Маугли

МАУГЛИ



Мне у дедушки нравится, очень. Утром проснусь, выйду из дома, и трава под ногами, не то что в городе. Пока оденешься, пока спустишься, везде асфальт, машины едут.

А здесь раздолье, красота. Бегаешь везде, где хочешь. Никто тебе не кричит: «Соня, нет времени, Соня ты опаздываешь, Соня садись, делай уроки!»

Хочешь, бегай на огороде в кукурузе или подсолнухах, хочешь во дворе играй в песочнице, или на качели катайся, дедушка специально для меня изготовил, и песка с моря привёз, хочешь, катайся на велосипеде, или на море купайся. А хочешь целый день лазь в малиннике, ешь, ешь эту малину, даже во рту шершаво и вкусно так, что в щеки больно.

А ещё у меня там есть подружка Маугли, так мама её называет.

Я знаю этот мультик, я смотрела два, - в одном там поют, он  мне больше нравится. Только я когда была совсем малыш, боялась там слоников. Они так громко топали и пели, что я всегда убегала и пряталась в коридоре, и выглядывала, пока они не пройдут. А в другом мультике мне нравилась серия, где мальчик встречает девочку, когда засовывает руку в горшок и обжигается, так смешно, но потом там много всего страшного. Я только с папой его смотрела, и книжку читала, ну, то есть мне её читали все и папа, и мама, и бабушка, книжка-то сложная. Да но я про Ирку, мою подружку в деревне…

Мама у Ирки одна, а папа уже третий. Она так и хвастается:
- У меня мама одна, а папа третий.
Почему так, не знаю. Когда я прошу маму, чтобы она объяснила, мама только отмахивается, мол, вырастешь, поймёшь. А я и так всё понимаю, только не говорю. Зачем маму расстраивать? Мне же осенью восемь лет исполняется, и я всё понимаю, не то что некоторые, как мой одноклассник Вовка, например, который только и знает, что кричать на перемене: «Я зомби, я зомби!».

Лёвка тоже дурачится, но он прикольный, и так здорово про кота своего Пуню на уроке истории рассказал, что мы все обомлели. Да, Лёвка мне нравится, он мой клоун, но об этом молчок, никому не скажу даже Вике, а тем более Мыльному Пузырю…

Да, с Иркой не скучно, а это главное! Где мы только с ней не лазим: и на сливу забираемся и наедимся так, что потом весь день в туалет бегаем, или на шелковицу за домом залезем, едим, едим, весь рот перемажем, а ещё у нас там домик есть, но это тайна.

Да, Ирка всегда летом гоняет в одних трусиках, загорелая, ловкая, как Маугли, волосы у неё длинные, распущенные, спутанные, чёрные, она их, видать, редко чешет летом.
 
Когда я утром просыпаюсь, она уже стоит у забора, в палисаднике, со своим младшим братом Ванькой, который сосёт палец, и совсем без трусиков ходит, да, они вдвоём стоят, ждут меня. А я выбегаю с куклой, или пирожком, и даю им через забор куклу, чтобы они поиграли, или пирожок, чтобы поели. Их дома не кормят, что ли? Не знаю, но они выхватывают друг у друга этот пирожок, как мои хомячки Шурша и её сын Шустрик, которого мы оставили, - даже ловчее.

Ирка вообще-то немножко вруха, то рассказывает, как она сама в Анапу (город) ездила, то, что её третий папа главный депутат какой-то, то, что в неё влюбился Виталик, сосед, симпатичный мальчик, но он её на пять лет старше! В седьмом классе учится, представляете! Да, вруха она ещё та!

А ещё она хвастается, что смелая и ловкая, и всё такое, и сможет на любую высоту залезть. Да, лазить она умеет, правда. Иногда может такое выкинуть, что дух захватывает! Например, взобраться на верхушку шелковицы, раскачиваться там и кричать: « А я – летучая мышь, я могу висеть вниз головой!»

