Мэй

Саундтрек:
Hank Thompson – I Cast A Lonesome Shadow (песня звучит вначале, когда поезд со свистом останавливается, но не до конца. И в финале, когда экран темнеет, она звучит полностью до конца титров.
Песня в вагоне ресторане — Chantal Goya – Laisse-Moi)

1
Под ритмичный быстрый стук колес поезда мимо проносятся леса, поля, рощи, погруженные во мрак. Сквозь щели между листвой виднеются огни, которые становятся все ярче и ярче. Поезд замедляет ход и с протяжным свистом останавливается. В этот момент кадр погружается во мрак и тишину, которую нарушает только шуршание и звук расстегиваемой/застегиваемой молнии. Неоновое название на черном экране «М Е Й». Темноту разбавляет свет фонарика или экрана телефона, им пытаются осветить содержимое дорожной сумки. Телефон с грохотом падает на пол.

— Черт побери!

Чья-то рука тянется за упавшим телефоном и в этот момент он гаснет. Через мгновение в купе становится абсолютно светло от мигающего сквозь отверстия в занавесках солнца. Уткнувшись в стену, внизу лежит человек. Он морщит нос, будто принюхиваясь, глаза закрыты. Вяло поворачивается на другой бок. Перед ним упитанный мужчина ест бутерброд с колбасой.

— Доброе утро, — бормочет пробудившийся.
— Спасибо. И вам, — отвечает толстяк.

Человек откидывает одеяло и, слегка потянувшись после сна, берет со стола телефон. Экран разбит. Кладет обратно. Наклоняется к сумке, которая стоит у него в ногах и начинает там что-то искать. Вытаскивает мусор: пустая бутылка от воды, упаковка от печений и всякое другое. Смотрит грустно, запихивает обратно.

— Угощайтесь, — толстяк понимающе предлагает колбасу, пока еще не вынутую из упаковки.

— Спасибо, пожалуй пройдусь до вагона ресторана.
— Я бы не советовал.
— Думаете дорого?
— Если бы. Так накормят — лучше выплюнуть сразу.

С этими словами он засовывает себе в рот весь оставшийся немаленький кусок бутерброда и начинает тщательно жевать, мечтательно поворачиваясь к окну и слегка отодвигая занавеску.

2
Двери ведущие в тамбур раздвигаются и взору предстает вагон ресторан. Оформлен в фиолетово-розовых тонах. Почти пустой. Какой-то очкарик пьет кофе, а может и чай, выводя ложкой по блюдцу невидимые линии, отчего звук движения поезда нарушает неприятный скрежет железа по стеклу. На противоположной от очкарика стороне сидит девушка азиатской внешности, которую можно даже назвать красивой. Она ест пирожок, из которого вытекает ярко-малинового цвета варенье. Наш герой присаживается подальше от них обоих, в угол поближе к выходу. На столе уже лежит меню. Изучив его, он выжидательно смотрит по сторонам, в поисках официанта. Никого не найдя, он встает и направляется в сторону дверей, вероятно ведущих в кухню, кладет руку на ручку. В этот момент из-за стола резко поднимается девушка, которая ела пирожок, и громко произносит:

— Я вас слушаю.
— То есть?
— Вы хотите сделать заказ?
— Ну вообще-то да… никого нет, видимо все на ку…
— Я вас слушаю, что вы хотите заказать?
— О… — смущенно улыбается герой и переводит взгляд на фартук девушки, — я сразу и не понял, что вы официантка.
— Я повар. Так что вы хотели?
— Да? Я думал что повара не принимают заказы.

Теперь смущается она:

— Я повар-официант. Вообще-то я не всегда работаю одна.
— Понятно. Я хотел бы свиные ребрышки, салат "Загадка", он же с мясом? Написано "кусочки нежной телятины". Честно говоря странное название.
— Да, с мясом, подается горячим.
— Это не долго? Жутко хочется есть. Еще картошку. Что за "Криспи графин", то есть "гратин"? Он жареный?

Официантка кивает:

— Еще что-нибудь?
— Да. Чай простой черный.
— Хорошо. Присаживайтесь.

