Глава 5 Таежный расклад. Продолжение. Начало см. г

Глава 5 (Продолжение. Начало см.гл.1-4)

                Таежный расклад.

    Выскочив за калитку Алексей сначала почти бежал, потом перешел на шаг. По мере приближения к Таниному дому решимость у него все угасала и угасала, и за сто метров до цели парень уже плелся нога за ногу, а в голове возникла чуть ли не надежда, что Тани еще и дома то нет.
    Алексею "не повезло". Судя по сброшенным и оставленным на крыльце  сандалиям, которые он, естественно, сразу узнал, девушка уже пришла и находилась в доме. На приход нежданного гостя отреагировала маленькая собачонка привязанная к будке длинной цепью, позволявшей только облаивать тех, кто находился на крыльце, но не кусать. На ее лай из-за дома появилась тетя Катя.
    - Здоров хлопец. Чо треба?
    - Таню позовите, пожалуйста, - попросил Алексей.
    Екатерина Евдокимовна подошла к одному из окон и постучав в него согнутым узловатым пальцем, крикнула:
    - Таня! Выходь, то до тэбе пришли, - и, не дожидаясь ответа, опять скрылась за домом в огороде.
    Дверь приоткрылась и на пороге появилась Татьяна.  В голове у Алексея лихорадочно заметались мысли: " Что сказать?... Что предложить?... Как и когда цветок достать из кармана?...
    - А это ты, привет! - сказала Таня так, словно они еще сегодня не виделись.
    - Здравствуй!... Пошли в сопки лимонник собирать, - неожиданно для себя предложил Алексей.
    - Что это вы все про лимонник талдычите!
    - Кто это все? - насторожился Лешка.
    - Кто-кто, дед Пихто! Твой друг Савельев тоже меня звал лимонник собирать.
    - Ну и что ты решила?
    - Мне из Ленинграда письмо пришло от тети Лили. Пишет, что у них в этом году неурожай грибов. Вот если позовешь грибы пособирать, которые здесь почему-то не едят, то я, пожалуй, соглашусь на такое предложение.
    - Так их у нас навалом! - обрадовался Алексей.
    - До сопки дойти не успеем, на первой же поляне соберем.
    - Тогда подожди меня, я переоденусь.
    Вдруг Таня подошла к Алексею и осторожно дотронулась до его синяка.
    - Не болит?
    Алексей только захотел ответить, что он рад еще кучу синяков заполучить, лишь бы она про них точно также спросила, как Таня уже скрылась в доме.
    Через некоторое время парень и девушка  шли по направлению к сопке поросшей лесом и смущенно молчали. Первой заговорить решилась Таня.
    - Как, уговорил тебя сегодня военлет  к ним в училище поступать?
    - Еще раздумываю.
    - Иди, иди. Очень красиво смотрится, Летчик, Герой, с орденом на груди.
    Тут Алексей тихо добавил:
    - Особенно красиво, если рядом с летчиком артистка идет.
    Таня рассмеялась.
    - Хорошо, договорились, только пусть у летчика сначала синяк исчезнет.
    Первое смущение прошло, и разговор пошел свободнее.
    - Ты, я слышал, в Ленинград в театральный собралась?
    - Ну да, мне там все близко, все знакомо. Я же там родилась и жить есть где, тетушка зовет.
    Таня вдруг загрустила, и Алексей, взглянув в лицо девушки, не стал продолжать разговор про Ленинград, хотя очень хотелось расспросить про город, про ее родителей.
    Вскоре тропинка стала уже и запетляла между кустов и деревьев, периодически пропадая. Идти рядом стало неудобно и Таня сначала пошла впереди. Фигура девушки, ее роскошная коса, к которой Алексей с детства был не равнодушен, приковали к себе его взгляд. Всякие мысли полезли к нему в голову и он, их смутившись, сказал:
    - Давай, я первым пойду, А то сегодня на реке медведя видели, мало ли, что.
