Открытие сирбирии марко-весельчаком

1.Узник Генуэзской крепости
Существуют ли драконы, летающие корабли и полёты по эфиру посредством магии? Вопрос непраздный, ибо каким ещё образом можно перенестись в мгновение ока на другой конец света, как не оседлав дракона или произнеся  заклятие. Я , генуэзец, Марко Пуоэльо, очутился в дворце китайского императора без посредства верблюдов, караваны коих денно и нощно следуют по шёлковому пути через Тибет, Афганистан, Персию, Кавказ –и достигают Италии спустя годы. Я побывал  в бесчисленном количестве  стран всего   за несколько месяцев, а может и дней, если не сказать –в мгновение ока-и вот теперь, сидя в крепости, куда упрятали меня за колдовство латники и  монахи-иезуиты, рассказываю о своих приключениях писчику, аккуратно заносящему всё на бумагу.
Судеты- город, в котором генуэзцы воздвигли сей угрюмый кремль с видами на море из узких бойниц стали моим узилищем. Таврида, хранящая руины времён Софокла , Еврипида и Платона , сей  край угрюмый и нелюдимый, где то палит солнце, то выпадает снег, полуостров  брошенный   византийцами после разгрома Константинополя  крестоносцами, приютил меня в качестве подследственного священной инквизиции.
2. Завещание
Моя прабабка произвела на свет моего деда  как раз благодаря  нелепому предприятию католической церкви, называемого Крестовыми походами. Прапрадед мой был испанец  из рыцарского ордена, поклонявшегося части креста господня, хранившейся в ковчежце, выполненном виде корабля с крыльями вместо вёсел, с  парусом в виде  надутого    мешка с изорбражением на нём драконов. Жена его– марктитантка-итальянка в войске паладинов. Она родила дедушку на соломе под телегою далеко от Палермо. Тяжелым было его детство. Но рос он закалённым и смышленым, сызмальства приученным к чтению Священного Писания. Бывало молился истово, взывал ко всем святым, чтобы осуществились его мечты-повидать  белый свет за пределами нашей Генуи и произвести на свет внуков. Сбылось. Мой отец был участником открытия и завоевания  Америки. Он участвовал в штурме Теннотчитлана и захватывал в плен  Монтесуму.
Израненный в конквистдорских походах отец, лёжа на смертном одре, призвал меня к себе и сказал:
- Слушай отрок мой , Марко! Чудный ковчежец с частью креста, на котором принял муки Спаситель, добытого прадедом нашим  в Святой Земле,– твое наследие. Построй корабль –точную копию этого макета внутри которого запрятан священный  осколок древесины , возьми на борт эту реликвию- и свершится невозможное- гондола твоя поднимется ввысь и  полетит. Ковчежец наделён силой левитации, ибо вознёсся пророк Иудейский на небеси телесно. Только для того, чтобы обрёл он это свойство нужно прочесть первую строчку из псалма…
    Отец не договорил , в горле у него захрипело, забулькало –и он отошёл в лучший из миров. Вот так  печально ушёл он из жизни. Он так и не успел поведать мне тайну заклинания. И потому я немного взгустнул.
А вообще-то любил я повеселиться, пображничать  с друзьями, погулять по морю на лёгком паруснике. И куда только не забрасывала меня судьбина путешественника, купца, морского бродяги. Я мог очнуться на берегу после кораблекрушения и месяцами питаться мидиями, пока меня не подбирали купцы, остановившие свой корабль, чтобы набрать пресной воды. Я мог забираться в края, где не ступала нога католического миссионера. Крестовые походы тогда уже схлынули с земель Востока, как воды во время отлива - и все смеялись над ржавыми доспехами. Зато добытчики пряностей, стоивших    во много крат больше золота, были в почёте, наживались и купались в роскоши.
3. Карнавал
Веницианские карнавалы были на первый взгляд пустой тратой денег, ради безудержного веселия праздношатающихся паяцев в масках и костюмах самых ирреальных. Здесь можно было встретить шута в объятиях королевы и колдуна , распивающего фолернское с палачом. По гомонящим улицам разгуливала Смерть , на косе которой сидел клювастый попугай и орал: «Повесить! Повесить!»
