Мальсагов Дзяудин Мальсагович!

Мальсагов Дзяудин Мальсагович!
  Мой папа!
    Человек изумительной доброты, отзывчивости, чуткости и сердечности!
   Прошло одиннадцать лет со дня твоей смерти,отец, но то великое, что ты оставил после себя, будет продолжать жить в тех людях, которые знали и любили тебя. А не любить Дзяудина Мальсаговича, моего дорогого отца, было невозможно!
 Великое,  я не оговорилась, потому что величие человека в том, насколько памятны людям были его помыслы, поступки, дела. Сколь благородны были его чувства. Вспомнились строки своего давно написанного стихотворения:

И в тридесятом государстве,
Пройдя сквозь тридевять  земель,
Увидишь, счастье не в богатстве,
А в том, что ты в себе имел.

В той красоте твоей душевной,
Что щедро людям раздавал,
И в том, что Родины любимой
Ты никогда не предавал.

И только так, а не иначе
Живешь в отпущенный свой век,
И видишь смысл свой лишь в отдаче,
С заглавной буквы Человек.
                2002 г.
  Именно таким человеком с большой буквы ты и был.Твоя душевная красота озаряла всё вокруг своей добротой, умением сочувствовать и сопереживать всем людям, поскольку хорошо знал, что такое голод, холод, война, страдания и радость простого человеческого счастья.
   Вспоминаю небольшой эпизод из твоей жизни. В больнице, рядом, в палате лежал молодой человек, которому было всего восемнадцать лет и жить которому оставалось совсем немного времени. Во цвете лет, как Мцыри - твой любимый герой, юноша умирал. Помню твои слова: «Я бы все оставшиеся дни моей жизни отдал бы, не раздумывая, этому мальчику».
    Однажды, возвращаясь с работы, ты увидел лежащего на картонной бумаге возле забора умирающего человека. Глаза мужчины, в которых затаилась невыносимая боль и страдание, смотрели с мольбой и отчаянием. Большими хлопьями валил снег, было зябко, холодно. И происходило всё это во времена тех самых «лихих девяностых», когда жизнь человеческая ничего не стоила.
    Как русский пожилой человек оказался, будучи тяжело больным человеком, в столь странном месте, тебе было неведомо. Звонок на станцию «Скорой помощи» оказался напрасным, никто не ответил. Пришлось звонить главному врачу Республиканской больницы, чудесному доктору, Ужахову Камбулату Руслановичу.
    Машина приехала сразу, но человек, имени которого ты так и не узнал, умер, не доехав до больницы.
    Помню, как однажды вечером ты привёл в дом женщину, приехавшую из Перми в поисках работы к своим знакомым ингушам. Она спросила у тебя, сидевшего в автобусе, как ей добраться до села Экажево.  В восьмидесятых годах в Назрани не было ни гостиниц, ни такси. Ты привёл её к нам домой.
    Уже на следующий день вместе с директором нашёл ей работу на твоем родном предприятии, Назрановской трикотажной фабрике, где в то время работал Председателем профкома, и жильё - комнату в фабричном общежитии.
    Ты всегда оказывал помощь тем, кто в ней нуждался. Об этом  даже просить  не надо было, ведь всё и так было ясно как день.
    Отец, самый дорогой ты наш человек, ты ушёл в Вечность 7 февраля 2007 года, и это число «семь», дважды повторяющееся в дате твоей смерти, тоже не случайно, ибо символизирует седьмое, самое святое из Небес. В исламе первое совершенное число –  семь. Каабу обходят семь раз, что символизирует семь атрибутов Всевышнего…
    Я понимаю разумом, что человек не вечен, что рано или поздно придется покинуть этот мир… Но как же тебя не хватает!!! Как трудно разобраться без твоих мудрых советов во всех перипетиях жизни, найти общий язык даже с самыми близкими, родными людьми. Ведь не зря же тебя называли великим Миротворцем! Поверь, для этого были все основания. Ты мог примирить кого угодно, даже самых непримиримых врагов!
    Я бесконечно винила себя в твоей смерти. Мне казалось, что если бы я была всё время рядом, то ничего страшного не случилось бы. Но что могла я, простой смертный человек, противопоставить смерти?!
   Думаю, что эти строки, написанные мною почти сразу же после твоей смерти, намного больше скажут о моем душевном состоянии и о муках потери самого близкого человека.
 
Прости, прости, прости меня, отец!
Не ведала, что близок твой конец.
Не знала, что пробил уж смертный час,
Тот, что навеки разлучает нас.

Я бросила б работу и семью,
И села б подсудимой на скамью,
Пошла б без сожаления в острог,-
Чтоб лишь продолжить жизни твоей срок.

