Глава 7. Капкан

Чувствуется, что Фарид слушает Файзулу невнимательно, потому что не задает уточнительные вопросы, не интересуется мелочами, как это делает он обычно. Видно, есть вопрос, который сейчас его больше волнует.
- И, может, даже не ошибаешься, - вдруг перебил Файзулу Фарид. – Но это не европейцы, они бы задыхались, если бы в такую жару накинули бы на свои лица маски. Ты бы в ней смог сейчас долго ходить?
- Не думал об этом.
- Скорее всего, это люди, которые живут в пустынных и очень жарких районах. А может даже и местные. А кто убил Назара с группой душманов, вот это загадка. Или  это моджахеды Саадр ад-Дина решили дать бой Тораку, или наоборот, или Абдул Хака, или… и так далее.
- А может, это отряд из кишлака? Люди решили отомстить Тораку?
- Нет, - покачал головой Фарид. – Они боятся. Здесь идет война не только против народно-демократической партии Афганистана и шурави, но и между собой. Так что опять мы попали в непонятную ситуацию. Айван со своей группой еще не вернулся. Я внимательно слушаю тишину в горах. Вас слышал, и видел, как заговорили горы, что идет война у Торака.
Файзула внимательно посмотрел на Фарида, и – продолжил:
- Солнечные зайчики говорили? - и, дождавшись кивка Файзулы, продолжил. - Потом услышал канонаду Айвана. Но только он стрелял, а зайчики молчали.
- Далеко?
- За ущельем.
- Значит, им тоже повезло, душманы были уничтожены, - улыбнулся Файзула.
- Все может быть. Но теперь все знают, где мы и кто мы, - вздохнул Фарид.
- Мы в клещах?
- Это нам и нужно.
- Не понял? - заглянул в глаза Фарида Фёдор.
- Значит мы… - и Фарид, предлагая продолжить Файзуле свою мысль, вопросительно посмотрел в глаза Файзулы.
- Люди Ахмад шаха?
- Может и так, - услышал Файзула в голосе Фарида нотки поддержки. – И, что не менее важно, сегодня ты будешь это доказывать. Текст, который учил, помнишь?
- Это в кабинете у начальника штаба батальона?
- Ты еще в рупор это скажи, чтобы все горы тебя слушали! – рыкнул Фарид.
Для Файзулы встреча с журналистами радиостанции «Радио свободного Кабула» была нелегким экзаменом, который он должен сдать на «отлично». По легенде он Файзула Блэк, который служил в Советской армии, и стал ее дезертиром. И все это произошло не потому, что он попал раненым в плен к душманам и просил у них пощады. Нет. Он сам, старший лейтенант Сергей Иванов, в панджшерском бою взяв в плен несколько душман, попросил их отвести его к Ахмад Шаху масуду. Он хочет в его рядах быть как воин, который будет вместе с моджахедами сражаться за свободу Афганистана. Он против коммунистов.
Ахмад Шах, слава Аллаху, ему поверил, не убил его, Сергея Иванова, а наоборот, предложил ему с караваном уйти в Пакистан и выбрать страну, в которой хотел бы жить. Иванову в этом добрые люди обязательно помогут, у них есть договоренность об этом с Ахмад Шахом масудом. 
Но Сергей Иванов попросил разрешения у Масуда остаться в Афганистане. Он принял ислам и получил имя одного из погибшего в бою моджахеда  - Файзулы а фамилию сам себе подобрал. Черный, значит смерть… И он не один. Теперь его окружают бывшие солдаты Советской Армии, как Фарид из Узбекистана, как Смит, то есть Сергей из Москвы, Усса, то есть Рустам из Карелии, Айван из Литвы, Матас из Эстонии, Грин, то есть Гриша из, из…
Файзула остановился. Бывает же, задумался и потерял Уссу с Фаридом, идущими впереди него.
- Кэп, - донесло ветерком до его ушей громкий шепот Уссы.
Он был ниже, стоял вместе с Фаридом у ручья.
- Скоро будет темно, Файзула, торопиться нужно, - растягивая слова, сказал Фарид.
- Та, та, кэпа, - подтвердил слова Фарида, улыбающийся Усса, то есть, м-м-м Рустам.
- Хорошо, Рустам, - напомнил Уссе, как его сейчас будет звать при корреспонденте Файзула.
