Палата 33

Ночь прошла в борьбе со сном всех обитателей палаты 33. В ней четверо тяжелобольных пациентов, Юля - дежурящая возле своего парализованного после автокатастрофы мужа, и я - опекающий своего родственника.

Ночной кошмар в очередной раз устроил нам самый пожилой пациент. Ему 76 лет, он - лежачий, с привязанной к кровати левой ногой, чтобы не упал. Присматривают за ним патронажные сёстры днём, когда он, в основном, спит. А по ночам Генрих раскрывает свой ораторский талант. Тематика монологов Генриха обширна и, что довольно удивительно, каждый раз отличается элементами новизны.

Сегодняшней ночью звучали нескончаемые рефрены бессвязных и невнятных слов, а порой - и полуосмысленных обрывков фраз, типа: "... Первый ящик - вперёд! Второй ящик..., третий, четвёртый, пятый ящик..." (на наше счастье, остальные ящики не озвучивались). Иногда бормотанье бывает негромким и монотонным, в это время удаётся впасть в забытьё. Но коварный Генрих вдруг резко повышает свою громкость, зыбкая пелена дремоты рвётся и вожделенный сон улетучивается, как неуловимая ласточка в небесах. Один из пациентов - молодой парень Андрей с повреждением шейной части позвоночника периодически негромко возмущается, безуспешно пытаясь урезонить Генриха.

Особенно меня тронул предутренний спич несчастного бедолаги: "... Я хочу есть. Где наш завтрак, обед, ужин?...". Этот вопрос повторяется бессчётно. Минут через пятнадцать рефрен дополняется расширенным вопросником. К ужину добавляется вопрос о чае, а также совершенно пронзительное и актуальное:
" - Где наше всё?".

Я просто зарыдал, ибо любопытного Генриха, очевидно, интересовало местонахождение, а может быть, и самочувствие нашего самого главного достояния - бессменного "нацлидера" со 185-процентным рейтингом. Вот каковы волнения и беспокойства электората!
 
Сейчас доходит до полседьмого и в палате воцаряется выстраданная тишина, Генрих заснул. А в семь придёт молоденькая медсестра, чтобы пилюлями, инъекциями и добротой восстанавливать здоровье своих, иногда очень беспокойных подопечных.