Но не случилось чуда, что ждала,
Хотя всех сил армаду призвала.
Но ты уже Всевышним был ведом
В заоблачный небесный райский дом.
                2007 г.
   С семи лет, не имея отца и матери, он, мой отец, рос, точно зная, чего хочет. А хотел папа стать настоящим человеком, таким, каким были его отец и дед. Его отец, Мальсагов Мальсаг Галиматович, окончил в Москве Высшую партийную школу, устанавливал власть бедных, советскую власть, в Ингушетии. Но скоротечная чахотка, которой он ненароком заразил и свою жену, папину маму, унесла в мир иной этих замечательных людей, моих бабушку с дедушкой.
   Во время депортации нашего народа, оставшись один с маленькой сестрёнкой Любой, дед отца, Мальсагов Галимат Габиевич,который находился рядом с внуками и опекал их, до места выселения не доехал, умер в товарном вагоне спецпереселенческого жуткого поезда, Дзяудин, мой папа, отдавая последний кусок хлеба сестре, казалось, был обречён на смерть. Но папина бабушка по матери и его дядя, брат матери, Осканов Або Гаймурзиевич, выходили их.

Прости мне, отец, и прости меня, мама,
За то, что вы ужас тогда испытали,
На ваших глазах разыгралась та драма,
В тот день вас на верную смерть обрекали

Простите за горе, не мной причиненное,
За то, что в февральское утро холодное
В дощатых вагонах, как скот погруженные,
Вы с Родины были на век увезенные.

А тех, кто случайно забытым остался
Болезнью иль старостью отягощенный,
Сжигали живьем, и рассвет тот казался
Багровым, кровавым и неотомщенным.

Но выжили люди , чье мужество было
Сильнее невзгод и потерь, и болезней.
Лишь время тех ужасов правду открыло,
Чтоб их никогда и ничто не сокрыло.

Сегодня та боль во мне невыносима
Ведь это тогда и меня , не рожденную,
Гнала и толкала враждебная сила,
Как жертву, на рай или ад обреченную.

И пусть мой народ никогда не забудет,
Что именно так все это и было;
И пусть он отныне в покое пребудет,
Чтоб горе, страданье – все в прошлом  чтоб было.
                2004 г.
   Замечательный мой дедушка, другого у меня никогда и не было, правда была не менее замечательная бабушка по материнской линии Газгиреева Тамара Адиевна, Осканов Або Гаймурзиевич, дал отцу образование. Если бы не его помощь и поддержка, вряд ли отец смог бы там, в высылке, закончить школу, а потом и Фрунзенский политехнический институт.
   Отец, как оказалось, был первым в Ингушетии инженером-энергетиком, и это событие было отмечено первым Президентом Ингушетии Русланом Султановичем Аушевым, из рук которого отец получил памятную медаль.
 
Смотрю на фотографии в альбоме-
Реликвии, хранимой свято в доме.
И возвращаюсь в жизнь своей начало:
Смотрю на тех, кто жив, кого не стало.

Часами бы смотрела б я на маму.
Здесь ее снимок, помещенный в раму.
Ах, как она эффектна и красива,
Та, словно примадонна, чудо-диво.

А вот и папа. Строгий и серьезный,
Он по-мальчишески задиристый и добрый.
Все говорят,  я на него похожа.
Но быть как он – мне не под силу ноша.

Смотрю на фотографию я брата:
И умный взгляд, и лоб, как у Сократа…
Слились здесь он и Питер воедино –
Прекрасная поверьте мне картина.

Лежат здесь рядом тетушки и дяди,
Так, словно рукописи из одной тетради.
Их камера в тот миг запечатлела –
Остановиться времени велела.

   Любимый, милый дорогой! Всё хорошее, что есть во мне, - от тебя. Я переняла от тебя и поэтический дар. Твои редкие беседы со мной,- ведь вам с мамой приходилось очень много работать, а было время, когда ты возвращался с вечерней школы, где преподавал физику, в полночь,- были для меня величайшим подарком судьбы. Я благодарна Всевышнему за такого отца и очень постараюсь быть хоть сколько-нибудь похожей на тебя.

Ну, вот и все, осталась без отца.
У горя есть начало - нет конца.
Оно вдруг захлестнуло всю меня,
В том, что случилось, укоряя и виня.

Как жаль, что все же смертен человек.
Жизнь коротка, она не длится век.
Бессмертие лишь в памяти людской,
Коли пройдешь по жизни, как герой.

Как трудно стать героем в дни войны,
Еще труднее быть им в мирны дни.
Народ не терпит ни обман, ни ложь,
Людей трусливых он не ставит в грош.

Легко быть подхалимом и слугой,
Но свят лишь тот, кто выбрал путь иной,
Кто не боится правду говорить
И жить по совести, а не юлить.

Ты ж честь свою ничем не запятнал,
Так говорили все, кто тебя знал.

                2007 год
       Несмотря на все трудности, выпавшие на твою, отец, судьбу, ты всегда оставался необыкновенно искренним человеком, бесконечно любящим эту жизнь. А мы, все пятеро твоих детей, очень стараемся не запятнать твою честь и жить по совести, как ты и учил нас.
Светлая память о тебе сохранилась в сердцах тех, кто знал,любил, всегда чувствовал помощь и поддержку такого близкого и родного всем человека -   Мальсагова Дзяудина Мальсаговича.