  В этой карнавальной круговерти и  начинается моя история, предысторией коей было мое обучение у флорентийца Леонардо да Винчи, делателя чудных аппаратов, крылолётов, метательных машин, художника нарисовавшего Мону Луизу и расписавшего стену в Сикстинской Капелле. Нас было трое –его учеников – флорентиец Лоренцо, венецианец  Джованни и я. Мы помогали строить флорентийцу махолёты, зарисовывая движение крыла птицы, изучали его подъёмные свойства, мы готовили ему краски, делали черновые подмалёвки, которые он потом прорабатывал тонкой кистью.
 На карнавал мы явились в костюмах , изображавших  Мысль, Вдохновние и Веселие. Маски было изготовить нетрудно. Мысль-морщинистый лоб. Вдохновение-брови домиком. Веселие-рот до ушей. Нырнув в водоворот  костюмированного представления , мы искали Лауретту , дочь богатого негоцианта Манчини. Накануне,  ещё в Геную, собравшись в моей алхимической лаборатории, где я продолжал экперименты , начатыве с Леанардо, мы условились произвести пробу. Нам надоело болтаться в качке , оплывая вокруг  Итальнский «сапог», чтобы попасть с одной стороны его голенища –на другую. Не проще ли проделать это расстояние по прямой.
 Мой рассказ о предсмертном завещании отца, сдобренный его беспорядочными воспоминанием о том, как во время штурма Тенотчитлана, он поднял в воздух галеон и ацтеки в сященном ужасе  пали ниц. Они без того принимали Эрнана Кортеса за Кетцалькоатля. А тут корабль с при деланной на носу драконьей мордой и  сыпящим петардами хвостом, и вовсе поверг их  в ужас:пернатый змей , о котором предупреждали  жрецы майя, явился в яве.
   Ковчежец был при мне. Мы сшили из китайского шёлка огромный мешок, который намеревались привязать к мачтам и надуть его тёплым воздухом. Способность реликвии к левитации  мы я проверил  заранее. Пораздумав -какой из псалмов служит магической формулой, я остановился на 13. И стоило мне произнести первую строчку, как ларец воспарил. Прочтя заклятие в обратном порядке, я вернул его в исходное положение.
 Мы искали Лауретту. И мы нашли её, любующейся проделками факира, изрыгающего огонь. В маске , изображающей Печаль, она поджидала нас в условленном месте.
- Ну-что ? К причалу – и летим? Ветер сегодня как раз Восточный –и нас домчит до Генуи в одно мгновение.
-Летим, ключ от замка к причальной цепи у меня.
 По сверкающей от карнавальных иллюминаций улице мы устремились к пирсу, где нас ждал бриг негоцианта-«Меркурий».  Мы быстро справились и с замком и с шёлковым мешком, приторочив его к вантам и реям. Лоренцо и Джовани зажгли изобретённую мною горелку, работающую  на  перегнанном  дважды масле –шар стал наполняться горячим  воздухом. Я установил ковчег в каюте капитана поверх навигационных карт, придавил его сверху подзорной трубой и  секстантом для прокладки маршрута по звёздам –и , вынув из кармана псалтирь, прочёл:
- Сказал безумец в сердце своём: «нет Бога»…
Корабль дрогнул и стал подыматься ввысь. Я выбежал на палубу –огни карнавала стремительно уходили вниз. Мы ликовали. Нас тащило и несло. Глядя на звёзды, я понял, что вверху ветер дует в прямо противоположном требуемому направлению. И смекнув, что нас может утащить в Грецию, на Кипр или даже в Иудею, я подумал: « А может оно и к лучшему!»
   Что Генуя с её купцами-толстосумами! А Греция –это Афины, руины Парфенона. На Кипре можно увидеть могилы тамплиеров с их скульптурными образами на надгробиях, по Иудее же ступали ноги самого Иисуса Христа.
 Нас куда-то несло. Мы спустились в каюту , чтобы отметить наше отплытие.
