешкино, за глаза стали называть Митьку-Калиостро. Почему Калиостро? А не к примеру Коперник или Галилей, никто не мог толком не мог объяснить. Скорей всего Лепешкинцам нравилось это звучное, полное таинства имя. С тех пор кличка прижилась, и сельчане стали называть Митьку Калиостро, и в глаза, и за глаза. Но Сичкин не обижался на дремучий юмор своих земляков. Он охотно отзывался как на собственное имя, так и на странное прозвище.

Как уже было сказано, стояло лето. Ночной воздух, буквально плавился от соловьиных трелей, льющихся из березовой рощицы. Время от времени, громыхая стальными боками, проносились недалекие железнодорожные составы. А в пахучих луговых травах, наперебой стрекотали длинноногие кузнечики, соревнуясь между собой в виртуозности исполнения.
Митька, не желая упустить возможность единения с космическими глубинами, еще с вечера скрылся в своей голубятне. Расширенная и переоборудованная, она теперь была больше похожа на мини обсерваторию. Некогда перекошенное, с прохудившейся крышей строение, приобрело совершенно новый вид, и новое же предназначение. Из удобств тут имелась раскладушка, застеленная старым верблюжьим одеялом, пошарпанная этажерка, на которой хранилась вся Митькина библиотека(десятка два истрепанных журналов и книг по астрономии и освоению космоса), парочка табуреток(они же в известных ситуациях служили столом), и примус.
При помощи металлической задвижки  (кстати, изобретенной им же), Сичкин открыл отверстие в крыше голубятни, и установил на треногу свое детище-телескоп.
Ночь,  как нельзя кстати, выдалась тихой и ясной. Звезды, увеличенные Митькиной оптикой, будто сочные вареники Ангелины, купались в сметанной дымке причудливых туманностей. Задорно подмигивая Сичкину, они манили его к себе , зазывая в самые потаенные уголки галактик.

Убедившись, что прибор в порядке, Калиостро развел примус. Сегодня у Митьки был и еще один повод провести бессонную ночь.
Старый колодец бабки Виталины, давно обрушился. Так что чете Сичкиных, приходилось носить воду из речушки Безымянки. Она хоть и находилась рядом с их домом, но когда, сходишь  туда раз сорок –пятьдесят за день, руки становились на порядок длиннее чем ноги. Поэтому, Ангелина вынесла на повестку семейного собрания предложение, нынче же справить новый колодец. Митька ,как водится был за. На том и порешили. Но знание о том, что в Лепешкино самой конвертируемой валютой являлся самогон, побудило их к определенным действиям.
Сегодня для Митьки настал день икс. Брага в бидоне поспела, и пришла пора добывать из нее огненный напиток.

Приладив змеевик к емкости, Митька водрузил ее на разгоревшийся примус. Длина и конфигурация медной, спиралевидной трубки, позволяла пользоваться аппаратом без охлаждения. Кроме того прохладный ночной воздух способствовал процессу.  Прежде чем Сичкин вновь прильнул к окуляру своего телескопа, капли чистейшего первача  застучали по дну бутылки.
Увлекшись созерцанием ночного неба, Митька внимательно следил за всеми космическими процессами. Будь то пролетавший спутник, или стремительный росчерк падающей звезды. Время от времени, он отрывался от телескопа для того, чтобы сделать кое-какие пометки в толстой, потрепанной тетради, или же поменять наполненную самогоном бутылку.

Время летело незаметно. И когда аппарат выдал последнюю струйку ядреной жидкости, в воздухе уже запахло приближением рассвета.
Закупорив бутыли с первачом, Митька в последний раз глянул в телескоп. То, что он там увидел, могло свести с ума целый научно-исследовательский институт. А Митьку Калиостро это видение просто лишило дара речи.
Прямо из густого скопления звезд, по форме чем-то похожего на бегущего кабана, вырвалась одна. Увеличиваясь прямо на глазах, она  неслась в Митькину сторону. От неожиданности Сичкин даже свалился на пол.
- Нет. Не может быть,- пробормотал он себе .- Наверное надышался самогонными парами.
Приведенный довод, был конечно очень убедительным, но Митька на всякий случай решил еще раз глянуть в телескоп. Теперь, предмет, который Сичкин принял за звезду, увы, ею не оказался. Это был большой, серебристый диск с мерцающими красными огоньками по всему периметру. И летел он не куда -нибудь, а именно в сторону Лепешкино.

Между тем неопознанный объект, неотвратимо увеличивался в размерах, и вскоре его стало видно уже не вооруженным глазом. А через пару секунд он бесшумно завис над пригорком, за околицей села.
-Мать честная!- взвился Митька.- Ешкин кот! Да это же контакт с внеземным разумом. А кто первым встретит гостей из далеких галактик? Кто-кто? Я , Дмитрий Сичкин! Нужно не ударить в грязь лицом. Русское гостеприимство, и все такое. Вот оно Митька мировое признание, слава, почести.
Мечась словно полоумный по голубятне, Сичкин чуть не запнулся о батарею бутылок, наполненных самогоном.
-Да! Конечно!- хлопнул он себя по лбу.- Как же я дурак, сразу не сообразил. Это же первое дело. Старинная традиция. Хлеб да соль.
Схватив с этажерки набор рюмок, он сунул их в карман.  Затем выбрал бутылку по- полнее, и бросился вниз по лестнице. В голове удачливого астронома, гулким набатом стучало:» Хлеб да соль, хлеб да соль».

Оказавшись на земле, Митька рванулся было к избе, но вовремя вспомнил, что на ночь Ангелина запирает сени на крючок. Тогда Сичкин резко меняя курс, нырнул в парник. Там он сорвал несколько пупырчатых толстячков, и со всех ног бросился в сторону зависшего НЛО.
Продираясь сквозь чащу бурьяна, который уже давно заполонил все свободные пространства Лепешкина, Калиостро рисовал в уме радужные картинки, одну заманчивей другой.
Вот, первые лица всех мировых держав собрались, чтобы чествовать его-Дмитрия Сичкина. А он, исполненный достоинства, с огромным орденом на груди, важно кивает, отвечая на приветствия величайших людей современности. Или, например; сам глава НАСА, приглашает его на  должность главного специалиста по внеземным коммуникациям, обещая при этом американское гражданство и многомиллионные контракты. Но Митька, как истинный патриот , начисто отметает все ухищрения  заокеанского босса и остается служить скромным начальником Российского Космического агентства.

Калиостро домечтался до того, что чуть с ходу не врезался в брошенный кем-то из сельчан, ржавый плуг. Опасаясь разбить символ русского гостеприимства, Сичкин продолжил свой дальнейший путь, уже ни о чем не мечтая.
Когда до корабля пришельцев оставалось метров двадцать, Митька остановился, чтобы перевести дух и принять достойный вид, который бы вполне соответствовал столь глобальному событию.
Внезапно ,из днища НЛО ударил ослепительный свет, и на землю медленно опустились три фигуры. Гости из далеких галактик почти ни чем не отличались от людей. Разве что отсутствием какой-либо растительности на головах ,да чересчур торчавшими ушами. Но среди своих собратьев, Калиостро знал некоторых индивидов у которых и лысины были по смачнее, да и уши на порядок, а то и на два побольше. Единственное , что поразило Сичкина, это глаза гуманоидов. Огромные , черные миндалины, совершенно лишенные зрачков, занимали почти половину лиц пришельцев. В их холодном блеске, Митька увидел столько неведомого, что ему тут же захотелось по уши окунуться в эту бездонную пропасть.

Однако ,взяв себя в руки, Калиостро решительно шагнул навстречу гостям из космоса, крепко сжимая в протянутой руке бутыль с драгоценной жидкостью.
Пришельцы , один из которых судя по довольно аппетитным формам, являлся женщиной, о чем-то оживленно спорили на странном языке, очень напоминающем воркование голубей. Увлекшись  диспутом, они не сразу заметили появление Калиостро. Чтобы привлечь внимание, Митька нарочито громко закашлялся. А когда недоуменные пришельцы обернулись к нему, Сичкин придав голосу большей помпезности, начал свой монолог.
-Уважаемые граждане инопланетяне! Нет. Не так. Мир вам, о пришельцы из далеких галактик. Позвольте мне, Дмитрию Кузьмичу Сичкину, так сказать в лице всего человечества поприветствовать вас на гостеприимной Курской земле.
Оценивая, какое действие возымели на гуманоидов его слова, Калиостро  замолчал. Не понимая, о чем говорит Сичкин, пришельцы продолжали с удивлением поглядывать, то друг на друга, то на странного землянина. Наконец один из инопланетян, что был чуть повыше ростом, сообразил, и ткнул кнопку висевшего у него на груди, межгалактического переводчика. Остальные тут же последовали его примеру. Наладив связь,они с любопытством вытаращили на Митьку черные блюдца глаз.

После первой, неудачной попытки наладить контакт, Сичкин немного сник.  Уже без прежнего пафоса он  протянул вперед бутыль с самогоном и промямлил:» Может за встречу?»
Старший из гуманоидов быстро просканировал незнакомый предмет в руке землянина, и на чистейшем русском языке изрек:»Сжиженное ракетное топливо усиленной очистки СРТ 01692У. Используется  на всех видах кораблей Межгалактического сообщества. Данного объема топлива достаточно, чтобы преодолеть расстояние  от созвездия Лебедя до Альдебарана 18 раз».
-Да вы что?- обиделся Митька.- Какое топливо? Первачок чистейший. Сам только что перегнал.
Чувствуя, что диалог все-таки состоялся, Калиостро решил взять инициативу в свои руки. Быстро разлив по рюмкам самогонку, он сунул их опешившим пришельцам. Не понимая, что хочет от них этот человек, гуманоиды удивленно таращились на Сичкина. Понимая, что дело немного застопорилось, Калиостро осмелился и поспешил ускорить процесс. Он взял  одного из пришельцев за руку, а затем, запрокинув  голову, вылил содержимое рюмки ему в рот. Сделав свое дело, Митька отскочил на несколько шагов назад, с интересом наблюдая, что будет дальше. А дальше происходило вот что. Гуманоид, приняв порцию алкоголя, судорожно схватился за горло. Его огромные глаза, стали еще больше и слились на переносице в единое целое. Затем, один из них оторвавшись от своего собрата, медленно пополз вверх, и остановился почти напротив уха. Второй же глаз, сузившись до микроскопических размеров , превратился в крошечную, черную  точку. Через пару минут, щеки пришельца, имевшие легкий зеленоватый оттенок, полыхнули румянцем, а глаза приобрели первоначальную форму и местоположение. Однако в бездонных блюдцах теперь появился какой-то посторонний блеск, и еще более глубокая задумчивость.

Убедившись, что с гуманоидом все в порядке, Митька вытер огурец о рукав куртки и сунул его инопланетянину:»На вот, закуси. А то развезет к едрене-фене».
Пришелец немного похрустев зеленой мякотью овоща, устало опустился на пригорок. Взглянув жалобным взглядом на Сичкина, он вдруг изрек фразу, которой от него не ожидал никто:»Земляк, сигаретки не найдется?»
Митька дрожащими от возбуждения руками, вынул из кармана мятую пачку «Примы», и протянул сигарету гуманоиду, при этом торопливо приговаривая:»Вот это да! Это по-нашему!»
Сделав пару затяжек, пришелец дружелюбно обратился к Сичкину, который тоже подкурив сигарету, устроился рядом с ним.
-Вот скажи, дружище, кто я есть?
Не зная что ответить, Митька начал бормотать несусветную чушь:»Вы, ты… Вы посланец далеких и неизведанных миров, прибывший на землю…»
-Да нет же,- перебил его гуманоид, втягивая в себя внушительную порцию табачного дыма,- все не так. Я командор 12го межгалактического уровня Генденгросс. У меня сорокалетний опыт управления звездолетами  всех модификаций, какие только существуют. И награды имеются . А они мне говорят,- командор, ткнул пальцем в сторону своих застывших в недоумении собратьев.- Они мне говорят, впереди метеоритное поле повышенной плотности. Не пройдем. Надо менять  курс. Да плевал я какая там плотность. Я профессионал. И не такое видывал. Врубаю ускоритель и вперед. Делов то.

-Да!- только и нашелся, что ответить Калиостро. Но увидев, как товарищи Генденгросса  замерли с наполненными стопками, он подскочил с места:»Что же вы, товарищи пришельцы не пьете? Не по-людски это. Давайте за встречу до дна".
Гуманоиды переглянулись между собой, и с немым вопросом во взгляде уставились на командора.
-Да пейте уже,- махнул тот рукой,- Вещь что надо. Мозги хорошо прочищает, даром, что ракетное топливо. Эх, знать бы раньше, что это пьют.
Товарищи Генденгросса с большой опаской, но все же выпили Митькиной самогонки. Через несколько минут после того, как произошедшая с ними метаморфоза сделала свое дело, они, наперебой болтая каждый о своем, присоединились к командору и его новоиспеченному другу-землянину.
Теперь, когда все перезнакомились, Митька узнал, что девушку зовут Вега, а второго пришельца, Эдуард.
-Почему Эдуард то?- несказанно удивился Сичкин.
-Не бери в голову,- отрешенно махнул рукой командор.- Он с детства у нас пришибленный. Но штурман, надо сказать отменный. Любой курс, в две секунды просчитает. А что до имени, так это его родители поостроумничали.
Внезапно Калиостро встрепенулся, поймав себя на мысли  о том, что негоже держать уставших межгалактических путешественников  посреди ночного леса.
-Cлушай, Гендос,- запросто обратился он к командору после четвертой стопки зелья,- а пойдем ко мне. В баньке с дороги попаритесь. Посидим по - людски. Моя,  холодца с хреном наварила. Огурчики там, помидорчики всякие. Пойдем.
Гостей долго уговаривать не пришлось. Они выпив еще по пару стопок на ход ноги, неуверенной походкой двинулись  в сторону дома  Сичкиных.
Ничего не подозревающие сельчане мирно спали в своих уютных постелях, когда громкие голоса взорвали предутреннюю тишину. Каждый из пришельцев пел о чем-то своем, сокровенном. Калиостро же, стараясь не ударить в грязь лицом, подпевал им как мог.
Надо сказать у инопланетянки Веги, было довольно приличное сопрано, и вскоре вся компания, подстроившись под высокий голос девушки, уже вместе выводила нечто похожее на «Ой да не вечер».

                ГЛАВА 3
Ангелина крепко спала, отбросив в сторону жаркую перину. Разомлевшей женщине снилось, будто они с Митькой отдыхают на море. В шикарном купальнике, развалившись под шезлонгом, она томно потягивает «Маргариту». Свежий бриз, нежной прохладой обнимает  ее дородное тело. Потом, разгоряченная от напитка и жаркого Краснодарского солнца, она мчится вдогонку за убегающей волной. Наконец настигнув ее, Ангелина со всего маху бросается в такой желанный, черноморский ультрамарин. В процессе падения,  Сичкина замечает, что ласковые волны, словно опасаясь быть раздавленными ее могучим телом, кидаются в рассыпную. Она плюхается в большую кучу студенистых медуз. Болезненный ожог, как удар электрического тока прошил Ангелину с ног до головы. Женщина встрепенулась и испуганно задыхаясь, подпрыгнула с постели.

Когда шок немного прошел, она поняла, что не было никаких медуз, а разбудил ее громкий стук в дверь. Стук был настолько сильным, что черепки на кухонной полке, подскакивали, будто в их с Митькой жилище, вселился полтергейст.
Ворча  и тяжело отдуваясь, женщина набросила на плечи старый платок с потрепанными кистями, и сунув ноги в растоптанные сандалии направилась в сени.
-Кому там не спится?- громко зевая и почесываясь спросила она ,подходя к двери,- Митька, ты что ли, баламут?
Услышав голос своей благоверной, Сичкин, тотчас же перестал тарабанить в дверь, и заплетающимся языком принялся объяснять жене причину столь раннего визита.
-Открывай, мать. Гости у нас.
-Да ты что , вахлак треклятый,- учуяв сквозь дверь Митькино состояние, возмутилась Ангелина.- Сивухи перепил небось? Иди на свой кукарешник, да проспись. Что ломишься ни свет ни заря?
-Говорю тебе, дура, открывай,- не вытерпел Сичкин.- Дело государственной важности.
-Я вот щас открою, да отхожу тебя голиком,- вскипела Митькина супруга, и уже было собралась вернуться в постель, но услышала голос постороннего мужчины.
Командор, промахиваясь зажженной сигаретой мимо рта, тоже захотел поучаствовать в диалоге супругов. Он проштудировал словарь земных выражений, но не нашел ничего лучше, как выдать:»Наливай старуха щей, я привел товарищей».

После этих слов Ангелина буквально раскалилась добела. Но больше всего ее разозлил писклявый голос Веги. Девушка, неуклюже цепляясь за штакетник, произнесла фразу, которая стала ключевой в разрешении этого спора.-Пришла беда, отворяй ворота,- пискнула инопланетянка, затем, громко икнув, свалилась в крапиву.
-Да ты, кобелина, еще и бабу привел. Ну, я вам сейчас устрою кордебалет,- взревела обиженная супруга. Открыв дверь,она не разбираясь, отвесила оплеуху первому, кто оказался на ее пути.

