Змей Асклепиева Посоха Глава 1

 В больнице, находящейся на улице имени Николо Тесла было необычайно тихо. По коридорам тихо, словно тень, крались медсёстры и врачи, а в палатах мирно спали их пациенты. Периодически, тишину нарушали сигналы медицинского оборудования, уведомляя о неких изменениях в состоянии больных. Однако, если где-то этот период был каждые три или четыре часа,то в палате номер триста девяносто шесть, пиликание электроники происходило с завидной регулярностью. Одна из медсестёр, в белое одеяние "сестры милосердия", с забранными в пучок рыжими волосами, отворила дверь в эту самую палату. Комната в которую зашла смотрительница была не слишком просторна, заставленная всяческой мебелью, аппаратами и кроватями для пациентов, комната больше походила на коробку с игрушками. Чистое пластиковое окно было отворено, вследствие чего в комнате было приятно и прохладно.

 В палате было две койки, и соответственно, два их обладателя. На кровати, что стояла у стены, поодаль от окна, находился некий Ганс с очень трудновыговариваемой фамилией. Очевидно фин. На карточке подвешенной на задней спинке кровати также были указаны возраст, пол, диагноз. Этот некий Ганс лежал, укутавшись в пышное одеяло, лицом к стене, от чего черты его лица нельзя было увидеть. На другой же койке, лежа на спине, располагался другой больной по имени Себастьян Фиерар, мужчина лет двадцати с небольшим, высокого роста, с угольно-чёрными волосами и приличной щетиной. На его карточке, в графе "диагноз" было множество слов, впоследствии неоднократно перечёркнутых, и уже поверх всего этого безобразия большими красными буквами выделен окончательный вывод "Контузия". Именно его аппарат частенько посылал свои сигналы в тишину.

 Медсестра раздвинула шторы, дав волю свету залить помещение, и полностью раскрыла ставни, после чего оба спящих нырнули своими носами под одеяла. На улице светило Солнце, был слышен говор проходящих людей и проезжающих автомобилей. Казалось бы, с появлением "уличных" звуков, нарушивших тишину, сам госпиталь стал оживать. К окончательному пробуждению контуженного привело включение старенького радиоприёмника, из которого стали доноситься слова некогда популярной джазовой песни "What a wonderful world". Себастьян открыл глаза, с рождения окрашенные в золотисто-жёлтый цвет, и попытался приподняться. Увы больше двух недель он даже не шевелился, а уже планировал встать на ноги. Через пару минут, в палате уже сидел д-р Вильгельм Валенштайн и осматривая пациента, расхаживал вокруг кровати. Наконец он присел на табуретку, заботливо принесённую санитарами и попытался начать разговор.
-Уважаемый, вам нельзя делать настолько поспешные движения, отлежитесь, а уж потом и встанете на свои две.
Себастьян скорчил гримасу полного недовольства, лежать ему уже было тошно, даже учитывая то, что он пролежал в сознании час с небольшим.
-Себастьян, вы помните, что произошло? Откуда вы здесь?
-Как оказался нет, но всё остальное, прекрасно помню. Я Фиерар Себастьян, единственный сын в семье, родился в Бухаресте, впоследствии окончил медицинскую Академию, был призван на войну в качестве полевого хирурга...
Тут он стал задумываться, он не мог сказать точно в скольких операциях участвовал или саму войну. Впрочем ничего толкового он не сказал.
-Любезный, позвольте я вам напомню.
Д-р Валенштайн, чуть приподнялся на табуретке, желая занять более удобную позицию, и закинул одну ногу на другую. Его карие глаза, бегающие туда-сюда по комнате выдавали в нем некую суть, которую он тщательно скрывал. Поправив некий окуляр на плешивой голове, который судя по всему служил для осмотра ротовой полости и горла, он начал рассказывать.
-Вы были серьёзно ранены, в одном из последних сражений, вас задело взрывом. Из-за отсутствия в то время технологий для вашего восстановления, вы были погружены в криокамеру.
-Во что?
-Вас заморозили, а сейчас привели в чувства.
Себастьян, невольно бросил на врача взгляд полного недоверия, ибо как это так? В его курсе биологии и медицины не сообщали о возможности разморозки людей, тогда это было рискованно.
-Возможно вы не поймёте, но вы буквально путешественник во времени. Взгляните на улицу, на дворе 2076 год, мир сильно изменился.
-2076 год? Это невероятно, ибо я здесь, а моя жизнь осталась в прошлом. Какая трагедия.
-Ну сейчас все хорошо, сейчас вы находитесь в городе Новая Вена.
-Благодарю за интересный рассказ о моих злоключениях, но в данный момент я больше заинтересован в их продолжении. Когда я смогу покинуть это место?
Вильгельм приподнял лоб в раздумьях, после чего с улыбкой посмотрел в глаза коллеге по образованию.
-Ну-с, недельку-другую, как отойдёте от пережитого. Настоятельно рекомендую слушать радио, восстановите восприятие.
-Прошу оставьте мне новости, я хочу знать что ж в мире-то твориться.
 
 К тому моменту, когда медсестра включила волну местного новостного радиоканала, порядком заскучавший Себастьян заметил, что врач исчез, точно также, как и появился. Дело шло к одиннадцати часам утра, транспорт за окном становился всё многочисленнее, всё больше слышалась ритмичная мелодия города, состоящая из стуков подошв об асфальт и людских разговоров. Порой где-то далеко было слышно, как спорят о политике трое молодых людей, зачастую покрикивая друг на друга.