Грэй пролог

Маленькая Оля стояла на тротуаре рядом с отцом и с типичным детским любопытством рассматривала небольшие объявления на баннерном столбе. Тут же находились два больших, немного поцарапанных железных жёлтых ларька и товарищи из Средней Азии, что предлагали в них, один овощи, а другой спиртное и сигареты. Отец Оли, Степан Игнатьевич, сухой сорокалетний мужчина в болоньевой куртке, в это время покупал продукты в одном из тех самых ларьков и неумело торговался там за виноград и яблоки. Девочка разглядывала столб, но вскоре ей это наскучило, и она принялась рассматривать ларьки, наконец, повернулась и окинула взором поток машин, быстрых, словно суетливо торопящихся куда-то по своим делам огромных насекомых.
Внезапно рядом со вторым ларьком остановилась большая чёрная машина. Из неё немедленно, хлопнув дверями, грубой и решительной походкой вышли два мрачных субъекта, один в длинном красивом драповом пальто, а второй в спортивных штанах с полосками и ветровке. Эти «джентльмены» рванули за ларьки, в сторону рынка, а Оля разглядела в машине ещё трёх человек. Вскоре, двое, что были на заднем сидении, также покинули машину и направились ко второму ларьку. Оля с удивлением увидела, что они связаны друг с другом наручниками, и у одного из них, одетого в синюю форму, как у курсанта военного училища, жилистого крепкого молодого парня лет двадцати… чёрное как крыло ворона, оружие в кобуре под курткой. Снаружи торчали рукоятка и курок.
Она сделала несколько шагов по направлению к этим двум господам, как вдруг… один из них, тот, другой, что был без оружия, обратил на неё внимание. Он посмотрел на девочку серыми глазами и улыбнулся. Оля никогда в жизни не видела более грустной улыбки. Это была улыбка обречённого человека, вымученная, словно выстраданная, но в то же время невероятно добрая. Он словно рассматривал её и тихо плакал в душе.
Второй человек, кто с оружием, выбирал товар и что-то ехидно обсуждал с продавцом, шутил и понтовался. Олю этот субъект не интересовал совершенно, а вот этот с такими грустными серыми глазами и такой обречённой улыбкой…
— Девочка, подойди ко мне, пожалуйста… — внезапно позвал он её.
Оля подошла поближе и рассмотрела человека. Это был мужчина лет сорока, с небритостью и узким серым лицом, красивым, но чисто по-мужски. Выдающиеся вперёд скулы, грубые черты лица, маленький подбородок. В плечах конвоируемый не был широк, а скорее наоборот. Росту — среднего, руки — серые, словно после работы, и на его левом запястье Оля ещё увидела жёсткие следы от наручников, такие красные полосы, выдавленные в коже. Другая рука оставалась скованной с рукой стоявшего рядом бандита. Одет человек был в дорогое кожаное пальто, красивые клетчатые брюки и белую как снег рубашку.
«Это, наверное, фокусник» — почему-то подумала Оля. — «Он артист и работает в цирке»
— Девочка, подойди сюда. Я прошу тебя… — то ли сказал, то ли проплакал этот мужчина.
— Зачем? — спросил ребёнок.
— Я хочу пообщаться с кем-то перед смертью. Хоть с тобой, например.
Оля изумилась и спросила:
— Ты скоро умрёшь?
— Да, я скоро умру… Оля? Тебя зовут Оля?
— Да… откуда ты знаешь? — спросила изумлённо девочка.
— Это несложно. Я много знаю… Я много знал и много грешил. А сегодня я скоро умру. За все свои прегрешения, буду наказан. И ничего с этим не сделать… Скажи, сколько тебе лет?
— Семь… — осторожно ответила Оля.
— А мне сорок восемь, и меня зовут Александр. Саша.
— Очень приятно… — робко ответил ребёнок.
— Ты удивилась, что я знаю твоё имя. Дело в том, что я маг. Волшебник, Колдун. Я могу творить чудеса.
— Как ты можешь творить чудеса, если у тебя руки в наручниках?
— А всё равно что-то получится. Подойди ко мне поближе. Прошу тебя, возьми меня за руку.
Оля как загипнотизированная подошла и взяла этого странного человека за его вторую, свободную руку. Тот в ответ закрыл глаза и подумал несколько секунд.
— Ты очень способная девочка и очень умная. А ещё у тебя есть дар, и он раскроется через пятнадцать лет. Ты тоже маг, как и я, но не такой сильный.
Он посмотрел на неё внимательно и улыбнулся:
— У тебя красивые каштановые волосы и зелёные глаза. В Средние века тебя бы приняли за ведьму… Но… ты не та девочка, что спасёт меня…
— А кто?
— Та, кто спасёт меня?
И тут второй парень дёрнулся, внезапно увидев возвращающихся двух субъектов, тех самых, что вышли первыми.
— Та, кто спасёт, будет звать меня «Грэй», она родится через шесть лет после моей смерти… — скороговоркой произнёс этот странный мужчина с серыми глазами.
В этот момент высокий мужик, в пальто, изумлённо увидев их общение, показал рукой на Сашу, а второй, здоровый бык, уже в спортивных брюках обалдело уставился на собеседников:
— Батя! Во, мля в натуре? Он уже успел тут с ребёнком познакомиться… епать! Ты куда смотрел, балда? — обратился он к конвоировавшему Александра бандиту в форме курсанта.
— А я ничего не слышал… Они, чё познакомились?
— Ротозеи… — презрительно фыркнул человек в драповом пальто. — Положили бы сейчас всех, как пить дать! В машину!
— Я в натуре ничего не слышал… Маг, ты чё? Как ты меня провёл? — обратился провинившийся бандит к Александру, а тот дёрнулся и обратился уже к главарю:
— Подожди! Ромов, прошу тебя…
— Просить скоро будешь у архангелов, а не у меня! — ответил ему главарь. Тут он бросил взгляд на Олю, такой суровый и спокойный, как у волка, и та испуганно отошла на несколько шагов, взяв за руку отца. Ромов хмуро покачал головой, но ничего не сказал.
— Оля… запомни… меня звали Александр… — тихо сказал девочке уводимый в небытие человек. После чего он был грубо и бесцеремонно запихан внутрь машины бандитами.
Машина тронулась, и Оля, проводив её глазами, внезапно поняла, что никогда больше не увидит этого человека. Тут ребёнка взял за руку отец.
— Александр… Его звали так, — сказала девочка.
— Пойдём Оленька, нас ещё мама ждёт.
— А кто эти люди, пап?
— Какие-то бандиты. Но это уже не наше дело…
— Ну, пап?
— С ним всё будет в порядке, Оля! Это все игра. Они чуть-чуть поиграют и поедут домой.
— Игра??
— Взрослые дяди играют в свои игры. «Зарница», но по-взрослому. С ним всё будет в порядке. Это такая игра… игра…