 
4. На  высоте античных богов
Очнувшись после выпитого, я увидел в окно капитанской каюты облака. Они громоздились античными богами с фронтона Парфенона. Поднявшийся с мраморного надгробия тамплиер шёл рядом с уносимым в неведомую даль ковчегом,  волхвы торили путь впереди. Солнце сияло лучистой звездою.  Лауретта,  Лоренцо и Джованни   спали. Я вышел на палубу, дабы осмотреться. В разрывы облаков видна была Земля. И я узрел бубновые очертания Тавриды и даже Судеты-град и на холме крепость, в которой я теперь заключён. Это было мгновенное видение-нас уносило  на Восток со скоростью невероятной, даже сверхъестественной. А картёжные масти мерещились мне по той причине, что отведав вина из бочоночка в капитанской каюте, мы уселись резаться в карты, ставя на кон сокровища, которые мы обретём в дальних странах. Лоренцо и Джованни лишь для отвода глаз говорили о том, что мы летим в Геную, на самом деле скрытый нами от Лауретты план заключался в полёте в Мезаамерику, где мы надеялись отыскать Эльдорадо-золотой город в джунглях Амазонии. Однако, неведомая нам сила увлекла нас не на Запад, а на Восток.

- Та сила, сам Диавол , с которым ты вступил в сговор и даже подписал с ним контракт!-перебил меня  иезуит –дознаватель. И, развернув бумагу, которую я и в самом деле подписал в генуэзской таверне накануне нашего отплытия на «Меокурии» на  Венецианский карнавал. Старый, по-сарцински смуглый португалец с седой бородой ссудил  мне увесистый кошель монет , попросив взамен лишь расписку. Развязав шнурок на чёрном бархатном мешочке с вышитой на нём пентаграммой, я увидел пиастры, дублоны- другие золотые и серебряные монеты с  чеканными профилями королей и императоров разных эпох на них
-Посмотри, что написано здесь, еретик и слуга Диавола? -сунул мне свиток в лицо иезуит.-«Обязуюсь верно служить Сатане!»
 Даже Иуде на фреске с Сикстинской Капелле, плащ коего я разрисовывал своеручно по просьбе великого Леонардо, пока он отдыхал и предавался грёзам о Моне Луизе, было понятно, что иезуит может изготовить любую фальшивку и предъявить её как подлинник.
-Я этого не подписывал.
- Кто же тогда? Здесь чёрным по белому написано Марко Пуэльо и даже отпечаток твоего блудливого пальца имеется.
-Я всего лишь дал расписку за ссуженные для путешествия деньги.
- Деньги? – взъярился инквизитор.- Не эти ли?
Он швырнул в меня знакомым черного бархата  мешочком с пентаграммой на боку.
-Открой, бесовское отродие, эту мерзость, отмеченную знаком Бафамёта!
 Я развязал кошель –оттуда пахнуло зловонием. В мешочке не было ничего кроме помёта, навозных жуков и копошащихся червей…

5. Бриг «Бегущий по облакам»
И я опять проснулся. Ибо вся сцена с иезуитом в крепостном узилище –была лишь сном.  Даже не раздевшиеся, вчетвером –мы валялись на широкой капитанской кровати , украшенной золотыми меркуриями. Нога Лауретты обвивала меня амазонскою анакондою, будто мы уже пробивались сквозь джунгли к заветной стране Эльдорадо. Лоренцо и Джованни , сомкнув объятия, невинные, как два младенца, почмокивали во сне губами. Казалось, мы не мчимся по облакам, а всё ещё плывём в Венецию на карнавал. Возле кровати валялись наши золочёные маски. Все мы были в карнавальных мужских костюмах. И поэтому только мне было известно, что Лоренцо-это Лоренца. И даже Джованни не знал, что один из учеников Леонардо - девушка.
- А! –вывел меня из оцепенения иезуит.- Убедился, греховодник, колдун, хиромант, что вместо денег дон Мигель Кохадо, гранд португальский, подсунул тебе кал?
- Это не тот кошелёк!-парировал я.- И подсунули его мне вы, святой отец.
- Твои спутники дают совсем иные показания. И уже сознались во всём. Один ты упрям, как Вифлеемский осёл!
-Отчего же Вифлеемский, святой отец. Вознёсшийся на небеса Спаситель, въезжал в Иерусалим на осле. Так может Иерусалимский?