Она махает рукой на его место и уходит за кухонную дверь. Из двери мистически светит ультрафиолетом.  Герой бросает взгляд на крошки и грязные следы варенья, оставленные официанткой на столе.

3
Дверь в купе открывается. На нижней полке лежит толстое тело, уютно накрывшееся простыней. При звуке раздвигающейся двери, толстяк поворачивается и приподнимается, облокачиваясь спиной о стену с окном.

— Как позавтракали?
— Отлично. Повар у них, судя по всему, что надо.
— Вам повезло, не иначе.
— Возможно, — пожимает плечами герой и достает из сумки книгу. На обложке крупными буквами напечатана фамилия автора "Харрис". Открывает первую страницу и погружается в чтение.

4
Снова двери вагона ресторана. На этот раз за окнами поезда темно. Народу — человек шесть. На потолке горят неоново-розоватые лампы, отчего атмосфера в вагоне настраивает на романтичный лад, только хлебные крошки на светлых скатертях портят эффект. Из колонок наверху звучит ненавязчивая музыка на иностранном языке. Официантка-азиатка стоит наполовину загороженная фиолетовой мини-стойкой. Что-то внимательно читает в большой тетради, вероятно, книге учете. Над страницей зависла шариковая ручка.

— Добрый вечер, — обращается к ней герой.
— Добрый вечер. Хотите поужинать? — улыбаясь спрашивает она.
— Хочу. Мне очень понравилось ваше мясо. Признаюсь, в жизни не пробовал таких вкусных ребрышек.
— А теленок? — спрашивает официантка, — Мясо в салате? Оно было достаточно нежным?
— Салат был просто великолепным! Предложите мне сами что-нибудь из вашего мясного ассортимента, он у вас, я вижу, богатый, ад для вегетарианцев. — Листает меню. — Мясо, мясо… баклажаны фаршированные мясом, кабачки фаршированные мясом, картофель с черносливом и бараниной, корейка, бефстроганов, печень по-берлински, свинина по барски, мясные оладьи.
— Очень рекомендую свиную рульку.
— Что ж, попробую!

Официантка уходит, а герой усаживается за стол, стряхивая рукавом крошки и достает из-за пазухи взятую с собой книжицу.

— Интересная книга? — внезапно прерывает гармонию стука колес, шелеста страниц и иностранной мелодии нежный голос официантки.
— Не так давно начал. Мне нравится.
— О чем она?
— Это детектив. В центре сюжета загадочные убийства, — официантка присаживается напротив героя. — Все жертвы — женщины, причем все тела обнаружены в ужасающем состоянии, видите ли, у них у всех содрана кожа.
— Как? Полностью? — удивляется официантка.
— Да. Детектив тоже женщина. Зацепок, указывающих на личность убийцы никаких, и они просят помощи у одного психопата, который, на самом деле, когда-то работал психиатром… — переводит взгляд на стоящую перед ним рульку. — На самом деле отвратительная тема для ужина, — кладет книгу рядом на сиденье. — Лучше бы я ее сюда не брал.
— Знаете, а сюжет мне знаком, — внезапно произносит официантка.
— Хм… Это довольно известное произведение.

В этот момент официантку подзывает парочка престарелых женщин за соседним столом, и, бросая на него извиняющийся взгляд, она уходит. Возвратившись, она видит, что тарелка из под рульки пуста и улыбается:

— Вам понравилось?
— Очень неплохо. Вроде бы обычная свинина, это ведь свинина? — официантка в ответ кивает. — Но более жесткая и немного горчит. Странный вкус, но очень приятный.
— Я рада.
— Вы ведь сами готовите?

Официантка смущенно кивает.