***
Машина, а это был «BMW» модели E34, ехала очень долго. Когда уже сворачивали с трассы у Лудони, притормозили и один из сидевших в ней людей, тот с кем у ларька был связан наручниками Александр, выскочил и, попрощавшись с остальными, пересел в стоявшую на самой своротке милицейскую «пятёрку».
— Олег, бывай! Удачи тебе не желаю, но… работай! — кивнул человек в драповом пальто.
— Малый, скока ещё ехать? — поинтересовался у водителя второй пассажир заднего сидения, перебрасывая наручники на себя и конвоируемого.
— Я не знаю, Серёга, — ответил водитель, — ты у чёрта нашего лучше спроси.
— Слышь, ведьмак, сколько ехать, напомни? — прожевал презрительно Ромов.
— Тридцать километров, Тёмный, — вяло ответил Александр.
Авторитет кивнул, и машина тронулась дальше.
— Что-то ты грустишь, ведьмак? — полюбопытствовал Сергей, — видать силы тебя оставили? А это плохо…
Саша ничего не ответил, а Ромов мрачно бросил:
— Следи за метлой…
Через полчаса езды по лесной дороге машина остановилась, и из неё вышли трое: Ромов и оба пассажира с заднего сидения. Водитель остался.
— Пётр, в общем, ждёшь нас, пока не обернёмся. Будем примерно через час.
— Закапывать будете?
— Кого? — подозрительно спросил Ромов.
— Ну, труп этот, лопату-то возьмёте?
— А зачем? Канистры должно хватить.
— Бензин дорогой, бать, тратить на чёрта…
— Нормально, Малый. В Средние века с ними так и поступали. Отпускали все грехи и жгли! — усмехнулся высокий человек, встретившись глазами с улыбающимся Сергеем.
— Пошли, ведьмак! Не озяб? Скоро согреешься! — весело протараторил Серый и дёрнул Александра за руку.
Ромов тем временем обошёл машину и достал из багажника канистру на пять литров, но при этом наполовину пустую, и ещё зачем-то небольшую кирку, обычное кайло, каким часто работают на шахтах.
— В общем, ждёшь нас и никуда не уезжаешь! — приказал в последний раз Ромов и кивнул второму спутнику: — пошли!

