Глава 5. Змеиный укус

Что с мальчишкой делать Файзула не знал. Фархад Азиз возвращаться в кишлак не хотел. Айван решил защитить его, подошел к своему командиру и, отведя его в сторону, прошептал: «Кэп, оставь его. Мне жаль, убьют Фархада. У меня сын такой».
Смит, тоже просил его об этом, как и Назир, и Грин. А Файзула так и оставался при своем мнении: задача их диверсионного отряда нести смерть, а не заниматься благотворительностью. Все шли сюда для этой работы и должны быть жестокими инженерами убийств, и вдруг у этих наемников проснулись другие чувства, материнские. Неужели такое может быть? 
Размышляя над этим, Файзула позавидовал Айвану, и именно за то, что у него есть сын. А будет ли такое счастье когда-нибудь у самого Фёдора Кулибина. Он всегда завидовал своим товарищам по классу, у которых есть братья и сестры, матери и отцы. Но он до сих пор не знает, есть ли они у него. Если верить директору детского дома, они погибли, но она так и не назвала ему города или села, в котором они жили.
Да, если останется жив, то обязательно заедет в свой детдом, и попытается уточнить, почему он остался один. И обязательно найдет прекрасную девушку или женщину-вдову и воспитает её сына или дочку вместе со своими детьми. 
Но тут же вспомнилось, что говорил о его будущем незнакомец: «…вы будете убиты на пагманской операции. С вами все ваши сослуживцы попрощаются и отправят
ваше тело домой, в тот город, в котором выросли вы, воспитываясь в детдоме». Неужели это так?
Сон не шел, с большим усилием, Файзула заставил себя думать об операции, идею которой предложил Фарид с Айваном. Но плохое настроение затормаживало ход мыслей, плюс, работать без карты местности горного хребта, разрезающего собой долины провинции Кабула и уезда Пагман, расположения на них проездов, кишлаков, приблизительных, хотя бы, баз противника, и многой другой информации очень тяжело. 
…Проснулся от прохладного воздуха, гулявшего в пещере. Спал в очень неудобной позе, сидя на камне, облокотившись плечом и головой в стену. Но выходить наружу не торопился. Встав и размяв ноги, спину, сделал зарядку. В конце, по привычке тридцать раз отжался от пола, и только после этого почувствовал, что его мышцы начинают восстанавливаться и возвращаются назад силы. А вместе с этим вспомнил вчерашний разговор с Фаридом и Айваном по разработке операции под название «Шайтан», и снова вернулся к мысли о дальнейшей судьбе мальчишки, которого недавно спасли. 
Сравнивать их положение с Великой Отечественной войной никак нельзя. Там Красная Армия воевала на своей земле. У передовых частей, состоявших из крупных соединений и подразделений, занимавших огромные территории, и имевших за собой крепкий тыл – всю свою родную страну, была возможность нести попечение над одним – двумя сиротами. И то это вышестоящим командованием тогда не приветствовалось, как и в партизанских отрядах.
А что же получается здесь, когда находишься в чужой стране с маленьким подразделением, которое не может себя обеспечить даже питанием, не говоря уже о безопасности. Так что мальчика нужно уговорить, чтобы он вернулся в свой кишлак, пришел к тому самому аксакалу, не раз спасавшему его от пришлых моджахедов, и остался жить у него. Чтобы мальчику помочь быстрее принять это решение, нужно настроить его, что он будет их информатором. 
Это, пожалуй, единственный выход из создавшейся ситуации. Без надежды на совершение чего-то полезного Фархад Азиз не согласится возвращаться в родной дом, в котором он потерял отца и мать, братьев и сестер.
Вздохнув, Файзула вышел из пещеры наружу. Солнце уже поднялось выше восточного горного хребта и начало согревать остывшие за ночь камни скал. На первом посту нес службу Грин, он только сменил Уссу, человека, который нравился Фёдору. И, в первую очередь, из-за своего характера: вдумчивого, спокойного. Плюс, он был открытым и контактным человеком, спокойно делился своим опытом и терпеливо обучал Файзулу своим хитростям минера. А теперь у него еще новое качество открылось - доброта. Он не только спас мальца, но и не оставлял его без своего внимания, всюду оберегал, чему-то учил, и это несмотря на то, что не знал языка дари или пушту, на котором говорил юный афганец.   
 И как неудобно было Файзуле, видя это, занимать в отряде позицию злого командира. Но таким его заставляет быть ситуация, в которой они находятся. Это война в чужой стране, где они играют роль убийц. А может ли убийца быть добрым? К своей жертве нет? Но малец-то не враг им.
