Азбука жизни Глава 2 Часть 62 Две разновидности

Глава 2.62. Две разновидности

Сегодня прилетели в Париж с американцами. Александр Андреевич решил поработать в Париже, а затем отдохнуть у нас в Сен-Тропе, где у него тоже есть дела. Смена обстановки для него — лучший отдых.

Сидим в гостиной у Франсуа. Как же Надежда любит, когда все собираемся в Париже! Дианочка не теряет времени, осваивая новую обстановку. А я в таком состоянии нахожусь с рождения. И это легко объяснимо, когда живёшь в своём пространстве, как в вакууме, в недосягаемости.

— Викуль, не будь эгоисткой и поделись с нами своими мыслями.
— Верно, Ден!

Франсуа его поддержал. Надежде всегда казалось, что она знает меня хорошо, но вопросы Дианы вызвали интерес ко мне и у неё самой. Она знает: любое случайно услышанное слово в чрезвычайных обстоятельствах способно вывести меня из той природной комы, в которой я пребываю постоянно. Наша американочка это уже уяснила — потому и не хочет со мной расставаться, чем и объясняются её частые визиты с Деном во Францию.

— Вика, как ты делишь неадекватных людей? Когда мы подлетали к Парижу, ты обронила фразу и тут же оборвала, пытаясь объяснить нам главную причину русофобии. Почему смеёшься, Надежда?
— Диана, моя подружка с рождения испытала на себе то, что сейчас происходит в мире.
— Да, Надежда! Я с рождения наблюдаю, как слабые люди делятся на две разновидности — на бытовых проституток и профессиональных. Возьмите наших реформаторов с 1991 года: как они, обманув всё общество, обокрав его, разделились на демократов и либералов. Те, кто украл много и вывез из России, — профессиональные проститутки. Именно они сегодня и творят в мире беспредел. Все эти допинговые скандалы в спорте — та же профессиональная проституция. Все делают деньги ради денег!
— А что такое бытовая проституция? — спросил Франсуа с широкой улыбкой.

Ден расслабился, а я была счастлива, что рядом нет Настеньки и Александра Андреевича. Вересов улетел в Сен-Тропе с Сашенькой. Альбина Николаевна с Ромашовым Сергеем Ивановичем прилетели в имение ещё вчера. Родители Франсуа живут там уже неделю, готовясь к нашему приёму. Дианочка хочет отдохнуть в имении и потому пытается весь негатив оставить здесь. И Франсуа, сознавая её хитрость, улыбается — он понимает, что я могу дать короткий ответ.

— Диана, твой папа сейчас бы поддержал меня.
— Да, Викуль! Дед родился на твоей странице заново. Но ты знаешь две стороны медали, как женщина.
— Это комплимент?
— Виктория, не рисуйся! Дарить тебе комплименты бесполезно. Оценку себе во всём ты даёшь только сама.
— Не совсем, Франсуа! Папа с таким интересом читает рецензии, которые пишут Викуле.
— Согласна с ним, Диана. Автор субъективно относится к тому, что пишет.
— Мама, не отвлекай Вику.
— Ден, под бытовой проституцией я подразумеваю предательство в семье и продажность. Омерзительно, когда женщина оголяется в интернете, демонстрируя как убогость мыслей, так и поступков. То же происходит и на телевидении. Всем эта бытовая проституция выгодна. Ненависть, зависть и злобу никто не отменял, более того — их скорее поддерживают. Благодаря этому уродству, существующему в обществе много столетий, и происходили жестокие распри и войны, как и сегодняшняя русофобия. Россия занимает первое место по разводам. Эта цифра очень хорошо объясняет нашу бытовую проституцию, которую сегодня возвели на пьедестал благодаря убогим сериалам, фильмам и «гениальным» (в кавычках) режиссёрам, которые со сцены несут грязь — кстати, за счёт государственного бюджета. И всё это позволяет грабить стране той же «элите» (опять в кавычках) под видом новой системы, которую они назвали капитализмом. Не было его никогда и не будет в России! Зависть, лень, нежелание учиться и жить достойно порождают столько нечисти, грязи и воровства в нашей стране. Но весь этот элитный сброд невольно воспитывает и истинную элиту России — настоящую интеллигенцию, которая знает цену достойной жизни на фоне всей этой мерзости.
— Я это поняла уже в прошлом году, когда ты возила меня по спорткомплексам в праздничные дни в Москве и Петербурге. Сколько счастья детворы и их родителей я увидела в этих прекрасных залах!

Франсуа с Надеждой, как никто другой, сейчас понимали меня и потому смотрели с грустью, пока я говорила.