***
Шли они долго, почти сорок минут.
— Кругами нас водишь, что ли, ведьмак? — спросил Ромов.
— Нет… — пробормотал Александр.
— Давай, заканчивай туризм. Ближе к цели.
— Бать, а у него поджилки трясутся, натурально. Зябко, видать, в кожанке…
— Сколько ещё идти? — не реагируя на Сергея, спросил Ромов.
— Тут… тут осталось метров сто. Вы снимите по…
— Что!?
— Хочет, наверное, чтобы мы наручники сняли, — ответил за Александра Сергей.

***
Когда они подошли к месту, Александр опять попросил, чтобы с него всё-таки сняли наручники. Ромов помотал головой извлёк из-за пазухи пистолет, и немедленно его взвёл.
— Иди, показывай место.
— Константин… Подожди… — приговорённый к смерти остановился.
— Ну что такое? Чего ждать? — спросил Ромов.
— Подожди… Прошу тебя.
— Ну что ещё?
— Дай мне шанс оправдаться.
— Сашенька, — стальные глаза Ромова уставились в упор на Александра, — тебе и так уже дали столько шансов оправдаться… Ни одному человеку так много не давали. А ты всё скулишь, как собака… Зачем? Какой тебе шанс ещё?
— Я иначе не покажу вам место.
— Чего?? Что ты там прошипел, ведьмак? — изумился Ромов.
— Я не дам вам места… пока…
Ромов в ответ схватил его за шею и сжал что есть силы.
— На колени, крыса… Знаешь, что будет с тобой, если ты сейчас не покажешь мне его? Тебя зароют, но уже по частям. Сначала руки… Затем ноги. Ну и ещё полтуловища… А в завершение я сниму с тебя скальп. Вот так ты будешь умирать. Неторопливо. Понял?
— Оно перед тобой, Тёмный. Прямо перед тобой.
— И где?
— Здесь. Под твоими ногами.
Стальные глаза Ромова сузились в щёлки.
— Не верю, ведьмак. Нет, не верю.
— А ты поверь, — предложил Александр.
— Нет, Сашенька. Нужны ещё доказательства. Ты… ты поползай здесь немного на карачках. Покажи мне точно. Веточку можешь воткнуть. А я уже обмозгую, как с тобой поступить: сразу перекрестить, или время дать на исповедь.
— Сними наручники, прошу тебя…
Ромов хмуро кивнул, и его напарник снял с себя и пленника наручники, вместо этого поднял с земли кирку и канистру. Последнюю, правда снова на землю, но кирку сжал в руке. Александр сделал несколько шагов, потирая правой рукой левое запястье, и развернувшись лицом к Ромову, произнёс:
— Костя. Они здесь. Под моими ногами.
— Ты не юлонишь? — спросил Ромов.
— Нет. Здесь всё…
— Сколько метров?
— Глубина?
— Да!!
— Пять метров…
— Врёт! — крикнул напарник Ромова. — Как пить дать, врёт! Здесь не было никогда реки, и не могло намыть такой глубины по-любому.
— Тихо, Серый, остынь малехо… — урезонил друга авторитет.
— Была река, она ушла сто лет назад. Сменила русло, — пояснил Александр.
— А если даже так, то сколько там? Расплатиться хватит?
— Там в пять раз больше, чем я вам должен, чисто по описи.
— Да врёт он, батя… — скривился Серый.
— Сам вижу, — Константин задумчиво посмотрел в глаза приговорённому человеку: — по глазам вижу, брешет, конечно. Накинь ему браслеты, так, чтобы были за спиной, и поставь исповедоваться.
— Сделаю! — кивнул Сергей, выполняя приказ.
— Слы-ышишь меня, ведьмак… — потянул Ромов.