Эти мысли только нервировали Файзулу, и поэтому он постарался больше не возвращаться к ним. 
«Сам же Усса согласился вчера с ним, что мальчик, вернувшись в кишлак, может, попав в какую-то ситуацию, рассказать о том, где находится их отряд, - ставил последнюю точку в своих размышлениях о будущем мальчика Файзула. – Пусть даже не под пытками, а так, по детскому секрету расскажет своим друзьям. А чтобы те больше ему поверили в этом, то и расскажет, где они находятся. А те после этого еще кому-то проболтаются. Фу, опять вступаю в противоречие с собою», - сплюнул Файзула.    
Уссу он нашел далеко в низине, у ручья. Он осматривал свои «капканы» - растяжки с сигнальными минами. Увидев спускающегося Файзулу, поднял руку, прося его остановиться, и показал, как к нему пройти. 
- Кэп, не ругайся!
Файзула в недоумении посмотрел на наемника.
- Стреляли в пять тридцать, - продолжил он. – Далеко стреляли. Фарид ушел туда, посмотреть, вместе с бачатом.
- С бачаткой, - поправил его Файзула. – С Фархадом.
- Бача знает эти горы, и все дороги по ним.
- Тропки, - снова поправил Уссу Файзула.
- Я знаю русский. У меня семья русская. Дед служил Красная Армия, румыны его взяли в плен, когда была война. Он сидел в лагере, а потом уехал в Канаду. Я знаю русский.
- Извини, - приложил руку к сердцу Файзула.
- Айван на посту тут, - и показал куда-то за спину Файзулы. - Грин наверху. Ночь была тихой. Что ты решал делать с бача?
- Усса, жаль мальца. Он с нами может погибнуть, и там может погибнуть. Нужна еда, одежда, - и посмотрел на не спускающего с него глаз мужчину. 
-Айван видел барана.
- Овцу?
- Ноу, - покачал головой Усса, - вилд энималс.
- Понял, дикого барана. Ну и что?
- Матас режет, ну, делает так, - и ребром ладони начал стучать по другой ладони, которую держал плашмя.
- Убили и разделывают.
- Да, да. Смотри, - и Усса показал пальцем на камни.
- Что?
- Мокрый был, - и показал рукой на стопу.
- Не сработали мины? – не поняв Уссу переспросил Файзула.
Усса покачал головой:
-  Кто-то знает нас. Я ходила туда, - показал рукой в сторону, куда уходили мокрые следы от ручья. – Никого нет. Он видел моя мина.
«Неужели мы получили первое задание? - подумал Файзула. – Нужно проверить тайник. Он недалеко отсюда».
- Усса, думай, - сказал Файзула. – Будь осторожен, - и сам, вглядываясь в открытую часть гор с этого места, стал боком перебираться к кустарнику,  и хотел, было, углубиться в него, как замер, - вовремя услышав сзади себя потрескивание гремучей змеи. А с ней ему уже не раз приходилось встречаться и слушать её леденящий кровь треск. 
Усса его тоже услышал, и быстро подойдя к Файзуле, заглянул ему за спину, и тут же, резко наклонившись, прошептал, - смотри, кэп.
Это была змея. Очень крупная, обвивая своим длинным и широким телом руку, плечи Уссы. Файзула быстро вытащил из ножен свой штык-нож и резко взмахнув им, отсек змеиную голову.
- Колбаса, - восторженно прошептал Усса. 
Его рука, державшая убитую змею, еще продолжающую в агонии своими кольцами сдавливать его предплечье, наливалась синей краской. – Он не укусил меня, нет! Он давил меня, - увидев испуганное лицо кэпа, улыбаясь, стал успокаивать его Усса.
- Ты настоящий друг, - похлопал его по плечу Файзула. – Но душманы рядом, - напомнил Уссе о постановке новых скрытных мин, - и опустил ладони в ручей. 
Вода была не холодной, как он ожидал, значит, где-то чуть выше есть небольшой водоем, в котором она скапливается и нагревается. Посмотрел наверх по бегущему
«змеиному» поблескивающему в солнечных лучах рукаву водопада. И приложив указательный палец к губам, показав рукой вверх, полез по камням в гору.
Озерцо, найденное там, было небольшим и неглубоким. Вода, стоявшая в нем, была светло-коричневой, напоминая кожу только что убитой гюрзы. Выступ, где образовался этот водоем, был нешироким, яйцевидной формы, в длину метра на четыре - пять. На этот выступ горы вода стекала ровными полосами по каменной стене, но туда Фёдору уже отсюда не забраться. Для этого нужно альпинистское снаряжение и опыт скалолаза. Это успокаивало.