Глупо улыбаясь, Эдуард, так и не понял что произошло. Встретившись с могучей рукой Ангелины, он кубарем полетел к палисаднику, где и затих, время от времени пуская огромные пузыри из слюней.
-Геля, ласточка,- Митька попытался утихомирить разбушевавшуюся жену,- Ты что взбеленилась? В кои то веки посчастливилось установить контакт с пришельцами. Они летели к нам, покоряя космическое пространство в надежде на радушный прием. А ты в морду!
-Пришельцы?- позеленев от ярости, женщина сцапала мужа за шиворот, и так тряхнула его, что Митька, потеряв равновесие, завалился в клумбу с ее любимыми многолетниками.
-Будет вам сейчас радушный прием,- Ангелина схватив увесистый черенок от метлы , грудью пошла на Сичкина.
- Беги Гендос,- успел крикнуть Митька командору. Словно затравленные зайцы, мужчины  метались по огороду, безжалостно втаптывая в жирный чернозем все насаждения Сичкиных. Каждый раз, когда разящий черенок Ангелины , казалось вот-вот настигнет беглецов, им каким-то чудом удавалось ускользнуть, и они вновь неслись  прочь, запинаясь о многочисленные Гелины парники и картофельную ботву.

Понимая, что силы уже на исходе, Калиостро, принял единственно верное решение. Он бросился к голубятне, увлекая за собой командора.
Запыхавшиеся беглецы, молнией взлетели по расшатанной лестнице в обсерваторию. Но едва, ухватившись за край своего спасительного моста, Митька попытался втянуть лестницу наверх, он, тут же понял, что ему это вряд ли удастся. Ангелина повисла на хрупких поперечинах и тянула ее к себе словно локомотив.
-Что делать, Гендос?- жалобно взмолился Митька, глядя как супруга наконец отвоевав лестницу, намеревается взобраться наверх.

Командор принялся сканировать хлипкое сооружение и пришел к выводу:»Данная конструкция не предусмотрена к эксплуатации такого веса. Девяносто семь целых, двенадцать тысячных процента, что она не выдержит массы этой женщины».
-А еще три процента?- молитвенно сложил руки Сичкин. Но командор оказался прав. Как только Ангелина взобралась на первую ступеньку, та лопнула, будто тоненькая спичка. Геля, на чем свет костеря мужа, со всего маху рухнула на землю.
Взвыв от бессильной злобы, женщина запустила палкой в голову Сичкина. Не успей мужчины увернуться, то вряд ли смогли избежать травмы.
Убедившись, что ей никак не достать беглецов, Ангелина решила использовать план Б. Картинно подбоченясь, она со зловещим ехидством обратилась к мужу:»Ну прячься, прячься, супостат. Я сейчас пойду твоей кикиморе кочку повыдираю».
Понимая, что их товарищам не избежать хорошей трепки, Генденгросс извлек из кармана комбинезона черный, прямоугольный предмет:»Ситуация максимально критическая. Придется использовать нейрализатор».

-Это еще что за хреновина?- изумился Митька, с боязнью поглядывая на странный предмет.
-Нейрализатор, это прибор ,изменяющий психоэмоциональное состояние. Действует он на молекулярном уровне, подавляя агрессию. Положительные же эмоции усиливаются в сто семь с половиной раз,- пояснил командор, направляя нейрализатор в сторону Ангелины.
Тоненький, голубоватый лучик, пронзая утренний морок, легко настиг решительно настроенную женщину. Уколов аккурат, между лопаток, лучик заставил ее ойкнуть. Ангелина не понимая ,что случилось, замерла на месте. Но через мгновение лицо Сичкиной, расплылось в добродушной улыбке.
- Митюнюшка, голубчик,- слащавым голосом принялась она журить мужа,- что же ты гостей в дом не зовешь. Я вам и блинов напеку. В погреб за соленьями сбегаю. А еще наливочка у меня припрятана. Вишневая. Милости просим к столу.
Сичкин придя в неописуемый восторг, с вожделением уставился на прибор.
-Ну и вещь!- трепетно произнес он.- Да, действительно ваша наука идет семимильными шагами. Куда уж нашим академикам. Не знаю чем они там, в Сколково занимаются? Вот бы мне такую вещицу. Ну и жизнь тогда началась.
Командор жалостливо взглянул на Калиостро, и без малейшей тени сожаления протянул ему столь драгоценный прибор:»Вот. Дарю. Домой вернемся, я себе еще достану. А тебе без нейрализатора видно тяжко живется».

Митька, чуть было не захлебнулся слюной от невиданной щедрости новоиспеченного друга. Бешено колотя себя в грудь кулаком, он торжественно клялся пришельцу в вечной, бескорыстной дружбе.
Генденгросс, искренне радуясь , что угадал с подарком, все же посчитал не лишним провести краткий инструктаж:»Вот, смотри. Красная кнопка включаешь, зеленая выключаешь. Действует пять часов. Так что, не забывай продлевать действие нейрализатора. Работает он на солнечных батареях. Считай вечный».
Митька, сжимая в руках столь драгоценную для него вещь, рисовал в уме радужные картинки будущей семейной жизни. Его так и подмывало сию же минуту испытать прибор в действии. Дрожащий палец Митьки  потянулся к панели нейрализатора и надавил зеленую кнопку.

Гроза, которая только что миновала, чудом никого не затронув, вернулась. Лицо Ангелины приобрело болотно-серый оттенок. Яростно брызжа слюной , женщина бросилась к кладовой, где хранились сельскохозяйственные инструменты. Не успев понять, что происходит, обомлевшие беглецы увидели, как Митькина супруга возвращается с целой охапкой лопат и тяпок.
-Ну что, голубки, доворковались? - истошно завизжала Ангелина, запустив в мужчин увесистый секатор.
Беглецы во время рухнули на пол. Тяжелый инструмент, со свистом пролетев у них над головами, так шибанул по Митькиному телескопу, что осколки разбитых линз, рассыпались по всей голубятне.
-Гелька, ты что, совсем ополоумела?- пискнул Калиостро.- На святое руку подняла.
-Жми красную,- умолял Сичкина командор, забиваясь в самый дальний угол .
Митька судорожно давил пальцем на кнопку, но прибор категорически отказывался работать.
-Все, Гендос! Конец нам,- жалобно заголосил Митька.- Не работает твоя штуковина. Заело что-то.
-Квазар мне в глотку,- выругался Генденгросс и выхватил из рук Калиостро нейрализатор. Сжав прибор в ладони, пришелец, что есть мочи ,принялся тарабанить им по полу Митькиной обсерватории. После пятнадцатого удара, из  прибора послышалось тоненькое жужжание и вспыхнула лампочка индикатора.
-Ну, наконец-то,- облегченно вздохнул командор, поспешив направить нейрализатор на Ангелину.

Через несколько минут, все закончилось благополучно. Пришельцы во главе с Калиостро, дружно восседали за столом. Митькина же супруга, как белка в колесе, металась от плиты к гостям. Запотевшая емкость с рубинового цвета содержимым, словно Спасская башня, горделиво высилась над кулинарными изысками гостеприимной хозяйки. С ритмичной последовательностью, Сичкин доверху наполнял рюмки пришельцев, произнося при этом тосты один вычурней другого. Когда бутыль с Гелиной настойкой опустела на треть, а гости окончательно размякли от бесконечных возлияний, Митька ,наконец сжалился  над своей супругой. Окунувшись в былое , Сичкин вспомнил, что много лет назад, его благоверная была хрупкой, покладистой женщиной, а не толстой стервозной теткой, как теперь.
Почувствовав в  случившейся с ней метаморфозе  некую степень своей вины, он смиренно пригласил женщину присоединиться к застолью.
-Гелюшка, ласточка моя,- стараясь придать голосу, максимальное количество нежности, позвал супругу Калиостро,- Совсем ты упарилась. Айда  к нам. Посиди. Выпьем с тобой по рюмочке.
Женщина вспыхнув кокетливым румянцем, шутливо отнекивалась от Митькиного предложения:»Ну что ты, недосуг за столом-то рассиживать. Опару на пироги хотела поставить. Да и неудобно, неприбранная я. На голове вон черти что".
Но Сичкин был неумолим. Рассыпаясь в любезностях,он все же склонил Ангелину присоединиться к ним.
-Ладно, уж посижу с вами немного,- втайне радуясь небывалому количеству внимания со стороны мужа, согласилась женщина.- Только приведу себя в порядок.
Скрывшись в комнате, Ангелина долгое время чем-то гремела и шуршала. А когда она появилась вновь, у растроганного Калиостро , от избытка нахлынувших чувств , закололо под сердцем. Геля смущенно щелкая костяшками пальцев, замерла в ожидании вердикта.

-Ну как?- ангельским голоском спросила она у мужа.
Митька же, во все глаза таращился на супругу, и таял, будто свечной воск. Его не смущали наложенные неумелой рукой тени и чересчур яркие пятна румян. И то, что старое гипюровое платье, ядовито кипарисного цвета, было, мягко говоря не совсем по размеру. Самое главное, Сичкин увидел в глазах женщины тот неповторимый блеск, который он уже стал забывать. Этот блеск, перевернув Митькину душу, вернул его в далекое прошлое.
Проснувшаяся в нем галантность, взяла верх над парами алкоголя, и пробудив амбиции настоящего Казановы, заставила Митьку подняться. Элегантно подав руку женщине,  Сичкин, бережно усадил ее на табурет.
Чувствуя изрядный прилив гордости за свою половину, Митька не преминул двинуть тост:»За неповторимую женскую красоту».

Ангелина стыдливо зарделась, пригубив немного настойки. От давно забытых комплиментов и крепкого напитка ей вскружило голову. Женщина томно вздыхая, ощутила, как на ресницах задрожали слезинки. Украдкой смахнув с глаз влагу, Ангелина склонилась на плечо мужа, подвигая ему тарелку с холодцом.
-Ты закусывай, Митюнюшка, закусывай. А то развезет, не дай Бог.
От столь явного проявления ласки, Митьку еще больше одолела гордость. Раздуваясь словно индюк, он заважничал перед гостями:»Вот она какая моя Гелюшка. Солнышко мое. А хозяйка! Скажи Гендос как угощение?»
Командор, уплетая за обе щеки, пробурчал что-то невнятное в ответ, и вновь потянулся к блюду с груздями.
-А как поет,- продолжал Калиостро,- Что твоя пташка.
Бывало, раскроешь рот, и часами слушаешь, как она трели выводит. А вправду Гелюшка, спой нам что-нибудь.
-Что спеть то?- на удивление быстро согласилась женщина, ни на мгновение, не отводя взгляда от мужа.
Спой мою любимую,- обрадовался необычайной сговорчивостью жены, Митька.- А мы подпоем. Правда же, братцы?
-Хорошо , Митюнюшка,- улыбнулась Геля и задорно тряхнула головой, так что озорные искорки первых лучиков солнца, вспыхивая в ее стареньких сережках, торопливо рассыпались по стенам избы.

                Г Л А В А 4

Золоченый сгусток рассвета, шмякнувшись на единственную улицу Лепешкина, одним махом преобразил серые, безликие домишки,  добавляя в блеклые краски срубов, немалую порцию утреннего колорита.
Петька Кукушкин, 39-летний, 2х метровый детина, пышущий здоровьем и ярким румянцем, отряхивая остатки сна, вышел на крыльцо. Почесав вспотевший под периной живот, он подтянул длинные семейные трусы. Сунув босые ноги в растоптанные кирзачи, на которых еще сохранились следы бурой глины и засохшего навоза, он двинулся по направлению к калитке. При каждом его шаге, добротные доски тротуарчика, гнулись и жалобно скрипели, вторя хриплому кваканью лягушат, затеявших на берегу речушки, свою перекличку. Прислонясь к палисаднику, Петька долго разминал папиросу. Наконец ,чиркнув спичкой, прикурил.

 Жадно глотая табачный дым, вперемежку с утренней свежестью, Кукушкин перегнулся через штакетник и осмотрел пустынную улицу. Но в полной мере насладиться тишиной Кукушкину не удалось. Безмятежное утро, разразилось громким лаем, выбросив из соседнего проулка разномастное пятно собачьей стаи. Вслед за сворой, на улице появилась приземистая фигура Петькиного соседа –Елистратыча.
Федор Елистратович, проживал через огород от дома Кукушкиных и на полных правах считался их соседом, впрочем, как почти все обыватели небольшого села. Супруга Федора , бросила его лет пятнадцать назад. С двумя дочками-близняшками, она, перебралась к его  более удачливому конкуренту. С тех пор, Елистратыч, так и жил бобылем, перебиваясь случайными заработками да собирательством.

Хозяйство, кстати у него было никудышное. Из всей живности только облезлая кошченка Глашка, а из растительности, одинокий смородиновый куст, словно бельмо торчащий посреди огорода. В виду постоянного одиночества и частых возлияний, он рано постарел. Поэтому, в свои 45 Федор выглядел куда как старше.
Заметив Петьку, Елистратыч подобрал полы дождевика, и прижав к груди лукошко, торопливо засеменил к соседу.
-Глянь утречко-то выдалось,- Начал разговор Федор,- так и шепчет, займи но выпей.
-Оно, конечно, было бы неплохо,- с досадой поскреб затылок Кукушкин,- только мы сегодня на дальний покос собирались. А с моей Райкой, сам знаешь , не обломится.
-Жалко конечно,- сразу скис Елистратыч.- Тогда хоть папироской угости.
Петька протянул соседу пожульканную пачку «Беломора».
-Я парочку возьму,- скорее утверждал, чем испрашивал разрешения Федор. Не дожидаясь ответа, он  сунул добытые из пачки папиросины,  за оба уха.
- А я вот в лес навострился,- так и не закурив, продолжил разговор Елистратыч,- Думаю грибочков набрать, да в Рублевское. Глядишь, копейка какая заведется. Айда, Петюня со мной. Ну его покос этот. Вдвоем то сподручнее по лесу шастать. Не так страшно. А то бабка Андрияниха сказывала ,опять приезжие какие-то сгинули. А из котлована нашего огни светились, да вой доносился.
-Брешет твоя Андрияниха. Никто не пропадал,- Отмахнулся Кукушкин. Однако заразившись идеей набрать грибов, все-таки согласился.
-Ладно, схожу с тобой,- Петька растер ногой потухший окурок.- Все одно на покос раньше полудня не соберемся. А тут глядишь развеюсь. Да опять же, грибов что-то захотелось. Здесь подожди, я оденусь только.

Через некоторое время, мужчины шагали по направлению к лесу, непринужденно судача о последних деревенских новостях.
Вот и околица. А чуть поодаль, брошенный сельчанами плуг, который при дневном свете не казался таким уж опасным. Впереди замаячил небольшой перелесок, скрывающий от любопытных глаз укромную поляну.
-Глянь-ка Петюня, что это там между деревьев виднеется?- Елистратыч подслеповато щурясь, принялся шарить по карманам дождевика в поисках очков.
-Да бандура какая-то непонятная ,- удивленно произнес Кукушкин, замерев на месте.- Отсюда толком не разглядеть. Но здоровенная. Почти до самых верхушек деревьев достает. Интересно, что это?
-Пойдем, Петруха, глянем,- подтолкнул соседа Елистратыч.
- Боязно как-то,-  перешел на неуверенный  шепот Кукушкин,- а ну как секретные учения, или еще что?
-Да ну тебя, Петька,- Елистратыч, не раздумывая, двинулся в сторону странного сооружения.- Совсем с ума сбрендил? Откуда у нас военным взяться? Догоняй, давай. Не стой истуканом.

Петька с опаской, но все же зашагал вслед за соседом.
Выбравшись на поляну, мужчины, буквально остолбенели от увиденного. Перед ними, опираясь на огромные лапы, стояло серебристое блюдце высотой никак не менее трехэтажного дома. Ровный ряд узких иллюминаторов, словно узорчатый орнамент, украшал бока этой гигантской посудины.
-Мать моя, Матрена Ермолаевна,- восхищенно прошептал Федор, задирая голову вверх.- Никак тарелка летающая. Не иначе!
-Это что же деется?- поддержал соседа Петька.- Кому расскажи , так не поверят. Где же такое видано? НЛО средь бела дня.

