Задание от главреда

      - Не поеду. Я больше не вернусь в эту грёбаную страну, где одни сумашедшии, - орал он на главного редактора популярного во Франции журнала.
      – Я и так еле унес ноги оттуда. Ты бы знал, что они собирались сделать со мной, - продолжал он свое эмоциональное выступление, вышагивая из угла в угол просторного кабинета на последнем этаже современного БЦ на берегу Сены. На секунду остановившись у окна во всю стену, Жан замер. Хоть он здесь не в первый раз, но вид из окна каждый раз его поражал – протянувшийся до горизонта в виде многочисленных кварталов, Париж притягивал к себе взгляд, манил своими закоулками, даря незабываемую атмосферу праздника для всех кто по нему гуляет. И строки, ставшей уже легендой песни, сами приходят в голову, невольно заставляя их напевать «Des aubes en fleurs, Aux cr;puscules gris»….
      - Но ведь не сделали же, - тихо сказал главный редактор, сидевший на диване и следивший за одним из лучших своих журналистов. Вот, только знать ему об этом не нужно, а то еще возгордится и не сможет больше писать, так, как это умеет только он. Когда каждая его статья вызывала эффект разорвавшейся бомбы в обществе,  уже настолько пресыщенным всем и попробовавшем все, что его трудно удивить… Но ему и удается как раз удивлять всех, включая его, главного редактора политического журнала, уже 15 лет занимавшего этот пост.
      - Что? – резко очнувшийся от своих раздумий о Париже, журналист, не сразу понял, что ему сказал главред.
      - Но ведь не сделали же, - повторил главред.
      - Что не сделали? – снова повторил Жан, уже потерявший нить разговора не до конца вернувшийся на грешную землю с облаков своих мечтаний.
      - Ты сказал, что с тобой хотели что-то сделать. Но ведь не сделали же. И потом – за ту статью ты был номинирован на Пулитцеровскую премию, как лучший военный обозреватель. Не забывай об этом.
      С этими словами главред встал с дивана и, подойдя к бару, налил себе коньяк. Время было после полудни и уже можно было пригубить рюмку этого божественного напитка, подаренного ему в честь его юбилея.
      Журналист стушевался и сел на стул рядом со столом босса.
      - Эти русские просто сумашедшие. Зимой они купаются в реках, а перед этим парятся в своих банях при умопомрачительных температурах. А как они пьют...
      Жан вздрогнул, вспоминая как его под руки выносили уже бесчувственного от количества выпитого спиртного, кинули в сугроб и начали растирать снегом. От шока он вскочил как ужаленный, и его орущего снова потащили в баню продолжать пировать.
       Он никогда не пил больше 3-4 стопок виски за виски. Но в тот раз он превзошел сам себя и до сих пор удивлялся - как он смог выжить и как он не смог отказаться…
       Приехав тогда в Ростовскую область в поисках интересного материала (Жан краем уха услышал байку о продаже русскими военными повстанцам на Украине оружия) о нарушении минских договоренностей между Москвой и Киевом. Он, неожиданно для себя, попал в самый центр событий, повлекших за собой отставку высшего военного командования Южного федерального округа России. Но дело замяли, хоть и не до конца.
       И вот теперь снова надо отправляться туда же, только на другую сторону границы России.
       Припять. Он читал о ней в Википедии – про атомный взрыв на АЭС, про находящийся в плачевном состоянии саркофаг на 4-м энергоблоке, про шантаж Киевом Европы и выкачивании денег из старушки под предлогом угрозы распространения радиации. Хотя все деньги получаемый в виде транша на ремонт и восстановление саркофага, Киев тратил совсем на другое.
       После катастрофы мир вдруг сошел с ума, помешавшись на ставшем реальностью конце света и всем что связано с этим. Различные сталкеры, одиночки, просто любители адреналина вдруг начали атаковать запретную зону, прорываясь на ее территорию всеми правдами и неправдами.
       Это не вызывало у Жана дикого энтузиазма. Но если в этот раз он сможет получить эту премию – это сделает богатым и знаменитым в одночасье.
       Жан уже рисовал картины своего сказочного будущего, что опять не сразу услышал главного редактора.
       - Ну, что? Ты согласен?, - повторил тот уже погромче свой вопрос.
       - А, да, - машинально кивнул головой журналист, - только водку пить не буду.
       - Поверь, тебе там будет не до водки, - загадочно усмехнулся главред. – Вылетаешь послезавтра утром, мой помощник все подготовит.
         
         Главред задействовал все свои связи перед разговором с Жаном, и буквально перед их встречей ему пришло подтверждение, что  журналиста будут ждать военные на украинской стороне. Хоть  и иностранный корреспондент популярного издания, но будет лучше и надежнее, если он там будет с сопровождением и под охраной. За деньги можно все купить, особенно на Украине. Где тебе притащят хоть чёрта лысого, если ты хорошо заплатишь за это… Так и здесь – нашлись желающие среди военных подзаработать на охране, да и как не помочь человеку, который вывел Россию на чистую воду. К тому же, сам маршрут особой сложностью не отличался – всего-лишь территория Чернобыля. Это же не район боевых действий. Правда, военные в свою очередь попросили их не сильно палить в репортаже. Но, хотя бы согласны помочь Жану в сборе информации среди местного населения и через свои каналы - и за это им спасибо. А, если что стоящее получится – то они будут не против дать эксклюзивное интервью, опять же, за отдельную плату.. 
         Главред перечислил только половину денег, пообещав вторую отдать по возвращению журналиста на родину. Чтобы была хоть какая-то страховка от этих продажных военных. Все-таки, экономика на Украине не стабильна и мало ли что они там себе напридумывают. А так, будет у них стимул отработать заявленную сумму.