— Где вы этому научились?
— Нигде. Вернее…  в интернате где я жила… была такая специализация.
— Вы жили в интернате? Какое совпадение! Я тоже. Родители много работали и считали что я не должен оставаться без дела, а вы сами знаете, в интернатах всегда найдут чем тебя занять. У вас был предмет поварского искусства или это было что-то вроде кружка?
— Скорее что-то вроде наказания, — задумчиво произносит она.
— О, для меня готовка действительно могла бы сойти за наказание, — он смеется,  после чего спрашивает: — Как вас зовут?
— Мей.
— Красивое имя.
— С моего языка переводится как слива.
— Вам идет.
— Спасибо. — После недолгой паузы. — Вы знаете, что вагон-ресторан работает круглосуточно? Если вам вдруг будет не заснуть… Вам еще долго ехать?
— Порядочно.
— Ну вот! — она радостно хлопает в ладоши.
— Вам тут скучно? — С улыбкой спрашивает он.
— Не сказала бы. В последнее время пассажиров не много, не сезон. Я рада свободному времени и тому, что иногда могу побыть одна, без помощника.
— Кто он, ваш помощник?
— Еще один повар, молодой парень. В данный момент он проходит практику в ресторане. Мы, кстати говоря, будем его проезжать, если вы, конечно… — серьезно смотрит на него и медленно продолжает, — не сойдете к тому времени.
— Вам он нравится? Я имею в виду, вы с ним ладите? Удается уживаться на одной кухне?
— Вполне, — легкая улыбка.
— Отлично. Что ж, спасибо, было очень вкусно. Я пойду. Мой сосед по купе наверное совсем заскучал. Посмотрю, как он съедает очередной бутерброд с колбасой и тихо позлорадствую, ведь он не пробовал вашу великолепную рульку. Всего доброго.
— И вам.
— Не знаю, чтобы я делал тут без вас и как бы вел себя мой напичканный копченостями организм.

Она улыбается в ответ но как-то задумчиво, грустно.

5
Двери в купе раздвигаются. Толстяк открывает бутылку с лимонадом, та шипит, несколько капель заливают стол.

— С возвращением! — приветствует героя.
— Как там ваши запасы? Если подходят к концу — очень рекомендую здешний ресторан. Вы просто не представляете как там готовят!
— Мне и здесь неплохо, — делает глоток.
— И такая приятна официантка. Сейчас она выполняет обязанности повара.
— Миленькая говорите? Вот это уже интереснее, — посмеивается.
— Замечательная девушка. Такое хорошее обслуживание, — тут перед его глазами встают хлебные крошки на скатерти.
— Заманчиво, но я пожалуй буду дальше подтачивать свои запасы. Надо освободить место в чемоданах.
— Дело ваше.
— Спасибо за совет, — закручивает крышку бутылки, накрывается одеялом и гасит светильник на своей стороне купе. — Спокойной ночи.
— Спокойной.

6
Утро. Солнце мигает сквозь занавески вагона-ресторана. Неоновые фонари выключены. Кажется, что это какой-то другой вагон-ресторан. Герой жадно расправляется с омлетом, из яиц и кусочков какого-то розоватого мяса. Звук раздвигаемых дверей. К нему подходит молодая блондинка и спрашивает:

— У вас не занято, можно присесть рядом?

Он отрывается от омлета, чтобы сказать:

— Конечно.

Азиатская официантка стоит за стойкой, бросает на их столик тревожный взгляд и спеша подходит к ним.

— Что вы будете? — спрашивает она блондинку.
— Кофе.
— Это все?

Блондинка не отвечает. Вместо ответа она спрашивает героя:

— Давно едите?
— С начальной станции.
— А я села сегодня ночью. Но путешествие меня уже вымотало. Совсем не знаю чем себя занять. В моем купе никого. Пассажиры как раз сошли на станции, где я села.
— Вам повезло.
— Сначала я тоже так подумала. Но вы не поверите, в купе жутковато одной. Эти пустые полки. Нижние, и нависающие над тобой верхние и черные леса за окном. Радио как назло сломано.
— У нас тоже не работает. Вернее, мне так и не удалось поймать ни одного канала.
— Тоже самое! Думаю звук человеческое речи, пускай далекий, вселил бы в меня спокойствие. А вы едите не один?
— Один. Но не отказался бы от личного купе, — смеется. — Дело в том, что мой сосед все время ест. Один из его чемоданов снизу доверху набит едой и он намерен за эту поездку полностью опустошить его.
— Завидуете?
— Сначала да, но когда стал питаться в местом ресторане, один только вид соседской еды стал вызывать тошноту. Вы пробовали мясные блюда из меню?
— Я вегетарианка.
— Ааа, — разочарованно. — Очень жаль, это нечто невообразимое.
— Верю.

