Лес подле родового поместья

 Помню тот день, точно вчерашний… Прошло почти 40 лет, и вот, внезапно, сны о том дне вновь посещают меня. Не помог мне ни опиум, ни иные известные человечеству препараты, что могли бы облегчить мое существование. Говорят, что сожжение бумаг, на которых будут записаны все подробности не дающего покоя события, избавят человека от навязчивых дум и, в моем случае, беспокойных ночей. Посему, эта рукопись будет сожжена в багряном пламени домашнего камина…

 Отец мой, невероятно успешный чиновник, известный тем, что не взял за всю карьеру ни одной взятки, продал, увешанный зеленью, дом на берегу Темзы и вся семья переехала в родовое поместье, где-то к северу от Лондона (не пытайтесь его найти, ныне на его месте – серое пепелище, что зарастет благоухающей растительностью, уже лет, через 10). Признаться, я радовался переезду, ибо тот дом, столь милый снаружи и полный чего-то мистического, достался противникам отца, а мы будем наслаждаться романской архитектурой и свежим степным воздухом.

 Прямо за обширными садами фамильного поместья, что расстилались поистине далеко, словно стеной, рос лес. Мощный, темный, угрюмый, словно лицо отца во время мессы. Но ночью, его непомерно огромные кроны и высокие макушки переливались синеватым цветом, что на фоне темного звездного неба, оставляли буквально неизгладимое впечатление. Но родители мои, люди, всячески мне в детстве потакающие, запрещали мне не то, что гулять там, но и подходить к нему, толком, даже не поясняя, а чего это я, ребенок, получающий все и вся, стоит только пискнуть, не могу даже заикнуться о походе туда.

 Но было мне лет 8, мальчишка, нагло плюнувший на все предостережения взрослого поколения. Любознание, скорее любопытство, двигало мною тогда. Боясь буквально каждого звука, будь то предательский скрип двери, будь то «нытье» половиц у старой лестницы, или сопение нашего огромного пса, дом был покинут. Не обуваясь, пробегая по росе босяком, я все же дошел до леса. Ночь примечательна тем необъяснимым спокойствием, что она внушает любому живому существу. Луна и те маленькие, недосягаемые беленькие точки на синем небосводе, легкий ветерок, что так легко перебирал волосы и прочие «факторы» успокаивали в мгновение. Но… стоя пред стволами массивных деревьев, ты невольно осознаешь, что никаким спокойствием тут и не веет, да и откуда оно могло взяться, когда сердце стучит, грозясь проломить ребра, а серебряного свечения, будто не было, вовсе! Предстояло войти в место пугающее, пугающее очень сильно. Густая тень была подобна кипящей смоле, корни деревьев напоминали то ли извивающихся питонов, то ли размашистую паутину. Думать о столь отвратительных вещах не хотелось, не смело, но я шагнул в ту гущу, внушающую ни то страх, ни то ужас…

 …Проведя в лесу около часа, внезапно я осознал, что в лесу не темно вовсе, серебряный свет луны льется, а именно это слово больше всего подходит под описание того необычного переливания, что я наблюдал, отовсюду. Листья приобрели какой-то синеватый или сиреневый оттенок, кора деревьев казалась ослепительно белой, точно покрытой инеем. Трава голубоватая, с мелкими капельками росы, щекочущей ступни. И тут я ловлю себя на мысли, а не пора бы мне домой? Но куда мне идти? Я не просто гулял, а кружился в каком-то странном танце, подобно падающим листьям. И где же я? Поляна, деревья, луна, снисходительно смотрящая на меня.

 Здесь, мой разум дает сбой, первобытные инстинкты самосохранения не просто проснулись, а подобно волку выли, призывая к действиям. Но, что я должен делать? Откуда я там пришел? С севера? Ну, что ж, значит мне туда.