Кукушкин, от избытка эмоций, нежно погладил серебристую обшивку звездолета, и его рука наткнулась на странный рычажок.
-Глянь Елистратыч, пимпочка, какая то,- окликнул Федора Петька.
- Не трогай ничего, дубина стоеросовая,- попытался остановить его сосед, но было уже поздно.
Кукушкин,  нажал  рычаг. В тот же миг, из днища инопланетного корабля  ударила мощная струя мутноватой жидкости, со знакомым до боли запахом.
-Ядри ее,- от неожиданности он попятился назад и зацепившись ногой за сучок, шмякнулся  на землю. Как только Петькина рука соскользнула с рычажка, тот, со скрипом щелкнул,мгновенно встав на место. Струя жидкости иссякла, оставив на лесной почве довольно приличную лужицу.
-Елистратыч! Глазам не верю!- захлебываясь слюной, взвизгнул Кукушкин,- то же самогон!
-Иди ты,- Федор вихрем подскочил к другу.- Совсем видать, Петюня, у тебя с головой нелады. Откуда тут взяться самогону то?
Петька обиженно поджал губы:»Я что, по-твоему совсем того? Самогонку распознать не могу? Я вон на тот рычаг надавил, а из дырки как польется. Да ты , Елистратыч, сам  попробуй. Вон на земле и лужа осталась".
Федор намочил палец в еще не совсем впитавшейся в землю жидкости и осторожно приблизил к носу.
-Точно пахнет первачком,- сделав удивленное лицо, изрек он.- А на вкус интересно как?
Мужчина лизнул палец кончиком языка и замер.
-Ну что?- Принялся тормошить своего товарища Кукушкин.
-Так не понять,- с серьезным видом ответил Федор,- нужно побольше попробовать.
- А кто будет пробовать?- с опаской  глянул на соседа Петр.- Как знать, что там намешано? Вдруг ослепнешь, или того хуже?
- Ты же нашел этот рычаг, ты и пробуй,- Елистратыч достал из кармана стопку и протянул соседу.
-Чего это я буду пробовать?- взвился Петька.- У меня семья, детишки малые. Сам пей. Ты вон один как перст.
-Эх вы, молодежь,- разочарованно протянул Елистратыч.- Толку с вас никакого! Ни украсть , ни покараулить. Ладно, сам попробую. Жми, давай свой рычаг. Только аккуратно. Мимо не лей.
Кукушкин,   надавил  рычажок, и тонкая струйка жидкости, в одно мгновение наполнила стопку.
-Ну, Бог не выдаст, свинья не съест,- набожно перекрестился Федор, выливая содержимое посудины себе в рот.
Минуты две, он стоял не дыша. Наконец, с трудом выдавил:»А ядреная, какая , зараза. Аж в груди сперло».
-Ну как ты?- начал тормошить его Петька, - Еще не слепнешь?
-Да иди ты, Петруха со своими шуточками,- осадил товарища ,сразу повеселевший Елистратыч.- Вешь добрая. В голову так садануло, что ай да ну. Пожалуй, не припомню, когда такую самогонку-то пил.
-Дай-ка, я себе  малость накапаю,- оживился Петька, и набрав с пол стакана жидкости, выпил.
Изрядно сморщившись, он поднес к носу рукав энцефалитки ,одобрительно крякнув:»И вправду забористая штукенция. Я так думаю , что покос обождет. Сегодня и гульнуть  не грех. Как думаешь , Елистратыч?»
Но Федор не поддержал радостные поползновения соседа.
-Дурак ты, Петька,- почесав затылок серьезно произнес он.- А ну как  из наших , деревенских кто прочухает? Или, к примеру, пришельцы улететь захотят? Плакала наша выпивка. Я вот что кумекаю. Дуй-ка ты, Петюня до дому, пока еще все спят, да емкости тащи, какие есть. И тележку не забудь. А я уж тут покараулю. Не дай Бог, кто забредет.
-Понял, Федор Елистратыч. Бегу,- заторопился Кукушкин.- Я мигом.

                Г Л А В А 5

Первые солнечные, упав на землю, слились в неповторимом симбиозе с огородной зеленью Кукушкиных. Худенькая , среднего роста женщина, в немыслимо пестром халате, и драных мужниных плетенках, вальяжно спустилась с крыльца. Пернатое хозяйство, заметив появление своей кормилицы, сию же минуту подняло несусветный гвалт. Рая Кукушкина, бережно придерживая тазик с зерном, заторопилась  к голодным питомцам. Едва  женщина вошла в обнесенный сеткой загон, тотчас два десятка молоденьких несушек, да голенастый петух, со всех ног бросились к ней навстречу.
-Цыпа, цыпа, цыпа,- ласково приговаривала она, разбрасывая корм.- Идите сюда, мои  хорошие. Ваша мамка пришла.
Задав провианта питомцам, Рая принялась обследовать многочисленные хозяйственные постройки в поисках мужа. В конце концов, осмотрев каждую клетушку, каждый амбарчик, женщина поняла, что Петра нигде нет.

-Вот, шатун треклятущий,- проворчала Рая, где-то на генном уровне чувствуя, что дело принимает серьезный оборот.- Ведь на покос же собирались. Только бы на пробку где не наступил. А то весь день насмарку.
-Раечка, Рая,- донесся слащавый голос с соседнего участка.- Поди,
 сюда, девонька моя, что скажу.
Прикрываясь от солнца ладошкой, Раиса заметила среди зарослей малины, радужную расцветку сарафана тетки Анисьи.
-Ну чего вам?- недовольно фыркнула  Рая, однако ноги сами понесли ее в сторону забора. С каждым шагом, нехорошее предчуствие все больше и больше заполоняло сердце Кукушкиной. А когда она приблизилась к соседке, то уже с уверенностью могла утверждать, что день не пройдет без происшествий.
Тетка Анисья , полноватая женщина лет пятидесяти, с развалистой индюшачьей походкой и неимоверным любопытством, в силу каких-то необъяснимых обстоятельств всегда была в курсе  самых свежих новостей. Ни одно, мало-мальски значимое событие в Лепешкино , не могло ускользнуть от ее внимания. Вот и сейчас, едва Раиса проявила интерес к той информации, которой  она обладала, словоохотливая соседка тут же за тараторила.

-Раечка, девонька, слухай что скажу,- тетка Анисья, почему-то перешла на шепот.- Я то по-стариковски встаю ни свет, ни заря. Ну дак а что ? Возраст уж, да и бессонница будь она неладна. Ну,думаю, пойду клубничку прополю. А клубничка-то ноне вон, какая наросла, аж глаз радуется. Сейчас за ней, уход да поливка требуется. Глядишь, и урожай добрый соберу. На станцию сбегаю, да ягодку  продам. Вот и денежка заведется.

Устав от длительного предисловия соседки, Рая поторопила:»Короче, Анисья Павловна, вы Петьку моего видели?»
-Ну а как не видеть, голуба моя,- голос соседки приобрел карамельную приторность. - Видала. С утра он вышел, покурил, значит у палисадника. Потом Листратыч подошел. Посудачили о чем-то. Петюня твой, до дому сбегал. Оделся, да в лес они двинули. По грибы видать.
-Ну, слава те Господи,- облегченно вздохнула Раиса.- Я уж думала ,усвистал куда, да пьянствует.
-Ты погоди, соседка радоваться то,- тут же испортила ей настроение тетка Анисья,- слухай  дальше . Ушли они значит в лес. Полчаса  не было. Потом, глянь, Петька несется. Глаза бешенные. Сам не свой. Пошнырял во дворе, тачку схватил, да обратно в лес. Ну а вскорости, смотрю, они с Листратычем возвертаются. Тачка то полнехонька. Фляги, да канистры какие-то. Так мимо дома и убуровили. Видать к Листратычу пошли.
-Трезвые хоть были?- Рая в надежде услышать хоть что-нибудь доброе, умоляюще глянула на Анисью.
-Так не скажешь,- с сомнением покачала головой соседка.- Только вот вид у них был заполошный. Да  вроде душком самогонным нанесло. Ты же знаешь, нюх у меня на эту заразу.
-Вот, что за человек?- всплеснула руками Раиса.- Ведь договаривались же. Ну, я сейчас ему задам. И Елистратычу достанется на орехи.
Рая, словно ужаленная, кинулась в избу. А через пять минут, переодетая в более приличную одежду, она решительно шагала к дому Елистратыча.

                Г Л А В А 6

На просторной веранде Федора Елистратыча, царила поднятая атмосфера. Сквозь натянутую тюль, утренний ветерок наносил пьянящую свежесть росных трав. Жирная муха, пытаясь найти хоть какую-нибудь лазейку, уже битых полчаса возилась по ту сторону узорчатого полотна, тем самым раздражая мужчин.
-Давай, я ее уже прихлопну,- немного пошатываясь , поднялся из-за стола Кукушкин.- Всю душу вымотала. Жужжит и жужжит.
-Ни в коем случае нельзя нарушать гармонию природы,- философски заметил Федор, доверху наполняя стаканы.- Все в нашем мире зависит друг от друга. Вот прибьешь сейчас муху, разорвется цепочка. Нарушится, так сказать баланс. И тогда все! Необратимый процесс регрессии.
-Да ну тебя , Елистратыч,- скривился Петька,- вечно ты со своими умозаключениями. Нет, чтобы по-простому.
В предвкушении диспута, Федор, по удобнее устроился на стареньком диванчике.

-Послушай, Петя меня, пожилого человека,- начал он свою тираду.- Я жизнь прожил. Да и повидал немало. Скажу тебе, Петюня, без утайки, что мой житейский опыт натолкнул меня на мысль. В какой-то момент, пришло осознание того, что все на нашей планете взаимосвязано. Ни что не появляется просто так. У каждого создания, будь то лягушонок, или простая травинка, есть своя ниша на многочисленных полках мироздания. Вот, взять к примеру обычного комара. Вроде плевое дело. Нудит под ухом, да кровь пьет. Прихлопни его, и дело с концом. Ан, нет, друг мой Петя. Все не так просто. Комарик тот, служит кормом для какой-нибудь плотвички или уклейки. А та, в свою очередь является пищей для более крупной рыбы; щуки там, или окуня, которых в свою очередь употребляешь ты Петя. Вот так и пошла пищевая цепочка. По-иному сказать, замкнутый природный цикл.
Скажешь тоже, Федор Елистратыч,- усмехнулся Кукушкин, опорожнив стакан,- так уж и замкнутый . А кто же тогда к примеру мной или тобой питается?

Елистратович, выпив свою порцию, на минуту задумался. Петькин вопрос вверг его во временный ступор. Но ловкий мужичок, быстро справился с дилеммой, выдав сакраментальную фразу:»Как кто, Петя? А Райка твоя. Разве она тебя поедом не ест? Да она хуже акулы".
- Это точно,- глупо хихикнул Кукушкин.- Вот тут ты прав, дядя Федя. Прямо   в самую точку попал. Давай за это и выпьем.
-Почему нет,- чувствуя свою состоятельность в глобальных вопросах, важно одобрил поступившее предложение Елистратыч.
Хлопнув еще по полстакана добытого ими ракетного топлива, мужчины ненадолго примолкли.

-Слушай, Федор Елистратыч,- вдруг осенило Петьку,- а как же со звездолетом быть? Космические пришельцы, это тебе ни хухры-мухры. Ведь мы же его первые обнаружили. Что делать то теперь? В райцентр чтоли ехать? Глядишь, в газете про нас напечатают. А может, премия какая причитается?
Елистратович нервно поскреб заскорузлой пятерней затылок:»Да, Петька, дело нешуточное. Можно сказать мега важное. Такие вопросы с кондачка не решаются. Тут думать надо. Крепко думать. Ты вот что, Петюня, плесни по чуть-чуть. Сейчас выпьем для поднятия тонуса, да все хорошенько обмозгуем.
- Но не успел Кукушкин потянуться к графину с мутной жидкостью, как на веранду , подобно цунами, ворвалась его благоверная. Казалось, что утренняя прохлада вокруг нее вскипела, и взорвалась протуберанцами ярости.

-Чтоб вам пусто было,- с порога взяла высокую ноту Раиса,- Охламоны! Когда вы уже лопнете от сивухи своей. На дворе ни свет, ни заря, а они лыко не вяжут. Где вы только ее берете?
Женщина схватила мужа за ворот энцефалитки, и собиралась было этапировать его домой, но Петька ловко вывернулся из ее цепких рук, изрекая фразу, ввергшую Раису в полукому.- А ну-ка, цыц, баба. Стоять смирно. Не суйся , в дела, в которых не смыслишь.
Рая, словно каменное изваяние застыла на месте. Чего, чего, а такой прыти от мужа она никак не ожидала. Обычно мягкий, словно глина Кукушкин, во всем слушался свою супругу, боясь  лишний раз возразить ей хоть в чем-нибудь. А тут, на тебе! Его мужское эго возобладало над страхом перед Раисиным кулаком.
Оправившись от шока, женщина взревела, будто пароходный гудок:»Ах ты лось пархатый. Ты на меня кричать вздумал? Быстро руки в ноги и марш домой. Не то я разнесу ваш балаган к чертовой матери.

Обычно после таких слов, Петька становился тихим и покладистым. Но не в этот раз. Он демонстративно налил себе полный стакан жидкости, и ритмично работая кадыком, выпил одним махом, при этом ехидно кося осоловевшим глазом на Раю.
От такой наглости, женщина на какое-то время вообще потеряла дар речи. Ее замешательством, которое оказалось как нельзя кстати, воспользовался Елистратыч. Аккуратно взяв Раю под локоток, он усадил ее за стол и налил горячительного . Женщина, еще не оправившись от шока, опрокинула в рот содержимое стопки . Приятная нега пробежала по телу Кукушкиной, расслабляя напряженную до предела нервную систему. Вся злоба, которая кипела внутри Раисы, бесследно улетучилась. Она, глупо улыбнулась, и вопросительно поглядела на мужа.

Не понимая, что от него требуется, Петька, в свою очередь тоже вытаращил глаза, стараясь предугадать, какой подвох ожидать от супруги.
-Ну?- устав ждать, Рая решила взять инициативу в свои руки.- Что у вас за дело такое? Любопытно было бы узнать, по какому-такому поводу с утра зенки заливаете?
Кукушкин с Елистратычем обменялись многозначительными взглядами, соображая, стоит ли вверять женщине свою тайну. Немного пораскинув мозгами, мужчины пришли к выводу, что все же придется рассказать Раисе о случившемся.
Получив молчаливое согласие своего собутыльника, Кукушкин придал лицу наиболее серьезное выражение и громко откашлялся.
-Тут такое дело, Раечка,- после продолжительной, почти МХАТовской паузы, начал Петр.- У нас в селе объявились космические пришельцы.
Женщина подозрительно долго разглядывала мужа, а затем скорбно вздыхая, прокомментировала его заявление:»Эх, Петя, Петя! Я тебя еще в прошлом году просила. Зашейся. Не доведет до добра эта пьянка. Вот, пожалуйста. Белая горячка.
-Какая белая горячка?- молитвенно сложил руки Кукушкин.- Неделю уж ни в одном глазу. Да мы если хочешь знать, с Елистратычем  по грибы собирались, когда звездолет ихний обнаружили.
-Да, да, Раиса. Так оно и было,- поддакнул Федор.
Рая недоверчиво глянула сначала на мужа, потом на соседа. Хотя она не особо поверила в весь этот бред с пришельцами, но все таки сомнения закрались в ее голову.

-А покажите мне этот звездолет,- властно приказала Рая, используя шанс уличить мужиков во лжи.
-Да хоть сейчас. Пошли,- торопливо ответил Кукушкин,и увлек жену  во двор .
Федор Елистратович, на ходу натягивая дождевик, бросился вдогонку за ними. Со стороны нельзя было смотреть без смеха на эту троицу. Петька, широко размахивая руками, возглавлял шествие. Правда,время от времени, он оборачивался  для того чтобы поторопить семенившую позади Раю. При этом Кукушкин, наверное в десятый раз пересказывал супруге историю о том, как они с Елистратовичем наткнулись на инопланетный корабль.
Женщина же, пропуская большую часть информации мимо ушей, торопливо перебирала ногами, стараясь не потерять растоптанные калоши.
Федор Елистратович, из последних сил, пытался не отстать от супружеской пары. Путаясь в длинных полах дождевика, он то и дело запинался, сопровождая это довольно красноречивыми выражениями.

Не замечая, что с селом происходит нечто странное, они двигались в сторону лесной поляны. А в Лепешкино, действительно что-то случилось. Обычно в это время жители села, сбросив с себя путы утренней дремоты, выходили на улицу, чтобы заняться обыденными делами. А тут, словно по Лепешкино прошел Армаггедон. Ни единой живой души. Только козы Сичкиных, доедали островок пыльной лебеды у покосившегося заборчика.
Минуя околицу, а затем и пустырь с брошенным плугом, чета Кукушкиных и Федор Елистратович , оказались на заветной полянке. Каково же было их удивление, когда они обнаружили, что почти все Лепешкино, за малым его исключением, собралось вокруг инопланетного корабля.

-А как это?- от удивления у Петьки отвисла челюсть.
И действительно, новость о пришельцах разлетелась так быстро, что практически все жители села, от мала до велика сочли  долгом поглазеть на НЛО. Правда, каждый при этом преследовал свои  интересы. Например, ватага чумазых ребятишек, быстро приладили к днищу корабля качели. Теперь наперебой галдя, и расталкивая друг друга, каждый из них, рвался сменить счастливчика, взлетающего на заветной дощечке.
Поселковый глава-Жора Коростыль, собрал вокруг себя десятка два ветхих старух, и с важным видом произносил речь о том, как важен для страны, а особенно для жителей Лепешкино, научно-технический прогресс.
Единственный из сельчан, кто постарался извлечь хоть какую-то выгоду из этого события, оказался Береза. Кешка, подогнал поближе свой «Беларусь», и пытался при помощи ацетиленовой горелки отрезать опору звездолета, не думая даже о том, что оный может рухнуть. К счастью, дело  у него не пошло. Синий язычок пламени, казалось только ласкал сверхпрочный межгалактический сплав, не оставляя на нем даже отметины.