— Слушай лучше ты, — перебил его Александр. Авторитет крайне изумлённо посмотрел на наглеца, а его собеседник продолжил. — Я хочу жить. Понял? Также как и ты. И даю тебе за это деньги. Много денег. Плачу за свою жизнь. И если ты не врун, а достойный и ответственный за свои слова человек, ты дашь мне шанс. Здесь всё. Прямо под моими ногами. На глубине пяти метров. Я это чувствую. Дай мне уйти и забирай всё, что тут есть.
— А иначе? — Ромов прокомментировал последнюю фразу. — Слова одного не хватает. Что будет, если у нас не срастётся?
— А иначе? Тогда я тебе отомщу, Ромов. Через много-много лет, — Внезапно громким и чётким голосом произнёс Александр. — И время не имеет значения. Всё может кончиться для тебя очень плохо. Вот так, Тёмный. Это мои слова.
— Как ты будешь мстить, если станешь дохлым? — полюбопытствовал Ромов.
— Узнаешь, через много-много лет. Верь мне, Тёмный. Отпусти меня. И забирай все деньги. Мне оставь всего лишь жизнь.
Тёмный, усмехнувшись, убрал пистолет в кобуру и вместо него достал складной нож с черепом на рукоятке. Александр, заметив эту рукоятку, на несколько секунд задумался о чём-то, словно не относящемся напрямую к текущей ситуации.
— Я тебе сейчас вырежу твои очи чёрные, чтобы не моргали и не смотрели на меня так нагло, Саша, — вернул его в реальность Ромов.
— Кончай его, батя!
— А ты не скули. Тебе слова не давали! — резко одёрнул Сергея главарь банды.
— Думай сам, — твёрдым голосом ответил Александр и повернулся к врагам спиной. — Думай сам. Думай… Решай… Ромов…
Ромов хмыкнул, покачал головой и отвернулся на секунду в сторону, и тут…
Сергей со всей силой ударил стоящего перед ним Александра киркой по голове!
— Дуранулся?! — проорал в ужасе авторитет.
— А какая разница? Нет никакого клада! Эта сука пудрит нам мозги!
— Это я здесь решаю, есть или нет…
Александр покачнулся, и по его лицу, а прямо на кожаное пальто потекла кровь. Много крови. Кровь залила глаза и покрыла щеки… Он закачался, что-то простонал и… усмехнулся. А затем рассмеялся…
Оба бандита изумлённо посмотрели на убитого ими человека, который, несмотря на страшную рану на голове, продолжал как ни в чём не бывало стоять, да ещё смеяться.
— Батя… чёрт, на хер… — прошептал Сергей.
— Напрасно, Ромов, — твёрдым голосом сказал Александр. — Ты дурак! Какой ты дурак… Ты…
И в следующую секунду авторитет перерезал ему, стоящему на коленях и уже истекающему кровью, горло.

***
Спустя почти три часа два человека вышли, наконец, обратно, к машине.
— Чего так долго? Обещали за час обернуться… А где этот… Ведьмак? С ним готово?
— Ведьмак — всё, — подтвердил Ромов и кивнул: — тронулись!
— Чёрт остался без могилы! — весело болтнул Сергей, и машина завелась.
— Совсем так бросили?
— Нет, пожгли чуток, и веточками прикрыли… — Константин задумчиво посмотрел куда-то вдаль. — Пожгли… Опознать думаю, никто не сможет. Документы все у нас. Да и кто его найдёт?
— Батя, а почему всё-таки… — начал осторожно водитель.
— Бог не велел, Малый, — ответил задумчиво Ромов, — Бог не велел таких хоронить. Потом поймёшь.
— А… ну ладно. Аминь, раз так! — кивнул Пётр, и машина медленно по грунтовке покатилась домой.


Прошло двадцать три года…

продолжение:
http://proza.ru/2017/10/18/32