Вотьпинский Пайтур. 6. Итоги промысла

               

     Когда Влад добрался до деревни, немало справедливых упрёков ему довелось услышать от своего бригадира, по поводу сгоревшей избушки.  Но как получилось, так получилось.  Что теперь об этом говорить.
     После произошедшего события ему было уже не до охоты.  Как только на реке установился нормальный лёд, рыбак, прихватив пешню, отправился к озеру.  Где, как он предполагал, у него в садках должно было находиться почти две тонны рыбы.  Для молодого парня двадцать с гаком километров, это не проблема.  Немного не доходя до озера, он захватил по пути у избушки на речке Колысья сачок, которым отлавливают из катцов (загородок) рыбу во время зимнего замора.
     Где-то около обеда, Влад подошёл к месту назначения.  Приблизившись к маленькому садку, он обнаружил, что там произошла авария.  Очевидно, гонимая сильным ветром замерзающая шуга, здорово наклонила один шест, и верхний край садка в том месте глубоко ушёл под воду.  Когда парень выдолбил хранилище для живой рыбы, из предполагаемых трех центнеров, в нём осталось не больше тридцати килограмм.  Остальные караси вышли через верх.
     Со вторым садком вроде всё было нормально.  От движения рыбы даже лёд над ним практически не замёрз.  Поэтому рыбак, сначала просто черпал рыбу сачком и рассыпал её, на специально расчищенную ногами от снега площадку.  А потом он, убрав с одного края шесты и подтягивая полотно дели, стал сокращать площадь садка.  В дальнейшем же, парень вытащил из ила остальные шестики и выволок из майны, не спеша, переваливая рыбу, чтобы не порвать дель, и весь садок, с оставшимися там карасями.  Да, рыбка покрыла приличную площадь.  К этому времени и смеркаться стало.
     Ночевать Влад решил на льду у берега, так как нужно было разок-другой всю эту добычу переворошить палкой, чтобы она не смёрзлась между собой.  Он подтащил к месту ночлега несколько небольших срубленных сухостоин, разжёг костёр и подвесил над ним на шесте чайник с водой. 
     Пока будущий чай нагревался до кипения, с одной стороны костра, у самого берега, парень соорудил небольшие нары, не на снег же садиться и ложиться. 
     Высокие береговые кочки получились у него вместо заспинника, чтобы холод с этой стороны не тянул и тепло от огня задерживалось.
     Словом ночь рыбак провел, конечно, не как в избушке, но нормально.  Утром он сгрудил подмёрзших карасей в кучу.  Сверху закинул их на всякий случай садками и отправился в обратную дорогу, к деревне.
     Вскоре парень со своим товарищем, рыбаком Виктором, вывез на лошадях и результаты своих трудов.  Рыбы, как Влад и прикидывал, сдал он в рыбцех полторы тонны, да клюквы, уже в другую организацию четыре центнера.
     А память о периоде этого промысла у него осталась на всю жизнь.


Рецензии