Она пьет кофе, он доскабливает омлет, засовывая в рот крупный кусок мяса. Снова подходит официантка, наклоняется, чтобы забрать пустую тарелку и, касаясь своим плечом плеча героя, спрашивает:

— Хотите еще что-нибудь.

Герой открывает рот, будто готов сделать новый заказ, потом смотрит на блондинку и на ее чашку, уже наполовину пустую, отодвигается к окну, так, что плечи официантки и его плечи теперь разделяет внушительное расстояние, и произносит:

— Нет, спасибо.

Официантка уходит. Нарочито громко гремит грязной посудой. Облокачивается на стойку, подпирает голову руками и неотрывно смотрит на героя и блондинку. Блондинка допивает кофе и, чувствуя взгляд официантки, оборачивается. Их глаза встречаются. Она морщится и снова поворачивается к герою.

— У вас нет никаких дел?
— Даже представить боюсь, какие у меня могли бы быть здесь дела, — смеясь отвечает тот.
— Давайте тогда пройдемся. Вы не против составить компанию.
— Я с удовольствием. Как вас зовут?
— Юлия.
— Красивое имя. Вам идет.

Блондинка смущенно улыбается и смотрит в стол. Потом они встают и идут к выходу. Официантка срывается с места, догоняя их.

— Вас ждать сегодня на ужин? — громко спрашивает она.
— Меня? — не сразу поняв к кому она обращается, спрашивает герой.
— Да. Готовить рульку?

Герой явно испытывает неловкость. Блондинка ухмыляется.

— Нет, не утруждайтесь, — отвечает он. — Если я приду — подыщу себе в меню что-нибудь, что еще не пробовал.

Они уходят, дверь закрывается. Официантка остается стоять посреди вагона-ресторана.

7
Двери в местный туалет захлопываются. Звук воды из под крана и рвотный кашель. Кашель прекращается. Звук спускаемого унитаза. Герой смотрит в зеркало на свое ополоснутое над раковиной лицо. Внезапно зажимает рот рукой, надувает щеки. Наклоняется. Отражение исчезает. Снова кашель и спуск воды. Выходит из туалета и идет по коридору. Останавливает около входа в свое купе. Но после секундной задержки направляется дальше. Проходит коридор. Другой. Везде темно. Его сильно качает. Останавливается около дверей с неоновой вывеской "Ресторан".

8
Вагон-ресторан пуст и темен. Неоновые фиолетово-розовые лампы странно мигают. Подходит к дверям в кухню. Стучит. Никто не открывает. Заходит. Внутри те же неоновые фонари. Холодильник, стойки с ножами, тарелками и другой посудой, далее еще одни раздвижные двери. Раздвигает их. Его ослепляет неоновый свет. Сиденье справа расстелено, на нем сидит официантка, она смотрит в окно, на ней серовато-атласный халат. На лице героя замешательство, смешанное с удивлением.

— Извините, — тихо произносит он.

Она резко оборачивается.

— Что вы тут делаете?
— Мне нехорошо, думаю я отравился.
— Отравились… — безэмоционально повторяет она.
— Возможно ротавирусная инфекция. Может местная вода.
— Вода… — тем же тоном произносит официантка. — Да, скорее всего.
— Мясо у вас без сомнения, свежайшее.

Последнее замечание выводит ее из оцепенение и она энергично замечает.

— Свежайшее, так и есть. Высшего сорта. Никто не жаловался.
— И я не жалуюсь. У вас есть аптечка? Может кола? Говорят она помогает при ротавирусе…
— Сейчас посмотрю.

Уходит. Герой присаживается на краешек расстеленного сиденья. Двери раздвигаются. В проеме стоит официантка. Ее волосы теперь распущенны по атласным плечам, пояс халата ослаблен, отчего грудь слегка приоткрыта. Герой вопросительно смотрит на нее. Официантка протягивает ему стакан с колой. Герой пьет.

