Глава 7. Шакалье отродье

То, что вчера произошло, Илья с трудом вспоминал. Да, пришли они с Демьяном на место старого дома его прадеда или деда. Какие-то там видения у него начались. Может это действительно от какой-то наркотической травы происходит, которая растет там? Но на дворе уже ноябрь, все вокруг высохло, да и тимофеевка, одуванчики, иван-чай с подорожником разве наркотики. А может это все от усталости, или от запахов разных присыпок, которые кузнец добавляет то в железо, то в медь.
Илья наклонился над ведром с водой, посмотрел в свое отражение и улыбнулся, подумав о том, что скоро он станет самым счастливым человеком на свете, отцом. Отцом!
- Илья, - окликнул его кузнец, - если так дело пошло, то скоро родственниками станем. А?
Илья посмотрел на него, и невольно удивился тому, что Демьян его мысли читает. А может и не так, просто об одном и том же думают.
Илья сел на полено, и прижав мокрые волосы ко лбу, и обтираясь полотенцем, посмотрел на кузнеца:
- Даже не верится, что скоро стану отцом. Отцом! Буду сам воспитывать своего ребенка, буду учить его ходить, говорить, объяснять, что такое хорошо, что такое плохо. Интересно, побыстрее бы это настало.
- Да-а, - восторженно встретил радость Ильи кузнец. – А вот нам не повезло, только одна Лена. Мечтали пять детей иметь, или шесть, но вот Вера сильно заболела по-женски, но все равно повезло, хоть один ребенок, а у других и того нет.
- А у вашего отца?
- Тоже один, я.
- А у деда, один – отец ваш?
- И…, - Илья остановил себя от вопроса, который чуть не задал, мол, а у них почему по одному ребенку? Вроде бы и не принято было в деревне по одному ребенку рожать.  Не рок ли это, какой-то, над семьей Медведевых стоит?
Демьян Демьянович вроде бы и сам догадался, какой вопрос хотел ему задать будущий зять, оперся руками на колени, встал:
- Как будто кто-то заколдовал наш род, у вех по одному ребенку и все. Хотели даже с детдома ребят взять, но только начинаем туда с женой собираться, так что-то происходит или со мной, или с ней. Да-да, вот так, - у Демьяна испортилось настроение.
Илья пошел за ним по двору, коря себя, что не удержался от этих вопросов, на которые ему могла ответить и Леночка. 
- Ну, что сегодня выходной, - почесывая локоть, сказал кузнец. - Чем займемся?
- Я хотел бы сходить на кладбище, убрать мусор на могилке отца, деда.
- Я с тобой, тоже давно там не был, - сказал Демьян и пошел в сарай.
Илья зашел во времянку и, чмокнув спящую на кровати Лену, прошептал ей:
- С отцом на кладбище схожу, порядок нужно на могилках навести. Спи.
Лена  сладко потянулась и, обхватив шею Ильи своей горячей рукой, не открывая глаз, поцеловала его в щеку и прошептала:
- Только недолго вы там работайте. Сейчас встану и буду варить щи. А какой пирог хочешь?
- Из ананаса, - прошептал Илья.
- Ой, а что это такое? - повисла на шее Ильи и, не сдерживая радостной улыбки, спросила Елена.
- Не знаю, - смеется Илья. – Ты лучше отдохни, - и еще раз поцеловав свою любимую в губы, прилег с ней, целуя свою любимую в ушко, висок…