Таня пропустила Алексея вперед. Обходя ее, он случайно коснулся груди девушки и, совсем стушевавшись, покраснел, как рак. Девушка, глядя ему вслед улыбнувшись заметила:
    - Ничего, еще не зима. Разговоры услышит сам уйдет с дороги...
    Вдруг она замерла.
    - Ой, Леш, погоди! Смотри, какая красота!... Только тихо!
    Алексей обернулся и посмотрел в ту сторону, куда взглядом указывала Таня. Там на разлапистом листе папоротника сидела, подрагивая крылышками  с очень редкими черно-оранжево-пурпурными оттенками, огромная бабочка, махоон. Дав несколько мгновений, чтобы собой полюбоваться, и словно почувствовав, что ее заметили, она взмахнула своим многоцветием и полетела в глубь леса. Пока Таня провожала восторженным взглядом "неземную" красоту, Алексей подошел к месту, где только что сидела бабочка и раздвинул широкие листья папоротника. Перед ним показался маленький кустик с продолговатыми зелеными листьями и с одним цветоносом, усыпанным красными ягодками.
    - Таня, взгляни, чего твоя бабочка нашла. Это же женьшень..., ну да, он.
    - Покажи, покажи,- Таня подбежала к Алексею. Сами корешки она у тети Кати уже видела, а вот так, "живьем", в тайге, первый раз.
    - Давай выкопаем, домой принесем!
    - Не надо,  маленький корешок. Ему еще пару лет надо, чтоб подрасти. Сейчас я его получше замаскирую, да и место надо запомнить, оглядываясь вокруг, сказал Алексей.
    - Какой у тебя ножик интересный, дай посмотреть, - обратила внимание девушка на то, чем ее кавалер захотел делать метки на деревьях.
    - Красивая! - восхищенно сказала Таня, рассматривая ручку ножа.
    - Это мой отец еще в детстве вырезал. Как-нибудь тебе покажу еще шкатулку и рамку для фото. Там резьба не хуже этой будет.
    Алексей взял нож из Таниных рук и стал маскировать ценное растение. Местным жителям, довольно часто ходившим в тайгу, женьшень попадался очень редко, поэтому, если корень был еще мал, его не выкапывали, а прятали от посторонних глаз, и никому не говорили даже про то, что его видели, тем более о месте нахождения.
    Пока Алексей занимался сокрытием лекарственного растения, Таня, увидев неподалеку просвет между деревьями, решила посмотреть, что там. Алексей, продолжая свое дело, одним глазом следил за девушкой. И тут он заметил, что, уже почти скрывшись за деревьями, она вдруг остановилась, как вкопанная и с визгом, сорвавшись с места, бросилась назад. Не добежав до встревоженного Алексея нескольких шагов, зацепившись за корень ближайшего дерева, она упала и подкатилась прямо к ногам Алексея. Тот думая, что Таню напугал медведь, перепрыгнул через девушку и бросился к просвету.
    - Осторожней! - Услышал он вдогонку предупреждение Тани и тут же тоже остолбенел. Перед ним открылась поляна, поросшая невысокой травкой, расцвеченная ярко-оранжевыми оспинами подосиновиков. Их здесь было десятки. И рядом с каждым грибом переплетясь и по одиночке грелись на солнышке гадюки.
    Внимательно глядя себе под ноги, Алексей отступил от поляны и вернулся к Тане.
    - А ничего такого,- стараясь не показать свой испуг, сказал он.
    - Просто змеиная свадьба. Давай ногу посмотрю.
    Нога девушки в щиколотке уже слегка припухла. Когда Алексей осторожно дотронулся до больного места, Таня на всякий случай тихонько ойкнула и решила на ноги не вставать и посмотреть, что будет делать ее кавалер.
    - Наверно, растяжение, - определил Алексей:
    - Погоди, - и  стал шарить по своим многочисленным карманам.