Один раз она уже сорвалась, расцарапала себе спину и руки, но всё равно продолжает дурить. Ещё она умеет цокотать, как сорока, и выть, как самый настоящий волк, - где она этому научилась, непонятно.

Но мне всё равно, я тоже умею лазить не хуже её, а бегаю даже быстрее, я вообще быстро бегаю, очень, даже быстрее мальчишек, хотя для балета это плохо, и мама меня всегда останавливает:
- Соня, прекрати гонять! Соня, остановись! Соня, береги ноги!
Глупая мама, когда Ирка с Ванькой это слышат – меня же наоборот это только подстёгивает.

А сегодня пришёл Вадик, сосед, дедушка разрешает всем приходить, только ругает, когда из дома что-то пропадает, но так он очень добрый. Мама уверена, что это Маугли всё тащит, а я не верю. Она же такая ловкая и смелая, зачем её это, она же не Мыльный Пузырь, которая всегда завидует. Нет, Ирка всегда честно говорит, что взяла, и не прячется. Если взяла, то так и скажет, и нудиться она не любит, их в семье шестеро. Мама её чуть ли не каждый год рожает, потому что за это деньги дают.
- Вот столько денег, куча! Представляешь? Я очень богатая!
Так всегда хвастается Маугли, у меня денег вот столько!- Показывает она рукой над головой.
Только чего они такие голодные, непонятно.
Мама говорит, что просто их родители много гуляют, и деньги на это тратят.  Как они гуляют, не знаю, я их ещё ни разу не видела, а слышала только, как песни они целый день поют. И папа её депутат тоже. Да, наверное, потому и крыша у их дома плохая. А дедушка даже немного поругивает её маму, плохими словами называет, но здесь я не хочу говорить так, потому что для Ирки мама святая, и она, как чёрная кошка бросается, если ты вдруг что-то плохое скажешь об её маме. Да, вот так она её любит, не то, что некоторые.
И хотя мама мне говорит: «Перестань с ней водиться, она плохая!» Мне даже обидно становится, ведь я-то знаю, что всё наоборот, и ещё с неё интересно, и весело, а это главное, самой-то скучно играть с куклами, от этого даже голова разболеться может, особенно, если сидишь целый день на солнце.

Да, а сегодня Маугли себя показала, видела бы это мама! Но она как раз загорала на пляже.

Сегодня мы с утра играли втроём в куклы, Ирка, Ваня малый и я, ну разложили всё на песочнице, играли в подиум, у кого лучше наряд, украшения, и всё такое. Моя Блум всегда чемпион, я ей всегда одеваю самое красивое платье, и сапожки, и серьги, и украшения, и браслеты. Ну, а Ирка совсем не противится, ведь её Ариэль- губастик всегда на втором. А Ванька – малый со свои Скаем на третьем, тоже призёр. Им же главное тоже поиграть со мной, поэтому они на всё готовы.

