Стыд

Она сидела за столом напротив него и аккуратно откусывала круасан, запивая его терпким кофе. Шторы и окна были открыты на распашку, невдалеке виднелась Эйфелева башня. Он сидел напротив и внимательно наблюдал за ней. Ему было жарко, и он выглядел задумчивым. За окном раздался звук проезжающей машин, и мужчина вздрогнул. В голове у него крутилось только одно: ''Как же я её хочу!!! Нужно склонить её к этому. Я уже не могу! Какая же она безумно красивая!''
О чём задумался? - спросила она его.
Да так, о вечном. Здесь очень жарко, давай переместимся в комнату. Там можно и фильм будет посмотреть.
А какой фильм?
Не знаю, выберем что-нибудь интересное.
Она положила последний кусок круасана в рот, сделала глоток кофе и встала
Ну пошли.
В комнате действительно было посвежее. Она накинула лёгкую кофточку себе на плечи и подошла к полке с дисками.
Как ты относишься к комедиям? - спросила она.
Я не против, включай.
Она нагнулась поставить диск, шортики обтянули её упругую попку, и он забыл вообще обо всём. ''Какая же она сексуальная! Чёрт, я её безумно хочу'' – думал мужчина, в то время как она уже поставила диск и легла рядом с ним на кровать. Фильм начался, но он не мог думать ни о чём, кроме как о ней. Прозвучала первая шутка фильма, она приоткрыла свои красные, как спелая вишня, губы, обнажая ряд белоснежных зубов и засмеялась. О этот смех сводил его с ума. Это были самые прекрасные звуки в его жизни.
Как тебе в Париже? - спросил он, чтобы хоть как-то отвлечься.
Всё классно! Я давно мечтала побывать здесь! Ты самый лучший, спасибо тебе огромное - произнесла  она, пододвинулась к нему поближе, положила руку на его грудь, чмокнула его в щёчку, оставив след от помады, и положила голову ему на плечо.
Нельзя словами описать, что творилось у него в это время в голове! Там было столько красок, мыслей, чувств и переживаний!
Давай сыграем в игру. Будем по очереди пытаться угадать чего хочет другой, если угадали то он снимает вещь, иначе тот кто спрашивал.
Хорошо, давай. Только чур давай честно. Я начинаю, ты хочешь пить, потому что тебе жарко.
Нет, ты не права.
Она скорчила злобную весёлую гримаску и медленно сняла кофточку.
Теперь ты спрашивай.
Хорошо. Ты хочешь завтра пойти в Лувр.
Откуда ты знаешь?!
Вчера случайно услышал твой диалог по телефону, ты там сказал, что собираешься завтра в Лувр.
Так не честно! -она надула свои губки, от чего стала ещё прекрасней, но всё таки аккуратненько стянула с себя футболочку, обнажая своё стройное как у кошки тело и прекрасную упругую грудь в красивом белоснежном лифчике. Прикрывшись рукой, она продолжила играть.
Ты хочешь меня поцеловать!
Да, сейчас ты права. - он нагнулся к ней и нежно чмокнул её в губы.
Я угадала, снимай вещь! - мило усмехнувшись, сказала она.
Он резким движением стянул с себя футболку, подставляя солнцу своё подтянутое, тело. Солнечные блики легли на его мышцы, его грудь нервно вздымалась и опускалась в такт его сердцу. Она смотрела на него и любовалась каждой его клеточкой. ''Какой же он у меня великолепный'' - думала она.
Теперь моя очередь угадывать. Ты хочешь чтобы эта поездка никогда не заканчивалась.
Ты абсолютно прав - она начала потихоньку стягивать с себя шортики — Можешь помочь мне снять их?
Он встал, уже не соображая что делает. Схватив её за шорты в районе бёдер, он начал их судорожно снимать, обнажая все её прелести в беленьких трусиках. Она заливисто смеялась, и эти звуки отдавались эхом в комнате. Он никогда не чувствовал себя лучше. Избавившись от этой части одежды, и он попытался опять лечь рядом, запнулся об ковёр и упал прямо сверху на неё. Она прижалась к нему, засмеялась ещё громче и перевернула его, оказавшись сверху. Нагнувшись к его уху, прижавшись своей грудью к его, нежно покусывая его мочку, она прошептала:
Мой ход. Ты хочешь меня...
Да...
Она опустила свои руки до его штанов и с его помощью стянула их. Он впился в её алые губы, так страстно, как никогда никто не сможет. Их обдавало жаром и холодом одновременно. Он водил своими руками по её гладкой бархатной коже на спине, на бёдрах, на её упругой попе, а она целовала его, как будто ей не хватало воздуха из его лёгких. Одна её рука ловко бегала по его телу, а другая стянула с него всё лишнее и доставляла ему безумное удовольствие. Он схватился за крючки лифчика и просто разорвал его, выкинув в окно. Впившись губами в её грудь, он засунул свою руку ей в трусики и начал её ласкать. Она начала потихоньку стонать. Подняв её и положив на кровать, не прекращая ласкать её, он стянул её трусики и опять страстно поцеловал её. Она продолжала его ласкать, раздвинула ноги и обняла его крепко, как могла. Схватившись за её божественный бюст, он вошёл в неё, и она застонала. Он входил в неё всё чаще и чаще, её пальцы впились в его спину, но он не чувствовал боли. Она была на седьмом небе от счастья и удовольствия. Про него и говорить нечего. Он приник своими губами к её розовым твёрдым соскам, оставив там синяк, но это было не важно. Она получала истинное наслаждение. Когда он начинал тормозить, она ускорялась и наоборот. Перевернувшись и оказавшись на нём, она начала целовать каждую его мышцу одновременно ритмично прыгая на нём. Её стоны были слышны всему Парижу, но их это не волновало. Они были только вдвоём. Он входил  и входил в неё, доставляя ей всё больше и больше счастья. Она прижалась к нему, и они стали единым целым. Он чувствовал её грудь на себе, их тубы соприкасались и расходились, языки переплетались, она чувствовала его в себе, а он ощущал каждую её клеточку. Она застонала так громко, что машины во дворе завыли в ответ. Они были на пике удовольствия, это был и ад, и рай одновременно. Обессилено упав на него, она тяжело дышала. Он тоже тяжело дышал, но ей нравилось качаться на его груди, как на волнах. Он целовал её в плечи, в лобик, в губы и излучал тепло, а она источала умиротворение. Он шептал ей на ухо:''Я люблю тебя'', а она отвечала ему:''Ты самый лучший, мой, любимый. Ты всё для меня''. Фильм закончился, на Эйфелевой башне загорелись огни.