Сказочка о системности

Смотрела Росомаха на всё на это, смотрела – и очень ей хотелось что-то сказать, прокомментировать как-то происходящее, истинную природу вещей безжалостно обнажив и правду провозглася. Но помнила, что некоторые высказанные идеи получали физическое воплощение в такой извращенной и отрицающей рациональность форме, что хотелось выть. Росомаха показательно молчала, тяжело задумавшись. Предполагала она, что эта тяжкая задумчивость была всем заметна, но всем было плевать.

Куница просто молчала, без задумчивости. Тихо приходила, тихо брала Белочку-другую, тихо уходила, ни в чём не участвуя. Всем было плевать, как и на Росомаху.

Белочка делала запасы, а жрали те запасы кто попало, в основном Кабан. Белочке предлагали как-то организовать, чтоб запасы не жрались, но думать Белочке было тяжело по причине маленькой головы. Поэтому она руководствовалась традициями вековыми, то есть жила впроголодь, пока Кабан жирел.

Кабану тоже предлагали как-то с Белочкой договориться, чтоб сотрудничество на взаимовыгодных условиях шло, типа так лучше будет всем. Но Кабан отвечал, что Белочку всё устраивает, а та и не возражала особо. Потому что так сложилось исторически.

Лось должен был улучшать лес, а пытался улучшить жизнь в лесу. Казалось бы, что это одно и то же, но разница огромна. Непостижима даже иногда.

Медведь пытался что-то сделать с жизнью в лесу, но получалось только дать 3,14здюлей волкам. Система была очень устойчивая. Медведь решил остановиться на том, что получалось и заняться собой. И это тоже не задалось как-то.

Зайка научился от Барсука находить во всё происходящем хорошее. Хорошего не было, а Зайка находил. Хотелось его пожалеть, но не получалось.

Лисичка знала, как сделать лучше. Система знала, как бороться с теми, кто знает. Лисичка была права. Все признавали, что Лисичка права и так дальше нельзя. Ничего не менялось.

Рысь понимала, что пора валить. Но для того, чтобы валить, она ждала внешнего воздействия. Вопреки расхожему мнению о том, что всем вокруг было интересно и важно творящееся в лесу непотребство, никто из обитателей соседних локаций происходящим в лесу не интересовался вообще. Совсем. Никогда. Ни секунды. За пятнадцать километров от леса подавляющее большинство фауны даже не догадывалось о существовании этого сказочного места. Отдельные коровы составляли статистическую погрешность и неожиданный сюрприз к столу.

У Косули было всё хорошо. Для сложных рефлексий у неё был слишком маленький мозг и слишком частые оргазмы. Оргазмы со временем приелись, но до сложных рефлексий так и не дошло. А потом её Рысь и сожрала уже.

Барсук пытался привнести в систему, в лесную жизнь, что-то новое. Чем гаже, бессмысленнее и идиотичнее были эти привнесения, тем быстрее, благодарнее и повсеместнее они частью системы становились. Убрать впоследствии их не было никакой возможности. 

Волки получали 3,14здюлей снова и снова, а в конце выстояли и превозмогли, потому что закалились и не сдавались. Вот так всегда в естественном отборе побеждают наиболее приспособленные, то есть тупые и отбитые.

Бобра здесь нет. Он валит лес. Всё держится на нём. Ёжик летает снаружи всех измерений.