    - Все свое ношу с собой.... Ага, вот где мой шкертик,- вытягивая на белый свет обрывок веревки, сказал он. Пристроив с его помощью к ремню Танину корзинку, взятую для сбора грибов, он повернулся к девушке и сказал:
    - Ну, что, пошли на ручки. Отнесу тебя домой.
    - А сдюжишь? - Лукаво спросила Таня.
    - Я, конечно не Женька Старостин, который на каждой руке по девушке может нести, но с одной на двух руках должон справиться.
    - Ну раз должон, неси.
    - Таня обхватила одной рукой вставшего на колени Алексея за шею, отчего у того поплыло все перед глазами так, что  пришлось сделать паузу перед тем, как поднять прекрасную ношу и пойти с ней в сторону дома. Нести хоть и было приятно, но все таки затруднительно. Корзина била по ногам, да и девушка, на вид , вся такая воздушная, оказалась не в весе пера. Но, захмелев от тактильных ощущений, от запаха ее кожи и волос, Алексей скорее бы упал и умер, чем выпустил из рук свою драгоценность.
    Тане казалось, что боль в ноге усиливается, но падать с высоты человеческого роста, хоть и вместе с Алексеем вцепившимся в нее, в ее планы не входило.
    - Ладно, пусти! Уже меньше болит, сама пойду.
    Алексей аккуратно поставил девушку на ноги.
    - Погоди, я сейчас.
    Он срезал маленькую осинку, и обстругал ее так, что бы остался сучок для опоры.
    - Ну-ка, попробуй, пройдись!
    Таня взяла палку в руки, оперлась на нее сгорбившись и что-то сделав с лицом, так, что перед парнем предстала древняя старуха с клюкой.
    - Чу, чу, чу, чую человечьим духом потянуло. Где тут моя избушка на курьих ножках, пора огонь разводить, печку топить, обед где-то рядом бродит.
    Выставив вперед руки, и принюхиваясь, словно пытаясь найти залетного гостя, она  стала кружиться вокруг себя. Сделав несколько оборотов и  шагнув, как ей показалось, в сторону Алексея, девушка вдруг наткнулась на какую-то бабулю, словно появившуюся из воздуха и до удивления похожую на тот образ, который только что кружился на тропинке.
    - Ой! - Сказала Таня.
    - Ой! - Сказал Алексей и добавил про себя, узнав бабулю:
    - Евдокия, "Блаженная".
    Евдокия Ивановна когда-то давно при Николае втором "Кровавом" была женой гвардейского офицера, провоевавшего в Сибири и на Дальнем востоке в составе Белой армии всю гражданскую войну и погибшего в последних боях в 1922 году под станцией Волочаевка Амурской железной дороги. После его гибели больная, измученная лихорадкой женщина была оставлена уходившими за кордон товарищами мужа в селе Успенка, где теперь и доживала свой век. Новая власть, решив, что дальше, чем пограничное село высылать вдову беляка уже некуда, оставила ее в покое. Со временем Евдокии стали являться всякие видения и ей начало казаться, что в поселке все, и люди и животные за ней следят. Поэтому, "Блаженная",получившая это прозвище от сельчан, и славу колдуньи от детворы, перебралась жить в ближнюю охотничью избушку, расположенную на окраине тайги, где собирала всякие травы и корешки, коими, довольно успешно, лечила страждущих, периодически появляясь в поселке, с чего и жила.
    Вы что тут делаете? - прошамкала Евдокия точно тем же голосом Бабы Яги, которым только что Таня окликала русский дух.
    - Избушку мою посмотреть хотите..., отобедать желаете..., хе, хе, хе.
    - Нет, бабушка, нет, - быстро заговорил Алексей.
    - Мы за грибами ходили, на змей наткнулись. Таня испугалась, побежала, да ногу подвернула, посмотрите!
    - А!... Это они сговаривались, как им лучше за мной следить. За мной все следят, и люди, и звери.
    Бабка подошла поближе наклонилась и рассмотрев ногу, уже обычным,   так неподходящим ее виду, звонким и моложавым голосом сказала:
    - Ну- ка, ну - ка, покажи!... Ничего страшного. Идите за мной, избушка-то на курьих ножках рядом.