-Какая Ересь! Но ты не только хулишь Святое Писание, но и соблазнил дочь негоцианта Манчини Лауретту, совратил невинную душу. Ты украл дорогостоящий корабль и сменив на нём  буквы названия , надеялся присвоить чужое имущество. «Бегущий по облакам!»-что может быть глупее? А девушка соблазнилась обещаниями полётов по эфиру, не понимая того, что подобные занятия-удел ведьм, отправляющихся на шабаш. И вы отбыли на него –в Венецию…И уже оттуда…Н-да…Как ты утверждаешь долетели аж до Китая, откуда верблюдами через Асию  и  кораблями через Тихий , Индийский и Атлантический океаны нам  доставляют шёлк. Да и эту Лоренцу, оказавшуюся дочерью другого генуэзского богатея ты да твой дружок ввергли во грех. Вы, два мошенника, ты и сын цирюльника  - Джованни-хитроплуты так задурили девицам их невинные головы, что они согласились отправиться с вами искать Эльдорадо!
-Но ведь Колумб открыл Америку, Кортес завоевал ацтеков, а Писарро –инков. И повсюду их сопровождали женщины. Почему бы и нам…
-Замолчи, мошенник! Ты выдаёшь себя за учёного и великого путешественника, открывшего новые страны. На самом же деле всё это, - он указал на груду сваленных в углу мой тюремной теснины вещей из стран, где мы побывали,- такие же жалкие подделки , как и ваши карнавальные маски и наряды. Твой друг Джованни, утверждающий, что он лично знал Платона и Аристотеля- враль-каких свет не видывал…
 Иезуит прервал поток обвинений и, склонившись над горою вещественных доказательств, выхватил  из неё  бубен мансийской шаманки…
- Вот этот плоский барабан…Остроумно, но не убедительно…И какие –такие ша-маны…Если наши миссионеры , минуя Кавказ и Великие степи перевалили через Драконий Гребень –и обнаружили за ним ледяную пустыни, застывший, как Коцит в «Божественной Комедии» богоподобного Данте Ледовый океан. И один иезуит даже рассказывал, что видел торчащие из льда ноги Диавола…
-Он принял за них сирбирские кедры. Могучие и мохнатые…
- Ты лгун и непотребный пересмешник, как и твой дружок Джованни. Да и Лоренца –чересчур остра на язык…
-Так и судите нас за враньё и весёлый нрав. Зачем приписывать нам связь с Диаволом. Или вы хотите сжечь нас на костре, как сожгли Джордано Бруно лишь за то, что он был прав?
Пока  я говорил,  иезуит взял из кучи изъятого с корабля колотушку, и стал ударять ею в бубен, ходя по келье , в которую меня заточили.
6. Тайша –шаманка васюганская
Пожалуй, он желал таким образом проверить- в самом ли деле камлания вгоняют в особое состояние , позволяющее перемещаться в пространстве, времени и бывать в иных мирах.
…Всё ещё лежа на капитанском ложе, знавшем и портовых шлюх, и индианок Мезаамерике, я не спешил освободиться от обвившей меня ноги Лауретты. Я нашёптывал сонет Петрарки, представляя, как предстоим мы с нею, венчаясь, пред алтарём в милом сердцу Миланском соборе, как звучат трубы органа. Но то были не готические шпили храма и не органные трубы, а острящиеся вершины елей и пихт. Стрельчатыми витражами и розеткой на фасаде сверкали оконца озер и соединяющих их проток. Посреди буйных джунглей из ещё неведомой тогда для нас растительности – широкой полосой, словно перевязь орденской ленты, вилась река, которую мы приняли за Амазонку.
-Амазонская Сельва!- крикнула Лауретта, ради развлечения крутившая бесполезный капитанский штурвал. -До Эльдорадо –рукой подать!
Проснувшись, она с восторгом приняла новость о том, что мы летим не в Геную к её папе, а в Мезаамерику. Не было пределам её восхищению и когда выяснилось, что Лоренцио –это Лоренца и теперь девушки расхаживали по палубе в нарядах моей подруги, и,  восхищаясь открывающимися за бортом видами.
