Литература нового времени дополненное

Франц Кафка, Джером Сэлинджер, Габриель Гарсия Маркес и иные... Имена ХХ-го века. Новое, парадоксальное, запредельное. Смещение акцента от кричащего слова к недосказанности и таинственному огню между слов. Слишком броской стала очевидность, чтобы спешить ее запечатлевать. Человек решительно не хочет потрясений. Недосказанность рождает смысл, словно призывает в описываемых событиях видеть не узкий круг социальных и психологических проблем, политических и экономических противоречий, а и вовсе приподняться над ними, посмотреть на них как бы со стороны, вернее, сверху, как на сплошной театр абсурда, театр кукол, в котором люди кажутся гротескными и неестественными, их проблемы -- донельзя мелочными, а окружающая их обстановка - одна сплошная картонная декорация, дни их - это минуты, которые сочтены, каждому вынесен окончательный приговор, но куклы до самозабвения увлечены суетой. Недосказанность подрабатывает также конферансье в этом театре на полставки, определяя фон главной пьесы, выставляя свет за рампой, двигая кулисы по необходимости, когда нужно, объявляет антракт между актами пьесы. Недосказанность создает, управляет и направляет.
Была литература, говорившая, что было. Чрезмерное увлечение эпосом, сказаниями, сагами, талантливо переработанными авторами средневековья и возрождения, погружающих читателя в романтическую среду, по сути, отвлекая от реальности привело к потребности описывать действительность без прикрас. Стали говорить о том, что есть. И явились и те, которые стали говорить, что будет. Но ХХ-й век потряс абсолютно все устои во всех сферах существования человека, сорвал завесу сокровенного. Когда нормальная жизнь, ожидания, стремления, убеждения оказались всего лишь иллюзиями. В чем смысл жизни? Разве это так уж важно? Зачем задаваться вопросом, на который невозможно получить ответ? Знали прошлое, погружены в настоящее, и то, что будущее неутешительно - очевидно. Но пришла новая плеяда писателей, поэтов, художников и музыкантов, призвавших заглянуть за кулисы существования.
Цель литератора - определить недосказанность. Недосказанность уже не не званный гость, а полноправный хозяин в произведении. В недосказанности - небывалая притягательность. Недосказанность - указывает, судит, пророчит, милует и выносит приговор. Пришли те, которые не описывают и не объясняют, не вскрывают язвы общества, не иронизируют, и не скорбят, а впервые изображают не лица, а за лицами, не действия, а за действиями... За...за. Пришли те, которые творят уже вне линейной шкалы прошлое-настоящее-будущее. Они, как нерадивые школьники, по-хулигански швырнули эту линейку на свалку истории. Пришли те, кто заговорил на языке вечного существования. Недосказанность в каждом событии, человеке, сообществе, политической системе, историческом контексте. Это огонь вечного мира, горнего мира, Света и Любви. Недосказанность - это надежда... Когда сеятель вышел сеять...