Заметив подошедшую троицу, Береза, выключил горелку и смачно выругался:»Ты смотри зараза, крепкий какой. Не берет горелка хоть тресни. Я уж ведро карбида спалил, а ему хоть бы хны. Металл то путевый. Ему в приемном пункте цены бы не было. Эх, мне хоть килограмм сто отрезать. На эти  деньги, можно новый коленвал на «Беларусь» справить.
Увидев летательный аппарат, созданный внеземным разумом, Рая Кукушкина, так и застыла столбом, пытаясь осознать происходящее. Ни один мускул не дрогнул на ее лице. Только легкий ветерок трепал прядки волос, выбившихся из-под косынки.
-Второе пришествие, не иначе,- набожно крестясь, уверенно заявила 97- летняя бабка Никитишна, толкая Раису в бок.- Не чаяла  я Раечка, что доживу до этого дня. А тут на тебе, чудо сотворилось. Только не видать что-то ни кого. Ни архангелов тебе, ни Иисуса Христа.
-Тьфу на тебя , Аглая Никитишна,- опомнилась наконец Рая.- у тебя язык, как помело. Мелешь, что ни попадя. Какое пришествие? Какие архангелы? Гуманоиды  из космоса прилетели. А это их летающая тарелка.
-Не богохульствуй, девка,- еще пуще крестясь, старуха поспешила убраться подальше от безбожницы.
-А и правда,- подумала Кукушкина,- Звездолет есть. Где же сами пришельцы? Почему не появляются?

Женщина, с трудом протиснувшись сквозь толпу сельчан, нашла мужа.
-Петя, Петюня,- еще издали заголосила она,- где же сами инопланетяне? Вы что не видели никого?
-Да пусто здесь было. Ни одной живой души,- содрогаясь от того, что мысль о пришельцах не пришла ему на ум, ответил Петр.
-Но кто-то же ,прилетел на этой тарелке?- продолжала наседать на мужа Раиса,- и этот кто-то должен быть здесь, в Лепешкино.
-Не факт,- встрял в разговор Федор Елистратович.- Я слыхал, у них наука так развита, что аппараты сами могут летать, без пилотов.
-Нет, нет. Должны быть пришельцы,- настойчиво твердила Рая.- Нужно найти их. Вот тогда вся слава нам и достанется. Пошли в село. Только,тихо, чтобы никто не увязался.
Троица, незаметно от окружающих, улизнула с лесной опушки и двинулась в село. Уже по дороге Елистратович сообразил, хлопая себя ладонью по лбу:»У Калиостро надо спросить. Он вчера вечером, как раз на голубятню взбирался. Может, видел что?
-Точно, точно,- поддержал Федора Петька.- Айда к Сичкиным. Глядишь и разузнаем что.

                Г Л А В А 7
Митька проснулся от сильнейшей боли в висках. Голова Калиостро, буквально раскалывалась на части. С трудом поднявшись, он огляделся по сторонам, пытаясь  восстановить в памяти картину событий.
-Что вчера было то?- думал про себя Сичкин .- Вроде пришельцы из космоса объявились? Или мне это приснилось? Ну и крепкая же у Гели наливка, будь она неладна. Башка, кругом идет, словно волчок. Пойду на двор, воздухом подышу.
Не успел Митька сделать и двух шагов, как запнулся о чьи-то разбросанные на полу ноги. Чудом не врезавшись лбом в дверной косяк, Калиостро зло выругался:»Это еще кто? Гости что ли у нас? Не дай Бог, Гелин дядька Аскольд наведался. Если он, то теперь недели две беспробудной пьянки обеспечено.
Сквозь полумрак задернутых занавесок, трудно было разглядеть лицо хозяина ног. Но разбуженный Митькой, тот сам, кряхтя и охая медленно поднялся с пола.
-Мать честная,- екнуло в груди Сичкина.- И впрямь пришельцы! Точно. Не приснилось.

Проснувшийся Эдуард, так и не раскрыв глаз, молча проследовал  мимо Калиостро, и исчез в сенях.
-Ядрена вошь! Как есть инопланетяне!,- Митька уселся на табурет посреди кухни, и дрожащими руками достал сигарету. Но прикурить, так и не успел. Истошные крики и грохот, донесшиеся со двора, вывели Сичкина из оцепенения. Натыкаясь на все подряд, он выскочил на улицу,где его взору предстала, довольно нелицеприятная картина.

 Эдуард, будто кузнечик, высоко подбрасывая ноги, бешено метался по огороду, стараясь убежать от Петьки Кукушкина и Елистратовича. Раиса  сняв с забора Митькину же веревку, подбадривала мужиков.
-Хватайте его, да держите по крепче,- кричала женщина, как крепостной вал ,защищая единственный выход на улицу.- Никуда он  голубчик не денется. Сейчас свяжем его, да в область свезем. Пусть власти разбираются, что с ним делать. А нам глядишь, премию какую-нибудь выдадут.

Эдуард, увидев на крыльце своего гостеприимного хозяина, тут же сообразил, что это его единственный шанс на спасение. Тщедушный пришелец, сделав ловкий финт, увернулся от цепких пальцев Кукушкина и метнулся в сторону дома. Развивая скорость, близкую к первой космической, он со всей дури, врезался в Раю. Женщина, не ожидая от инопланетянина подобной прыти, в один миг была повергнута наземь. Ее калоши, описав замысловатую траекторию, исчезли в пышной зелени картофельной ботвы. Путь в дом Сичкиных был открыт. Эдуард тут же воспользовался этим и через долю секунды исчез в сенях. Петька, Елистратыч и Рая, оправившись от потрясения, бросились на Митьку, стараясь, во что бы то ни стало, прорваться в избу.
-Это наш пришелец. Мы его первые увидели,- визжала Рая, наседая на Калиостро.
-Да,да,- вторил ей Елистратыч, намертво вцепившись в руку Сичкина,- И звездолет мы с Петюней первые нашли. Значит у нас и все права на них. Выдай гуманоида по-хорошему.

Неизвестно чем закончилось это противостояние, если бы на помощь супругу не подоспела Ангелина. Мощным бюстом она с легкостью вытеснила с крыльца чету Кукушкиных. Елистратыч же, сразу поняв, что перевес не на их стороне, поспешил отступить поближе к калитке, на тот случай если придется бежать.
-А ну-ка стоять, не рыпаться,- трубным голосом взревела Ангелина, увидев,как Раиса, несмотря ни на что, все же пытается прорваться в дом.
Убедившись, что миновать могучего Цербера в лице Ангелины ей не удастся, Рая  подперев руки в бока, перешла на визг:»Ты что, соседка? Не по-людски это. Всю славу себе присвоить хочешь? Мы, ни свет, ни заря  поднялись, звездолет нашли. А ты пришельцев к себе сховала. Не выйдет у тебя, девонька чужие заслуги присвоить. На вот, выкуси".
Тугая дуля, сложенная Кукушкиной, качнула весы Гелиного терпения не в пользу Раисы.
-Ну, ты, селедка худосочная, ручонки мне под нос не тычь. Я тебе вмиг, космы повыдираю.
Подкрепив свои слова действиями, Геля вцепилась в голову соседки.

Увидев, что обычная склока резко перешла в побоище, Петька кинулся на помощь супруге. Ухватившись за подол ее халата, он, что есть сил потянул Раису на себя. Но сделал это слишком ретиво и тут же понял, что был не прав. Освободить жену из рук Ангелины ему все-таки удалось, но за это, его благоверной пришлось лишиться изрядного куска шевелюры, который остался торчать из кулака Сичкиной.
-Ах, ты остолоп,- не то от боли, не то от обиды взвыла Кукушкина.- Нет чтобы за жену постоять, так ты еще и этой корове помогаешь.

Звонкая оплеуха, завершая монолог Раисы, ярким пятном отпечаталась на щеке Петра. Сообразив, что дело приняло слишком серьезный оборот, Елистратович метнулся на улицу и истошно завопил:»Люди! Кто-нибудь, помогите! Вызывайте участкового. Плохо дело. Тут и до смертоубийства недалеко".
Ангелина с видом триумфатора, окинула поле недавнего  сражения, но насладиться лаврами победы, ей так и не удалось. Женская солидарность взяла свое. Кроме того вид  растрепанной и униженной  Раисы, пробудил в душе Сичкиной столько жалости, что она не раздумывая также набросилась на Петьку.

-Точно остолоп. Как есть дубина стоеросовая,- поддакнула Ангелина соседке, при этом подкрепив свои слова добрым пинком, который пришелся Кукушкину аккурат чуть ниже спины.
Петька ойкнув, кинулся вдогонку за  Елистратычем.
-Беги ирод окаянный,- голосила ему вслед Рая,- и дома лучше не появляйся.
- Беги не оглядывайся,- вторила соседке Геля,- а не то догоню, так не сдобровать тебе.

Когда мужчины скрылись в соседнем проулке, их жены бросились друг к другу в объятия, на голубом глазу заверяя свою товарку в вечной и нерушимой соседской дружбе. При этом они изредка прерывались для того, чтобы обрушить проклятия на головы непутевых мужей , а также всех потомков Адама в их лице.
Калиостро, который во время свары, посчитал, что будет не лишним укрыться в сенях, теперь осторожно высунул голову из дверного проема.
Убедившись, в окончании боевых действий, он ,придав  голосу максимум смирения, поинтересовался:»Гелюшка, золотце, может в дом? Поправиться бы после вчерашнего".
-И то верно,- сурово констатировала Ангелина.- Пойдем Раюшка. Наливочки отведаем. А ты, долбодуй  сбегай в огород, да найди Раины калоши. Что же она босая будет ходить.
Митька, рысью бросился в сторону картофельных рядков, и не успели женщины войти в дом, он уже стоял позади них, сжимая в руках растоптанные калоши Раисы.

                Г Л А В А 8

Бытует мнение, что русская душа потемки. В таком случае, душа русской женщины, во стократ темнее самой кромешной тьмы, которая существовала за миллиарды лет до начала веков. Столько всего в ней нагорожено, что даже сама хозяйка этой души, не ведает, в какую сторону повернут ее необузданные желания.
В душе русской женщины, до определенного момента, благополучно соседствуют; любовь и ненависть ,сострадание ко всем, кроме своего мужа. Желание отдать нуждающимся последний, снятый с себя лоскут. И в то же время, неуемная, почти дикая зависть к соседям. В общем, в ее душе, мирно сосуществует много чего такого, что по всем законам мироздания, никоим образом не может сосуществовать друг с другом. И никто не в силах предугадать в какое русло направится эта гремучая смесь, усиленная рюмочкой, другой  горячительного напитка.

Вот и теперь, сидя за столом у Сичкиных, женщины, которые пару часов назад готовы были вырвать друг у друга все волосы, считали себя лучшими подругами. Крепко обнявшись, они изливали наболевшее, констатируя тот факт, что все мужики, никчемные козлы, которые и шагу не могут ступить без их, женщин, чуткого руководства. Однако, когда мнения соседок единодушно сошлись на том: что коль скоро, от мужей нет никакого толка и их нужно было давно бросить, после очередной рюмки, новое чувство проснулось в сердцах товарок.
-Да как их бросишь?- Ангелина смахнула набежавшую слезу.- Мужики, они, что дети малые. Пропадут без нас, подруга. Как пить дать пропадут.
-И то верно,- вторила ей Рая. При этом  она томно скосив уже изрядно соловые  глазки , и  придавая своим действиям, как можно больше таинственного шарма, старалась под столом, ущипнуть за ногу Эдуарда.

Гуманоид, в памяти которого еще были свежи недавние гонения, с опаской двигался в сторону, пока не уперся в сидевшего рядом Калиостро.
-А эти тоже, даром что пришельцы,- не унималась Кукушкина, убедившись, что ее поползновения не привели к успеху.- Если приглядеться, то очень даже ничего. Зеленоватые немного, да лысые. Зато глазищи какие! Что твой омут. Как глянет, аж душу наизнанку.
После  этих слов, Рая глядя в глаза Эдуарду, с недвусмысленным видом закусила нижнюю губу.
Гуманоид, не зная, что в следующий момент ожидать от этой странной женщины, отрешенно закрыл глаза и приготовился к худшему. Но худшего не случилось. Вега, которая мирно дремала, положив голову рядом с давно остывшими варениками, вдруг почувствовала минутное просветление, вздрогнула, и безбожно фальшивя, завела:»Наши жены,пушки заряжены, вот кто наши жены…».
-А правда, бабоньки,- поддержала свою гостью Ангелина.- Душа праздника хочет. Поднимайтесь. Айда все во двор. Сейчас устроим веселье.

Через несколько минут, старенький патефон,(наследство бабки Виталины), будоражил Лепешкино вальсом «На сопках Манчжурии». Вся же компания, дружно выплясывала танец, сочетающий элементы твиста, тустепа, и еще чего-то непонятного, никоим образом, не сочетающегося с данным музыкальным произведением.
По-прошествии нескольких десятилетий, потомки нарекут эти бессмысленные телодвижения тик-тоником. А пока, гости Сичкиных, растворяясь в своем безудержном веселье, отплясывали так, что подпрыгивали  висевшие на штакетнике, хозяйские черепки.

-Опять у Гельки гулянка,- возвращаясь от звездолета, бабка Никитишна, зло плюнула в сторону Сичкиных.- Видать дядька ее , Аскольд приехал. Ну теперь дней десять ни сна, ни покоя.
-Да что ты, Аглая Никитишна. Не похож никто из них на Аскольда,- засомневалась ее более молодая спутница , Лоскутиха.- Прошлый год приезжал. Помню, дородный мужик был. А нонче вон зеленый какой-то и лысый совсем. Да бабенка, глянь у них, совсем доходная. Тоже безволосая. И глаза навылупку.
-Что ж ты хотела, старая,- сухо парировала Никитишна.- Не с курортов чай приехали. Слыхала, где-то под Чернобылем живут. А там радиация. От того позеленели, да волосы выпали.

                Г Л А В А 9

На веранде Федора  Елистратовича воцарилась тишина. Вернувшись от дома Сичкиных не солоно хлебавши, мужики совсем сникли. Перебирая в уме   возможные варианты для достижения своей цели, они пришли к выводу, что все их старания ушли впустую.
-Эх, Петюня,- раздраженно махнул рукой Елистратыч,- Дело дрянь! Не видать нам ни премий, ни привилегий. С этим бабьем разве совладаешь. Ладно бы только Раиса твоя. Это еще, куда ни шло. С ней и договориться можно. А с Ангелиной у нас  никакого политеса не получится. Гелька, чуть что не так, сразу в морду норовит. Так что все, соседушка, плакали наши почести.

Еще раз, вздохнув с прискорбием, Федор разлил по стаканам добытой на звездолете жидкости.
-Хорошо хоть этим делом запаслись,- подбодрил Елистратыча Кукушкин и не чокаясь выпил свою порцию.
После Петькиных слов, мужчины опять умолкли, с безразличием наблюдая, как надоедливая жирная муха,  которая все же проникла  на веранду, теперь сродни буриданову ослу, замерла посреди столешницы, на равноудаленном расстоянии от двух хлебных крошек. Вяло почесывая мохнатыми лапками, насекомое в нерешительности поворачивало голову, то в одну, то в другую сторону, не зная к какой крошке ей двинуться.

Прошло не менее полчаса. Муха терзаемая сомнениями, так и не тронулась с места. Однако Елистратовичу пришла в голову идея. Он радостно хлопнув Кукушкина по спине, изрек:»Ничего, Петюня! Еще не все потеряно. Одна мыслишка пришла. Так что , может еще все и выгорит".
Перегнувшись через стол, Елистратыч шепотом, чтобы не спугнуть пресловутую муху, принялся детально излагать свой план.
-Ну, ты голова, Федор Елистратович,- обрадовано хохотнул Петька, выслушав соседа.- Давай так и сделаем. А сейчас то что, сиднем сидеть?
-Зачем же сиднем?- удивленно выкатил глаза Федор.- Покуда вечера ждем, посидим, пообщаемся. Нервы успокоим. Ты наливай, давай. Чего тянешь?
Петька в замешательстве взял в руки емкость:»Раз такой коленкор, Федор Елистратыч, может не стоит усугублять? Не перегнуть бы? А то не выгорит наша затея. Я пожалуй не буду".

-Ты,  чего это сосед?- Елистратыч, еще больше вытаращился на Кукушкина  когда тот,  демонстративно отодвинул бутыль  в сторону.- Мы же по чуть-чуть. Чисто символически. Так сказать за успех предприятия.
-Ну, если только по чуть-чуть,- не вынеся подобных душевных страданий, быстро согласился Петька.

Опустошив стаканы, соседи, чтобы скоротать время до наступления вечера, принялись созерцать карту звездного неба, найденную Елистратычем где-то среди пылившихся на полке старых книг и подшивок «Роман-газет».
Удивляясь вычурным названиям  созвездий, они елозили пальцами по потрепанному картону атласа, подкрепляя свои старания найти ту или иную планету, очередной порцией горячительного.
С головой погрузившись в таинственные глубины вселенной, мужчины, не заметили, как на пороге возник низкорослый, средних лет мужичок в кедах на босу ногу и драной, кроличьей шапке с обрезанными наполовину ушами.
Экстравагантный наряд гостя, дополняли : вместительная рогожная сумка через плечо и пастуший кнут.

