Сергей - сломанная судьба

 
  Начало навигации каждого года всегда преподносила нам на флоте какие – нибудь непредвиденные сюрпризы, которые и предвидеть невозможно. Да это и не мудрено. Это речная жизнь так устроена. Экипажи  потихоньку год от года понемногу менялись. На судно приходили новые люди со своими характерами и тараканами в голове, скрытыми от глаз людских, и какие они будут в коллективе, показывало время.

 Так и на этот раз. Перед началом навигации прислали к нам на теплоход старпома. Да не простого, а прямо зеленого - молодого курсанта из – за парты, только – что окончившего  Ростовское речное училище. Обычно им, «салагам» - неразумным, по окончании дают второго штурмана, а вот чтобы старпома - с самостоятельным несением вахты – это большая редкость.

 Только за прилежную учебу, но и то не всегда. Признаться, особой радости от такого неожиданного «подарка» на наш теплоход что - то не испытывал.  Это на теплоходе не моториста учить, который всегда на виду. Мрачная картина в сознании вырисовывалась. А по факту старпому ведь нужно самостоятельно вахту нести и именно от него жизнь экипажа будут зависеть.

 Канал - это каменный мешок, шуток не любит, движение адское  монстрами – теплоходами забитый. Все,  значит, прощай спокойствие. Свою вахту стой, да еще и со старпомом этим майся. Да только зря беспокоился. Серега  старпомом оказался смышленым парнем, быстро все на лету схватывал. Видно сразу стало, что на практиках не время отбывал, а речную премудрость изучал основательно. И судоводителем оказался толковым, если человеку интересна работа, он быстро все поймет.

 Мог даже без запинки  сказать на каком километре стоит путевой номерной береговой знак на канале, на что мы никогда не обращали внимания. Вообщем прижился парень, ко двору пришелся. Не пожалел такому назначению.
 
В Красноармейске на стоянках, мы часто с местными юниорами на площадке играли в футбол. Сколачивали из нескольких теплоходов команду, за круглый мяч, и вперед на местных «мастеров», как на амбразуру за синяками шли в бой.  И однажды, в самый ответственный момент, когда команда проигрывала, у Сергея порвался ботинок, с подошвой распрощавшись, но он не ушел с поля, оставив команду в меньшинстве, так в одном и доиграл до конца, вырвав ничью.

 Здесь уже окончательно уверовал в него – такой не подведет, не оставит в трудной ситуации. Это была с одна из немногих спокойных навигаций на моей памяти. По окончании которой я с легким сердцем дал ему рекомендацию на дальнейшее дипломирование. Расти дорогой! Молод ты! У тебя еще вся жизнь впереди! Главное, правильно ею мудро распорядись.

Вот  и в новом общежитии ему комнату дали, и с девчонкой молодой  поварихой  хорошей повстречался. Да только судьба- злодейка по - своему распорядилась. Приглянулся симпатичный  Сергей одной кокше – разведенке с ребенком, и она в кругу своих  девчат - собутыльниц, на спор его и отбила у неопытной соперницы, вскоре женив на себе. Пила Ленка по – черному, по нескольку дней к ряду в загул уходила. И Серегу быстренько этому научила.

 А что учиться – то, хватай деньги и беги за очередной бутылкой – это дело не хитрое. Трудно было Сергея назвать невинной жертвой. Причина всех событий зачастую скрывается не столько обстоятельствах или других людях, сколько в нем  самом. Не глупый ведь парень был, знал куда голову всунул. Нравы общаги тех лет, между двумя навигациями, мы приблизительно знаем, наслышаны.

 Приходилось молодому мужу протрезвев  иногда жену искать на всех четырех этажах, гадая у закрытых  комнат - здесь  она или на другом этаже обитает?  Всякого скандального бывало, в основном ничего хорошего. Мог ведь уйти с тонущего корабля, да слабый характер не давал. Год бежит за годом, навигация за навигацией. Так и работал Сергей,  меняя теплоходы с теперь уже с двумя детьми и женой, с  флота  не уходя.

