От казаков днепровских до кубанских ч. 50

Казаки гребной флотилии атакуют крепость с воды.

Идея реформы шла от самого царя, но её непосредственной реализацией занялся царский «собинный друг» - Никон, возведённый на патриарший престол в июне 1652 г., после смерти патриарха Иоасафа. Царское правительство учинило расправу над старообрядцами и они бежали на окраину России. Вскоре верхушка донского казачества, стремясь услужить Москве начала преследовать старообрядцев. Уже в 1688 или 1689 г. первая группа казаков-раскольников во главе с атаманом Львом Манацким появилась на Кубани (31). Спустя год, к ним подошли ещё 300 донских казаков. Примечательно, что крымский хан приказал ногайцам Кубани помочь этим недавним, казалось бы, врагам, и уже вскоре казаки стали проживать в укреплённом городке. Затем ряды кубанских казаков пополнятся участниками восстания Булавина К.А. на Дону (1708 г.). Временно новые насельники Кубани найдут убежище в Закубанье, проживая там ещё в 1712 г. Несмотря на отдельные случаи возвращения на Дон, основная масса донцов навсегда связала свою судьбу с кубанскими владениями крымского хана, как и некрасовцы, для которых Кубань стала новой родиной. Число казаков было в пределах 20-25 тыс. чел. Чуть менее половины из них были казаки-старообрядцы возглавляемые атаманом И. Некрасовым. Остальная их часть состояла из яицких, терских, гребенских, донских и запорожских казаков, не смирившихся с притеснениями Москвы. Эти кубанские казаки, имея свои пушки и знамя, образовали «Великое Войско Кубанское» во главе с Игнатом Некрасовым, а подчинялись крымскому хану и должны были сноситься с ним через ачуевского (г. Ачуев) пашу или сераскира, находящегося в Копылах. Указанные казаки не могли устанавливать дипломатические отношения с соседями, должны были стеречь рубежи с Россией и отслеживать поведение и перемещения ближайших кочевников.

Кубанцы-некрасовцы не платили налогов, жили по своим обычаям с выборными атаманами, занимались в основном, добычей нефти, скотоводством, охотой, рыбной ловлей и, ввиду близости пограничного режима, избегали хлебопашества. Царизм не собирался мириться с уходом казаков с «реки». Летом 1709 г. по именному указу Петра I в Бахчисарай прибыл дворянин В. Блеклый, которому поручалось с помощью богатых подарков склонить хана Девлет-Гирея II к выдаче казаков-некрасовцев, отступивших с Дона на Кубань в конце августа 1708 г. Приняв дары, коварный хан отказался помочь царскому посланцу, мотивировав своё решение неосведомлённостью о месте пребывания беглецов. На самом деле хан знал всё о некрасовцах, укрывшихся в Закубанье, и не собирался лишать своё войско в скором будущем столь великолепных воинов. Уже в 1711 г. они приняли участие в русско-турецкой войне на стороне Турции. «У какого царя живём... тому и служим... верой и правдой казацкой, по чести, без лжи и измены...», – говорили они. Россия, потерпев поражение в войне 1710-1711 гг. обязалась по Прутскому договору «не замать впоследствии не только черкес и запорожцев, но и казаков, которых Хан Крымский, сиятельнейший Девлет-Гирей, имеет в своём покорении...». Более того, согласно данным историка А.Д. Бачинского, в том же году султанское правительство предложило казакам-некрасовцам переселиться в пределы Турции. Можно говорить, таким образом, о прямой заинтересованности правительства Ахмеда III в использовании Крымским ханством потенциала казаков и в местной геополитике, и в акциях внешнеполитического характера. В 1730 г. хан Менгли-Гирей держал при себе в качестве телохранителей сотню некрасовцев во главе с А.Черкесом.