Солнце еще только-только начинает просыпаться, полукруг белого света от него становится больше и больше, светлее, а с ним и все оживает вокруг. Где-то сорока застрекотала, воробьи спорхнули на землю. И только сейчас обратил Илья, что идут они с Демьяном не в сторону поля, за которым деревенское кладбище, а, в другую – к сухому болоту.
Чурались люди этого места. Ходили слухи, что когда-то там захоронили скот зараженный какой-то болезнью страшной, то ли чумой, то ли холерой, и после этого на том лесном участке деревья стали чахнуть, земля мхом болотным зарастать, и ничего  там не растет, ни морошка, ни клюква, ни какая другая ягода, и людям нечего туда ходить, что бы заразу какую-нибудь в село не принести. Чего только не говорили про эти места... И название ему дали Сухое  болото.
Но Илья не стал расспрашивать Демьяна о том, куда идут, а только старается от него не отставать. Вот вышли к берегу реки, по завалу бревен перешли на другой берег, и подались дальше, через колючий кустарник дикой малины, шиповника.
Демьян идет быстро, по знакомой только ему дорожке, и Илья торопится за ним, лишь бы не отстать.
Лес закончился и перед ними болото, одни коряги торчат из земли. Демьян остановился, перевел дух, вытер со лба пот и посмотрел на Илью.
- Давай так договоримся, это тот секрет, о котором ни одна живая душа из деревни, не должна знать.
Илья кивнул головой. Но Демьян продолжает упорно смотреть на него, словно кивка ему мало, ждет слова. Илья поднял голову и также открыто посмотрел на кузнеца, словно, отвечая еще раз своим твердым согласием.
- Хорошо, - подобревшим голосом буркнул Демьян, и, положив на траву тяпку с граблями, пошел дальше по болоту. Оно сухое, хотя на вид, кажется мокрым. Ноги проваливаются в зеленый мох, мягкую землю.
- Вот ориентир, - ткнул кузнец в сторону наполовину поднявшегося над землей солнца. – Да не на солнце смотри, а на березу с раздвоенными стволами. Она выкована кем-то может даже кем-то из моих предков.
Илья дотронулся до березы, провел по ее стволам ладонью, и с удивлением посмотрел на Демьяна:
- Даже ржавчины нет.
- Знать бы секрет этого железа, - вздохнул кузнец.
Поклонился Демьян березе, и шагнул между ее стволов, да исчез, хотя видно, что за нею продолжается то же болото. Обошел березу Илья со всех сторон, нет кузнеца, перекрестился и сделал шаг между скрюченных стволов железного дерева, но ничего не произошло, оказался он на том же месте, только с другой стороны дерева железного.
Подумал, удивляться этому или нет, вернулся назад, замер и ждет возвращения кузнеца. А самому мысли беспокойные в голову снова лезут: не новое ли это видение. Может спит?
Но, раздвинув пленку тумана, появившегося между скрюченными стволами березы, выглянул Демьян и сказал Илье:
- Сначала поклонись, и скажи про себя: «Прими, Демон, раба своего кузнеца».
Холодом пробило по всему телу Ильи от услышанного. Да не простым холодом, а необычным каким-то, мрачным, с запахом сырости, ползущей и достающей его тело до всех конечностей, до всех внутренностей и костей. Задрожало тело Ильи, сделал он шаг назад и замер, ощущая, что тело его становится ледяным, и если чего-то сейчас не сделает, то не удержится, упадет и рассыплется на мелкие ледышки.
Вспомнил Илья слова кузнеца, собрал в себе все силы, поклонился березе и прошептал:
- Прими, Демон, раба своего кузнеца! Прими, Демон, раба своего кузнеца, Илью, - и тут же почувствовал, что какая-то воздушная сила толкнула его в спину, и он словно взлетев над землей, погрузился в какой-то смог и тут же оказался в лесу. В необычном лесу, в котором вместо деревьев стоят их каменные истуканы, вместо травы – паутина, с капельками золотистой росы, и вокруг туман, молочный, воздушный, прозрачный.
Сделал Илья шаг к Демьяну, стоящему рядом, да оступился и, чуть не потеряв равновесие, ища руками опору, схватился за дерево. А оно вздохнуло по-человечески и, как человек от неожиданности, испуганно взвизгнуло: ах-х. С испугу отпрянул от его холодного ствола Илья, и в недоумении смотрит на Демьяна, а тот говорит:
- Вечная у него мука быть деревом, нарушил заповеди, - и пошел.
Напрягшись всем телом Илья отпрыгнул назад, и обратил внимание, что стоит не на земле покрытой паутиной, а на колышущихся телах человеческих, и вместо паутины, руки тянутся к нему, и на каждом пальце их рыдающие головы, величиной с ноготь.
И вновь какая-то неведомая сила подхватила Илью и толкнула в спину, в сторону кузнеца, ожидающего его на поляне. А вокруг этой поляны домики стоят, не большие. Открываются их дверцы и выходят на порог женщины в платьях серых, улыбаются Демьяну, и кланяются, приглашая к себе в дом. И дома их маленькие, сложенные из серого камня скального. Но не идет к ним Демьян, поклонился как можно ниже, еще раз, другой и взглянул на Илью, словно подсказывая, чтобы и тот последовал его примеру.
И Илья так же сделал, улыбнулся и поклонился им.
- Это зять мой, - сказал он, - скоро внука растить моего начнет. А где деды?
- Там, - сказала одна из женщин и, показав куда-то в сторону, а сама не сводит глаз с Ильи, и говорит Демьяну. – Это же сам Миролюб, - и поклонилась ему.
Заплакали навзрыд женщины, упали перед Ильей на колени, и запричитали:
- Спаси нас Миролюб от этого Демона. Спаси наших мужей из его рабства, только ты знаешь секрет, как с…
Отпрянул от них Илья, вытер холодный пот со лба и ничего не поймет…, лежит он в постели, в своей времянке и щурится от солнечных лучей, пробивающихся в окно…
Дверь открылась, Демьян Демьянович заглянул:
- Илюшка, ты чего, не пойдешь на кладбище?