 Перед развалом КССЗ, когда суда катастрофически стали исчезать из затона завода, а команды уплотнялись на еще оставшиеся. Мы встретились с Сергеем вновь на одном теплоходе. Это был уже не тот «зеленый» старпом, а возмужавший опытный капитан, и уже мне пришлось быть под его командованием сменным капитаном.  Техника есть техника, у нее удивительное бывает свойство, ломаться в рейсе в самый неподходящий момент, ремонтировали по – мелкому на местах.

 Но бывали моменты, что только в заводе могли устранить большую поломку. Вот и приходилось порой на одном двигателе  спускаться в  Калач  с двумя баржами  гружеными зерном с верховьев Дона. В такой аховой ситуации на перекатах приходилось судоводителю проявлять все свое мастерство. Не всякий капитан отважится на такой рейс.

  Нет, все – таки Сергей был судоводителем от бога, за две навигации, что мне пришлось с ним проработать, ни разу в аварии не попадали. О своей роли на подстраховке я скромно умолчу. Но это были самые худшие навигации в моей жизни. Пьянки, пьянки, бесконечные пьянки. И не только с Ленкой - женой, работавшей у нас поварихой, а еще и команда с ними пила напропалую, практиканты тоже быстро к этому пристрастились. Стоянки теплохода при погрузке и выгрузке, были кошмаром для меня, остававшимся иногда единственным трезвым и вменяемым на судне.

 Месячных планов тогда уже не было, обстановки на Дону  тоже, диспетчерские пункты с верховьев подавно убрали, контроля за нами никакого. Вот и останавливались где придется у станиц на ночевку, а там самогонку еще больше стали гнать, чем прежде.  И тогда уже зависали по нескольку дней на одном месте. Я не был сторонним наблюдателем.

 Боролся. Сперва за него, но поняв, что это бесполезно, против него, и в конце второй навигации расстались мы с ним не совсем по – доброму. Наверное, за мои мучения дали мне другой   теплоход, сделал на нем средний ремонт, Работай не хочу, но и тот через пару навигаций продали куда – то вдаль. А Серегуразжаловали с капитанов, ушел он с женой в техучасток, но и там долго не продержался.

С тех пор по – моему нигде больше и не работал. Жил все также в общаге, за столько лет не заработав квартиры. Со спившейся женой потихоньку разбежался, обитала она где - то в Пятиморске  на дачах неприкаянно. Встретил ее как - то на улице, не узнав, пока она меня не позвала. Был в шоке, передо мной стояла семидесятилетняя старуха сорока лет, а ведь еще не стара годами. Про ее двоих брошенных детей я уже не говорю.

 Дети алкоголиков - это уже другая больная трагедия. Встречался иногда и Сергеем на дороге. Но это уже не человек, что –то наподобие. Проходил мимо, как зомби, тупой остановившийся взгляд ничего не соображающий. Страшно смотреть было. Утром торопясь на работу, иногда видел его копающегося в мусорных баках, и думал: «Что же ты сделал с собой юный старпом и бывший капитан?

 Поначалу имевший такую хорошую дорогу речника и светлую репутацию! Перспективный при Советской власти, весь флот перед тобой был открыт. Завод капитанам старался в первую очередь квартиры дать, а ты как был в общаге так в ней и остался уже навсегда. Дай бог, чтобы при этом углу хотя бы остался.

Быстро бегут года, а вот и льготная речная и пенсия нагрянула неожиданно. Да только для Сергея принесла она неразрешимые проблемы по оформлению. По слухам, все свои документы он где – то посеял по – пьяни. Была ли жизнь, или ее не было у человека? Проходил всю жизнь с «поясом самоубийцы», составленный из водочных бутылок. Да и не один он такой на белом свете.

Сколько их по нашим городам и селам влачат жалкую жизнь по сию пору, неизвестно. Вот и бесславный конец наступил. Не дожив и до шестидесяти, его не стало. Собрали обитатели общаги ему на похороны, и прости – прощай в последний путь. Стоит сегодня его заброшенная заросшая, никому не нужная могила, неприкаянным холмиком. Проходят мимо люди, скользнув по ней равнодушным взглядом, и спеша мимо к своей умершей родне.