Этот же хан, что на первый взгляд удивительно, отправил в ходе русско-турецкой войны 1735-1739 гг. к казакам-некрасовцам на Кубань своего посланца, предложив им на время боевых действий в регионе перейти на временное жительство в Крым. Казаки, знавшие об особо личностном и заботливом к себе отношении, позволили тогда отказаться. Надо отметить, что большинство из них тогда находились под ружьём в султанской армии. Некрасовцы часто, вместе с крымцами, совершали набеги на пограничные русские территории. По сведениям донского историка А. Ригельмана, некрасовцев было около 8 тыс. чел. вместе с семьями. По вероисповеданию многие из них - старообрядцы. Поселились некрасовцы в междуречье Кубани и Лабы, недалеко от совр. станицы Некрасовской, но вскоре переселились на Таманский п-ов. Там ими были основаны три городка со старинными казачьими названиями: Блудиловский, Голубинский и Чирянский. Безусловно, места проживания некрасовцев были согласованы с крымским ханом. Всё же несмотря на это, отношение с местными ногайцами (наврузовцами) князя Аллават-мурзы складывались непросто, особенно в первое время. Некрасовцы стали получать жалованье и им была выдана специальная охранная бессрочная грамота. И. Некрасов, атаман донской станицы Есаульской (по прозвищу - «Будьян»), после убийства в Черкасске Кондратия Булавина в июле 1708 г. возглавил восстание. В честь него, ушедшие на Кубань казаки и получили свое название – некрасовцы или игнат-казаки. Уходить на Кубань пришлось однозначно, так как князь Долгорукий с армией шёл вниз по Дону, истребляя поголовно население городков. Вешали, сажали на кол, женщин и детей забивали в колодцы, священников, молившихся за восставших, четвертовали. Число жертв было огромно.

На подавление были брошены калмыки Аюка-хана и украинские казаки - Острогожский, Изюмский, Ахтырский и Сумский слободские полки, Полтавский и компанейский Кожуховского гетманские. Активное участие в карательной операции малороссийского казачества серьёзно осложнило отношения с донскими казаками. Позднее, при подавлении «колиивщины» на Украине и в Польше донские казаки Гурьева, потомки некогда казнённых булавинцев, в свою очередь сыграли весьма значимую роль. В 1737-1739 гг. русская императрица Анна Иоанновна предложила некрасовцам вернуться в Россию, но они категорически отказались. Тогда на Кубань были направлены русские войска. После кровавой бойни, часть казаков переселилась в устье Дуная. После русско-турецкой войны 1768-1774 гг., когда Крым попал под протекторат России, оставшиеся на Кубани некрасовцы переселились сначала в турецкую Анатолию, а затем в Добруджу на Балканы. Им дали землю в устье Дуная близ озера Разельм (Разин). Здесь они занимались рыболовством и охотой - традиционными занятиями жителей Дона того времени. Но у них не сложились отношения с запорожцами, которые переселились туда после ликвидации Сечи летом 1775 г. Поэтому с 1791 г. казаки-некрасовцы стали переселяться в азиатскую Турцию, в окрестности озера Майнос. С этого времени образовались две ветви некрасовцев: майносская и дунайская. Действительными некрасовцами являются майносские. Они жили вдали от русских границ, в чужом окружении, замкнуто, что позволило им сохранить наследие предков: общественно-демократическое устройство, веру, многие обычаи и обряды, культуру. Занимались они рыболовством, охотой, скотоводством и с конца XIX в. - земледелием. На рыбный лов уходили с 15 августа и возвращались в апреле. На промысел отправлялись мужчины от 15 до 55 лет артелями по 18-25 чел. во главе с выбранным атаманом.

Их провожала вся станица, неся впереди знамя Игната Некрасова. Ловили рыбу в Мраморном, Чёрном, Эгейском, Средиземном морях и озёрах Турции. Высшая власть в общине, как и на Дону, принадлежала кругу. Атаман без круга ничего не предпринимал. Общественное устройство, быт, нравственные устои определялись «Заветами Некрасова» - своеобразной конституцией некрасовской общины. Первый завет гласил: «Царю не покоряться, до царя в Расею не возвертаться». И еще один: «На войне с Россией в своих не стрелять, а палить через головы». Свод законов был записан в «Игнатовой книге», которая хранилась в священном ларце на Майносе. Описание жизни казаков-некрасовцев в Турции содержится в статьях русских путешественников XIX в. Первым их посетил Михаил Чайковский в 1830-е гг. Его мемуары были напечатаны в журнале «Киевская старина». Он писал, что село состояло из хат, в каждом дворе была конюшня. Обычай не позволял им заниматься земледелием. Хлеб, овощи, мясо и молоко покупались в соседних греческих селах. На случай войны старшина назначал войскового атамана, причём принимали во внимание его военные заслуги и способности. При каждом отряде некрасовцев во время войны было трое стариков, которые наблюдали за исполнением обычаев и обязанностей и составляли военный суд. Когда требовалось призвать некрасовцев на войну, то султанским фирманом определялось количество пехоты и конницы, которые они должны были выставить. Все казаки созывались на круг. Атаман и старики сидели на скамьях. Каждый казак по очереди подходил, кланялся атаману и старикам и клал у ног атамана свою шапку, к которой была прикреплена карточка с его именем. Когда все сложили свои шапки, старики перемешивали их палками, с которыми всегда ходили. Есаул отбирал количество шапок, соответственно числу казаков, указанных в фирмане. Потом составлялся список и вручался атаману.