Когда спустился назад, Усса держал в руках тело змеи уже без кожи.
- Кэп? – с напряжением на лице посмотрел он на Файзулу. – Видишь? Быть острозон. Быть, быть! - и пошел впереди командира.
- Усса, - окликнул его Файзула, - а мины?
- Быть поко…, поко… - пытаясь подобрать подходящее слово, сплюнул на землю.
- Будь спокоен, - подсказал Файзула.
- Та, та, покоен, - закивал головой Усса.   
- 2 –
Действия Фарида Файзула обсуждать не стал. Понимал, что этот человек профессионал своего дела и не только в разведке, но и в организации диверсионных действий. А мальчишку он взял с собою для того, чтобы Файзула не наделал ошибок, не отправил бачатку в кишлак. 
Слушая Фарида, Файзула понимал и то, что их вышестоящее руководство просчитывает множество вариантов по снабжению банд моджахедов оружием, боеприпасами, медикаментами и людьми. А перевал Багель, около которого сейчас находится их отряд с наемниками, это один из наиболее безопасных путепроводов для обеспечения бандформирований, окружающих столицу Афганистана Кабул и его близлежащие районы. А местным властям не по силам контролировать все участки, тем более этот, окруженный высокими горными хребтами. Самая высокая из них вершина Дарразаргат, она достигает четырех километров, а точнее 3822 метра. Гора Лай-Багальгар, где Файзула в данный момент находится со своим отрядом, ниже Дарразаргата, всего лишь на один километр – 2878 метров. А перевал между ними не имеет проезжих дорог, а значит, афганская милиция и правительственные войска этот участок могут контролировать только в пешем порядке. Но тогда, извините, кто пожелает лезть в пекло, ведь вокруг душманские отряды, в кишлаках запуганное население, которое так и остается под давлением своего бая-феодала, или хана.   
- За последние два года количество бандформирований только здесь возросло в пять раз, - продолжал свой рассказ Фарид, - и увеличилось с двенадцати тысяч до восьмидесяти - ста. Сегодня я встретился с агентом и получил первое задание. Ему не понравилось информация о потере Усмана. Они делали на него ставку. Но то, что Усман мне полностью доверял, они об этом тоже знали, и поэтому все обошлось без лишних эмоций.
- А Файзула тогда в роли кого присутствует здесь?
- Опытного командира диверсионной группы. Файзула это знал и поэтому не любил Усмана и меня, и был готов в первом же бою нас убрать. Он несколько раз пытался это сделать, но у него этого не получалось. Усман был хитрее. И – я. 
- Ладно, ты, кажется, уже повторяешься.
- Да, - с удивлением посмотрел на Файзулу Фарид. – Вроде у нас разговора на эту тему еще не было.
- Я его читал с твоих глаз, - похлопал по локтю Фарида Файзула.
- И правильно, - улыбнулся Фарид. - Так вот. Наш караван придет сегодня и остановится у кишлака Газа. Там его встретят люди Саадр ад-Дина и под охраной доведут
до кишлака Самочак, это юго-западнее от нас. Отсюда приблизительно восемь-десять километров. Наша задача встретить их и забрать груз. То есть, у нас есть два-три дня, понимаешь?
- В смысле? - не понял вопроса Фарида Файзула.
- Если сейчас нам удастся провести ту операцию, о которой мы с тобой говорили, то эти банды хорошо потреплют себя.   
- Нелегкая задачка, - вздохнул Файзула. – А саадровцы знают, что мы находимся здесь? 
- Они думают, что мы движемся по той стороне перевала, и мы с ними совместно работать не будем. 
- Интересно, Фарид, получается, - сплюнул в сторону Файзула. – Хозяин один, а им не доверяет.
- Я, думаю и нам тоже. Не уверен, что мы здесь одни, а перед кем они поставят ту задачу, из-за которой нас создавали, тоже остается под вопросом. 
- Да, Восток - дело тонкое.
- Вернее политика, - поправил Фарид. - Напомнить тебе поговорку, для чего щука живет в озере?
- Для чего?
- Чтобы карась не спал.
- А-а, точно, точно, - ухмыльнулся Файзула.
- А как ты думал. Люди Торака все чаще подбираются к горному шоссе Пагман – Кабул и останавливают рейсовые автобусы. Безоружных обыскивают, отбирают деньги и документы. Тех, кто хорошо одет, берут в заложники и вымогают у родни пленников денежный выкуп. А тем, кто по документам являются членами народно-демократической партии и союза революционной молодежи, их убивают сразу. Без разговоров! И как? Вспарывают животы и запихивают туда отрубленные головы. Таким образом Торак собственноручно казнил двадцать шесть афганцев. За три месяца его банда захватила двенадцать автобусов. На прошлой неделе они чуть не попались кабульским милиционерам, но их защитил в этот момент какой-то отряд из снайперов. Поэтому я думаю, что мы здесь не одни.