-2-

Нагнувшись над ведром с водой, Илья посмотрел на свое отражение в ней. Лицо «качается» в толще воды, словно в киселе. Интересно, а может я сам это отражение его, подумал Илья. Это не я, а он сейчас встал и подошел к ведру и заглянул в него, а тут я, вон какую бороду смешную отпустил. Илья провел ладонью по нижней скуле, по верхней губе, щекам, заросшим, местами еще колющимися, волосками. Да, и Ленке моя бородка нравится, чем-то становлюсь похожим на ее отца, только она у него седая, а у меня какая-то рыже-русая. Да, а у отца моего вот и не помню, была борода или нет. Уже привык я к Демьяну, и теперь путаюсь. Нужно у мамы спросить. 
«Интересно, сколько уже времени, - отвлекся от мыслей об отце Илья. - А то, что он ходил на то болото с Демьяном, это сон значит» - опустил руки в воду, она холодная, сложил их лодочкой и зачерпнул в неё воды и сразу же окатил лицо.
- Фр-р-р!
Еще раз плеснул воды, только уже на шею, и тут же вскочил, словно, обожженный холодом. Отряхнул голову и взял полотенце, вытерся им. Осмотрел его узор, и невольно удивился, это ж он утром им вытирался и оставил дома, как же оно здесь оказалось?
Оглянулся на дом Медведевых, никого, ставни на окнах открыты, на двери входной замка нет, и, показалось, что занавеска на кухонном окне дернулась. Это, наверное, Демьян за ним наблюдает.
- О-о-о! – услышал он голос выходящего из кузницы и вытирающего руки о тряпку Демьяна Демьяновича. – Ну, Илья, ты со-о-оня! – басит он. - И правильно, а то мы уже с тобой три недели без выходных работаем. Давай завтра на кладбище пойдем, а сегодня - на рыбалку сходим, или к Семену с Марфой. – А сейчас, давай перекусим, - полуобняв за спину Илью Демьян повел его в дом.
Сметана с творогом – объедение. Илья уже не стеснялся в этом доме никого и, набирая полную ложку этой белой массы, с удовольствием набивал ею рот и жевал, от смеху еле удерживая её во рту, слушая очередной анекдот Демьяна.
- А может капельку лавы нашей, а? – вдруг спросил Демьян и моргнул Илье.
- Боюсь, - отказался Илья. – Впереди целый день, а после нее опьянею… - и запнулся.
- Ну что ж, - поднялся из-за стола Демьян, - как хочешь, - вздохнув, посмотрел на икону, перекрестился, и поцеловав крест, висящий у себя на груди, сказал, - Да ладно, а я все-таки кружечку пропущу, и перекрестился.
Илья, провожая его взглядом, все думал, рассказать ли Демьяну сон, про Сухое болото с березой, выкованной предками кузнеца, или нет. Не решился.