 И сколько времени я провел, бесцельно бродя среди дубов, чьи корни казались мне все более уродливыми и искаженными. Воображение пытливого ума рисовало странные картины, не двусмысленно говорящие о том, что пора бы домой, да побыстрее… Но сколько раз я менял направление? И как много раз, смеясь переливчатым смехом бежал в самую глубь. Покрытого инеем леса.

 Домой. Домой. Скорее домой!! Но куда бежать-то?! А может залезть на дерево да осмотреться? Прекрасная идея, да только дрожащие руки и замерзшие ноги просто не дадут мне этого сделать, какой бы невероятной силой воли, я бы не обладал!! И эти деревья, чьи раскидистые ветви напоминают паутину гораздо больше, чем сама паутина, пусть даже самого большого паука сего мира! Куда мне идти? Могу ли я куда-то идти? Могу ли идти, вовсе?! Ноги устали, и не то, что подкашиваются, а, кажется, сложатся, точно карточный домик. Ужас… заполнил весь мой разум, охватил все сознание…

 Одному Творцу известно сколько я тут бродил, но молитвы мои он точно слышал, иначе как еще объяснить то, что случилось?

- Ты, что? Плачешь?

 В осадок выпал бы любой взрослый человек, чего говорить обо мне? Подобно грому прозвучали эти слова, и подобно молнии по лесу пронесся мой резкий выкрик. Но я огляделся, и кто же был источником голоса?

 -Я здесь, обернись. – Пронеслось за спиной, словно некто прочитал мои мысли.

 Обернулся, и тут не выдержал – ноги сами собой подкосились, визг вырвался, разорвав тишину в этом проклятом лесу. Ничто так не испугает человека, как это…

 Мальчик, одетый в рыжий камзол, с черными волосами, подчеркивающими удивительную бледноту лица, большие лазурные глаза, подобные цвету морской воды, он подал мне руку.

- Вставай, я живу здесь неподалеку, если ты заблудился, то не бойся. Я тебя провожу…

 Ни слова более. Все еще не понимая, что за черт здесь куралесит, я послушно поплелся за мальчиком. Он был высоким и очень худым, но рука моя, оказалась, словно в тесках. Он потащил меня отсюда. За спиной оказались и причудливые ветви и страшные корни, ледяная трава, кустарники, покрытые инеем – за спиной осталось все. Лунный свет все тускнел, сердце билось, подобно монастырским колоколам… Но почему мне стало теплее? И становится все теплее? Почему я вижу тот самый рыжий свет впереди? Рассвет?..

 И вот я на опушке этого проклятого леса… Очертания поместья расплылись в лучах великолепного рассвета. Какое там ночное спокойствие? К черту! К черту ночи! К черту все то, что я видел и ощутил!! Домой! Вот он, уже ставший мне родным, дом! До него всего несколько минут ходьбы! Но я, вовсе, не бежал! Я мчался, мчался, точно ураган. Плевать я хотел, на редчайшие виды роз, что выращивала моя мама! Не интересует меня, промоченная в пруду с японскими рыбам, одежда! Мраморные ступени, высокие миленькие деревьица. Все это пролетело мимо меня, подобно молнии. Или я пронесся, подобно молнии!

- Мама! Папа! Я дома! Где же вы? Прошу! Придите! Молю!


… Как же жалко я выглядел, когда лежа под тремя тяжелейшими одеялами, сквозь покрытые гноем ресницы смотрел то на родителей, то на полисмена.

 Я дома… это и стены, где я уже успел выцарапать свои иницыалы, и одеяло, куда я пролил гранатовый сироп, и тапочки, которые я подпалил свечой, просто, чтобы не спутать их с другими. Я дома.

- Ему невероятно повезло, скажу я вам. В таком густом лесу невероятно легко потеряться, но найти дорогу назад, к свету дано не каждому.

 Что-то такое донеслось до меня. Дальше я не слушал, у меня не было сил, возможности хоть как-то воспринять информацию…

 Но обрывки…

- 13 лет назад, там потерялся такой же мальчик, бледный, подобно снегу и глазами, подобными морской волне…