    Евдокия свернула с тропинки и скрылась за кустами. Алексей впереди, придерживая ветки, и Таня за ним, опираясь на палку, поспешили вслед "Блаженной".
Действительно, почерневший от дождей, вросший в землю бревенчатый сруб, оказался совсем близко с тропинкой. Несостоявшиеся грибники могли даже заметить его, когда проходили рядом, если бы не были так увлечены разговором друг с другом. Внутри него все было по сказочному: лавки на резных ножках, огромный сундук, черный кот, пристроившийся на сундуке. Пучки трав, развешанные на веревках и гвоздях рядом с печкой, пузырьки с разными жидкостями на полке, висящей над столом, придвинутом к окну. Напротив красного угла, где по обычаю православных висела икона, сразу бросалась в глаза фотография сидящего молодого офицера в парадной форме и, стоящей рядом, красивой такой же молодой барышни в длинном белом платье, украшенном дорогими кружевами.
    Евдокия, согнав кота, достала из сундука чистую тряпицу, ступку. Нащипала от разных пучков травок, истолкла их в ступке, добавила темной пахучей жидкости из флакончика. Бросив хитрый взгляд на молодежь, следящую за каждым ее шагом, пошептала заветные слова, и, смочив "волшебной" смесью тряпицу, туго перевязала ею  Танину щиколотку.
    - Ну вот и все. Домой дойдешь. Хромоножкой не станешь, так что артисткой быть сможешь.
    - А как Вы узнали, что я собралась поступать в театральный? - удивилась Таня.
Слухами земля полнится. В поселке бываю, там бабы в магазине про многое болтают.
Таня помялась, но все таки решилась спросить:
    - А еще они болт... говорят, что вы про будущее можете рассказать.
    - Могу деточка, могу, - она повернулась к Алексею, приказав ему выйти и  посмотреть, что бы никто не следил и не подслушивал. Затем задернула маленькую занавесочку у иконы, закрыв ее лик, обмахнула углы веником и выгнала кота вслед за Алексеем за порог.
    Все! Теперь никто не сглазит. Давай твою руку, погадаю на суженного.
Рассмотрев сплетенье линий на руке, она сказала:
    - Все у тебя хорошо. Вижу разлуку..., казенный дом..., встреча... Опять разлука... А вот и он. Военный ...
    - Летчик?
    - Может и летчик. Я в нынешней форме не очень разбираюсь.
    Евдокия еще раз вгляделась в Танину ладошку, что-то ее насторожило, но потом успокоило и она закончила гадание:
    - Вижу сбудется все, как ты мечтаешь, твой суженный - настоящий казак с Георгием  на груди. Можешь радоваться. Иди кавалера своего позови, а сама там побудь пока.
    Таня, вышла на крыльцо.
    - Иди тебя зовут, - сказала она, глубоко задумавшись.
    Алексей прошептал себе под нос: "- Ешка, Ешка, погадай Алешке," затем три раза сплюнул через левое плечо и шагнул за порог.
    Подойдя к Евдокии Алексей протянул ей левую руку, а правую спрятал за спину, скрестив пальцы. Бабка, заметив это, ухмыльнулась.
    - Что, на кралю твою погадаем? - кивнула она на дверь, за которой была Таня. Алексей молча кивнул.
    - Вижу любишь, вижу разлуку, а вот и казенный дом,- почти не глядя в протянутую ладонь затянула обычную песню "Блаженная". Внезапно она запнулась и пригляделась в хитросплетение линий судьбы.
    - Дай-ка мне карты!- вдруг потребовала она.
    - Какие карты?
    - А те, что у тебя в кармане лежат, они их руки помнят.
    -Чьи?- Хотел спросить Алексей, но Евдокия жестом приказала молчать.
    Протянутые ей карты она не начала раскладывать, как делают все гадалки, а по долгу поглаживая каждую руками, стала их перебирать. Наконец, отбросив карты она серьезно и строго взглянула на Алексея.