— Легче?
— Да. Хотя я и не доверяю эти народным средствам.

Она подходит к нему вплотную. Он глядит на нее снизу вверх. Проводит ладонью по атласу халата. Она развязывает пояс. Гладит его голову.

— Почему вы не пришли сегодня поужинать? Я вас ждала.
— Я… знакомая угостила меня каким-то витаминным салатом.
— Может овощи были испорченные, от того вам и нехорошо? — садится ему на колени
— Наверное… так и есть… — гладит ее. — Простите. Я приду на завтрак, на ужин, на обед.
— Не прощу, — пауза, объятия. — Не придешь, — пауза, поцелуи.— Не уйдешь. — Стягивает с него футболку.
— Не уйду, — отвечает он.
— Никогда. Навсегда останешься с Мей.

Он кивает и обнимает ее.

— Тебе нравится мое имя?
— Мей, сладкая слива.

Она гасит неоновый фонарь. Они опускаются на расстеленное сиденье.

— Что это такое. — сквозь хлюпанье поцелуев произносит герой — Что-то холодное.
— Сейчас узнаешь.

Звук лязгающего метала, мужской громкий стон. Несмолкаемый, но заглушенный чьей-то ладонью.

— Вкусная слива, самая сладкая…. Самая… — шепчет женский голос.

Стоны стихают, мрак сгущается. Темноту нарушает лишь мерный стук колес поезда.

9
Толстое лицо. Заспанные глаза медленно открываются. Толстяк переворачивается на бок. Прищурившись, смотрит на сиденье напротив. На нем разбросаны личные вещи главного героя: сумка, одежда, на столе лежит раскрытая книга того самого Харриса, перевернутая вниз обложкой. Невооруженным взглядом видно, что на этом месте никто не спал. Толстяк одевается, сморит на время в телефоне. Расчесывается перед зеркалом в дверях, дует в кулак чтобы проверить свежесть дыхания. Тихо бормочет:

— Протестируем местную кухню, так уж и быть.

Уходит. В купе никого. Поезд резко тормозит. Раскрытая книга со стола падает на пол и звонко захлопывается.

10
Толстяк сидит в вагоне-ресторане. Народу больше чем обычно. Официантка стоит возле столика, за которым сидят мужчина и женщина с двумя детьми. Позади них сидит небритый мужчина. Ближе к выходу блондинка Юлия пьет кофе глядя в окно. За столиком через нее две женщины преклонного возраста. Толстяк садится на противоположную сторону от стола Юлии. Официантка все еще занята семьей с детьми. Толстяк встает с сиденья и, боязливо оглядываясь по сторонам, идет к дверям в кухню. Заходит в поварское помещение. Там светло. Неон выключен. Прямо напротив двери белеет, почти сияет от солнечного света громадный холодильник. Толстяк оглядывает помещение. Взгляд его останавливается на других дверях. Открывает их. Там образцово застеленная постель. На вешалке над постелью висит серый атласный халат. Вдруг из соседнего помещение доносится звук дверей. Толстяк замирает и оборачивается на звук. Звук повторяется. Толстяк нерешительно выходит из купе-спальни в поварскую. Там пусто. Холодильник приоткрыт. Подходит к холодильнику и смотрит внутрь. На его лице отражается ужас. Из морозильной камеры свешивается человеческая рука. Синяя, холодная. Его лицо будто тоже синеет. Он брезгливо шарахается и отходит на несколько шагов назад, все еще не сводя глаз с приоткрытой двери. В этот момент, двери в поварскую вновь раздвигаются, и на пороге появляется официантка. У нее в руках пустой поднос. Бросив суровый взгляд на толстяка, она ставит поднос возле раковины. Идет к дверям. Поворачивает защелку. Оборачивается к толстяку. Взгляд становится грустным. Качает головой в знак неодобрения и говорит:

— Придется подбавить в меню свинины.

Подходт вплотную к толстяку.

— Вы не против?
— Я… я…  — глаза толстяка круглые от ужаса, на лбу выступают капли пота.
Лязг ножа. Темнота. Кряхтение на фоне железнодорожного гула.