Вышел на улицу, дождался, пока кузнец с бутылкой в дом зайдет, и пошел по дорожке через огород. Несмотря на то, что солнце поднялось над горизонтом, воздух холодный, трава хрустит под ногами, и идти легко, ускорил шаг. А вот куда идти по тропке, бегущей по берегу реки. Повернул направо.
И не ошибся, метров через сто у завала остановился, осмотрелся, прикрыл глаза и, подняв подбородок, подставил свое лицо навстречу солнечным лучам.
Веки розовой пленкой закрывают его глаза от солнечных лучей, и ручейки артерий разрезают их красными кровеносными нитями. Красиво. Открыл глаза, жмурится.
«И что дальше делать? – Илья сделал полшага к завалу. – Ведь здесь и в детстве не был, только что-то слышал о Сухом болоте, да об этом завале. Нет, все таки нужно посмотреть, не сюда ли меня вел Демьян во сне?» - и пошел.
А тропки нет, заросла, только метки ее просматриваются в траве, или кажется, только бы не потеряться здесь, а то Демьян обидится, что снова Илья пропал. А ноги бегут, словно знают куда. А вот и завал в реке, видно здесь когда-то мост был, а потом его завалило топляком, вот и образовался эта гора бревен, по которой без труда можно перейти на тот берег. Перешел.
Оказывается эта часть реки бугор разрезает и метров через пятьдесят, может, и больше небольшой обрыв, а впереди – болото. Аж сердце у Ильи екнуло и забилось, именно здесь он с Демьяном во сне был.
Ткнул веткой по мху, сломалась, попробовал ногой: мох проваливается и нога упирается в мягкий грунт. Посмотрел на середину болота, а вон и та береза, раздвоенная. Все в точности, неужели такое может быть, сон - видение.
И деревце железное, оцарапав ногтями по коре, подумал Илья, внимательно рассматривая «березу». Да, бывает же, железо, а белое, как кора. Совсем тонкая, и тянется как кора березовая, но не рвется, кожа пальца с нее соскальзывает. И железо какое-то мягкое, не режет кожу…
- Прими, Демон, раба своего кузнеца, - с дрожащим голосом прошептал Илья. И ничего не произошло с ним. Еще раз повторил, шагнул между деревьев, и опять ничего, и со всей силы закричал: «Прими, Демон…», - и голос засипел.
Присел Илья от безысходности у дерева, взялся за его кору рукой, а она-то древесная. Растер ее в пальцах в труху, древесная. И побежал назад…
Как Илья нашел выход из этого леса и сам не поймет. Бежал по нему в каком-то непонятном для себя состоянии, словно от язвительно надсмехающихся над ним деревьев и кустарников, сорок и дятла, громко строчащего клювом по дереву, как пулемет. И только завал на реке остановил его.
Удивительно, вроде на том болоте чуть-чуть был, а вышел из леса смеркается.

-3-

- Где ж это тебя носило? – подав Илье кружку с водой, спросил Демьян.
- Сам не пойму, Демьян Демьянович, глупость приснилась какая-то, будто на Сухое болото с вами пошел, через березовые ворота на Тот Свет… - и вопросительно посмотрел на кузнеца.
А тот сжав в замок свои крупные ладони не сводит с него глаз.
- Березовые, говоришь? Как говорят в народе, в ночь со среды на четверг сон исполняется. А сегодня вроде не тот день. Ладно, - Демьян Демьянович встал, - так нашел то место, с воротами березовыми?
- Нет, - соврал Илья.
- Интересные дела! С тобой вот вроде все нормально, а что-то на душе ломит, не знаю. Пойду-ка на ферму, что-то наши девки задерживаются, - и, хлебнув остатки воды из кружки, пошел к калитке.
И пес тут же взбрехнул, не гавкнул, а как бы по-своему, по-собачьи, словно, что-то хочет сказать Демьяну.
 - Я с вами, - окликнул его Илья. 
Шли быстро. Теперь и Илья почувствовал, что что-то и у него на душе не спокойно стало. Хоть бы только беды там, на ферме не было. И бежит за кузнецом.
На ферме ворота в хоздвор открыты навзничь. Забор, разделяющий выпасной двор от стогов с сеном – разломан, как и дверь в сырный цех, она висит на одном гвозде. Хорошо, дизельную станцию не тронули, лампочки освещают двор, все видно.
- Нет, это не медведь, - осматривая следы на земле у сломанной двери в сырный цех, сказал Демьян.
И только сейчас Илья услышал женский плач. Откуда он идет?
- Где-то в коровнике, - сказал Демьян и побежал туда. Висящий замок на двери он с легкостью сорвал, и из коровника бросились к ним навстречу плачущие женщины.
… И только сейчас Илья, обнимая свою мать и Елену, заметил, что плачет вместе с ними навзрыд.
- А где, Анна Павловна? – спросила Марфа, ее с нами не было.
- Ой, бабы, - вдруг истерично закричала на всю ферму незнакомая женщина, - эти же сволочи, забрали с собой Анну, - и такой крик поднялся на ферме.

