старик-скрипач пропитые глаза

Рыдает скрипка, вторит ей рояль,
в экстазе пьяном замирают пары,
в углу, как пропылённая скрижаль,
бубнит поэт о днях грядущей кары,

старик-скрипач – пропитые глаза –
украдкой рюмку в уголке глотает,
и девки подчернённая слеза
«Вдову Клико» в бокале рассекает.

Я - за роялем, будто бы во сне,
всё те же опостылевшие сцены...
Как вдруг, небрежно так, на плечи мне
легли две ручки, точно две сирены.

Тепло, давно забытых мною слов
и этих дивных рук, меня согрело.
Безумец, я подумать был готов,
что счастье наспех мне на плечи село.

И завертелся тут же кругом зал.
В воображении ночных томлений
с блаженною улыбкой я сказал,
что очень ждал вас, добрый гений.

И тут раздался голос не с небес,
простуженный помощник режиссёра
закончил репетицию. Да, бес
попутал вдохновенного тапёра.

Актёры разошлись, но у рояля
я битый час бездумно простоял.
Лишь звуки как-то жалобно порхали.
Я ждал чего–то... А чего я ждал?