Оппозиционер

В жаркий день августа 1996 года, когда  дружины независимой Ичкерии в количестве нескольких сотен боевиков проникли в город Грозный  и расползлись мелкими группами по  городским кварталам, парализовав всё грозное  воинство ядерной державы, на площадке, у входа в многоквартирный, пятиэтажный  дом на проспекте Ленина стоял чуть полноватый, седой, с  небритой щетиной на лице, пожилой мужичок.
По внешности было видно, что это бывший партийно-советский чиновник, оставшийся в городе, чтобы стеречь свое  бесценное богатство в виде книжных  шкафов с книгами классики и марксизма-ленинизма, импортных холодильника, ковров,  мебели,  телевизора цветного, да  кухонной утвари.
Все это им было нажито за долгие годы  кропотливым, каждодневным трудом   в неустанном и верном  служении,  отбивая молитвенные поклоны  своему богу Ленину и  партии большевиков.
Он стоял, готовый при любой опасности кинуться в подъезд, к двери своей четырехкомнатной квартиры, но вместе с тем любопытство, раздираемое изнутри, не позволяло уйти.
По опустевшему двору дома ходили вооружённые, бородатые люди с хмурыми, недобрыми  глазами.
Они напряженно вглядывались в окна домов, в двери подъездов, подходили к гаражам во дворе  и чаще всего, заглядывали в щели гаражных ворот.
И видя, что  гаражи пустые, недовольно  качая бородами, шумно роптали.
Было видно, что их очень интересовал автотранспорт.
Но автотранспорта не было. Все горожане спешно выехали на  автомобилях, предчувствуя надвигающуюся бойню, в которой  уцелеть пришлось бы немногим.
Война никогда не разбирала свои жертвы.
Во всем дворе дома не было ни единой души, по крайней мере, не было видно, кроме этого  пухлого  партфункционера, который с неослабным интересом, внимательно наблюдал  за вооруженными незнакомцами.
С самого начала ичкерийской революции 1991 года, почти все грамотные, образованные  люди отнесены были к разряду оппозиционеров и агентов Москвы.
Этот был одним  из тех самых.
Но он не только наблюдал, в его голубых глазах сквозило ехидство, дополняемое еле скрываемой полуухмылкой.
А когда один из боевиков снова  заглянул в щель ворот одного из гаражей и, раздраженно взмахнув руками, недовольный пошел к следующему гаражу, полуухмылка пухлого  стала слишком  явной и заметной.
Он  в душе  радовался, что боевой бригаде  нечем поживиться.
И это не заметить было сложно.
Вожак  группы, с большой черной бородой,  похожей на метлу,  перепоясанный лентами патронов и со здоровенным  пулеметом, висящем на плече, крикнул:
«Эй, седой,  ты меня слышишь?!!
В этих гаражах несколько дней назад было полным полно машин…
Не знаешь, куда они все внезапно подевались?!
Пухлый, словно ожидал этого вопроса, мгновенно ответил:
«Как не знать? Конечно, знаю! 
Хозяева  машин очень долго, с нетерпением  ждали  всех  вас, чтобы  из рук в руки передать вам ключи…
Но так как вы слишком долго не приходили, то сели на свои автомобили и расстроенные уехали.
А меня попросили передать вам свои глубокие извинения!»
Издевка читалась явно, недвусмысленно  уже не только на лице  эксчиновника советской бюрократии, но и в словах.
Бородач, грозно вращая черными, безумными глазами, во весь двор громко прорычал:
«Ты, мерзкое существо!! Оппозиционер!!
Убирайся со своей противной рожей  с  глаз наших,  а не то, я клянусь,   сотру тебя в порошок!!»
Пухлый, сгорбившись,  суетливо  засеменил к крыльцу и исчез в проеме дома.
А боевики двинулись дальше.
Между тем, бои только разгорались…


Рецензии
Мой кореш Ширвани Курумов Ночью его остановили на Москвиче бородачи Спрашивают:" Ты за Дудаева или за Россию...? Ширвани не может вычислить, кто они сами Ответил :" Я за Аллаха " ....Отпустили

Мутуш Танов   03.11.2019 16:57     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.