Сверчок

     Фамилия - штука серьезная.
     Есть в ней смысл потаенный.
     Часто живет человек на свете и знать – не знает, откуда и для чего фамилия его появилась.
     Просто живет. Мозги не напрягая, сильно не задумываясь.
     А она при нем всегда, охраняет, крылья свои широко распластав.
     Ну, это если при рождении повезло.
     Наоборот тоже нередко бывает.
     Пыжится, тужится человек, а нет с ним ни покоя, ни добра, ни счастья.
     А что во всем фамилия виновата, ему и в голову никогда не придет.
     Так и живут - поживают на белом свете счастливые и не очень многочисленные  потомки Губы Микифорова - сына Кривых щёк, Данилы Сопли, Ефимки Воробья и прочих  Соколовых, Коваленко, Баскаковых, Лукиных...
     Мой рассказ про Сверчковых будет.
     Которые у нас в первом подъезде жили.    
     Худощавый, невысокий Сверчков, миниатюрная, похожая на девочку - подростка жена его, да двое маленьких ребятишек.    
     Хозяин семейства запомнился соседям  задиристым характером и нередкими пьяными скандалами, во время которых голосила на всю улицу из окна пятого этажа жена его, да попискивали с ней в унисон детишки.
     Обычно заканчивалось это представление так же, как и начиналось.
     Неожиданно.
     Снова воцарялись на одной шестидесятой части нашего дома тишь да гладь.
     И только синяки на теле жены его, нет – нет, да и напоминали внимательным наблюдателям о былом конфликте.
     Во дворе Сверчкова этого иначе, как Сверчком  не называл никто.
     Как-то сразу к нему это прозвище прилипло.
     По причине  малозаметности, пока трезвым ходил.    
     И бестолкового назойливого треска в состоянии алкогольного опьянения.
     Ну, и фамилия опять же.    
     Уже и не знаю, что такого особенного натворил Сверчок в тот раз, но во время его очередных пьяных гастролей милиция приехала.
     То ли жена ее вызвала, то ли еще кто.
     Зимой дело было.
     Декабрь стоял удивительный - по-зимнему холодный и совсем бесснежный.
     Отчего непривычно, не по сезону, чернели под окнами голые ветки многочисленных смородиновых, малиновых и крыжовниковых кустов, заботливо высаженных жильцами первого этажа в своих палисадах.
     Командовал нарядом розовощекий, дородный, пышущий здоровьем милицейский старшина.
     Был он в хорошем настроении.
     К тому же, видать, спешил куда-то.
     Так как особо рассусоливать со Сверчковым не стал.
     Ну, там, уговаривать, убеждать, слова всякие добрые говорить.
     Бывалый старшина сразу к делу приступил.
     - Давай, мужик, собирайся – сказал он весело - поедем в отделение. Проспишься, протокольчик составим, утречком домой огурцом вернешься.
     Но Сверчкову шутить совсем не хотелось.
     И гостям таким не рад он был.
     А был удивлен и испуган.
     Потому, как до сей поры о ночевке в "обезьяннике" ни слова, ни полслова не было в традиционном сценарии его.
     Не отрывая глаз от старшины, он, пятясь задом, доковылял до окна, открыл его настежь и неожиданно, по-цирковому, ловко взлетел на подоконник.
     - Не подходи, не подходи, зараза, а то прыгну сейчас - голос подал.
     Получилось это у него  как-то визгливо, скороговоркой.   
     Что старшину совсем не смутило. Видать и не такое видывал на своем милицейском веку.
     - Не валяй дурака – ответил он спокойно.
     И уверенно направился к виновнику торжества.
     - Ну, мент, ты сам напросился – уже обреченно и безо всякого пафоса произнес Сверчок.
     И как-то, совсем уж буднично, неожиданно шагнул в пустоту.
     Где и исчез.
     На глазах у изумленной публики.
     Стало тихо.    
     Старшина с побелевшим лицом замер истуканом, не решаясь подойти к пустому проему.
     И лишь разорвавший тишину стомегаватный женский вой заставил его очнуться и осторожно приблизиться к окну.
     Внизу в темноте он с трудом разглядел Сверчкова.
     Тот стоял на земле, задрав голову кверху.
     Увидев старшину, он показал ему кулак и крикнул громко, задорно, по-чапаевски:
     - Врешь – не возьмешь!
     И не дожидаясь ответа, ловко перемахнув штакетник, в майке, спортивных штанах и тапочках на босу ногу, направился неспешно, чуть прихрамывая, в сторону ближайшего магазина.
     Где мужики, узнав о подвиге его, и обогрели, и утешили, и слова нужные нашли.
     Вот, что значит Сверчков.
     А будь он Ломов, Пудовкин или Топорков,например?
     Даже подумать страшно.


На фото - Домовой № 2
Ныне проживает у наших друзей в Москве

Автор - жена Оля
2009 г., пластик, ткань.