    - Главное тебе, милок, скажу! Впереди у тебя серьезный выбор предстоит. Как говорится, две дороги. По одной пойдешь, кралю свою потеряешь, по другой, - друзей.
    - Как?...  Где?... Что за дороги? - засыпал вопросами "Блаженную" ошарашенный Алексей.
    - Все просто. Полетишь за  "Георгием", будет у тебя ее любовь, но - друзья погибнут, не полетишь, все будут целы,- любви не будет. А когда выбирать..., так и быть, явлюсь, напомню.
    - Все равно ничего не понял...
    - И последнее, - прервала Алексея Евдокия: - "Запомни! Не буди лихо, пока оно тихо!"
    Неожиданно взгляд у гадалки загорелся бесовским огнем, она захихикала дурным смехом и голосом Володьки Савельева закричала:
    - Приказано быть смелым!
    Забыв про карты, не помня себя, с бешено колотившимся сердцем, Алексей выскочил за дверь.
    - Ну, чего, чего она тебе нагадала? стала тормошить парня подскочившая к нему Таня.
    - А!... Языком брэхать, не цэпом махать. Наболтала не пойми чего. Чего-то про полеты, про какого-то Георгия. Брехня это все и мракобесие.
    - Ты знаешь, а ведь мне она нагадала жениха,- летчика с "Георгием" на груди,
    - глядя на Алексея невинным взглядом, сказала Таня.
    - Нда...! - Лешка задумался.
     - Раз так, - он принял торжественную позу, прижав правую руку к сердцу, а левую вытянув вперед;
     -  Я тебе торжественно клянусь поступить в летное и заслужить орден, правда не старорежимного "Георгия", но тоже ничего. Так что, будет тебе летчик с орденом на груди, именно так, как хочет будущая Народная артистка СССР.
    Таня рассмеялась.
    - Ну, если с орденом, то, так и быть, разрешу тебе пройтись рядом. А пока его нет и нет Народной артистки, то ну их эти грибы и пошли домой, а то скоро темнеть начнет.

    Евдокия поглядела потухшим взором через мутное окошко вслед скрывшейся за деревьями молодой паре, бросила взгляд на разбросанные на столе карты, подошла к фотографии, где она, такая счастливая стоит рядом с молодым мужем и, глядя на родное лицо, сказала:
    - Вот так, Василий Федорович, вот такой расклад получился, и  являйся потом, не являйся, а свой выбор этот парень, и все другие уже сделали!

    Когда молодые люди добрались до поселка, вечерняя заря от скрывшегося за сопкой солнца уже догорала. Вот последний поворот, недалеко от которого  Танин дом, и они пошли совсем медленно. Расставаться не хотелось. Нога у девушки уже  не болела,пустая корзина ничего не весила. но все равно, Алексей нес ее так торжественно, как средневековый рыцарь платок королевы турнира, добытый в кровопролитном поединке.
    Увидев, что фигуры ребят показались в конце улицы, тетя Катя, с беспокойством то и дело выглядывавшая со двора, с облегчением ушла в дом. Подойдя к калитке, Таня и Алексей болтавшие до этого свободно друг с другом,  замолчали. Алексей поставил корзину на землю, и вдруг вспомнив, достал из внутреннего кармана помятый цветок и протянул его Тане. Она смутилась , помедлила и, нерешительно потянулась к Алексею, чтобы поцеловать его...
    - Вот щас возьму хворостину! - раздался рассерженный голос тети Кати.
Алексей и Таня отскочили друг от друга, как ошпаренные. Девушка схватила корзину и исчезла в доме. Алексей потоптался еще немного, ожидая, вдруг Таня опять появится. Не дождавшись, поглядел еще раз в загоревшиеся окна дома, и , повторив про себя клятву, стать летчиком и заслужить высокий орден, повернулся и пошел домой.


Продолжение следует....


Рецензии
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.