      -4-

Демьян умело управлял молодым жеребцом фермерши, запряженным в повозку. Илья, сидел рядом с ним, и всеми руками, пытаясь удержаться в скачущей под ним бричке, схватился за ее край и сиденье.
Луна, размером с батон сыра, серебристым светом освещала дорогу.
- Демьян Демьянович, а может милиционера нужно с нами взять и еще кого-нибудь?
- Навряд ли их догоним, часа два как бандюги из фермы уехали, - кричит в ответ Демьян, - и Анку, скорее всего для испугу с собой взяли, да где-нибудь по дороге выбросили. И все, так что не за бандитами мы гонимся, а посмотреть, где она.
- Тпру-у! – вдруг изменив свой крик до громкого шепота, остановил коня Демьян. – Ты смотри, а вроде и дождя не было, а колея от бандитской машины все глубже и глубже становится, - спрыгнув с брички на землю, кузнец, освещая фонарем дорогу, пошел вперед.
Илья, не мешкая, догнал его, и, стукая ботинком по крепкой, давно высохшей глине, с удивлением смотрит на кузнеца.
- Может, это раньше было?
- Не пойму сам, след-то, вроде бы, свежий, – сбивает пыль со следа Демьян. – Других следов от машины и нет здесь, - освещает фонариком вокруг себя кузнец. - Это самые свежие. Может, они по колее ехали? Зачем?