  Мы снижалась не потому, что ковчежец, который стал летать по каюте, как только с него свалились подзорная труба и секстант с компАсом. Поймав нашу реликвию, я  надёжно запер её в капитанском рундуке. Корабль опускался отчасти по причине того, что кончилось масло для горелки, наполняющей наш летательный мешок горячим воздухом, отчасти по причинам мне неизвестным…
Размышляя о том, что раз  уже близко  Эльдорадо, стало быть не исключено, что мы найдём золото, которым, как  говорили возвращавшиеся из Мезаамерики испанцы и португальцы, завалено дно легендарного озера. Ну а коли так – драгоценный металл придётся грузить на корабль. Меня беспокоило-сможем ли мы подняться, отягощённые таким грузом? Кроме того, надо было подумать, как проложить обратный маршрут, чтобы не промахнуться….От Амазонки до Генуи путь не близкий.
И вот мы бросаем якорь, спускаемся по верёвочной лестнице на поляну на краю Озера. Возможно –это и есть озеро Эльдорадо?
 Первым , кто нас встретил , было незнакомое нам животное с ветвистыми рогами. Конквистадоры , побывавшие в империи инков, рассказывали про лам, служивших тамошним обитателям вьючным средством для перемещения грузов. В Альпах мне приходилось видеть оленей, на гобеленах – единорогов. Но это было нечто совсем иное. Громадные деревья  не походили ни на каучуковые, ни на секвойи, а скользнувшая у ног голубая змейка с оранжевыми пятнышками на голове не выглядела анакондой. Куда подевались крокодилы и пирании в реке? Вместо попугая на ветви сидел краснобровый петух. Никаких обезьян и мартышек, какими изобилуют джунгли Индии и Вестиндии. Существа похожие на запечатлённого Леанардо  в портрете дамы с горностаем –зверька, коему  я , пока великий художник  предавался думам о Моне Луизе, размалёвывал хвостик, цокали и кидались в нас плодами, в которых ,как оказалось имеются орехи с очень вкусными и питательными ядрами внутри. Мы изрядно проголодались, припасы наши , подходили к концу…
 Стрелою из арбалета я сразил ничего не слышащего и не обращающего на нас  петуха.
- Пикник! – пританцовывали Лауретта и Лоренца вокруг разведённого Джованни костра. Они уже измазали губы  ягодами , рассыпанными, как чёрный жемчуг по ковру
 Мы не знали, что из-за деревьев за нами внимательно наблюдают.
-Кто ты?- спросил я наткнувшись взглядом на раскосоглазую красавицу.
- Тайша, - кокетливо улыбнулась она, удивлённо таращась на мой карнавальный венецианский наряд.
 В руках у неё был тот  самый бубен и та самая колотушка,  коими иезуит-инквизитор корил меня, как подделками, уличая меня даже не в связи с нечистью, а в мошенничестве…Не долго думая девушка пустилась в пляс у костра вместе с Лоренцой и Лауреттой, подпрыгивая и весело колотя в бубен.
   Петух, обжаривался на вертеле. Поднявшись по лестнице на борт «Бегущего по облакам» Джованни принёс бутылочку кипрского винца. Языком жестов, Тайша пыталась объяснить –где мы очутились. И тогда прозвучало слова СИРБИРЬ и ВАСЮГАН.
7. Главное обвинение
Иезуит  увлёкся, проверяя свойства колотушки и бубна, мне даже показалось, что стены мой тюрьмы исчезли и мы перенеслись на таёжную поляну , куда причалил бриг «Бегущий по облакам». Не исключено , что и Святой Отец Луиджи де Милано был на том пикнике в нашей компании, составив пару Тайше, отведал жестковатого мяса сибирского петуха по прозванию глухарь, хватил винца из третьей бутылочки , за которой слазил по верёвочной лестнице Джованни и улёгся с шаманкой под кустом с ягодами , отдалённо напоминающими виноград, и зовущихся черёмухой. Я даже видел, как над ними склонился единорог  с гобелена в палаццо негоцианта Манчини. Да. Так оно и было. Но ежели я  сейчас скажу это отцу Луиджи , он рассвирепеет и обвинит меня в клевете.
Так оно и случилось. Кое как освободившись от шаманского транса, иезуит возопил, отбросив бубен и колотушку:
-Колдун! Ты и на меня навёл морочь. Ведомо ли тебе, что ты изменник и государственный преступник?
-Неведомо, святой отец.