- Следующее, - постучав кулаком по своему колену Фарид, требуя внимания, - в то же время и воины Саадр ад-Дина не всегда лучше выглядят, чем тораковцы. В тот день, когда мы с тобой работали в Дехсабзе, они пришли в кишлак Калахаким, и навели «порядки», убив двух студенток Кабульского университета только потому, что девушки ходили без паранджи. А потом в мечети и муллу забили прикладами автоматов.
- Ну и законы здесь.
- Законы. Только не понимаю, за что они убили муллу и старейшину. Они же против себя население настраивают, - в голосе Фарида начала появляться нервозность.
- Наверное, потому, что они разрешили девчонкам забыть об Аллахе.
- Ладно, - махнул рукой Фарид. – Нам нужно работать. Так вот, у нас всего лишь два дня, и если не столкнем этих главарей лбами между собой, то, сам понимаешь, они устроят охоту на нас.
- 3 –
Айван сидел в теньке, у пещеры и листал какую-то брошюрку. Увидев Файзулу, приближавшегося к нему, улыбнувшись, протянул книжицу ему:
- Вспомни, - и пронзительно посмотрев свысока на него, ушел внутрь пещеры.
"Уроки партизанской войны, - прочитал про себя Файзула. Книжка была тонкой, серого цвета, большую часть обложки занимает нарисованное карандашом лицо строгого моджахеда. А внизу широким рубленным шрифтом напечатан заголовок "Уроки партизанской войны" и ниже эти же слова на афганском языке. На кого эта книжица
рассчитана, понятно. На русских. Видно и они проходят «стажировку» в пакистанском или иранском лагере. - Хм, - усмехнулся Файзула, вспомнив, что он и есть тот русский. – Погоди-ка, а причем тут Айван?»
Файзула присел на то место, на котором только что сидел наемник и раскрыл брошюру.
Шрифт текста несколько отличался от их дивизионной газеты «Гвардейская доблесть». Он был чуть больше, и каждая буква не имела закругленной формы, а была ровной. Между строками тоже было больше места, что давало возможность с легкостью читать текст. Вот какое оно пособие.
На следующей страничке под оглавлением «Памятка партизану» сообщалось:
«Моджахед, ты борешься за свободу своего народа. Моджахед, ты борешься за свободу своей веры…»
Перевернув еще одну страничку, выхватил глазами несколько строчек в середине листка:
«Партизанская война – это война без правил, война отдельных групп, стремительных действий;
- В партизанской войне необходимо в кратчайшие сроки проводить крупные операции;
- В ходе партизанских действий ответственность за принятие решения лежит персонально на каждом…»
«Умная подсказка, - согласился с каким-то автором Файзула. – И что дальше?»
« - При составлении своих планов партизаны должны следить затем, чтобы не нарушались законы Корана;
- Во имя великой цели освобождения своего невинного и угнетенного народа партизаны должны проводить свои акции против неверных везде, начиная с самого малого и кончая поджогами домов и государственных учреждений, складов, мостов, организацией террористических актов против представителей органов власти;
- партизан должен помнить, что основной заповедью является: убить противника и не дать убить себя; для этого надо хорошо владеть своим оружием, маскироваться, правильно выбирать позиции, рыть окопы, передвигаться на поле боя».
«Прав был Фарид, психологическая подготовка борьбы мятежников построена на серьезной идеологической основе. Афганских людей учат не только убивать, но и вбивают им в голову, что необходимо убивать. В апреле, когда мы вошли в Панджшер, Ахмад Шах нас уже ждал и превратил поле боя в минные поля, оставив против нас всего лишь кучку людей. А они хорошо знали свое дело, пару раз пальнув по колонне или группе советских солдат, прятались, оставляя нас наедине со скрытыми минами. Кстати, это хорошая идея. Знать бы только, где их тропы».
Файзула встал и не пошел в пещеру, а, подставив лицо солнечным лучам, прикрыв глаза, чего-то ждал. Что-то подсказывало ему, что в любую секунду что-то обязательно произойдет. Что?
Запах жареного мяса приятной истомой начал наполнять сознание. Глотнув слюну, крикнул:
- Айван, а где Фархад Азиз?
- Прячется от тебя, - услышал он голос Айвана.
- Ты скажи ему, что я с тобой согласен, пусть живет здесь. Будь ему за отца.


Рецензии