Кошечка

Посвящается моему близкому другу, которому еще предстоит найти свое место в мире и ни в коем случае не осуждать себя за любовь к мышкам.

Посвящается всем кошечкам в мире
с ярко-розовым пятном на пузике

Это была не совсем обычная кошечка. Совсем обычная шерстка, тот же хвост и те же лапки и грязное серое пятно на животе. Но все зависело на самом деле от угла зрения и расстояния. Когда в полуденный день она гуляла по перилам балкона, розовое пятнышко на пузике от лучей Солнца превращалось в бледно-желтое, стоило ей спрыгнуть и очутиться поодаль, например в километре от меня, ее ярко-розовое пятно начинало резать глаза.

Я любил наблюдать за ней. Каждое утро, как только петухи пропевали свое приветствие, ее царское величество выходило в мир поощрить всех своим присутствием, ее лоснящаяся мордочка баловала всех, не пропуская никого. Черно-бело-розовая шерстка пела и смеялась под легким ветром, а запах сирени был ее личным парфюмом.  Четыре лапки, один хвост, два ушка, шесть усиков и одно пятнышко, эти цифры ничего не могла сказать о ней, но слова: самые восхитительные шесть усиков, нежные лапки, 2 чудесных ушка и игривый хвост - это было точно про нее.

Она никогда не бегала, как все кошки, она мягко ступала на землю, периодически мурлыкала, кушала только ягоды и наслаждалась собой.

Но мрачные дни случались. Она пропадала. И грусть тяжким грузом падала на меня и всех окружающих, нам не хватало этого свободного ветра. Каждую неделю ее не было с нами 3 или 4 дня, потом она возвращалась, но никто ее уже не мог узнать. Перед нами была грязная, серая от земли кошка, с выдранными клочьями шерсти и впалыми боками, на которых четко виднелись ребра. Ее левое ухо было порвано, а усики на правой стороне отсутствовали, нос был изодран до крови и лишь маленькое розовое пятнышко на пузике, не запачканное ничем, напоминало нам прежнюю царицу.

Однажды я проследил за ней. Это было поздним вечером.

Она тихо и незаметно кралась в чью-то норку, и на миг мне даже показалось что она чувствует сомнение, но только на миг, затем в ее зеленых миндалевидных глазах мелькала решительность и она с яростью бросалась туда, где ее совсем не ждут.

Половину недели и почти половину своей жизни, она ловила и ела там мышей, таких же грязно-серых, как эта нора. Она шипела, глаза блестели диким светом, когти как будто становились длиннее, а туловище с каждым новым днем все тоньше и тоньше. На четвертый день моего наблюдения,  силы покидали нашу героиню, ослабленная, с потухшими огоньками вместо глаз, надышавшись затхлым воздухом и без теплых дневных солнечных лучей, она возвращалась к нам, чтобы спустя время, снова радовать своим светом.

Но единственное, что оставалась в ней неизменным – это белоснежно-розовое пятнышко на животе, которое всегда выделяло ее среди всех.