Медвежьи подарки

       Ходит медведь осенью по лесу, жиром на зиму запасается: то малинники да ежевичники обгладывает, то грибы с жёлудями жуёт. На шишки нарвётся – шишками похрустит. По пути орешина попадётся, давай её заламывать, орехи сладкие разгрызать. А тут, откуда ни возьмись, под ногами маленький юркий бурундук – шасть да шасть, хвать да хвать орех за орехом! 
- Да иди ты! – разозлился медведь. – Самому надо!
- Не жадничай! – выхватил бурундук из-под его лапищи орех и попрекнул: - Чай не ты орехов по лесам насажал. Всё общее!
- Но нашёл-то я! – обомлел медведь от такого заявления.
- Ещё найдёшь! – буркнул бурундук с набитыми щеками и помчался в свою нору.
- Тьфу, нахал! – плюнул ему косолапый вслед ореховой скорлупой.
       А бурундук, как ни в чём не бывало, вернулся и опять шныряет у медведя под ногами, выхватывает самые лучшие орехи. И вообще взял за моду, куда медведь не пойдёт, он уже тут, как тут и запасается без труда. От раздражения вместо того, чтобы жиреть, мишка худеть стал.
- Так дело не пойдёт! – решил он и неожиданно придумал, как обхитрить обнаглевшего нахала.
       К следующему дню он сделал красивый дубовый сундук под стать бурундуку и хитро ему говорит:
- А ты знаешь, бурундучок, мне тебя жалко стало. Забегался ты совсем с этими запасами. Щёки свои растянул до коленок, того гляди порвутся! И решил я тебе подарить в помощь вот этот сундучок. Всё не во рту запасы таскать будешь, а в сундук растолкаешь и отнесёшь в нору. А коли устанешь, на нём и посидишь, и полежишь. Отдохнёшь и опять таскай, сколько хочешь.
- Да что ты, Михайло Потапыч! – искренне подивился бурундук медвежьему благородству и рассыпался в благодарности: – Ну, спасибо тебе на весь лес до небес! Всем похвастаюсь о твоём подарке! Век буду твою доброту помнить!
- Будешь, будешь, - пробурчал медведь и ушёл искать себе другие сытные места.
       Бурундук подарок обнюхал, общупал, нагляделся-налюбовался на него, насиделся на нём, даже голову внутрь засунул и восхитился:
- Красота! Ай да подарочек!
       И давай в сундук орехи толкать. Только вот для маленького бурундука сундук  большим казался, а на деле в него кое-как помещалось три ореха да одна маленькая шишка.
- Ладно, день длинный, ещё натаскаю. Всё не щёки растягивать, – бодро махнул бурундук лапкой, взвалил сундук на спину и побежал в нору.
       Сносился разок, другой, третий, на четвёртый сел на сундук, отдувается, прислушивается к треску, где медведь промышляет. Побежал, было, туда да как-то тяжело. По пути сунул в сундук что попало и назад, с горем-пополам, дотащился. И что-то как-то бегать уже не бегается, запасы редко попадаются. Возле медведя-то градом всё сыпалось, как он ветки ломал. К тому же сундук какой-то неподъёмный стал. Спина от него гудит, коленки трясутся. Уж бурундук и сидел на нём, и лежал – всё сил набирался. Да сидячкой этой только полдня у себя украл, а припасов натаскал вдвое меньше, чем таскал за щеками.  Ещё и под конец дня полез он с сундуком на спине в нору, ему как дало в поясницу, так он разогнуться и не смог! Теперь вместо того, чтобы делать запасы на зиму, на следующий день пошёл бурундук, охая, лечить спину к старому филину.
- Ну и глупый же ты! – подивился филин, выслушав историю его заболевания. – Разве непонятно, что медведь специально подбросил тебе этот подарочек, чтобы ты ему на пятки не наступал, не мешал жиром запасаться. Дуб-то сам по себе тяжёлый, а ты дубовый сундук ещё и запасами грузишь и на себе таскаешь!
- Ну погоди, косолапый жадина! – разозлился бурундук и поклялся: - Мы с тобой ещё встретимся на узкой тропинке!
       Через три дня бурундук поправился, поставил медвежий подарок в угол своей норы и отправился на поиски медведя. Косолапого нашёл он быстро. Тот на весь лес трещал ветками сладкой черёмухи.
- Эй, толстозадый! – крикнул бурундук, грозно глядя снизу вверх на громадного медведя. – Ты зачем мне сундук из дуба подсунул? Чтобы я от тяжести загнулся? Орехов пожалел с шишками? Мало тебе всего? От жадности не боишься лопнуть?
       Медведь аж черёмухой поперхнулся от его появления, обвинений и того, что его замысел с дубовым сундуком рассекретился намного быстрее, чем он думал. А бурундук всё стоял и разносил его, как распоследнего прохиндея:
- Ягодки тебе этой жалко? – затолкал он за щеку ягодку черёмухи. – И этой ягодки жалко? – сунул за другую щеку ягодку. – И этой, скажешь, жалко? Да я без твоего сундука сейчас в три раза больше натаскаю! – и он принялся толкать ягоды за толстеющие щёки, со злостью приговаривая: - И эту ягоду тоже жалко? И эту? И вот эту?
       И медведь понял, что бурундук от него не отвяжется! Рванул он тогда с треском разлапистую ветку черёмухи да как хлопнул ею надоеду, так тот мигом и замолчал и кинулся удирать в том направлении, куда стоял носом! Да на беду себе в жухлой траве  запутался! Тут в довершение медведь как хватил его лапищей через всю спину, так чуть всю шкуру и не содрал! Насилу от него бурундук вырвался. И больше не было у него желания запасаться возле косолапого.
       Эта самая медвежья метка так и осталась у бурундука на спине и по сей день.
- А что это с твоей спиной? – спрашивали его любопытные.
       Покосившись на полосы, бурундук бросал в ответ:
- А, это… Это медвежьи подарки! Он мне когда-то подарил дубовый сундук и заодно расписал шкуру! Щедрый зверюга!..
       Про себя же думал в адрес медведя: «Чтоб ты бы лопнул от жадности и облез до когтей со своими подарками!».
       Вот такая история была.


(фото из инета)


Рецензии