Капитан зарук и твердь небесная. Радио серия

                ЗАРУК И ТВЕРДЬ НЕБЕСНАЯ.

          Зарук сидел на завалинке Поста ГАИ №1, подставив лицо солнцу и небу.
 -  Да, в небе нельзя оступиться, кругом облака.
 Мысли капитана милиции текли не вмешиваясь в экологию.
  Было тихо. На бывшем колхозном поле кое-где пробивалась рожь, напоминая о былой жизни при Советской власти. Зарук философствовал, глядя на разбитую дорогу, он мычал какую-то песню. Рядом в траве на боку лежал его служебный мотоцикл после удара по яме с "мёртвым" карбюратором. Прямо перед его носом пролетел огромный шмель.
- Уусс..,- ударил он  жезлом по воздуху и допел,- Голубая луна. От привязалось,- и его философские мысли начали переплетаться с песней,
- Ничто не вечно. Даже асфальт. А небо всегда будет. Потому и Твердь. Правильно в Писании сказано! А про ГАИ там ни слова. Как они там наверху без ГАИ без дорог, что за "твердь" такая? Голубая    

   Пост ГАИ №1 внешне представлял собою бывший   деревенский туалет системы «самопад» и числился за этим номером в силу своего одиночества в не совсем чистом с 1990 года, поросшем берёзами и кустарником, поле и на всём протяжении дороги, где с одного её конца, выходящего  на Москву, стоял «Кирпич» а с другого конца,- дорожный  знак «Прочие опасности».
   -  Знак «Кирпич» просто так  никогда на дороге никто не поставит! Это понятно,- рассуждал капитан,- это классика, но вот причём тут знак «Прочие опасности»?  Если канавы на дороге – это прочие опасности, то это уже не дорога, а пересечённая местность, - рассуждал Зарук,- а стало быть и знаки тут не нужны. И  ГАИ к этой проезжей части,(где и пешеход с трудом разгонится до 5 км. в час),  никакого отношения не имеет, а всеми преступлениями  на данном участке пусть занимается местный Уголовный розыск! Вот так! А то сидишь тут, как  Матроскин  в  Простоквашино!   
    Колдобины  и выбоины на дороге напоминали ему беззубые рты  бомжей на вокзале,- нормальные водители тут не ездили. Разве что, трелёвщики и лесовозы с краденым лесом  тряслись в сезон, оставляя за собой отвалившиеся гайки.
    - Но до зимы далеко. А Маня любимая на колготки завтра  спросит. От этой непреложной истины его охватывала тоска и стыд перед любимой Машей, и он, как в детстве ощущал недостаток человеческого внимания со стороны начальства. 
 - Эхх, Зарукуев, Зарукуев,- вздохнул инспектор и  вспомнил свою деревню Зарукуевку, откуда собственно и пошёл его захудалый род. В этом  далёком   деревенском  детстве, пропахшем  полынью и навозом он впервые познал это чувство отсутствия человеческого сострадания. Он рос в неблагополучной семье старшего ефрейтора ОГПУ. Батя пил, часто бил - воспитывать было некогда. Он всё равно рос, пошёл в школу.
Потом его  дразнили одноклассники, разделяя фамилию, название его деревни, прибавляя несуществующую в словах букву "х"  и склоняя её по частям. Он обижался, а когда обижался – бил. В морду! И его били.
  Дразнили и в юности, когда он переехал в город, и он снова  бил…, и только в армии  он понял, что у каждого истина своя а всем морды бить кулаков не хватит. В общем, чтобы не давать более повода для насмешек решил Зарукуев фамилию поменять!  И стал он Зарук, а «куев» осталось там, в далёком деревенском  детстве. В армии он и принял окончательное решение что  дослуживать свою основную творческую жизнь будет в ГАИ.
     Сегодня он млел.На солнце.И эта пронизывающая млявость, разливаясь, как радиация по всему телу доводила его до иступления.
        - Я понимаю. «Мерседес» бы угнали, но кому «Белорус-то» понадобился?,- вспоминал он содержание утренней ориентировки.
 -Козлы, - ворчал Зарук. Севшая, раздолбаная как дорога,  радиостанция усиливала чуство тоски и одиночества.
 -Эхх, Зарукуев-Зарукуев, ладно, хоть с погодой  повезло.
  Неожиданно за пригорком что-то треснуло и, сотрясая тишину,  прямо в голубизну чистого неба устремилась  струя чёрного дыма.
 - Опа-а-а, - встрепенулся инспектор. Эта-а-а..., ёж ты, да не уж-то! -  На горизонте в клубах чёрного дыма появился серебристый «Мерседес» с чёрной дымящей трубой на крыше.
 Зарук  давно уже собирал модели автомобилей и знал все новые и старые иномарки, но такой машины в его коллекции не было. Зарук автоматически схватил испорченную радиостанцию:
  - Я пятый,   приём, …тьфу ты,  -  он  отшвырнул безнадёжный аппарат в сторону туалета. Радиостанция что-то  проскрипела и умолкла навсегда.
  Из–за пригорка  лихо объезжая ямы и  колдобины, в клубах сажи и чёрного дыма  медленно, но верно, как судьба, приближался серебристый «МЕРСЕДЕС» .
  - Не понял – произнёс Зарук вслух, обращаясь непосредственно к "Мерседесу" и достал из сумки радар. Закопчённая труба над крышей Мерседеса, нагло отплёвывая заслонку и клубы сажи, скользила по крыше дорогого авто.
- Глюки, перегрелся наверное,- подумал Зарук и вытер рукой пот со лба.
      За трубой  синела высокая стеклянная кабина. А когда, объезжая очередной "котлован", "МЕРСЕДЕС" отделился от трубы и выпал из облака дыма, Зарук вздрогнул и поднял жезл. Государственный номер приближающегося трактора полностью совпадал с угнанным номером в оперативной ориентировке.
Колонну замыкал ещё один - чёрный  Мерседес. Соотношение сил было явно не в пользу инспектора. Капитан опустил радар, проверил ширинку, расстегнул  кобуру пистолета и  шагнул  навстречу судьбе.
   - Эхх.  Пулемёт бы надо,- мелькнуло в голове  капитана. И в этот миг, словно читая его мысли колонна остановилась. Напряженную паузу в шуме нарастающего треска дизеля прервал очень знакомый голос с провинциальным южным акцентом:
  - Ну у чём  дело? - Услышал Зарук  из окна  замыкающего колонну "Мерседеса".
 Капитан, осмотрев мимоходом трактор, подошёл к  источнику человеческого голоса. Дверь машины открылась и оттуда застёгивая черный френч вывалился лысый  очень знакомый  инспектору мужчина.