Да, а тут неожиданно пришёл Вадик сосед, он тоже всегда приходит ко мне, я же из города, ну им и интересно, что да как в городе. Вадик старше нас, перешёл уже в пятый, но ему с нами интересно, а ему и подавно. После того как он пришёл сначала мы играли в грабёжников, ну, Ваня- малый и Вадик, будто шпионы, прокрадывались к дедушке в сарай, и тащили оттуда в мешках клад, ну, золото, там, драгоценности, а мы с Иркой гнались за ними, как полиция, преследовали, а потом ловили и отбирали сокровища. Так мы гоняли довольно долго, пока не устали и не уселись все вместе на качалку, такую лавку со спинкой, которая закреплена на железной перекладине, сидели раскачивались, болтали ногами.
И вдруг Маугли говорит:
- Пахнет как-то странно.
- Да, - говорю я, - точно.
Я, вообще-то, нос, так мама меня называет, и что-то новое чую за километр, ну, может, чуть меньше.
Запах был новый, резкий, и почему-то страшный.
Тут Вадик поднимается, подходит к времянке, где бабушка кушать обычно готовит, и вдруг бежит к нам обратно, волосы дыбом, будто его колотушкой треснули.
- Ка-абан! Кабан!!
Кричит он, пробегая мимо, и прячется за абрикосу, которая росла у дома. Ну, подкрались мы с Иркой, Ванька малый-то сразу шмыгнул в дом, да, выглянули из-за времянки, смотрим, точно стоит кабан, метра три в дли и два в высоту, честное слово, какой-то монстр настоящий, стоит и землю роет под вишнями, а потом раз, и поднял свою огромную ушастую голову, и на нас смотрит, глазки маленькие, красные, противные, так сверлит тебя им, у меня даже в горле перехватило, и под животом жарко стало.
- Мама, - только и сказала я, а сама медленно делаю шаг назад, а Ирка хвать меня за руку, и палец к губам приложила, и говорит.
- Сбежал с фермы, наверное, сейчас я его отгоню.
- Не надо, не надо! – шепчу я ей, а сама дрожу, как от холода. – Надо дедушку позвать с огорода.
Надо-то надо, но только дедушка далеко, его и не видно за палисадником в кукурузе, а этот стоит и роет под вишней, уже яму вырыл, сейчас дерево свалит своей мордой, спасать надо!
И тут моя Маугли берет хворостину длинную, и идёт прямо на чудище! И кричит ему:
- А ну-ка пошёл отсюда, пошёл, давай, давай!
Подходит, и на – кабана этого по загривку! Вы бы видели. Ну, тут уже и Вадик подскочил с лопатой, и даже Ваня Малый, и так они втроем и погнали кабана из палисадника, по меже между огородами вниз, к морю, где возле дороги была ферма.
А потом уже и я побежала за ними, и так мы вчетвером и гнали его, улюлюкая, и смеялись, и кричали, а он шёл нехотя, а иногда падал на пахоту и рыл копытами, и пару раз даже обернулся, и хотел идти на нас, и все прыснули в стороны, кроме Маугли. Да, она смело шла на него, не боялась, не то что мы. А потом нас встретил у дороги дядя на велосипеде, и хватил кабана балкой, так больно, что мы даже услышали звук удара, и кабан послушно затрусил к ферме, а мы стояли и смотрели, пока они вдвоём не скрылись из вида.
- Это племенной кабан, - сказала Ирка, вытирая пот со лба.
И только сейчас я заметила, какая она была бледная, и как блестели её глаза, а взгляд был странный и тёмный.
- А что значит племенной? – спросила я.
- Та, фигня, потом скажу! – Ирка отбросила хворостину, поскочила ко мне, ущипнула за бок, и мы понеслись, с визгом, к дому прямо по пахоте, и я всё никак не могла догнать её, так быстро она бежала, а ведь я чемпион класса по бегу, а мальчишки совсем отстали, они побежали только вначале, а потом бросили. Да, сначала её смуглые лопатки мелькали прямо передо мной, а потом уже на несколько метров впереди, а потом уже и стали фигуркой, которая ждала нас в конце огорода. Да, она такая, моя Маугли, и с ней не скучно, поверьте, каждый день у нас было новое приключение, а это так здорово! Поэтому я не верю тому, что говорит мама, ведь для меня она лучший друг здесь в деревне, я даже её иногда обнимаю, когда не вижу целый день, или она куда уезжает. Да, потом увидимся, и я обниму её так, немножко, а она улыбается:
- Ты чего? – говорит.
А я сама не знаю, почему мне хочется её обнять, и сердечко моё всегда тогда стучит бысто-быстро, тик-так, тик-так.
А потом я беру её за руку, и мы вместе вприпрыжку бежим во двор, где за столом сидят мама с бабушкой, и что-то говорят о нас, я чувствую это, и замечаю, как они недовольно косятся в нашу сторону.
Но мне все равно, ведь я так счастлива с моей Маугли!