-А чо это вы тут?- хрипло поинтересовался он, устремляя взор к возвышающейся на столе бутыли.
Только после этих слов, друзья заметили вошедшего.
-Тебе чего, Кавоня?- недружелюбно поинтересовался Елистратыч, пряча бутылку под стол.- Ты почему не на пастбище ? Разбегутся коровенки то, или позарится кто, не ровен час.

Кавоня, нервно сглотнул вставший поперек горла ком и нерешительно шагнул внутрь, при этом не теряя визуальный контакт с вожделенной емкостью.
-Да кому нужны, две доходные коровы, да коза лишайная?- молитвенно сложив руки, Кавоня неуверенными шагами продолжал двигаться вперед.- Опять же, "Шарик" их стережет. А мне бы поправиться чуток. Тетка Захаровна, дала вечор чекушку. Только что это? Слону дробина. А у вас Я вон вижу этого добра в достатке. Не погнушайтесь, мужики, не дайте пропасть.

Судя по всему, Кавоня в следствии, независящих  от него причин, был явно не в курсе происходившего в Лепешкино. А его опухшее лицо, могло разжалобить даже стерегущего пирамиды сфинкса, а уж Петьку с Елистратычем, которые не понаслышке знали, что такое похмелье и подавно.
-Ладно уж, горемыка,- Федор вернул бутыль на прежнее место и доверху наполнив стакан, протянул Кавоне.- На вот, поправься.

Пастух бережно принял посудину. Жадно присосавшись к граненым краям,он в один мах опорожнил ее. Похрустев соленым огурцом, который заботливо предложил ему Петька, Кавоня облегченно вздохнул, придвинул табурет к столу, усаживаясь напротив Федора.
Какое-то время он поочередно вглядывался в лица мужчин, а затем поднял тему, которая напрашивалась сама собой.

-Мужики, а вы чего не пьете? Паленая самогонка что ли? На мне решили проверить?
-Не можем мы сейчас напиваться,- попытался отнекаться Кукушкин.- Дело у нас важное. Нельзя.
-Вы чего, мужики,- взъерепенился Кавоня.- А ну как я ослепну, или того хуже. Что тогда?
-Да уймись ты, малохольный,- успокоил его Елистратович.- Продукт добрый. Не ослепнешь. Мы с Петюней уже бутылочку распили.
-Нет уж друзья ситные,- не унимался пастух,- отведайте и вы, чтобы сердце мое успокоилось. А то уж кажется мне, что ноги холодеют и в глазах темно.
-Ноги у тебя, Кавоня, холодеют, потому, как ты обутки на босу ноги надел. Ну а коли не веришь нам, вот, гляди.

Федор разлил по стаканам ракетного топлива и в один присест проглотил свою порцию.
-Вот это другое дело. Это по-нашенски,- обрадовано залебезил пастух и его рука потянулась к спиртному. Петька Кукушкин, тоже не отставая от собутыльников, быстро опрокинул в рот и свою дозу.
После изрядной порции алкоголя, Кавоня, почувствовав облегчение, снял наконец шапку  и вытер покрытое испариной лицо. Его глаза брызнули радужными искорками счастья, мгновенно  покрываясь  маслянистым налетом блаженства. Угостившись Петькиной папиросой, он пыхнул табаком и поинтересовался:»А что за дело у вас, мужики? Может я тоже с вами?»

Елистратыч с Кукушкиным переглянулись, соображая, стоит ли вверять Кавоне свою тайну. После недолгого ,они пришли к молчаливому согласию.
-Дело у нас очень серьезное,- Федор, для того чтобы скрепить только что образовавшийся союз, плеснул по стаканам .- Лишние руки не помешают. К тому же , у брата твоего, Кавоня, «Запорожец» имеется. Сегодня он нам ой как  сгодился бы. Ну что, сможешь взять?
-Фигня вопрос,- горделиво выпятил грудь пастух, чокаясь со своими новоиспеченными компаньонами.- Сашка то мой, еще вчера с Генкой соседом  на Щучье ушли. Дня три точно в Лепешкино не появятся. А ключи от сарайки, под притолокой лежат. Так что с транспортом проблем не будет. А куда ехать то?
-Придет время, узнаешь,- заговорщицки подмигнул ему Кукушкин, сразу поняв, что задумал Елистратыч.- Сиди пока с нами. Лечись вон помаленьку. Только смотри , не переборщи.
 
                Г Л А В А 10

Было уже далеко за полночь. Блеклый свет луны, окропил землю, придавая силуэтам некий ореол загадочности. Изредка, сквозь шум гулянки, которая бессмысленной какофонией неслась из дома Сичкиных, пробивались робкие соловьиные трели.
Три человека затаились  в зарослях бурьяна, с нетерпением ожидая подходящего случая.

-Когда уже они уймутся?- выворачивая затекшую ногу чертыхнулся Петька.- Мы так ничего и не выждем.
-Терпение, Петюня, терпение,- успокоил его Елистратович,- все едино горькая свое возьмет. Свалит к утру. А там, глядишь, по одному в уборную начнут ходить. Вот тогда не зевай. Мешок то хоть взяли?
-Обижаешь, Федор Елистратович,- Кавоня тряхнул необъятных размеров мешковиной.- Все как надо.

Минуло почти два часа, прежде чем , так почитаемый Ангелиной Леонид Утесов, наверное в сотый раз исполнил песенку про извозчика, и усталый патефон бабки Виталины, намаявшись за день, облегченно скрипнув иглой по заезженному винилу, утих. Еще какое-то время, в освещенных окнах маячили расплывчатые фигуры. Но вскоре все погрузилось во тьму.

Выждав минут двадцать, Елистратович, Петька и Кавоня прокрались поближе к дому.
-Ну что теперь?- нервно скрипя зубами, поинтересовался нетерпеливый Кукушкин,- А ну как никто не выйдет? Так можно и до морковкина заговенья прождать.
-Не суетись, Петька,- шепотом успокаивал его Федор.- Как пить дать, кто-нибудь да появится. По собственному опыту знаю. Я вот, к примеру, после доброй гулянки, до утра не могу заснуть.

Действительно, не успел он закончить фразу, как в доме Сичкиных уныло пискнула дверь и на крыльце появилась чья-то фигура. При лунном свете, было трудно разглядеть лицо вышедшего, но  лишенная волосяного покрова голова пришельца  так поблескивала во мраке, что этот блеск напрочь отмел все сомнения у притихших Кукушкина , Елистратовича и Кавони. Это был гуманоид собственной персоной. По всей вероятности, настойка Ангелины, отменяла  незыблимые законы физики. Такая величина, как земное притяжение бесследно растворилась в алкогольных парах. Пришельца, едва он попытался спуститься с крыльца, странно повело в сторону, а затем, подбросив вверх, швырнуло прямо на Гелины клумбы. Совершив в воздухе головокружительный кульбит, он со всей силы, хрястнулся затылком об изгородь. Потеряв контроль над своим телом, гуманоид, стоял на четвереньках, мыча что-то нечленораздельное .

-Ну надо же как его разнесло,- ехидно хихикнул Кавоня, поудобнее перехватывая мешок.
-Тихо ты,- кулак Елистратовича возник перед носом пастуха, заставив последнего подавить в себе истерический смех,- сам-то вон уже лыко не вяжешь. Как тебе серьезное дело доверить?
-Да я, что? Я ничего,- глупо захлопал глазами Кавоня,
-Замолчите оба,- зло зашипел Кукушкин.- Спугнете пришельца, что тогда делать?
-И то верно,- успокоился Федор, не забыв при этом еще раз пригрозить пастуху.
Повергнутый наземь гуманоид, медленно двигая конечностями, добрался до завалинки и приткнувшись к ней  головой, затих не подавая никаких признаков жизни.

-Кажись, спекся зеленый человечек,- радостно констатировал Федор Елистратович,- Пора. Мы с Петькой хватаем пришельца, а ты, Кавоня не зевай. Мешок ему на голову и по-быстрому тащим ко мне. Все поняли?
Мужики утвердительно кивнули головами.
-Ну, раз поняли, тогда пошли,- продолжал руководить операцией Федор.- Только тихо действуем. Не ровен час Гельку разбудим. Тогда уж точно добром не закончится.


Дружная троица, осторожно проникла во двор и набросилась на задремавшего  Генденгросса. Пришелец, не успел опомниться, как у него на голове оказался пыльный мешок. Испуганный командор, попытался закричать, позвать на помощь, но мякина, что скопилась в складках мешковины, забила ему глаза и рот. Тогда он попробовал освободить руки, в  которые накрепко вцепились Петька с Елистратовичем. После недолгих усилий, ему все же удалось сбросить насевших на него мужиков. Почувствовав некую свободу, Генденгросс, начал беспорядочно отмахиваться от нападавших.

-Вот, гадина космическая,- среди ночной тишины, раздался душераздирающий крик Кавони,- чуть зрения не лишил, падла зеленая.
Как оказалось, палец  командора угодил пастуху прямо в глаз.
-Да держите вы его крепче,- забыв про осторожность, заорал Кукушкин,- мне одному не осилить.

-Сейчас, я его голубчика вмиг успокою,- подвывая и держась ладонью за подбитый глаз, Кавоня неуверенной рысью кинулся к поленнице.
Через секунду тяжелый удар березового полена, переломил ход сражения. Генденгросс затих, безвольно повиснув на руках охотников за неземным разумом.
-Ты его часом не укокошил?- Елистратович в сердцах тряхнул пастуха за грудки.- Какая польза нам от него, от дохлого то?.
-Да я вроде легонько тюкнул,- неуверенно произнес Кавоня, и в качестве эксперимента саданул поленом самого себя.

 Звонкий гул сухой древесины, воспарился в звездную высь, а Кавоня, тихо ойкнул, закатил глаза, и словно тюфяк рухнул рядом с неподвижным телом командора.
-Вот болван!- схватился за голову Федор.- Как есть кретин. На кой черт мы его только взяли.
-Елистратыч, уходить надо,- Петька, озираясь по сторонам, дернул соседа за рукав.- Шуму-то мы подняли доброго.
-А с этими,  как быть?- переходя на шепот, зло бросил Федор.- Как сразу двоих тащить? Не осилим.

-Да блин, незадача!- Кукушкин с видом Роденовского Мыслителя, поскреб затылок.
Неизвестно сколько времени  ему понадобилось на поиск верного решения, если бы взгляд Петьки не уперся в здоровенную,  оцинкованную ванну, которая сиротливо приткнулась к палисаднику Сичкиных. Пару раз в месяц, Ангелина использовала ее, чтобы замочить навоз для поливки своих многолетников. Теперь же эта емкость бездействовала, и Кукушкин не придумал ничего лучшего, как применить ванну для транспортировки командора и пастуха.

По счастью, в доме Сичкиных, их манипуляции никого не разбудили. Вскоре, Гелина ванна, влекомая Петькой и Елистратовичем, издавая адский грохот, поползла по улицам, погруженного в тревожный утренний сон Лепешкино. Во время следования от дома Калиостро, до веранды Федора Елистратовича, ни один из транспортируемых , так и не пришел в себя. Только местные псы, встревоженные скрежетом оцинкованного металла, посчитали своим долгом отметить это событие, долгим, яростным лаем. Правда, в двух ,трех домишках, неуверенно дернулись занавески. Но никто из обывателей села, озадаченных последними событиями, так и не рискнул выйти на улицу.

-Вот олух царя небесного, прости господи,- ворчал Федор, затаскивая Кавоню в свое жилище.- Надо же! Так себя по башке звезданул, что до сих пор ни ухом, ни рылом.
-Да он же пьяный в стельку,- вставил свой довод Петька Кукушкин.- Ты ему стакан налей, да к носу поднеси. Вмиг очухается.
-Ты думаешь?- Федор с сомнением посмотрел, сначала на недопитую бутыль, затем на Кавоню.

-Что тут думать,- уверенно заявил Кукушкин, укладывая обмотанную мешковиной голову командора на колени к пастуху,- с Кавоней то все ясно! Проверяли уже. Едва первачком пахнет, он трезвеет словно ни в одном глазу. Вот с инопланетянином как быть? Видно хорошо его этот остолоп приголубил. Кажись и не дышит вовсе? Не ровен час околеет. Тут дело межгалактическим скандалом попахивает. А там, до космической войны недалеко.

-Не мели чушь, Петька,- сообразив, что дело принимает серьезный оборот,- попытался неуверенно возразить Федор Елистратович.- Какие космические войны? Откуда у тебя в башке эта блажь?
-А что?- не унимался Петр,- вот прознают к примеру его кореша, что мы зеленого на тот свет спровадили. Как пить дать прилетят на своих звездолетах, и все наше Лепешкино спалят лазерами к чертям собачьим.

Сердце Федора Елистратовича начало холодеть от таких перспектив.
-Хватит говорю плести что ни попадя,- накинулся он на Петьку.- Какие лазеры? Какие звездолеты? И вообще, откуда они проведают, что это мы зеленого укокошили?
-Ну дак ясное дело, Федор Елистратыч,- продолжал Кукушкин, входя в раж,- они и разбираться не будут, кто да что. Саданут из бластеров и мама не горюй. Да если хочешь знать, эти гуманоиды, до того злопамятные, что за ради своего сородича, и всю Землю на пылинки разнесут. Точно тебе говорю. Я сам у шуряка в городе по видику смотрел.

-Так что же теперь прикажешь, обратно его к Сичкиным тащить?- побледнев спросил у Петра Елистратыч.- Если что, скажем, мол он у них обитал. С них и спрос.
А вот не знаю, Федор Елистратыч,- окончательно протрезвев зашептал Кукушкин.- Ты же у нас мозг операции. Ты и кумекай как быть. А я дурак, тоже связался с тобой. Пока под мухой то был , думал шуточки все. А оно гляди, как обернулось. Да если хочешь знать, Елистратыч, некуда нам деваться. Меж двух огней попали. Если пришельцы нас не укокошат, то уж Комитетчики, точно лет на 10-15 определят лес валить. Попомни мое слово.

В голове Елистратовича, все перемешалось. Он нервно заламывая руки, принялся сновать из угла в угол. Петька же, наоборот впал в анабиоз. Сведя глаза к переносице и насупив брови, Кукушкин, словно пытался вспомнить что-то существенное. Когда душевное равновесие Федора окончательно пошатнулось,Петька вдруг вернул зрачки на место, облегченно вздохнув:»Вспомнил! Все вспомнил!"
Елистратович, тут же прекратил свои бесцельные метания по веранде и кинулся к другу, в надежде услышать что-нибудь важное.

-Что вспомнил то?- вцепился он в плечо Кукушкина.
-Вспомнил, Федор Елистратович,- Петька присел к столу,- вспомнил как главного у них зовут.
-У кого, у них?- не отставал от Петра Елистратович.- Да говори уже, не тяни!
-У кого, у кого?- обидчиво выпятил губу Кукушкин,- ясное дело у кого. У гуманоидов. Дарт Вейдером кличут. Зверюга конченый, скажу тебе. Он даже сына своего чуть не угробил. А с нами и вовсе валандаться не станет.
-Да хватит тебе нагнетать,- взвыл Елистратович, бессильно рухнув рядом с Кукушкиным.

-Раз дела наши плохи, давай, хоть напоследок напьемся,- после минутного молчания предложил он, наливая по полному стакану себе и Петьке.- Помирать хоть не так страшно будет.
-И то верно,- тотчас оживился Кукушкин.
Но едва его рука сжала граненую посудину, из угла послышался хриплый голос Кавони:»Вы что же это, сволочи, без меня пьете? Я больше всех пострадал. Значит, мне штрафную положено".
-Какую тебе штрафную?- начал было Федор, но тут же осекся на середине предложения, глядя, как поднявшись  с пола, командор стягивает с себя пыльный мешок.

Голова пришельца, покрытая мякиной, имела довольно нелицеприятный вид. Петька с Елистратовичем, в ужасе отшатнулись, ожидая справедливого возмездия. Однако Генденгросс, не совсем понимая что происходит, окинул мутным взглядом незнакомых людей, и скривившись, почесал огромную, фиолетовую шишку, возникшую у него аккурат между глаз.
-Налейте и мне, мужики,- подсев к столу, простонал пришелец.- А то невмоготу. Трубы горят. Да еще и головой долбанулся, аж звездочки в глазах. Ничего не помню. Где я?

Чувствуя вину перед командором, Кукушкин с Елистратовичем, бросились  наперебой ухаживать за гостем. Пулей, метнувшись в погреб, Федор извлек оттуда баночку маринованных опят. Петька же, дрожащими руками, доверху наполнил стакан и придвинул его гуманоиду.
-Видит Бог, не пьем, а лечимся,- набожно перекрестил рот Генденгросс и залпом осушил предложенную ему посудину.
Глядя, как командор, который словно заправский выпивоха, слегка скривившись , разделался с изрядной порцией спиртного, а затем , не обращая никакого внимания на закуску, занюхал выпитое рукавом комбинезона, мужики одобрительно закивали головами.

-Братцы, да он свой в доску,- Кавоня дружелюбно похлопал Генденгросса по спине,- и пьет по-нашему, по-русски. Да и не закусывает после первой. Даром, что гуманоид. Ну-ка, Петюня, налей нам еще. За встречу усугубить, святое дело!

