Мгновение тому назад

Пробуждение Саши Прохорова было тяжёлым, как и всегда. День ворвался в его комнату, даруя солнце и надежду. Александру было на что надеяться. Кое-как придя в себя и несколько раз пройдясь по лицу ладонью, как бы смывая с него тяжесть от сновидений, Прохоров не спешил вставать с кровати, не спешил, так как в спешке не было никакого смысла – лишившись возможности ходить много лет тому назад, Саша продолжал надеяться на некое чудесное, внезапное исцеление.

День сегодняшний, ничем не отличался от дней минувших: все та же скованность в движениях, те же томительные ожидания добродетельного человека, помогавшего Саше в быту, привычная грусть и непоколебимая тишина.

Вдруг дверь в комнату распахнулась, в столь ранний час Прохоров не ожидал гостей, да и редко они к нему захаживали. В дверном проёме виднелась незнакомая фигура, пристально и молчаливо рассматривавшая хозяина и его владения. В ветхой, засаленной комнатишке можно было разглядеть лишь признаки крайней нищеты, нужды и нездоровья. Молчание прервалось:

– Приветствую! Явился к вам с единственной целью, - размеренно сказал гость.

– Что за цель? Зачем вы здесь?!

– Меня послали передать вам, что вы теперь совершенно здоровы!

– Какой вздор! Вы смеётесь надо мной! Как вы можете вот так появляться и говорить, даже не представившись, отвечайте же?! – с яростью и ненавистью воскликнул Александр.

– Прошу меня простить. Раскрыть имени и личности не могу, не дозволено.

– Кем не дозволено?! Что за чушь!

После короткой словесной перепалки в комнате воцарилась тишина, молчание продлилось несколько минут.

Саша находился в крайнем волнении и возбуждении, он решил выставить насмехавшегося над ним незнакомца за дверь, но тут произошло чудо – ему удалось встать. Как только это случилось, от былого намерения и следа не осталось.

Александр Парфёныч выбежал из своей комнаты наружу. Он просто бежал по улицам, покрытым тонким слоем снега, не успевая смотреть по сторонам. Странное поведение человека привлекло внимание прохожих: кто-то останавливался в негодовании и молча смотрел на стремительно движущуюся фигуру, другие – начинали обсуждать происходящее событие, но что в конечном итоге может быть странного в бегущем человеке? – ничего, если бы Парфёнов, выскочив стремглав из-под одеяла и помчавшись непонятно куда, не забыл надеть штаны.

Осознав всю нелепость и унизительность своего положения, Саша решил заскочить к Ивану, своему товарищу, студенту.

Дивный внешний вид вкупе с чудесным исцелением удивили и подарили чувство восторга молодому человеку, стоявшему в одном из углов своей комнаты, проглотив язык. В попытке совладать с внезапно нахлынувшими эмоциями Иван постарался кое-что произнести:

– Сашка! Прохоров! Неужто выздоровел, да как же это?

– Не глупи. Дай одеться! – серьёзно сказал Саша.

– Минуту! – Иван отлучился к своему шкафу, а воротился уже со старыми, дырявыми штанами. – Держи, надень же скорее, холодно!

Как только Прохоров ощутил тепло, к нему сразу же вернулся и разум: «Да я же того незнакомца, исцелившего меня, даже не отблагодарил! Домой! Скорее домой!» - подумал про себя Саша.

Добравшись до своего затхлого домишка, с радостью на лице оставив подъездные пролёты позади, Саша наконец-то очутился в своей комнате. Незнакомец стоял на том же месте.

Присев на кровать, чтобы немного отдышаться, Парфёнов собрался с мыслями и произнёс:

– Кем бы ты ни был, до конца дней буду тебе благодарен!

– Не торопитесь Прохоров, – отрезал незнакомец.

– Что? Почему?! Да как же так!.. – Саша не смог подняться с кровати, болезнь вернулась. – Но как же так, почему, что же ты делаешь?!

– Тебя исцелила вера в мои слова, и только она! Торопясь сюда со словами благодарности на устах, ты принял желаемое за действительное, а значит, ошибся – ошибся в том, что посчитал меня за некоего целителя, или и того пуще – волшебника.

– Но как же это… Что всё это значит? Как мне дальше жить?! – Саша отвёл глаза к окну, а когда обернулся к собеседнику, был поражён – незнакомец исчез! Как он успел выйти, и почему не был слышен скрип закрывающейся двери, остаётся загадкой…