-Но тогда как расценивать твои россказни  о том, что спустя век эту крепость завоюют турки, а потом сюда придут русские. И нам , итальянцам, придётся ретироваться во свояси.  Пока что русские не особо продвинулись…Крымский хан Давлет-Гирей, с которым у нас твёрдая договорённость, совершает набеги на Московию-и не безуспешно. Казачки лихие воюют с горцами –и к нам не суются. И потом у нас очень толстые стены и прочные доспехи…
- Не торопите, Отец Луиджио, всё по порядку, тем паче, что я приглашаю вас подняться на борт «Бегущего по облакам». Пикник на поляне окончен…
-Твоего  «Бегущего» мы изловили крюками на верёвках при помощи катопулт, когда вы пролетали над крепостью-теперь он причален к одной из башен. Пока нам не удалось разгадать секрета левитации и непонятно какую роль играет терракотовый сидящий в позе лотоса. Но твои дружки и подружки дают показания…
- Отец, Луиджи, мы- на корабле!
-А , что! Не наводи на меня морочь, фокусник, факир, хиромант…
-Мы на корабле – и продолжаем наше путешествие…


8. Пророчество тибетского монаха
Тайша ударила в бубен –и даже без надувания подвязанного к реям мешка-пузыря,  служившего теперь парусом –мы взмыли ввысь. Я, моя Лауретта, Джовани, Лоренца и Тайша с Луиджи. Не знаю, что произошло- молитвенная ли сила рационального Луиджи или шаманская мощь Тайши тому причиной, но корабль сал слушаться руля и поэтому я направил его над руслом сибирской Амазонки, которая, как пояснила Тайша, звалась река-Обь. Сплошным зелёным ковром стелилась по берегам тайга.
  Напомнить ли вам, отец Луиджи, как плыли мы над Обью в сторону Алтайских гор, перебирая как бусины чёток на нити –остроги –Кругликово, Умрева, Бердь. Так когда то отец мой парил над зарастающими городами индейцев майя. Вспомните Сятой отец, как  в одном из тех острогов   Степан плотник-справный работник ладил нам еловые крылья, чтобы мы могли перелететь Алтай и Тебет? Ибо направлялись мы в Китай, чтобы починить нани шёлковые паруса и набрать пороха для кормовых пушек с помощью выстрелов из коих в направлении кильватерного следа мы намеревались быстрее воротиться домой. Восстановите в памяти -  как достигли мы заветного конца нашего пути попав в стану о, о которой Степан-плотник из казачков –завоевателей Сибири  говаривал« там дацанов  крыши, как сани…хутоны – золотого хитину…» 
 И ведь мы достигли нашего Эльдорадо, когда  на таёжном озере ловили сетями золотых карасей, когда на Алтае , на озере Алтын-Кёль  глядели , как хариусы блестят, шарясь по дну, когда пролетая над  плато Укок  увидели сквозь мёрзлую землю , как в кристалл впаянную в лёд Алтайскую принцессу. Вы, святой отец, обвиняли меня в прямом и наоборотном чтении тринадцатого псалма. Но сейчас, когда стоим мы у алтаря Миланского собора –вы с  Тайшой, я с Лауреттой, Джованни с Лоренцей, уже обвенчав нас , настоятель собора почему-то читает тот же псалом, завершая: «..тогда возрадуется Иаков и возрадуется Израиль.»
  А когда вас ,Святой отец, в свою очередь обвинённого в том, что вы использовали во время допросов бубен и колотушку Тайши и призывали её по ночам в свою келью, придали суду инквизиции, разве не мы с друзьями высвободили вас? Спасибо Джовани-он выбрался из своего узилищи и, карабкаясь по неровностям крепостных стен, отшвартовал корабль.Он собрал всех нас на бриг «Бегуший по облакам», причаливая поочерёдно ко всем окнам. Мы сбросили вниз  служившего противовесом окаменевшего тибетского монаха, который пожертвовал собою ради правды предсказания. И не вы ли, отец Луиджи, зрили воочию, как , он, седой даос, воин Шаолиня, сидя в своем храме на горе и произнося прорицания , о том, что  распадутся царства и опустеет эта крепость, каменел на глазах.


Рецензии