Перепрыгнув через прозрачную воду журчащего ручейка, бегущего под каменными глыбами, Фёдор нагнулся и, наполнив водой ладони, умылся, и напился её. И только после этого догнал медленно удаляющихся от него Уссу с Фаридом.
А вообще-то ему один раз приходилось встречаться с журналистом. Только не радио и телевидения, а с лейтенантом из их дивизионной газеты «Гвардейская доблесть» и не для того, чтобы дать интервью. Нет, парень писал репортажи с боевых действий. А к Фёдору его направил командир батальона, как к одному из лучших командиров взвода. И нужно отдать должное корреспонденту, парень был, как говорится, тертым калачом. Не уставал в длинных переходах, «умно» действовал в бою, и ничего не боялся. Это отметил в нем Фёдор сразу, когда нужно было под обстрелом перейти речку Кабул. Он первым ринулся на открытый участок, перебегая от камня к камню, прятался, вызывая огонь душманов на себя, тем самым давая возможность другим солдатам сделать короткие перебежки  к укрытию. 
Душман это заводило. Они начинали подниматься, выискивая прячущихся шурави, что давало двум снайперам, находившимися в группе Фёдора, вести по ним прицельный огонь.
Фамилию этого корреспондента он хорошо запомнил, Зайцевский. А вот имени нет. И он был во многом благодарен этому офицеру, и, в первую очередь, за то, что тот сумел без потерь атаковать душман у подошвы горы и занять там оборону. А через два дня, он же вывел отделение сержанта Путеева из-под обстрела душманов, дав группе Фёдора зайти к ним в тыл...
Да, подумать только, военная интеллигенция, а как умеет воевать. Когда с ним прощался, Фёдор спросил, а почему он пошел учиться в военные журналисты, а не в командирское училище, на что тот, улыбнувшись, ответил: «У меня проблема с точными науками. Запомнил в школе только теорему Пифагора и всё». 
Вот так бывает.
Усса остановился у пещеры. Вернее, около сосны, ползущей своими ветками по выступу камня. За ним подняли руки и Фарид с Файзулой. Если бы они этого вовремя не сделали, то стволы винтовок, торчащие из веток дерева, выстрелили бы в них. 
 - Файзула, - подняв выше руку, сказал Фарид. – Файзула Блэк.
Из-за дерева вышел душман. Большая бородавка, торчащая на кончике его носа, вспугнула Файзулу, и он от неожиданности сделал несколько шагов назад. А тот, увидев это, разулыбался и покачал головой.
За ним вышел второй моджахед, помоложе первого, и сначала всматриваясь в Уссу, потом в Фарида, что-то сказав, пошел к Файзуле навстречу, протягивая руки для рукопожатия:
 - О, бача! Блэк!
На что Фарид, улыбнувшись, указал головой на Файзулу.
- Ассалам алейкум, - первым сказал Файзула.
- О, бача, - повернулся к нему афганец. – Ва алейкум ассалам. Я Наджибулла, журналист, - голос у него был мягким и радостным, что располагало к приятной встрече. – Ви устали капитан? Сейчас будем пить чай или водка? – и так, с какой-то хитринкой на улыбающемся лице пытается подтрунить над бывшим русским командиром.
И не давая что-то сказать в ответ Фёдору, взяв его под руку, ведет с собою к дереву, и, приподняв его нижнюю ветку, показывает на спрятанный под ней проход в пещеру.
- Капитана, вы здесь будете играть роль думающего командира, как Чапаев. Знаете такого командира? – громко спросил Наджибулла. - О-о-о, бача, это прекрасный был командира. Я смотрел много раз кино про него. Это был командир!
Фёдор даже невольно удивился, когда в каменной пещере увидел небольшие комнаты, хорошо освещенные висящими лампочками, и только сейчас уловил удаленный звук работающего мотора переносной электростанции. В стороне стоял небольшой холодильник, из которого Наджибулла достал бутылку с газированным напитком «кока-колой». Такого лимонада Фёдору еще не удавалось пробовать. «Пепси-колу» пил, и не раз, нравился её резковатый вкус, с лопающимися в пене пузырьками воздуха. А чем эта «кока-кола» отличается от «пепси». 
Сделав несколько глотков холодной шипучки, попытался ее распробовать. Вкус прекрасный. Обернулся, больше никого в комнате не было, только он с Наджибуллой. На столе стоял ящик, кабеля, включенные в него, два микрофона с наушниками.