Минуло чуть больше часа, а на веранде Федора Елистратовича уже воссоздалось межгалактическое братство народов. Командор, попыхивая сигаретой, с вдохновением рассказывал осоловевшим мужикам о своих космических приключениях.
После очередного тоста, Кукушкин, вдруг хлопнул себя по лбу и прикрыл один глаз, чтобы собрать воедино троившееся изображение командора.
-Вот дубина стоеросовая! Совсем из башки вылетело,- Петька вплотную  придвинулся к пришельцу.- Ты, Гена, скажи, какого лешего вас в Лепешкино то занесло?

Генденгросс, неимоверным усилием воли, постарался собрать воедино разрозненные обрывки мыслей. Но сколько он не тужился, его космический разум, столкнувшийся с русским менталитетом и парами зеленого змия, ни в какую не хотел выдавать нужную информацию.
Видя, какие мучения, в поисках ответа испытывает их новоиспеченный друг, Елистратович, зачерпнул прямо из фляги полную кружку ракетного топлива и поставил ее перед командором.

-На-ка, Гена, освежи память. Нам с мужиками, вправду интересно знать, что есть такое в нашем Лепешкино, раз целую экспедицию снарядили.
Проливая предложенную ему жидкость на комбинезон, Генденгросс, с большим трудом, но все же ,осилил почти 300-граммовую тару. Огненная струя, пробежала по его измотанному бесконечной гулянкой организму. Цепочка событий, хоть на короткое время , но выстроилась в логический ряд. Стараясь максимально использовать посетившее его просветление, командор, без остановки затараторил:» В 149 день Великого звездного противостояния, наш корабль отбыл с планеты М 150, созвездия Зулу, на Землю. Цель экспедиции- найти пропавший звездолет межгалактического сообщества. Судя по сигналам, поступающим на нашу орбитальную обсерваторию, корабль находится в радиусе не более 10 километров от вашего села".

-Иди ты!- взвился Петька.- Что-то больно поздно вы спохватились. Звездолет –то ваш уж десять лет как свалился. Вон, аккурат, за селом и воронка та. Дрянью какой-то только ее затопило. А огни, говорят, до сих пор светятся.
-Брось ты, Петюня, бабьи сплетни пересказывать. Не звездолет это вовсе, а метеорит,- попытался переспорить его Елистратович.- Сам видел в позапрошлом годе, студенты обломок в лесу нашли. Говорят, в музее теперь показывают.
-С хрена ли метеорит!- встрял в спор Кавоня.- Испытания секретные то были. Военные, ракету саданули. Хорошо, хоть сволочи не в село попали. А огни в котловане горят, так это плутоний разлагается. Вы,думаете почему у нас грибов больше стало? Да здоровенные ,какие попадаются? Отродясь,таких не видывали. И еще у тетки Захаровны коза лишаями покрылась. Вся шерсть вылезла  к чертовой матери. Это, братцы радиация!

-Да звездолет это!- стараясь перекричать спорщиков, продолжал командор,- и пропал он не десять лет, а две недели назад. У нас другое измерение времени. Кроме того, на его борту дядя Веги. Когда произошла авария, он как капитан корабля, приказал команде эвакуироваться. Сам же попытался спасти судно. Да вот не удалось.

Пораженные историей Генденгросса, мужики на какое-то время умолкли. Но не прошло пяти минут, как Кавоня взвился с места:»Братцы! Что же мы сидим? Идти, надо, спасать звездолет. Да и капитан, наверное, еще живой, раз  по-ихнему всего две недели прошло».
-Как эту махину вытащишь?- осадил его Елистратович.- Там глубина метров сорок
-Ну дак Кешка Береза водолазом же служил,- вставил свое слово Петька.- Говорят у него и костюм остался. А чо? Нырнет в яму. Подцепит трос. Да «Беларусем»  своим вытащит.

-Нет, Петюня,- задумчиво произнес Федор Елистратович, подпирая ладонью подбородок,- не осилит «Беларусь» такую массу. Эка бандура! Поди сто тысяч тонн весом?
-Пятьсот,- вставил командор, все больше клюя носом,- пятьсот тысяч тонн. Так не вытащить. Нужна гравитационная подушка.
-Где ее взять то?- вопросительно уставился на него Кавоня.
-Прибор изменения гравитационного поля, у штурмана,- сквозь зубы процедил Генденгросс, и уткнувшись в стол, захрапел.

-Вот еще незадача,- посетовал Елистратович, пытаясь привести в чувства командора, - Что теперь делать?
-Что делать, говорите?- задумчиво произнес Кавоня.- К Сичкиным придется идти. Кореша то Генкины, там зависли.
-Ага, идти!- Петька почесал то место, которое до сих пор помнило прелести Гелиного гостеприимства.- Одна Гелька чего стоит. Так и моя Рая еще у них обитает. На пару они нам такой Армагеддон учинят, мало не покажется. Нет! Вы, братцы, как хотите, а я к Сичкиным ни ногой.

-Да ты что, Петюня,- попытался вразумить его Кавоня,- дело то особой важности. Помочь надо зелененьким, корабль из котлована добыть. А то не по-людски как то.
-Ну не знаю, не знаю,- заколебался Кукушкин.
Видя, что дело сдвинулось с мертвой точки, пастух, с еще большим напором стал наседать на Петра:»Да если хотите, я парламентером пойду. Флаг только белый нужен. Уж переговорщика, надеюсь ,не тронут".
-Зря надеешься,- урезонил его Федор,- этим бабам плевать, есть у тебя белый флаг или нет. Уж коли затаят на кого злобу, так век не забудут.
-А Как же тогда быть?- недоумевая, развел руками Кавоня.- Идти то все одно надо.

                Г Л А В А 11

Полуденный зной плавил воздух, превращая его в жгучую, студенистую субстанцию. Абсолютно все жители Лепешкино, гонимые жарой, поспешили ретироваться по своим домам. Кроме того, события прошлого дня, не давали покоя пытливым умам сельчан. Собравшись, по-соседски, небольшими компаниями за чашкой чая, а иные и за более существенными напитками, люди на все лады интерпретировали случившееся.
Единственным человеком в селе, который не знал о визите пришельцев, был Захар Оболдин.

 Накануне вышеописанных событий, ему посчастливилось проводить свою благоверную вместе с отпрысками в райцентр к родне. После этого, стараясь максимально использовать дарованную судьбой неделю полнейшей свободы, Захар заперся на все засовы, и начал усиленно поглощать имевшиеся в доме запасы спиртного. Мужчина, так увлекся этим занятием, что не рассчитал соотношение своих возможностей с количеством запотевших бутылок в погребе. Все четыре дня, он с завидным рвением старался до приезда супруги разделаться со спиртосодержащей продукцией. И надо сказать , Захар в этом довольно преуспел. Но вот незадача! Когда широкая душа Оболдина, только, только воспарила над мирской суетой, и требовала продолжения праздника, все заначки в доме иссякли. В поисках решения этой дилеммы, мужчина, с трудом заставил себя выбраться на белый свет. Облюбовав тенистое местечко под липой, он мутным взглядом созерцал пустынную улицу, питая надежду, найти какого-нибудь единомышленника.

Примерно через полчаса ожидания, послышался лязг велосипедной цепи, а на горизонте появился и сам владелец этого транспорта. Невысокий человечек, в потертом пиджаке и лакированных туфлях, из -под которых виднелась тугая вязка шерстяных носков, неторопливо крутил педали, аккуратно объезжая канавы и рытвины.
Заметив одинокую фигуру Захара, велосипедист, прибавил скорость. Через пару минут, он уже парковал своего стального коня возле лавочки, на которой коротал время его земляк.

Ритмично обмахиваясь довольного потрепанного вида канотье, мужчина опустился рядом с Оболдиным, и чтобы завязать разговор, обратился к нему с порядком избитой, но действенной во все времена фразой: » Ну жара, Захар Васильевич, будь она неладна. Так и печет. К грозе видимо».
-Угу,- с трудом ворочая обмякшим языком, вымолвил Захар и отвернулся в сторону, потеряв интерес к своему собеседнику.

Нелишне упомянуть, что этот маленький человечек в светлом костюме и лакированных туфлях, был совершенно не тем, кого в данную минуту хотел бы встретить Захар. Спиридон Яковлевич Лисицын(так звали велосипедиста), еще с давних времен заслужил себе среди Лепешкинских мужиков дурную славу. Много лет назад, он прибыл в село по комсомольской путевке, для повышения культурного облика жителей совхоза-миллионера. За время своей службы заведующим сельского клуба, Спиридон Яковлевич, всячески пытался приобщить сельчан к прекрасному, внедряя в упорядоченный быт совхоза разнообразные проекты.

 Это были и художественная самодеятельность, и кружок « Умелые руки», и тематические литературные вечера. В общем, много чего Лисицын предпринял, за свой,  почти 20-летний стаж работника культуры, чтобы сблизиться с людьми. Но кроме двух десятков ребятишек, да дюжины баб, на его мероприятия никто не являлся. Кроме того, в Лепешкино за ним укрепилась репутация человека, не от мира сего. Стоило Спиридону Яковлевичу, на какой-нибудь гулянке пригубить хоть каплю спиртного, его тут же уносило в такие дебри возвышенного и непостижимого уму лепешкинцев, тем самым ,лишний раз подтверждая бытующее о нем мнение; что собутыльник и собеседник из него никакой.

 Однако опустим прошлые достижения Спиридона Яковлевича и вернемся к действительности. По всему было заметно, что Лисицын немного не в себе. Его нервно дрожащие руки, никак не могли найти себе места. Он, наверное, раз десять обследовал свои карманы и наконец, не выдержал.

-Ну и что ты, Захар Васильевич, думаешь обо всем этом?
В данный момент Захар не думал ни о чем. Вернее, лишь одна единственная мысль терзала его сознание. Но прирожденное чувство такта не позволило ему оставить вопрос Лисицина без ответа. Оболдин лениво зевнул, поскреб пятерней вспотевшую под майкой грудь, и скосив глаза в сторону Зав. Клубом, поинтересовался:»О чем именно? О том, что с утра голову ломит, а поправиться нечем? Или о том, что через два дня Маруська моя с райцентра вернется и устроит мне битву под Полтавой?

Сказав это, Захар вновь отвернулся, прикрыв ставшие неподъемными веки.
- Так ты, Захар, ничего не знаешь?- изумленно всплеснул руками Спиридон Яковлевич. Внезапно его осенило. Лисицын поспешно вынул из кармана пиджака чекушку «Пшеничной» и протянул ее Захару.
-Чего это?- удивился Оболдин, однако принял из рук Лисицина столь вожделенную емкость.

Глядя, как взвинченная опытной рукой односельчанина жидкость, стремительно исчезает в его горле, Спиридон Яковлевич на какое-то мгновение упрекнул себя за столь щедрый жест. Но опустошив две трети, Захар, все же оторвался от шкалика,  вернув его Лисицину. Зав. Клубом, суетливо вытер рукавом горлышко бутылки,и допил остатки.

На секунду воцарилась пауза, которую нарушил заметно подобревший Захар.
-Тебя, Яковлевич, чего понесло то? Ты вроде у нас интеллигенция .
Было видно, что Спиридон Лисицын, с трудом сдерживает поток информации, которая буквально взрывала ему мозг. Наконец шлюзы его разума не выдержали и он сдался.
-Ну так как же не выпить? Тут такое происходит! Просто уму непостижимо. Все Лепешкино в суматохе. Я вот, к примеру, за ночь глаз не сомкнул. Под утро не выдержал, сел на велосипед и в Рублевское. Звоню оттуда в райцентр. Так, мол, и так. Зафиксирован контакт с внеземной цивилизацией. А они мне в ответ: У вас, батенька белая горячка. Идите, проспитесь. Ты представляешь, Захар Васильевич, что делается? Я просто в шоке.

-Что ты мелешь, Спиридон Яковлевич?- Захар предусмотрительно отодвинулся на край скамьи.- Какой контакт? Видать у тебя  вправду от водки, крышу снесло. Ну, оно понятно! Ты же у нас непривычный к этому делу. Наверное, перебрал лишку, вот и привиделось невесть что.

Лисицын, обиженно скривив губы, почему-то перешел на официальный тон:»Захар Васильевич! Да что вы такое говорите? Не употреблял я вовсе. А чекушку утром купил, когда в Рублевское ездил. Не выдержала душа, знаете. Такое событие. Да что я честное слово перед вами оправдываюсь словно мальчик. Все Лепешкино второй день на ушах стоит. Не верите мне, так у любого спросите".

Захар, после принятой порции спиртного, почувствовал прилив сил. Его мозг, не желая отпускать временную эйфорию, начал разрабатывать версию, где бы еще опохмелиться. Наконец в голове Оболдина все встало на свои места. Он, резво поднявшись со скамьи, потянул за собой  Лисицина.

-Пойдем, Спиридон, сходим кое куда. Там и спросим, были ли пришельцы.
-Захар Васильевич, куда вы меня тянете?- вяло сопротивлялся зав.клубом, теряя на ходу туфли.
-Не отставай, культурный деятель,- подбадривал его Захар.- Сейчас придем, все будет.
Следуя одному ему известной траектории, Захар Васильевич, неумолимо приближался к дому Елистратовича, памятуя о том, что среди жителей Лепешкино, действовало неписаное правило: хочешь поправиться- иди к Елистратовичу.

                Г Л А В А 12

В это время, у калитки Сичкиных, уже битый час продолжались переговоры двух враждующих сторон. Рая Кукушкина, вместе с хозяйкой, приняли  глухую оборону, всеми способами не допуская  проникновения парламентеров на территорию двора. Федор Елистратович, оперев на штакетник, ставшие уже ненужными грабли с белой тряпицей на черенке, старался воззвать к здравому смыслу Ангелины. Петька Кукушкин, следуя утвержденному плану, в свою очередь пробовал сыграть на супружеских чувствах Раисы. Кавоня же, устроившись на предусмотрительно прихваченной канистре с ядреным напитком, попросту ждал окончания переговоров, иногда вставляя пару реплик в диалог сторон.

Наконец мужское обаяние вкупе с прирожденной настырностью, дали свои результаты. В сердце Раи затеплился огонек жалости, и ее упорядоченные подзатыльники, которыми она время от времени награждала Петра, сменились нежными поглаживаниями небритой щеки супруга. Дрогнула даже неприступная Ангелина.
-Ладно уж, проходите охломоны,- сменив гнев на милость, пригласила она мужчин,- Чего лаяться то почем зря. Сядем, да поговорим по-человечески. Все же в соседях живем. Да и гости в избе  как-никак. Что про нас подумают?

Проследовав к дому,Геля затолкала голову в открытое окно и зычно крикнула:»Эй, в доме .Есть кто живой? Митька-зараза, спишь что ли? А ну давай выноси стол во двор, да гостей поднимай. Гулять будем. По-нашенски, по-русски".
Через минуту, из-за тюлевой занавески донеслось сонное бормотание Калиостро и вялое шарканье его ног.

-Шевелись давай,- еще раз активизировалась Ангелина, тем самым придав ускорение действиям мужа.
Вскоре шумная компания, с песнями и прибаутками, восседала посреди просторного двора Сичкиных. Глухо плюхалось в стаканы спиртное, а старенький патефон, брюзжал малопонятный, заезженный фокстрот, до которого присутствующим не было никакого дела.

Выпив по мировой, гости накинулись на незамысловатые закуски Ангелины. Внезапная мысль, вдруг осенила Калиостро.
-Товарищи дорогие,- произнес он, застыв с недоеденным куском холодца во рту,- не хватает кого-то.
-Да все вроде здесь,- одернула его супруга, разливая содержимое принесенной мужиками канистры.
-Говорю же нет,- Митька немного отрезвев, начал считать  гостей по головам.- Ну точно, Гендоса нет. Куда он запропастился?
-Может в избе спит?- выдвинула свою версию Рая Кукушкина.
-Нет его в избе. Я последний выходил. Никого не оставалось,- Калиостро сложил ладони рупором и крикнул.- Гена! Гендос! Командор, ешкин кот! Ты где?
-Не горлань так, Митька,- успокоил его Елистратович,- у меня он. На веранде отдыхает. Хватанул лишку, да спит.

-А как он к тебе попал?- подозрительно прищурилась Ангелина.
Федор, предчувствуя недоброе, поспешил перейти к главному.
-Опустим то, как он попал ко мне. Давайте лучше обсудим другое. Помочь нужно гуманоидам. Не справятся они без нас. Да и дело срочное .
- А какое у нас дело?- по всей вероятности, от длительного возлияния совершенно позабыв цель своего визита на землю, поинтересовалась Вега.
-В воронке, что за селом- звездолет ихний,- продолжал Елистратович,- а в нем ее дядя. Живой, наверное еще. Доставать надо.

-Ой беда то,- всплеснула руками Раиса.
-Тихо, дура, уймись,- одернул ее Петька,- Федор дело говорит. Вызволят надобно корабль из котлована.
Эдуард, с трудом поднимая голову над столешницей, оторвал со лба прилипший капустный лист и почему-то перешел на польский язык:»Дзякую пане. Оно так есть.
Затем окинув мутным взглядом притихших людей, снова грохнулся лицом в стол и громко захрапел.

-Дядя Аргаил,- Вега, наконец, вспомнила о своем бедном родственнике.- Нужно спасать его.
-Куда ж ты девонька?- Геля схватила за руку пришелицу, которая уже  собиралась отправиться на выручку дяде.- Куда ж ты милая, столько лет прошло. Откуда ему уцелеть то?
-Все не так,- перебил женщину Федор Елистратович, и поведал историю о чудесном временном искажении.