Атаман вызывал одного за другим внесенных в список казаков и отдавал каждому его шапку. Далее автор описывает очень интересный обряд, который не сохранили ни некрасовцы, ни донские казаки. Перед походом на той же самой площади вооруженные и на конях казаки поодиночке проезжали перед стариками и сельским атаманом и каждый спрашивал: «Нет ли милосердного человека, который взял бы на себя попечение перед Богом о моей грешной душе». Если спрашивающий был хорошего поведения, то кто-то из стариков отвечал: «Я (имя и прозвище) беру попечение о твоей душе перед Богом, буду молиться, чтобы Бог сохранил тебя для покаяния в грехах, а ты привези за то нам военную честь и доброе казацкое имя». Если казак был дурного поведения, то ему отвечали молчанием, и он отъезжал смущённый. И все были уверены, что ему не сносить головы на войне, так как у него нет поручителя и богомольца между стариками. После этого войско выступало в поход. В.И. Кельсиев, агент А.И. Герцена на Востоке, авторитетно свидетельствовал, что в военное время турки доверяли некрасовцам стеречь казну, гаремы, обозы, военную добычу и пр. Превосходные воинские качества этих казаков признавали даже противники. Полковник русской армии И.П. Липранди, описывая особенности войн с турками в 19 веке, указывал, что если ночная цепь турок "не содержится некрасовцами, то очень легко снимать её и даже застать спящую. Одни только некрасовцы содержат передовую цепь столь же зорко, как и наши казаки". Образную и верную по сути оценку положения казаков в Турции дал казак Ефимов, выкупленный некрасовцами на невольничьем рынке в Стамбуле и принятый ими в свою среду. В 1834 г. в письме, отправленном в Россию, он говорил о том, что турецкий султан дал большую волю некрасовцам по всей своей стране. Кто чем может, тем и занимается.

На службу же они привлекаются только с наступлением военной кампании. Каждому казаку платят в сутки по 40 левов и выдают всякую экипировку. Священников приглашают из России. Писали о казаках-некрасовцах также В. Щепотьев, Минорский В. и др. Изоляция не спасла Майносскую республику от изменений. После отказа некрасовцев в середине XIX в. воевать с Россией турецкие власти стали отбирать у них земли и заселять туда переселенцев с Балкан, после освобождения русскими Болгарии, а также махаджиров (в т. ч. западными адыгами). Излишки земли пускались в свободную продажу. Состоятельные майносцы стали её приобретать и это ещё больше усугубило социальную разделённость некрасовского общества, разделённого с начала 1880 гг. по религиозному признаку: казаки-единоверцы составили слой «рыбаков», а казаки, приемлющие священство Белой Криницы, - слой земледельцев. В начале XX в. некрасовцам была введена воинская повинность. Также власти стали вмешиваться во внутренние дела общины. Всё это привело к тому, что уже в 1911-1912 гг., при действенной помощи со стороны российского посольства, первая группа казаков из Турции российскими пароходами вернулась в Одессу. В дальнейшем они осели в Грузии, а затем в 1919 г. в Краснодарском крае, недалеко от ст-цы Приморско-Ахтарской. 23 апреля того же года 249 казаков-некрасовцев в возрасте от 1 года до 71 были зачислены в состав кубанского казачества и получили наделы земли. Последняя группа из 215 семей вернулась в СССР в 1962 г. В ночь с 20 на 21 сентября теплоход «Грузия» отчалил от пристани в Стамбуле и взял курс на порт Новороссийск. На борт теплохода погрузилось 999 чел., а в Новороссийск прибыло 1000: родился на корабле у Харитона и Анны Бабаевых сын Семён. Очень символично, что уже находясь в пути, на теплоходе, переселенцы впервые увидели художественный фильм «Тихий Дон».

Продолжение следует в части  51                http://proza.ru/2020/05/14/1150            


Рецензии