- Файзула, - улыбка мгновенно стерлась с лица корреспондента, - время жалко мало. То есть, капитан, время мало, нужно говорить быстро.
Когда Файзула начинал повторять текст, выученный им совсем недавно в кабинете начальника штаба батальона о плохих командирах в Советской Армии, Наджибула поднял руку, но микрофона в этот момент не отключал:
- Вы, Сергей Иванов, были хорошим командиром. Так о вас говорил Ахмад Шах Масуд. Почему вы ушли от него сюда? Чтобы дать бой  шурави?
- Да, - закивал головой Файзула.
- Я не слышу вас, - Наджибулла положив пальцы к своим губам, показывал ему, что бы тот говорил громче.
- Я знаю, как нужно воевать против русских, потому что я служил у них, - громко и четко произносил каждое слово Файзула.
- А почему вы не остались воевать против них у самого Льва Панджшера?
- Он хороший командир, - закивал головой Файзула. – И его полевой командир Рахшан, тоже молодец. Он не боится шурави, он не дает им спокойно жить на перевале Саланга. Он даже не боится атаковать русских солдат, и показывает пример своим воинам – моджахедам. Они его чтят, они не боятся неверных и не боятся пуль. Рахшан много раз брал людей из кишлаков и вел их в бой с неверными. И они гибли, как настоящие воины. Он настоящий командир.
- И много он убивал русских солдат? – задал вопрос радостный корреспондент.
- Не знаю, наверное, много. 
- Вы не считали, сколько убили шурави?
- Считал, - улыбнулся Файзула. – Они лежали среди погибших дехкан. На одной операции погибло семь шурави и сорок девять моджахедов. В другом бою погибло три шурави, они ехали в машине. А рядом с машиной лежало двадцать моджахедов. Они не боялись пулемета и бросались на его ствол.
- Это настоящие герои, - радостно воскликнул Наджибулла. - А любят Рахшана в кишлаках?
- Очень любят. Только когда он не забирает у них еду и не избивает аксакалов. Я его понимаю, и все его понимают, он болеет за то, что шурави сильнее его. У него нет танков, но у него есть мины. У него не хватает саперов, но у него есть люди, которые не боятся мин. Мины стоят очень дорого, но они получают радость, когда шурави взрывается на них. Правда и они взрываются на них. Нужно учиться саперному делу и тогда они будут оставаться живы. Вот почему бывает злой на всех командир Рахшан. Он даже муллу наказал за то, что он не купил у него мину.
- А вы учили моджахедов Рахшана, как нужно воевать с шурави?
- Да, я учил. А сейчас Рахшан дал мне приказ, который дал ему сам Ахмад Шах, прийти к Саадр ад-Дину и передать ему его просьбу, не воевать с моджахедами Торака.
Они не знали, что кишлаки Самочак, Калахаким, Дарра Зараср и Тула подчиняются Саадр ад-Дину. Не надо в них убивать старейшин и мулл. 
Корреспондент с открытым ртом слушал обращение Файзулы Блэка к людям Торака, хорошо известного в кабульской провинции полевого командира.
- Нужно воевать не против них, а против шурави, которые неверны Аллаху! – громко сказал Файзула. – И против Ахмад Шаха Масуда нельзя воевать  Саадр ад-Дину и не убивать в кишлаках Чарикара его подданных. 
Торак хочет золота и голову Ахмад шаха. Это не правильно, - всё громче и громче говорил Файзула. - Воевать нужно не за богатства, а за веру, как Ахмад шах Масуд. 
- Я это все сегодня же переведу и ночью, и утром они все это услышат, - в черных глазах Наджибуллы  заиграли вспышками бенгальские огоньки. 
Корреспондент, не сдерживаясь, расцеловал Файзулу и, сунув ему еще несколько бутылочек газированной воды, сказал, - угостите этим своих моджахедов.
Уже начало смеркаться, Усса прибавил ходу, а Файзула этого и не замечал. С легкостью перепрыгивал через камни, ямы, острые углы скальных пород. Сегодня он не то, что чувствовал, а видел, как зарядил он своим патриотизмом молодого корреспондента. Наджибулла верил каждому его слову, он впитывал их в себя и, слушая его, уже представлял, что они будут сенсационными для всех. И это прекрасно, пусть посмотрит простой люд, за кого он воюет. Не за веру, а за богатство, с которым их ханы не хотят расставаться. 