- Мать честная! - пришел в восторг Калиостро, выслушав рассказ односельчанин.- Ну и дела! Только как его оттуда вытащить? Глубина то приличная.
-Потому мы и здесь,- встрял в разговор Кавоня.
-Вон у того,- пастух указал на безмятежно спящего Эдуарда,- штуковина должна быть такая, чтобы звездолет поднять. Название только не помню. Мудреное очень.
-Прибор изменения гравитации,- подсказал Петька.
-Так чего же мы сидим,- вскочила с места Ангелина.- Мужики, посмотрите у него в карманах. Да по живей.

Обыск Эдуарда ничего не дал. Прибора нигде не было. В прочем, как и самих карманов в привычном их понимании.
Вместо них, на комбинезоне штурмана, нашлось множество прямоугольных коробочек, из которых на землю посыпались самые разнообразные предметы. А именно: несколько фиолетовых кристаллов величиной с грецкий орех, набор серебристых металлических трубочек, пучок странной, липкой паутины, резиновая игрушка в виде безклювого утенка и комок серой массы очень похожей на оконную замазку.

Убедившись, что припасы Эдуарда иссякли, мужчины пришли в некое замешательство. Петька угрюмо сдвинул брови и обернулся к Веге:»Ну и что мы ищем? Как он хоть выглядит этот прибор?"
Девушка осмотрев имущество штурмана, отрицательно покачала головой:»Нет  его здесь. Это такой прозрачный шар с тремя лепестками".
-Может, обронил где?- выдвинул версию Кавоня.- Куда он ходил то?
-Да ни куда он со двора не уходил,- отмахнулась от пастуха Геля,- разве что в нужник.
Взгляды сидевших за столом, словно по команде устремились в дальний конец огорода, где неказистое строение, с пропиленным в двери сердечком, благополучно парило в полуметре над землей. Рядом с ним, не понимая ,что происходит, медленно кружила коза, глупо хлопая глазами.

-О нет, только не это,- брезгливо скривился Кавоня.- Я в дерьмо не полезу.
-Честно говоря, и у меня нет особого желания в сортир нырять,- поежился Федор Елистратович.- Однако делать нечего. Прибор доставать надо, коли этот растяпа  его туда уронил. Жребий тянуть будем.
Тут же был брошен жребий. Сколько Кавоня не скрещивал пальцы за спиной во время этой процедуры, все же выбор пал на него.
-Так и знал, что мне придется туда лезть,- ворчал пастух, облачаясь в костюм ОЗК, который нашелся в доме Сичкиных.- С детства у меня так. Как какое дерьмо, то мне его и расхлебывать.

-Потерпи, Кавоня. На доброе дело идешь,-подбадривал пастуха Митька.- На вот лучше возьми сачок. Им-то сподручнее будет в яме шурудить.
-Вот же незадача, ядри ее,- выругался Кавоня и приняв из рук Калиостро сачок для ловли бабочек, направился в сторону парившего между небом и землей туалета. Но встречи с продуктами распада человеческой жизнедеятельности пастуху, все же удалось избежать. Когда до точки рандеву оставалось несколько шагов, среди сочной зелени картофельной ботвы, блеснул тот самый, пресловутый шар.

-Нашел! Нашел!- радостно возопил пастух, отбрасывая в сторону, потерявший свою актуальность сачок.- Он его в грядку обронил.
Бережно подхватив  на руки вожделенный предмет, пастух хотел было вернуться к столу, но вдруг почувствовал, что земля ушла у него из под ног. Он тут же воспарил над огородом Сичкиных, в компании с обезумевшей козой Дашкой и дощатым клозетом.

-Братцы! Родненькие! Помогите!- заблажил пастух,- скажите, как эту хреновину выключить?
Понимая, что Кавоне самому не справиться с этой проблемой, Вега сложила ладони трубочкой и крикнула:»Нажимай на лепесток".
-Что? Ни пса не слышу,- продолжал голосить пастух, безвольно болтаясь в воздухе.
-На лепесток жми, дубина,- в один голос заорали все скопом.
Наконец Кавоня, сообразив, что от него требуется, надавил на нужный механизм. В тот же миг, его дотоле невесомое тело, в полной мере почувствовав силу земного притяжения, глухо шмякнулось на землю. Рядом, с противным скрипом опустился туалет Сичкиных. Некоторое время, постояв для приличия, дощатое сооружение развалилось на мелкие детали, тем самым открывая вид на соседскую баню. Коза Дашка, едва ее копыта коснулись твердой почвы, жалобно блея, рванула вперед и через долю секунды, пробив рогами огромную брешь в заборе, скрылась на противоположном  конце улицы.

                Г Л А В А 13

Войдя на веранду  Елистратовича, Оболдин на мгновение замер. Осмотревшись по сторонам, он понял, что никого нет.
-Федор Елистратыч,- на всякий случай окликнул хозяина Захар. Ответа не последовало. Тогда он решительно проследовал  к столу, где остались неприбранными, следы недавней гулянки. Приблизив горлышко канистры, в которой еще побулькивало довольно приличное количество ракетного топлива, к носу, Захар, обрадовано воскликнул:»Мать честная! Это мы удачно зашли».
Он плеснул в стакан грамм сто пятьдесят, выпил одним махом и блаженно зажмурился.
-Ну крепка зараза,- смачно крякнув, констатировал Захар, и обернулся к Лисицину, который до сих пор нерешительно топтался у порога.- Ты чего , Спиридон в дверях маячишь? Проходи, не стесняйся. Подождем Федьку. Видать, где-то рядом болтается. Иначе не оставил бы все на столе.
Спиридон Яковлевич прошел к столу, и боязливо озираясь по сторонам, опустился на табурет.

-На вот, прими,- Захар придвинул зав.клубом наполненный стакан.
Лисицын поднял предложенную ему тару, и чокнувшись с Оболдиным торопливо выпил.
-Эх, хорошо то как!- блаженно потянулся Захар, с размаху плюхаясь на тахту, укрытую потертым пледом.
То, что произошло в следующий момент, заставило Захара, а вместе с ним  Спиридона, стремглав метнуться к двери. Край пледа отогнулся, и из под него показалась зеленовато-багровая физиономия гуманоида. Вытаращив на непрошенных гостей свои здоровенные глазищи, он изрек:»Мать вашу! Какого лешего поспать не даете?»

Немного справившись с потрясением, Оболдин шепотом поинтересовался:»Ты кто такой, елки-моталки?»
-Я?- переспросил Генденгросс.- Я командор межпланетного корабля Гендос. Тьфу ты зараза, совсем запутался. Гендер… Гундар… А , впрочем неважно.
Он поднялся с тахты, и неуверенной походкой приблизился к столу.
-Выпить что-нибудь осталось?- скорее себе, нежели обомлевшим мужчинам, задал он вопрос. Пальцы командора, наконец, наткнулись на заветную канистру.
-Ага, нашел!- обрадовался Генденгросс,на несколько минут припав к горлышку посудины.
-Ну, что я тебе говорил?- Лисицын ткнул в бок Захара,- вот они пришельцы-то, здесь.

Командор, окончательно поправившись после приличной дозы спиртного, наконец, оторвался от канистры, его довольное лицо буквально расплылось в улыбке.
-А вы чего не проходите?- поинтересовался он.- Айда к столу. Посидим, покалякаем.
Захар и Спиридон Яковлевич с опаской приблизились к гуманоиду.
-Да садитесь вы,- подбодрил их Генденгросс,- выпьем по граммульке. Одному то мне не в кайф.

Когда троица опрокинула тост за вечную дружбу межпланетных цивилизаций, Лисицын, который все время ерзал на табурете, не вытерпев, вскочил на ноги.
-Нет, я как представитель культурно-массового сектора села Лепешкино, не могу,  даже не имею права оставить подобное событие без должного внимания! Такое дело! Контакт с посланцами далеких миров! Это навечно войдет в историю нашего села. И потомки, с благодарностью будут вспоминать об этом. Да я ради такого случая, даже клуб открою. Соберем всех жителей, устроим грандиознейшую встречу гостю из неведомой галактики. Так что, Захар Васильевич, и вы товарищ пришелец, поднимайтесь и за мной.

Минут через двадцать, все трое, весело балагуря и размахивая руками, двинулись в сторону сельского клуба. По дороге, Спиридон Яковлевич призывал всех, кто встречался им на пути следовать за ними.
При виде командора, люди впадали в ступор. Иные неистово крестились. Но все же, любопытство, и предчувствие  чего-то глобального, заставляло сельчан идти вслед за Лисицыным. Вскоре их собралось приличное количество. Интерпретируя на все лады произошедшее, лепешкинцы, шумной ватагой, двигались по единственной улице села, стараясь не упустить ни малейшей детали в необычном облике Генденгросса.


Подойдя к Дому культуры, который судя заржавевшему замку и облезлой вывеске, не функционировал уже много лет, Спиридон вынул внушительных размеров ключ. Хоть  с большим трудом, но все таки ему удалось отпереть, покрытые многолетним слоем грязи- двери.
-Люди добрые, входите,- пафосным тоном, приглашал он зевак пройти внутрь.- Нам , Лепешкинцам, выпала великая честь стать свидетелями события межгалактической важности. Я не побоюсь этого слова, но наше село, совсем скоро займет достойную нишу в истории всего человечества.
Сквозь, впервые открытые за последнюю пятилетку ставни, в помещение ворвались лучи солнечного света, выхватив из пыльного сумрака убранство клуба. С тех пор, как Спиридон Яковлевич, прочитал свою последнюю лекцию о величайших достижениях советских зоологов, здесь ничего не изменилось.

Десятка полтора скамей, ровными рядами стояли у сцены, словно ожидая второго пришествия сельчан. Гипсовый бюстик Ленина, окутанный пышной куделей паутины , со скукой взирал на пустующий зал. Две старенькие мандолины, фанфара и пионерский горн, скучая по пальцам музыкантов, мирно дремали под сенью бархатного занавеса. На заднем плане, крытый потертой скатертью стол и три венских стула еще хранили тепло некогда восседавших на них партийных гостей.
В клубе также имелось пара кумачовых знамен, да несколько картонных плакатов с зычными лозунгами из недалекого прошлого.

Лисицын,  оценив плачевное состояние Дома культуры, тотчас нашел каждому из пришедших занятие. Женщины, вооруженные тряпками и вениками, принялись с остервенением отчищать помещение от пыли , которой за долгие годы накопилось достаточно много. Мужики, расставив лавки вдоль стен, начали сооружать длинный стол прямо посреди зала. Сам же Лисицын, убедившись , что все идет как надо, оставил полусонного Генденгросса на попечение Оболдина. Оседлав велосипед,он отправился в село, дабы оповестить тех, кто еще не знал о намечавшемся мероприятии.

                Г Л А В А 14

Как только вся компания, до недавнего времени гулявшая во дворе Сичкиных, дружно двинулась на помощь Вегиному дяде, до их слуха долетели призывы Лисицына , многократно усиленные стареньким мегафоном. Объезжая село на своем железном коне, Спиридон Яковлевич, останавливался у каждого двора, зазывая граждан присоединиться к событию мирового масштаба.

-Это еще что такое?- проворчал Елистратович, услышав трубный голос громкоговорителя. Но не успел он понять , что происходит, как зав. клубом, не справившись с управлением, со всего маху влетел в забор, буквально в трех метрах от них. Выбравшись из канавы, Лисицын с сумрачным видом отряхнул помятую шляпу и поднял глаза на изрядно подпитую компанию.

- Бляха от ремня!- сорвалось с губ культурного деятеля, как только среди своих односельчан он заметил Вегу и Эдуарда,- Да их тут целые полчища!
Ты чего горланишь на всю «Ивановскую»?- уставился на него Кавоня.- Чего людей беспокоишь?
-Ну, так митинг у нас по случаю встречи с пришельцами,- лицо Спиридона расплылось в улыбке.- Почти все Лепешкино в клубе собралось. И вы идите. Встречать гостей, так всем миром. Такое событие, может один раз в жизни случается.

-Да вроде дело у нас,- неуверенно произнес Калиостро, с трудом поддерживая, ставшего совсем инертным штурмана.- Помочь кое-кому надо.
-Опосля всем скопом и поможем,- не унимался Лисицын,- Там бабы уже столы накрывают. Все чин чинарем.

Как только разговор зашел о предстоящей гулянке, Эдуард приоткрыл один глаз, громко икнул, и сделав шаг навстречу Спиридону Яковлевичу, запел невероятным фальцетом:»Выпьем за Родину, выпьем за Сталина. Выпьем и снова нальем».
-Тихо ты! Не голоси,- тут же одернул его Кукушкин, и подозрительно прищурившись, поинтересовался у Лисицина,- Ты с кем собрался встречаться то? Пришельцы, вроде при нас. Или нет?
Спиридон виновато потупился и обратился к Елистратовичу:»Ты ,Федор Елистратович уж не обессудь. Мы давеча к тебе зашли, а в избе никого нет. Ну, почти никого.

-Так, так, продолжай,- Лицо Федора стало нервно подергиваться,- Ну и…?
-Ну и похозяйничали малость,- неуверенным голосом продолжал Лисицын.- Нет, ну а чо? Захар похмельем маялся. Так мы и решили, у тебя есть чем поправиться. А потом этого нашли. Ну, зеленого. Он сейчас в клубе. Так что, идете?
-Ну ты и проныра, Спиридоша,- расстроено проворчал Федор.- Ладно уж, айда в клуб. Куда деваться. Посидим часок, и за дело.

                Г Л А В А 15
Командор, чудом уместившись на двух стульях, сладко посапывал, иногда издавая тоненький свист, очень похожий на свист маневрового локомотива. Ему снились восхитительные пейзажи родной планеты. Два оранжевых светила,парили над бескрайними просторами седого океана, лаская теплыми лучиками гряду остывших вулканов. Легкий ветерок, принося неповторимый запах космической пыли, трепетно заигрывал с листвой редких, карликовых деревьев, очень напоминающих русские березки. И они, словно соревнуясь между собой в нежном шелесте листвы, создавали единую гармонию счастья. Тем самым успокаивая расшатанные нервы Генденгросса.
-Гена, Гендос,- послышалось откуда-то издалека,- подымайся. Утро уже.
Командор вяло отмахнулся от нудного голоса, и повернувшись на другой бок издал оглушительную трель храпа.
-Вставай ,говорю. Пора ,- Елистратович изо всех сил принялся тормошить гуманоида.- Люди собрались. С утра же решили на котлован идти, корабль доставать.

Только теперь до Генденгросса дошло, что он находится не у себя дома, а за многие тысячи парсеков от своей галактики. На далекой и очень странной планете под названием Земля. Вместе с памятью к пришельцу вернулось и жесточайшее похмелье. Все вокруг было мутным и эфемерным. Сумрачное помещение клуба кружилось, будто кольца Сатурна.
С трудом раскрыв рот, он попытался что-то сказать. Но кроме хриплых звуков, с его губ, так ничего не сорвалось.
-Вставай Гена,- подбодрил командора Федор.- Знаю худо. Ну да это ничего, дело поправимое. Кавоня уж сбегал. Лекарство принес. От всех недугов, первое средство.

Бросив взгляд не убранные после вчерашней гулянки столы, Генденгросс увидел, как пастух  разливает по стаканам содержимое бидона, зазывая к себе собравшихся сельчан:»Подходите, люди добрые, разбирайте. Похмелье, оно дело такое. Вовремя не поправишься, так весь день считай насмарку".

Оживленный гул, тотчас пролетел под сводами дома Культуры. Среди лепешкинцев, которые уже отведали принесенного Кавоней напитка, послышался смех и прибаутки.
Увидев, что командор, наконец, пришел в себя, пастух булькнул добрых полстакана ракетного топлива и поднес пришельцу:" Поправься, Гендос. Вчера то на славу посидели. Душевно. Под утро только разошлись. Устроили встречу по полной».
Генденгросс выпил содержимое стакана одним махом и скривился.

-Ничего не помню,- наконец переведя дух, прохрипел он.- Что было то?
-Да ты что,- радостно осклабился пастух, наливая и себе.- Дали жару, так дали. По всему Лепешкино дым коромыслом. А речь ты какую задвинул о вечной дружбе и понимании. Бабы ажно прослезились. Эдька с Вегой тоже в грязь лицом не ударили. Отплясывали так, что доску в полу проломили. В общем повеселились на славу.
-Хватит болтать,- одернул его Федор Елистратович.- Делу время. Двигать пора.

Через пару минут, придерживая под руки еще не совсем пришедших в себя гуманоидов,( те из сельчан, которые пересилив похмелье, смогли придти) Двинулись в сторону лесной опушки. По пути следования, к ним присоединялись новые группы зевак. Даже 97летняя Никитишна, сочла своим долгом поучаствовать в столь грандиозном событии.