Теперь Демьян не торопил коня, встал со скамейки, и, светя фонарем вперед, пытался хоть чуть-чуть рассмотреть дорогу.
- Блин, ты смотри, - остановил он коня. – Колея все глубже и глубже. Бывает же такое, земля сухая, а машина, которая едет по ней, проваливается да так глубоко. И это несмотря на то, что шины у нее широкие, да и грузовик, подумай, сам по себе, ну тонн пять весит, а проваливается как.
Поле кончилось, но и лесная дорога хорошо освещена луной, висящей прямо над ними.
- Стой! – остановил коня Демьян и спрыгнул с повозки и побежал вперед. Присел около какого-то лежащего мешка, или бревна. - Ох, Боже упаси! Аня, Анечка, ты жива? – кричит он.
- Ой, Демьян, - простонала она. – Милый мой, неужели я жива? – видно еще не веря тому, что с ней  произошло, тихо заплакала Устьянова.
- Да, жива, жива!
Уложив Анну Павловну в повозку, на подстеленную куртку Демьяна, и укрыв ее ватником Ильи, кузнец полез в повозку, но Илья потихоньку его потянул к себе, и, приложив указательный палец к своим губам, махнул ему головой, мол, не торопись, есть еще одно дело.
Демьян, глядя на него, потихонечку слез с брички:
- Что? – прошептал он.
- Пойдем. Что-то здесь не то произошло. Пошли, - и пошел по дороге дальше.
- Ты что? – попытался остановить его кузнец.
Илья остановился и, подняв указательный палец, сказал:
- Прислушайтесь.
Теперь и Демьян услышал ровный рокот мотора автомобиля и, пройдя чуть дальше, они увидели грузовик ГАЗ-66, застрявший в земле.
- Что-то совсем непонятное здесь произошло, - смотрит вдаль Демьян, - дорога-то сухая, а машина повязла в ней, как в болотной трясине. Не может такого быть!
Илья подошел поближе, внимательно осматривая все вокруг, и тут же, невольно вздрогнул, увидев перед собой разорванное, окровавленное тело мужика. Второй лежал под колесом, третий – наполовину свешивался из кузова.
- Да-а, и чего делать с ними будем? – перевернув первого на спину, спросил кузнец. – Ты смотри, - он осветил всю в крови на нем рванную рубашку и приподняв ее, в мгновение отскочив назад. – Фу!
- Чего? – не понял Илья и посмотрел на отдернутую рубашку и увидел вылезшие из живота кишки. – Ой, - отвернулся от лежащего человека Илья.
У второго была располосована голова, словно ножом или топором, и – спина, с тремя или четырьмя глубокими порезами, тянущимися от затылка до пояса.
Отступил в сторону Илья, отдышаться не может, рвота к горлу подступает. Закрыл рот и начал глубоко дышать, уставившись в землю.
- Фу-у, - выдохнул он громко и присел на землю, но позывы рвоты не отпускали, хотя и голодным был. И опять плотно сдавив губы начал делать медленные вдохи и выдохи носом, рассматривая сухую глину, каждую ее трещинку. И, невольно обратил внимание на след какой-то необычный, прямо рядом с глубокой колеей от следов колес машины. Да это же копыта? Пригляделся внимательнее – след от копыта, лошадиного. Но не лосиного, и не оленьего, кто ж на копыто этого животного подкову поставит? Верно, копыто как копыто, с подковой, ее след особенно хорошо просматривается, с завитушками какими-то на концах. Может это Демьяна работа, на концах подковы буква «Л» выкована, с завитушками на кончиках, одна вверх смотрит, другая – вниз.
- Демьян Демьянович, - окликнул Илья кузнеца, - это не ваша работа? – и ткнул пальцем вслед от подковы.
- Что показываешь? – всматривается в землю Демьян.
- Да вот, смотрите, видите след от копыта лошадиного, и подковы. Не вы ее подковали?
- Ты это о чем? – присел рядом кузнец.
- Да вот и вот, и дальше, видите следы от копыт?
- Нет, - смутился Демьян.
- Да вот же! – дотронулся до самого следа Илья.
Демьян рассматривает это место:
- Ничего не вижу.
- Да вот же!
Демьян встал и рассматривает это место с высоты своего роста, но опять машет головой:
- Может у меня что-то со зрением стало, нот ничего не вижу, Илюша.
- А здесь? - ткнул Илья в более глубокую метку от копыта.   
- Да ничего не вижу. Это старый след, и не поймешь от чего.
Илья встал, развел руками, но удивление свое постарался оставить незамеченным для кузнеца…

Третий мужик, что свешивался с кузова машины, пришел в себя, но не подпустил к себе Демьяна с Ильей, водя со стороны в сторону ружьем.
Он тоже был весь в крови, и, похоже, одна рука сломана, она висела сама по себе, а глаза – расширены, как у быка во время гона. Холодок прошел по телу, и Илья невольно сделал шаг назад, упершись в Демьяна.
Но бандит их не видел, он искал кого-то другого, осматриваясь по сторонам.
Демьян потащил Илью за собой назад.
- Где ты? - плача прокричал мужик. – Где ты?
- Вот нечисть поганая! – прошептал кузнец. – Илюша, пойдем, пойдем, нечего стоять, а то еще пальнет.