Да, да, да, сенсационными. Хотя все зависит от того, кто будет цензором их интервью. Умный человек сразу поймет, что высказывания Файзулы могут вызвать вражду между группировками. Но на всем этом и построена здешняя война. А крестьянин будет слушать в оба уха рассуждения бывшего советского шурави и… Потом все равно задумается, стоит ли идти к Тораку или к тому же Саадр ад-Дину. К людям, их хозяевам, властителям, которые хотят вернуть себе землю и дехкан – рабов, принудить их, как и раньше работать на себя. А за это они готовы все поправить, и даже слова в молитве. Поэтому, скорее всего и убивали мулл, которые находили в себе смелость, чтобы не давать властителям поправлять Аллаха.
- 2 -
Споткнувшийся Усса вскрикнул, и еле удержался от падения на камни. Поза равнобедренного треугольника, которую он занял, вначале чуть не рассмешила Файзулу.
- Стоп! – вскрикнул Усса. – Шнур.
То, что увидел у его ноги Файзула, сразу же его отрезвило. Натянутая между камнями черная проволока врезалась в штанину Уссы. И как только он почувствовал ее? Буквально сделал бы еще четверть, нет, даже десятую часть шага, и сорвал бы колечко с гранаты и все. Они бы и скрыться не успели, проход между скальными породами очень узкий и длинный, всех изрезало бы осколками гранаты Ф-1. И как только смог заметить Усса эту натяжку. 
Когда Фарид с Файзулой, взявшись за руки сапера, помогли ему выровняться и встать на ноги, Усса показал пальцем чуть дальше:
- Три натяжка.
Кто же это сейчас устроил охоту на них? Те, кто вчера убили Назира и группу душманов, когда Файзула шел по следу людей в масках? А может те, кто организовал встречу Файзулы с корреспондентом? А может, есть еще и третьи неизвестные лица?
Усса вернулся и, выставив четыре пальца, прошептал.
- Не пройти, - и шмыгнув носом, ткнул рукой за спину Файзулы, мол, нужно вернуться.
Да, прикусил губу сейчас не только Файзула. Вот-вот стемнеет и нужно думать о привале, а не о том, как обойти этот участок. Без знания данного района, за пять минут выхода из этой «закупорки» минами не найти, потребуется намного больше времени. 
- На входе камень справа, метра два в высоту, - шепчет Фарид, - и широкий, на нем можно переночевать.
- Так у всех будем на виду?
- То место сверху прикрыто горой и кустарником,  - шепчет Фарид. – А взорвать гранату нужно, чтобы успокоить их, мол, мы не прошли. А там еще мины есть? – обратился он к Уссе.
- Фо, - ответил он.
- Четыре. А за ними может быть еще с десяток. Тэн, - почему-то Фарид перевел эту цифру на английском языке Уссе.
А тот в ответ заулыбался и показав пальцем на ботинок Файзулы, показал, что его нужно бросить в мину, а потом резко развел руками, указывая на подрыв: «Кэ, бух!» - и смотрит прямо в глаза своему командиру: «Та, та, бух нузен, кэп!»
«А ты ко всему и очень умен», - подумал Фёдор.
- Но сначала нужна пыль после взрыва, а потом только прыгать туда, указал подбородком на камень, в их ночное гнездышко, Файзула.
- Та, та, - торопил Усса.   
Осколки от взрыва первой «натяжки» - гранаты, задели вторую и третью натяжки и прозвучали новые взрывы, подняв в узком проходе плотную, серую пыль с дымом. В этот момент за Уссой вскарабкались на камень Файзула с Фаридом и затаились в неглубокой выемке, вымытой водой. Они лежали тихо, прислушиваясь к каждому шороху. Звон в ушах после взрыва уходил медленно.
Розоватый шар солнце спрятался за гребнем Лай-Багельгара, упершегося своими вершинами в безоблачное небо. Смеркалось очень быстро, а вместе с теменью создавалось впечатление, что камни и прятали внутрь себя тепло, полученное днем от жарких солнечных лучей.
Ноги, несмотря на надетые носки, стало покалывать от холода. Выход из этого положения Файзула нашел быстро, приподняв стопы и уперся ими об ствол деревца. 