Не прошло полчаса, как все село в полном сборе, уже стояло перед звездолетом . Спиридон Яковлевич, который не терял времени даром, прикрепил к стойкам корабля полосу красного ситца с блеклой надписью»Все на помощь братьям по разуму». В левом углу транспаранта, неуемный зав. Клубом изобразил человечка в скафандре, с куриными лапками вместо конечностей. В правом же красовалась искристая комета с длинным хвостом.
-Ну как?- любуясь своей работой, поинтересовался он у Петьки.
-Да ты у нас прямо Кандинский,- усмехнулся Кукушкин, хлопнув по плечу Лисицина ,- только пришелец у тебя странный какой-то. На цыпленка смахивает.
-Иди ты,- обиженно отмахнулся от него Спиридон и поспешил затеряться в толпе.

-Ну что, вроде все собрались,- подытожил Елистратович, окинув взглядом сельчан, и обернулся к командору,- Вы Гена забирайтесь в звездолет, да шуруйте к котловану. Ну а мы с земляками уж пехом. Тут напрямки минут десять.
Пришельцы один за другим скрылись в недрах корабля. Через пару минут, раздался грохот и гул запущенных двигателей. Звездолет задрожав, начал медленно подниматься в воздух. Народ, собравшийся на опушке леса, ликуя, захлопал в ладоши. Но радость сельчан была недолгой. Не прошло доли секунды, как внутри звездолета что-то ухнуло, и тот грохнулся на землю.

-Что стряслось? -  заворчал Федор.
Из открытого днища корабля появился  командор.
-Топливо куда-то исчезло-, недоумевая развел он руками.
Петька незаметно ткнул Елистратовича в бок:»По ходу мы с тобой перестарались. Под чистую  все слили. Как теперь быть то?»
-Да, нехорошо вышло-, сквозь зубы процедил Федор,- а что, дома вообще ни сколько не осталось?
-Не а,- глуповато усмехаясь, ответил Кукушкин,- утром же последним охмелились.
-Вот блин, влипли мы с тобой Петюня,- сразу как то сжался Елистратович.- Надо срочно что-нибудь придумать.

Между тем, сбитые с толку гуманоиды, вновь выбрались из звездолета и вопросительно поглядывали то на Федора, который взвалил на себя обязанности командующего операцией, то на толпу сельчан.
-Сейчас все поправим,- Елистратович подмигнул командору и повернулся к лепешкинцам.
Немного покашляв для солидности, он обратился к сельчанам:»Товарищи земляки! Коли вышла такая незадача, так давайте поможем братьям по разуму. Люди, дуйте по домам, доставайте свои заначки. Тащите все что горит. Не оставим в беде наших гостей".
Народ, сразу же поняв ход мыслей Федор, ринулся в сторону села.
- Ты думаешь, наберут что-нибудь?- неуверенным голосом поинтересовался Кавоня.- Люди то у нас пьющие. У меня вот к примеру, это дело никогда не задерживается. Уж коли попала вожжа под хвост, так пью до последнего.

-Плохо ты наших сельчан знаешь,-  Елистратович наставительно похлопал по спине пастуха,- у каждого заначка найдется. Одни старухи ,своих настоек да натирок натащут целый  ворох. У Коростыля опять же, у старшей дочки свадьба намечается. Думаешь, он с пустыми руками в город поедет? Самогоночки по-любому припас. Ну и у остальных кое-что найдется. А за ради такого дела, люди последнее отдадут.

Вон, гляди, Никитишна уже обернулась. Несет что-то.
Несмотря на свой более чем преклонный возраст, старушка,ловко орудуя тросточкой, быстро преодолела пригорок и протянула Елистратовичу, пузатый штоф.
-Нате, ребятушки. Настойка знатная. Я ей от ломоты натиралась. Но для такого дела, не жалко.

Петька с сомнительным видом покачал головой, глядя, как со дна бутыли медленно поднимаются блеклые корни какого-то растения.
-И что, на этой бодяге ваш корабль тоже работает?- поинтересовался он у Генденгросса.
Командор просканировав содержимое емкости, с неуверенностью ответил:»Теоретически должен. Содержание этанола 57 процентов. Скорее всего, подойдет".

Приняв штоф из рук Елистратовича, командор вылил его в топливный бак. Но не успел он спуститься вниз, как один за другим стали прибывать сельчане. Генденгросс вновь занял свое место в топливном отсеке и процесс пошел уже не прерываясь. Федор принимал у лепешкинцев разнокалиберные  чекушки, шкалики, бидоны. Затем передавал их в люк корабля, где они благополучно исчезали, залитые в топливные емкости.

Когда все закончилось, из люка появилось вспотевшее лицо командора.
-Ну что, все?- поинтересовался он у Федора, и получив утвердительный ответ, набожно перекрестился.
-Пробуем стартануть. Вы бы отошли подальше. А то смесь та еще получилась. Все датчики зашкаливают.

-Ничего, Гендос,- подбодрил гуманоида Кавоня,- Бог не выдаст, свинья не съест.
Хотя пастух и храбрился, все же жители Лепешкино, поспешили удалиться на безопасное расстояние. Командор запустил двигатели. Из под днища звездолета вырвались огромные клубы фиолетового дыма. Раздался оглушительный грохот, и  столб яркого пламени подбросил корабль метра на три вверх.
-Не разнесло бы к чертовой матери,- прижимаясь к земле зашептал Калиостро.- Какой только сивухи туда не залили.

-Цыц, Митька. Не каркай,- одернул его Кавоня и принялся отсчитывать время,- Пять секунд, полет нормальный. Десять секунд полет нормальный.
Мало-помалу, корабль пришельцев, обретая управляемость, стал медленно подниматься над опушкой. Когда серебристый диск звездолета взлетел метров на двадцать, он на секунду замер, а затем ,плавно покачиваясь из стороны в сторону, двинулся к котловану.

-Есть! Получилось!- радостно воскликнул Елистратович.- Я же говорил, что сработает. А ну, братцы, айда за ними.

Как только сельчане добрались до воронки, то обнаружили, что там их поджидает Кешка Береза.
-Где вас носит?- посетовал тракторист, укладывая в тележку «Беларуся», водолазный костюм.- Я уж в ямину нырнул. Стропы зацепил. Кстати глубина там плевая. Метров тридцать всего. Только место топкое. Засосало звездолет по самые иллюминаторы. Так что повозиться придется.
Вскоре, усилиями мужиков, стропы, уходившие на дно котлована, были прикреплены к кораблю Генденгросса и командор отдал приказ на взлет.
Капроновые шнуры зазвенели от неимоверной нагрузки. Вытянувшись в тонкие нити, они брызнули каплями липкой жижи.
-Не выдержат. Лопнут, Как пить дать лопнут,- наблюдая за процедурой поднятия, нервно прокомментировал происходящее, Елистратович.-
Где же такую махину осилить.

 Вдруг, в днище корабля, отворился маленький лючок, а из него , на серебристой паутинке троса, в самую середину котлована опустился тот самый прозрачный шар с лепестками. Через мгновение, вонючая жидкость, которая наполняла воронку, забурлила и взлетела в воздух, на глазах превращаясь в грязные хлопья. Стропы немного ослабли. Корабль, на десятилетие погребенный в злосчастной рытвине, начал подниматься на поверхность. Люди, отойдя на приличное расстояние, чтобы не попасть под действие гравитационного прибора, с замиранием сердца, наблюдали, как из недр земли, появился опутанный клочьями тины, помутневший за долгие годы, плоский диск звездолета.

Вскоре оба корабля благополучно приземлились рядом с воронкой. Закон земного притяжения снова вступил в свою законную силу, и жители Лепешкино, плотным кольцом окружили место событий. Когда последние сгустки болотной жижи стекли с обшивки поднятого звездолета, Генденгросс, Вега и Эдуард, открыв аварийный люк, исчезли в его недрах.

Прошло примерно минут двадцать, прежде чем пришельцы выбрались наружу. Их было по-прежнему трое. Гул разочарования пролетел по толпе сельчан.
-Не понимаю, куда он мог исчезнуть?- недоумевая, развела руками Вега, при этом озираясь по сторонам.

Люди, возле воронки, принялись на все лады обсуждать случившееся, выдвигая различные теории по поводу того, куда мог исчезнуть пришелец, волею судеб прибывший на Землю десяток лет назад. За этими бурными дебатами, никто не обратил внимания на три фигурки, которые возникли на кромке леса. Лишь когда раздался окрик, все машинально повернули головы в их сторону.
-Вега, племяшка! Это ты?- радостно кричал мужчина в болоньевом плаще с капюшоном, который полностью скрывал его лицо.
Девушка услышав окрик, встрепенулась.

-Дядя! Дядюшка!- воскликнула она и кинулась навстречу незнакомцу.
Мужчина сбросил с головы капюшон, представив на обозрение присутствующих свое зеленоватое лицо с огромными блюдцами глаз.
-Дядюшка Аргаил,- Вега  трепетно прижалась к его груди.- Живой!
-Да живой, живой. Что мне будет то?- он потрепал счастливую Вегу по щеке и оборачиваясь назад, представил ей своих спутников.

-Вот, познакомься. Это Маша.
-Здравствуйте,- пышногрудая, кареглазая женщина лет сорока, смущенно опуская взгляд поздоровалась с Вегой.
-А это мой сынок Вася,- продолжал дядя Аргаил, подталкивая вперед девятилетнего мальчика.
Сквозь немыслимые россыпи конопушек, на лице ребенка, с большим трудом, но все-таки пробивался некий зеленоватый оттенок.

-Дядя? Но как?- поперхнувшись, удивленно раскрыла рот Вега.
-Ну и ну! Вот это пассаж!- встрял в разговор Кавоня.- Такой маленький, а уже зеленый. Просто одно лицо.
-Да помолчи ты, ботало,- одернул его Кукушкин,- не мешай им. Столько лет не виделись, а ты встреваешь.

-А что я сделал то? Так, пошутковал,- оправдывался пастух, между тем, навострив уши, прислушивался к рассказу дяди Аргаила.
-Ну, в общем, племяшка, когда я ухнулся в это болото, - повествовал о своих приключениях гуманоид,- думал все, каюк. Бортовая аппаратура отказала. Взлететь не могу. Неделю сижу, другую. Сигналы посылаю, а толку никакого. Думаю, надо выбираться на поверхность. Надел скафандр, и только наружу-то выбрался, глянь, девки малину собирают. Меня увидели, врассыпную кинулись. «Леший»- кричат. Только Марья вот моя не струхнула. Стоит, подбоченилась. А глазищами так и жжет. Ну у меня сердце и не выдержало. Снял гермошлем, да говорю:»Ты что же не убегаешь? Или не испугалась?» А она бровки вздернула и отвечает:»Чего же тебя бояться то? Чай не зверь ".

 Ну с тех пор у нас и завертелось. Днем в корабле отсиживаюсь, а ночью в Рублевское, к  ней. Потом уж Васька народился. Люди на Машку косится стали. Мужика, мол нет, а дите появилось. Ну тогда я решил их с собой на М-130 забрать. А что? Марья не против. Только вот незадача. Приборы то все погорели, а запчастей взять неоткуда. Наука на Земле еще не дошла до этих технологий. Пришлось столько лет ждать, пока хоть что-нибудь дельное изобретут. Только в прошлом году нашел подходящие микросхемы. Починил оборудование. Сегодня собирались отбыть. А вас уж и ждать перестал. Думал мои сигналы не дошли.

-Вот и хорошо, дядя Аргаил,- обрадовалась Вега.- Вместе улетим. А то сил уже нет. Как тут люди живут? Каждый день какой-нибудь повод для гулянки.
-Это да!- заулыбался дядя Аргаил,- за десять лет я  опыта понабрался.

Генденгросс, который до сих пор тактично молчал, слушая историю своего соплеменника, отвел в сторону Вегу и тихо шепнул:»Проблема у нас. Боюсь вылет придется отменить».

-Что еще?- ужаснулась девушка, предчувствуя что им придется еще неопределенное время учавствовать в беспробудной пьянке сельчан.
-Топлива не хватит,- ответил командор.- Пока космолет вытаскивали, все сгорело.  Намешали все что ни попадя, потому расход такой. Нужно чистое ,да желательно одной марки.
-Эх, была ,ни была,- хлопнул его по плечу Кешка Береза, случайно услышав обрывки их разговора.- Будет вам топливо. Первосортное. Ждите меня здесь. За час, пожалуй управлюсь.
Тракторист быстро забрался в кабину «Беларуся», и через пару минут , трактор, пыхнув сизым дымком, скрылся из виду.

                Г Л А В А 16

За пересудами да перетолками, час пролетел как одна минута. Никто из жителей села даже не думал уходить восвояси. Все терпеливо ожидали кульминации этого события. Вскоре, со стороны села послышался рев автомобильного мотора и на опушку въехал, покрытый слоем бурой пыли, старенький «Зил». Из кабины, ловко выпрыгнул Береза, подавая сигнал заскучавшим было мужикам.
-Эй, братцы. А ну давай сюда. Топливо прибыло. Чистейшее. Теперь по самую макушку звездолеты заправим. Хоть в черную дыру, хоть к черту на кулички долететь хватит.

Открыв борт грузовика, мужики ахнули. Весь кузов «Зила», под завязку, был наполнен ящиками с водкой.
-«Сибирская», 45 оборотов,- облизнулся Кавоня, принимая ящик с драгоценным грузом.
-Тащи к кораблю, не балаболь,- поторопил его Кешка,- тут всем хватит. И звездолеты заправим, и проводим как надо.
- А где ж столько взял?- поинтересовался Елистратович, наблюдая как мужики быстро опустошают грузовик.
-Да продал я «Беларусь» к едрене-фене. Фермер из Рублевского давно канючил, продай, да продай. Ну а тут такое дело. Что же мы, не люди что ли? Помочь близким, святое дело.

-А как же теперь?- недоуменно захлопал глазами Федор.- Кто теперь дров привезет, да огород вспашет?
-Не кручинься ты Елистратыч,- усмехнулся Кешка,- где наша не пропадала. Самое главное гостей проводить. А там уже скумекаем что-нибудь.
Когда предстартовые мероприятия были закончены, а корабли стояли готовые к взлету, Спиридон Яковлевич, не преминул выступить перед многочисленной аудиторией. Поначалу все шло хорошо. Лисицын распинался о великом прогрессе цивилизаций, о силе межгалактического разума. Но как только философские умозаключения зав .клубом, пошли по руслу высоких материй, народ нетерпеливо зароптал.

-Хватит языком молоть,- одернул его Кавоня.- А ты, Кешка чего стоишь как истукан? Давай наливай на посошок, и вперед. Через тернии, к звездам.
Едва по кругу пошли граненые стаканы с «Сибирской», лепешкинцы тотчас оживились. Каждый из сельчан посчитал своим долгом облобызать пришельцев, торжественно клянясь в вечной и нерушимой дружбе.

Наконец долгие проводы были закончены. Дядя Аргаил с Машей и Васькой забрались в звездолет. Вега с Эдуардом, также заняли свои места. А Генденгросс по-прежнему стоял у трапа, с тоской глядя поверх толпы сельчан.
-Командор,- нетерпеливо позвала Вега,- пора улетать.
Генденгросс обернулся к девушке и с улыбкой произнес:»Знаешь, Вега, я пожалуй останусь. Чувствую-это мое. А что? Дядя вон твой не сплоховал. Семьей обзавелся. Ну и я не пропаду. Люди здесь добрые, в беде не оставят. Огородик помогут вспахать. Козу доить научат. Кораблем ты управлять умеешь. Так что прощайте. Не поминайте лихом".

Через несколько минут серебристые диски космолетов, помахав на прощание бортами, исчезли в туманной дымке стратосферы, а народ по-прежнему не расходился. Сельчане все как один, запрокинув головы, всматривались в безоблачную высь, теша себя надеждой еще раз увидеть искристую обшивку  кораблей.

В конце концов, грусть лепешкинцев понемногу рассеялась, и они сразу же вспомнив о своих делах, начали расходиться по домам.
- Прямо «Санта-Барбара» какая-то,- вздохнула Рая Кукушкина, вытирая кончиком платка слезинку.
Еще раз вздохнув, она взяла Петьку под руку и они неторопливо побрели в сторону села. Елистратович, в порыве чувств, крепко обнял командора:»Это ты Гена хорошо сделал, что остался. Правильный поступок я бы сказал. Айда, поживешь пока у меня. А там глядишь, что-нибудь придумаем".
                ЭПИЛОГ
Прошло добрых два десятка лет. Теперь, толком никто не может вспомнить историю о пришельцах. Ее пересказывают на разные лады, приукрашивая все новыми и новыми фактами. В нынешние дни, мало кто верит, что такое событие могло иметь место. Может быть, это действительно был сон, который в пьяном угаре привиделся жителям Лепешкино. Однако, с тех пор на улицах городов и сел, нет, нет, да и появляются люди с легким зеленоватым оттенком кожи, и чересчур большими, выразительными глазами.


Рецензии
Хороший рассказ о жителях села Лепешкино, с добрым юмором и необычными ситуациями.

Наталья Москвитина   12.04.2018 04:46     Заявить о нарушении
Здравствуйте, Уважаемая Наталья! Спасибо большое за отзыв! Захотелось немного отвлечься от серьезных вещей, и получилось Лепешкино. Хотя в этом рассказе, достаточно большая доля правды. В деревнях и поселках почти ничего не изменилось.

От всей души желаю Вам доброго здоровья и творческих успехов!!! С уважением, Сергей.

Сергей Колтунов   12.04.2018 11:41   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.