-5-

- Вот дела, - Петр Аркадьевич переступил через труп мужчины с вываленными на землю кишками, подошел ко второму. – Да, грубо говоря, медвежья работа. Ты смотри, а, Демьян, грубо говоря, а? Точно мишкина работа. А третий был, говоришь, в крови и рука сломана. Да, грубо говоря.
- Ну, я прошел туда чуть, - махнул в сторону леса Демьян, - никого нет. Ни там, ни там. Может он дальше, там где-то на дорогу выскочил, да в город побежал.
- Все может быть, грубо говоря, - согласился бывший участковый.
- Ну что делать-то будем?
- Очень, грубо говоря, вонючее это дело, - покачал головой Петр. – Вот смотри, на баб напали, попужжали, заставили их весь сыр в машину сложить. Так? – Андреев зажал один палец на руке. Вот. Второе, здесь их машина попала в какую-то непонятную трясину, - ударил сапогом по твердой земле Петр. - Вылез медведь из лесу, порвал их, одного живым оставил. Два, - зажал второй палец. Вот и все, грубо говоря.
Петр осмотрел кузов.
- Сколько там головок сыра, пятьдесят?
- Почти угадал, пятьдесят четыре, Анька говорила.
- Ну что получается, - Петр обернулся к Демьяну. – Ну, сам решай. Если мы сейчас в район передадим это дело, грубо говоря, то, в первую очередь, виновными в их смерти будут фермерша и доярки.
- Как? Удивился Демьян.
- А так, - снова раскрыл свою ладонь перед кузнецом Андреев. – Демьян, грубо говоря, следствие послушает и того, который убежал. Понял? А бандитам что, ну скажут купили, грубо говоря, сыр и повезли его в город. Но, кто-то из деревенских их догнал и поубивал. Грубо говоря, и не смотри на меня, Демьян, как на дурака!
Демьян вздохнул:
- Мистика какая-то.
- Значит, грубо говоря, ты согласен со мной?
- Петр, а вот, - и кузнец ткнул рукой в борт кузова, - вот же они следы медвежьей лапы, то есть когтей! Вот, смотри! И на их телах  те же следы.
- Э-э, Демьян, так вот в этом всем и есть закавыка. Это, грубо говоря, следствие посчитает, как продуманное убийство. Эти полосы можно и топором сделать, и ножом, и стамеской. Чем хочешь, грубо говоря.
- Считаешь?
Петр Аркадьевич развел руками.
- И не докажем?
- Не а.
- Да, и как все это не вовремя. И сыр оставим?
- Нет. Зачем же? Зверям, что ли, так они и не знают, что это такое.
- Та-ак…
- Без «так» давай, подгоняй бричку. Я с машины буду его бросать, а ты укладывай.
Демьян посмотрел на Петра и как-то невольно удивился ему: как нервничает, так постоянно повторяется «грубо говоря», «грубо говоря», а как успокоится – забывает о нем. Значит, все рассчитал и успокоился, это хороший знак.
Головки сыра полностью заполнили повозку. Петр смел веткой вокруг машины оставленные ими следы, которых в принципе, и нет. Протащил за собой ветку метров на сто, стирая ею следы от повозки, а потом зацепив по ветке с обоих сторон, поехали.
- Ну что думаешь, Петь?
- Сам ничего не могу понять? Медведь, машина на сухой дороге увязла, как в мокрой глине. Только один правду знает, что здесь могло произойти, тот, который убежал. Только он наше спасение.
- Как так?
- Своим, Дема, расскажет, как все было здесь, и они не пойдут завтра, грубо говоря, с нами на стрелку. Не порежут, грубо говоря, нас.
- А сыр?
- А что сыр? Приедут за ним, грубо говоря, тогда встретим их как положено. А некуда нам, грубо говоря, уже деваться.
- Да, - поднял вверх указательный палец Демьян. – Ты посмотри здесь внимательнее, Илюшка между колеями от колес показывал какие-то следы от лошадиных копыт с подковами, я как не присматривался к тем местам, а их так и не увидел. Ты-ка посмотри сам, а то.
- Че «то»? – спрыгнул с брички Петр и пошел дальше, между колеей автомобиля всматриваясь в следы. – Ну, только вот от наших колес и вижу.
- Да ты внимательнее посмотри, а то как-то стыдно перед Ильей, он говорил, что в следах подков иероглиф был типа буквы «Л» с витушками на концах – одна вниз, другая вверх смотрит.
Петр пошел дальше, внимательно рассматривая следы автомобиля и рядом с ним, далеко - за поворот дороги, там, где прошла только одна лошадь с их бричкой. Приседал, внимательно рассматривал, местами, чуть ли не каждый сантиметр земли, но через полчаса, не меньше, вернулся к бричке и развел руками, мол, ничего не увидел.


Рецензии