Зарево за скалой Лай-Багельгара еще держалось, освещая только небольшую часть небосклона, но, к сожалению, не того места, где сейчас находился Файзула с Фаридом и с Уссой. А вместе с этим они приходили к выводу, что к месту взрыва заинтересованные лица в их гибели смогут подойти только на рассвете. Но это все равно не успокаивало их, так как понимали, что покинуть это место невидимками невозможно будет и завтра. А ночью? Горы – это не степь, по которой можно идти и в темноте, ориентируясь по звездам или луне, или, просто, в выбранном направлении. 
А в горах ночью жизнь только начинается. Стрекот проснувшейся цикады, хорканье крысы, громкое топанье, скорее всего ежа, писк комаров…   
«Комаров? О чем это говорит? – задумался Файзула. – Значит, где-то рядом должна быть вода, трава, кустарники, деревья. Только в такой местности может появиться комар. И что дальше?»
Усса хлопнул Файзулу по руке, заставляя таким образом прислушаться. Отблески света, приближающиеся в проходе к тому месту, над которым сейчас лежала группа Файзулы, говорила о том, что «заинтересованные лица в их гибели», не выдержали, не стали ждать утра и рискнули посмотреть, что произошло с ними. В таком случае Усса поступил очень верно, вылив на камни около места взрыва две бутылки газированной воды кока-колы, которой его угостил корреспондент. Вода оставит после себя темный след, который «заинтересованные лица» должны принять за кровь. А пыль, осевшая на липкую воду, частично напитается ей и оставит формы чего-то разлитого. 
Скорее всего, так и должно произойти, и рассмотрев это, люди пойдут дальше, вниз, к той пещере, где Файзула давал интервью афганскому корреспонденту. Другого
выхода у оставшихся в живых из группы Файзулы не было бы. Они должны взять раненого или убитого своего товарища и отнести его туда, где смогут оказать медицинскую помощь…
«Заинтересованные» говорили тихо, на афганском языке, поэтому Фёдор, затаив дыхание, ждал, когда они уйдут, чтобы потом расспросить Фарида, внимательно слушавшего их. По голосам их три – четыре человека. Слышно, как один из них воскликнул, за ним, второй человек. Да, похоже, они нашли то, что им нужно – кровь раненого.
«Интересно, когда они сюда выдвигались, убрали растяжки или переступали их? Но, если будут возвращаться назад, то в темноте могут на них наступить, а значит, взорваться, - размышлял Файзула. – Нет, скорее всего, они разминировали проход», - и тут же начал прокручивать в памяти всю тропку, по которой они шли сюда днем со своей базы. 
Она была очень сложной. А Фарид говорил о том, что она не должна быть такой, так как это дорога для душманов, по которой они переносят на базу оружие, питание. Вот, вот, а значит, перед их проводником была поставлена задача не показывать наемникам хорошей дороги. И зачем он сказал корреспонденту, что они доберутся до своей базы и без проводника. 
Да, теперь «Радио свободного Кабула» заявит, что командир, выступивший против коммунистов, не смог добиться своей мечты, помочь афганскому народу, он погиб в бою, и скорее всего, с неверными, которые устроили за ним слежку. Скорее всего, так нужно хозяину информагентства «Эйдженси Афган Пресс», или тому, кто проплачивает эту «музыку». Вот бы послушать свое интервью.
Стоящие внизу люди начали говорить громче. Вернее один из них, который, скорее всего, и был их командиром. И вот, наконец, они двинулись в сторону той пещеры, где произошла встреча Файзулы с корреспондентом. Один человек пошел в другую сторону. Снимать мины? Хоть бы все было именно так.
Фарид стащил с себя ремень и попросил, чтобы ему отдали свои пояса Файзула с Уссой. Для чего это было ему нужно, спрашивать не стали, поняли сразу, для удавки. 
Время шло, холод камней бодрил тело, не давая им хоть чуть-чуть расслабиться. Жизнь она одна, и терять ее так просто никому не хочется.
И надо отдать должное Фариду, он не ошибся в своем расчете. Тот человек, который не пошел с остальными, через некоторое время появился в этом проходе. Шел быстро, освещая впереди себя фонарем каждый камушек, на который наступал. Видимо он все знал здесь хорошо и не боялся, и даже мысли не допускал, что может появиться сейчас его враг.