 - Депутат Шандабин – представился лысый,
 - Это.., Старший смены ГАИ капитан Зарук,..- инспектор взглянул на гос. номер "Мерседеса", который оканчивался большим  государственным триколором ,- Так-что,  господин Шандабин, а трактор-то в угоне…
 - Во первых,- не господин, а товарищ - ты, капитан, слова выбирай, и уже не в угоне, уже домой гоним, не надо мне, мол-де, это вот,- он покрутил рукой воздух,- в угоне понимаешь, всё, кончено,  хватит, свободен,- он махнул трактористу рукой,
 - Поехали, Иван,- и колонна тронулась.
 - Эхх, пулемёт бы!- произнёс инспектор. Он взглянул на небо и чуть было не упал в яму. Рука его вместе с гаишным жезлом от неожиданности рефлекторно  подскочила вверх,и вырвалось...,
- Уммля, так засмотришься и ногу сломаешь.
 И тут... Мгновенно послышался скрип тормозов и дикий взволнованный голос,
 - Я ничего не нарушил, только яму вот..! - Зарук обернулся и увидел посреди разбитой дороги "Жигули-копейку", от неё в сторону инспектора уже спешил  пожилой  мужчина, его вторая половина - женщина лет 65  стояла у «копейки» и смотрела на мужа, закусив губу и заломив руки на груди.
  - Я ничего не нарушил, - я.. ямы кругом. Вот,- и  протянул  скомканную пятидесятку. Зарук, ещё не отошёл от первой встречи и, морщась повернулся прочь.
 В этот  миг старик, обходя яму, задел его боком за кабуру.
- Эта, ну-ка, ты что эта,- капитан автоматически, машинально схватился  за пистолет,-
- Неет!!!,- страшно закричла женщина и "Жикулей" и глубже до крови закусила губу. Старик рухнул на колени:
 - За ЧТО? – Проскрипел его голос, у меня внуки...
 Зарук подошёл к женщине, попытался успокоить её, но из его уст вырвалось только,
- Умммля,- он  положил смятую купюру  на капот "Жигулей",  разгладил полтинник плюнул на него и приклеил на лобовое стекло, затем повернулся на каблуках, отдал честь  обалдевшей мамаше, безнадёжно подошёл к мотоциклу, поднял его с земли и покатил  в сторону центра.
  - «Голубая луна»,- тихо напевал он в такт шагам. Почему он не взял деньги?  Впервые с ним это. Как же Маня завтра без новых колготок-то проживёт. Он отпустил рукоять сцепления, мотор чихнул и на удивление, затарахтел.
 Небесная Твердь давила на голову капитана, он чувствовал себя маленькой лейтенантской звёздочкой на её голубом фоне. Будущего не было, впереди была только Маша и бессонная ночь.
               
                А. Перевощиков.  А. Бельский. 2002 г. Гостиница "Украина" г.Москва.


      


Рецензии