Дождавшись его приближения, Фарид ловко набросил ему на голову петлю, сделанную из кожаных ремней, и резко приподнял её, не давая душману возможности кричать или оказать хоть какое-то сопротивление. Усса спрыгнул вниз, и, нанеся несколько ударов ему в живот, обездвижил человека и, загрузив его себе на плечи, помог поднять тело моджахеда наверх. Душман быстро пришел в себя, на вопросы Фарида не отвечал, а тот и не думал его пытать, а всего лишь легонько осветил фонарем, зажатым в ладони петлю, и что-то коротко сказал.
Душман, тут же схватился руками за петлю и начал что-то быстро говорить. В интонации его слов слышался испуг. А Федор из этого короткого диалога разобрал только несколько ему знакомых слов – Магомед, Саадр ад-Дин и Ахмад Шах Масуд. 
- Он нас выведет, - шепнул Фарид и, заново накинув петлю на шею афганца, скинул его в проход.
Вел душмана Усса, освещая фонарем перед ним небольшой участок тропы. Но, душман показал, что нужно идти назад, к пещере, мол, только там есть та, нужная им развилка к ущелью.
- К ущелью? – переспросил у Фарида Файзула.
- Да, по другому пути мы до своего ориентира не доберемся, - прошептал тот.
- Усса, веди этого духа! – приказал Файзула. 
Передвигались быстро. Файзула несколько раз больно ударялся пальцами ступни в острые выступы, ребра камней, но останавливаться, чтобы погладить рукой ушибленное место и успокоить боль, времени не было.
У выхода кто-то окрикнул идущего чуть впереди моджахеда:
- Саяф!
- Алле, бача, - откликнулся душман и присел.
Усса  - и все за ним тоже остановились. Несмотря на черную ночь, хорошо просматривалась фигура приближающегося к ним человека.
- Бача, - только и успел сказать тот, и тут же, охнув, осел на камни и, падая, скатился вниз.
Усса, дернув за ремень, толкнул вперед испуганного моджахеда, давая ему понять, что бы шел дальше. Но тот не поддался его требованиям и что-то на своем языке прошептал.
- Усса, включи слабый свет фонаря, он ничего не видит, - прошептал Фарид. – Сейчас будем спускаться, и духи нас не увидят, они находятся выше, за горой.   
Буквально через минуту спуска Файзула услышал шум воды. Это был небольшой водопад. Душман заново остановился и с силой потянул Уссу влево, под водопад, что-то ему шепча.
- Иди за ним, - передал Уссе требования душмана Фарид. Здесь глубокое озеро, он не умеет плавать.
Холодная вода не только падала с горы, но и скатывалась ручьями по камням скалы. Камни в этом месте были очень скользкими, покрытыми ковром из мелких водорослей. А дальше душман заново ускорил шаг, с легкой проворностью он обходил острые камни, выбирая ровную дорожку. Это говорило о том, что ему хорошо известна эта дорога. И даже при слабом освещении фонаря он тут же распознавал по памяти, в каком месте они находятся, где яма, где торчит камень, закрывающий им путь…
Несколько блеснувших огоньков фонаря остановил душмана и он тут же что-то сказал Фариду.
- Моргни фонарем три раза коротко и один длинным, - дал команду Файзуле Фарид.   
Для всех было неожиданным, когда душман остановился у того самого ориентира, небольшого скального выступа в ущелье, напоминающего голову барана, где нужно свернуть, чтобы подняться к базе расположения отряда Файзулы. Дальше идти моджахед отказался, это граница между зонами, которые находятся под влиянием отрядов Саадр ад-Дина и Торака.
- 3 –
Размер ноги Уссы и Файзулы оказались одинаковыми. Всеми фибрами своей души Фёдор радовался доброте Уссы, то есть Рустама. Он, поняв, что Файзула, несмотря на свои разбитые ноги и, понимая, что идти по горам до их базы еще много километров, все равно не оденет обуви, снятой с убитого человека, решил сам это сделать. Он надел на себя, разбитые ботинки душмана, а свои отдал командиру. 
Померив их, Фёдор приятно удивился, что они по всем размерам подходили ему. Создавалось такое впечатление, что эти скалолазные ботинки были сшиты именно на его ногу, правая стопа была немножко длиннее левой, а левая немножко шире правой.  И пальцы ног, которые ему казались, были очень длинными, чувствовали себя хорошо в носках обуви. 
В этих ботинках Файзула с легкостью перепрыгивал с камня на камень. Несколько раз вначале оступался, попадая ногой на самое острое ребрышко камня, но толстая
подошва обуви хорошо удерживалась на нем, не соскальзывала, и мягко принимала в себя это острие. В эту же секунду Файзула по инерции, изменяя наклон ноги вперед, посылал вперед вес тела, которое тут же находило свое равновесие и продолжало движение. Это радовало, как и мягкость кожи ботинок, обжимающая голень ноги, и длинная шнуровка. Все очень удобно.
А вот, кто убил моджахеда, это новый вопрос, на который было невозможно ответить. Да все было неожиданным, те мины, которые были поставлены для уничтожения группы Файзулы, пришедшей на встречу с корреспондентом. Легкое согласие захваченного в плен душмана вывести группу в ущелье и отвести подальше от своей базы, как и то, что он с готовностью отвечал на вопросы, задаваемые ему Фаридом.
Похоже, группа Айвана лучше справилась со своими задачами, расстреляв банду Саадр ад-Дина, уходящую из кишлака Нерирхейли. Они убили брата этого духа, и когда он узнал, что они воины не Торака, а Ахмад Шаха, то согласился вывести их из капкана, в организации которого он сам участвовал. И даже не обратил внимания, что убили одного из их банды. Месть, видно, для них превыше всего. 
- А еще он сказал, - шепот Фарида, идущего за ним Файзула слышал очень хорошо, и поэтому старался не сбавлять шага, чтобы не отстать от Уссы, - что к Тораку шла спецгруппа. Они позавчера попытались ее остановить, но тут же были обстреляны ими и не простыми гранатами, а химическими. И только он, после той бойни остался жив, потому что находился на горе, чуть выше, и в его сторону не дул ветер.   
- Хм, - и сделал вид, что споткнулся и упал, Фёдор с напряженным лицом посмотрел на Фарида. Я  вроде бы слышал об этом, на Гардезе.
- И не только, - помог ему подняться Фарид. – Догоняй и слушай.
- Так у них вроде бы были только винтовки?
- И рюкзаки.
- Да, да, но они небольшие.
- Значит, все оставили в какой-нибудь пещере или в схроне, - шептал Фарид. – Когда я спросил у него, кто они, он сказал, что их лица были прикрыты сетками. А мы думали масками, что в принципе одно и то же.
- Так это не важно, просто слово подобрал такое.
- И одежда у них была та же самая, в которой мы видели ту группу, которую грохнули. И рюкзаки у каждого были большими. Видно, после боя, оставили их, чтобы быстрее выйти в место своего расположения. Кстати, среди них половина шла со снайперскими винтовками.
- О-о, а говоришь химики. А где у душманов с ними был бой?
- Дух не успел ответить, - подталкивая в спину Файзулу, прошептал Фарид. – Он приподнялся из-за камня, чтобы осмотреться по сторонам, и в ту же секунду ему голову затылок разнесло. Судя по входу пули, стреляли не с этой стороны ущелья, а напротив.
- А те, кто его брата убил. Почему он думает, что они от Торака?
- Они с этой стороны шли. Их увидели на одном из постов, но смогли передать это только позже, пока солнце не ушло в сторону. Соседний пост их сигнала не видел.
- Почему же он тебе с такой легкостью все рассказал?
Фарид, ответил на этот вопрос, догнав Файзулу:
- Когда я его вытащил на камень, сказал, что мы от Черного сокола, и нас нельзя видеть.
- Какого, какого?
- Их группа неделю назад дала бой в ущелье Дехсабза. 
- У-у-у. Слову верят.
- А толку от этого, все равно этот парень уже не проверит нас.
- Да уж. Ладно, Фарид, не отставай, а то Усса уже очень далеко ушел.
- Значит, они уважают банду Черного сокола? Чей же он?
- Перекати поле, - прошептал Фарид. – Федя, впереди крутой подъем, идем молча. Да еще, - и остановился. – Мы видели только небольшую часть людей из той группы, скорее всего снайперов или минеров, или еще кого-то. Остальные ушли дальше по этому ущелью, в сторону кишлаков Калахаким, Самочак. Так что пусть и у тебя теперь болит голова. 
«Спасибо, дружище!» - подумал Фёдор и пошел по тропке вверх.


Рецензии