По ту сторону глава 10

Глава 10
И так как я мешала, он отпустил меня. Но это ничего не меняло. Мое тело оставалось в опасности и могло, того гляди, остаться без жизненной энергии, что привело бы к смерти. Страшно подумать, я буду мёртвой. Как они…

***
Через минуту об этом вопрос уже не стоял так остро. Всё моё внимание было обращено на Димкину кровать окруженную врачами. Они о чем-то тихо переговаривались. И это привело меня к любопытству и волнению. Забыв о: переживаниях, Южке и Вьюке, дико орущих и оставшихся под кроватью, я тут же, без промедления, приблизилась к столпившимся возле Димки людям в белых халатах. Заглянула через плечо, одного из них, заметила папку в руках, на которой лежал исписанный лист бумаги. Читать я конечно не стала. А, как можно читать каракули танцующие в разные стороны. Одно поняла, что это история нахождения в коматозном состоянии моего друга.

 Подняв глаза, я ужаснулась, обрадовалась и разозлилась и все это произошло быстро, словно падающие воды водопада с грохотом и брызгами, разлетающимися в разные стороны прозрачной завесой.
 
Вас, конечно, заинтересует, что привело меня в такое состояние. Объясню непременно. Перво-наперво среди врачей стояли те, кого называют привидениями, они стояли вперемешку с врачами и рассуждали о том: выживет Димка или нет.

– Не выживет… я тоже в сознание пришел… и вот теперь здесь с вами…

– Выживет! Не спорь! Я вот сразу отошел…

– Прекратить спор немедленно! – проговорил зеленоглазенький, не спуская с меня взгляда и ободряюще улыбаясь.
 
При виде его я чуть в обморок не шмякнулась от радости, что он рядом. Всё тот же взгляд зеленых глаз завораживал из-под черных ресниц, было такое ощущение словно рентгеном просвечивал. Тут-то я е его разглядела.

 Я не могу сказать, что он красавец. Обычный. При встрече на улице, возможно и не заметила бы его.  Но здесь я просто была обязана рассмотреть и понять, что в нем такого, что меня к нему тянет, словно магнитом. Правильные черты лица разбавляли ямочки возле губ, которые появлялись при улыбке. Волевой подбородок с дорожкой посередине. Взгляд. Вот взгляд его глаз, смущал меня настойчивостью, твердостью и, в тоже время, мимолетной мягкостью. Брови меня вообще рассмешили, когда наши взгляды встретились и в его взгляде появился немой вопрос. Брови взлетели вверх, соединились на переносице в виде домика, придавая его лицу удивление, и это повергло меня тут же прикрыть ресничками глаза и отвернуться.
 
Но это не помешало мне вспомнить, как он меня предупреждал о том, что за нами наблюдают, и это подтвердилось в дальнейшем. При мысли о  том, что он бросил меня одну на произвол судьбы и на неожиданные встречи, которые ничего хорошего для меня не принесли. Сколько мне пришлось вынести и бороться за свою жизнь. Хотя и не в мире живых, а в этой ужасной своей непредсказуемостью стороне. В груди росло раздражение, переходящее в злость. От этого задохнулась, и мне требовалась немедленная разрядка. Как же мне хотелось зеленоглазого отлупить. С этим намерением я к нему и направилась. Но видно поняв, что движет мною, и что его ожидает в следующую минуту, выставил навстречу руку и погрозил пальцем. Проговорил, нахмурив брови и показав взглядом на Димку:

 – Лучше глянь на своего дружка, не дай Бог…

 После его слов я будто на стену налетела. Остановилась. Обернулась. Димка лежал без трубочек и проводков. Дико озирался. Видно было, что не понимает ничего. Где находится. Почему он здесь. Он переводил, в недоумении, взгляд с одного на другого и вдруг с криком вскочил:

–Виолка…

Но в следующее мгновение упал на белоснежную постель прижатый руками врача к кровати. Пытался вырваться. Но это было невозможно. И, как у него ещё получилось вскочить? До сих пор не понимаю. Но это не важно. Несколько раз, пытался посмотреть на мою кровать, на безвольно-бездвижно лежащую меня. Но ничего не получилось. Врачи плотным кольцом окружили его. Ему ничего не оставалось как отказаться от попыток. Слёзы катились по щекам. Он плакал молча, по-мужски…
– Господи, неужели он по мне рыдает? – прошептала я. – Странно. Он никогда не был сентиментальным. А тут… –  Следующее, что мне подумалось, было то, что привело сначала в восторг, потом в нежелание того, о чем подумалось: "О, влюбился… – обрадовалась я и тут же впала в сожаление:– Зря, милый мой Димка! Не люблю я тебя! Друг! Друг!" И вдруг услышала:

–Лежите спокойно… или вы хотите сломать то, что мы с  большим трудом собрали? – пожилой доктор смотрел, улыбаясь на успокоившегося Димку.

А, как тут не успокоишься, ежели тебя прижали к кровати.


–Да отпустите же меня, прошептал Димка, – что с ней? Жива?
– Жива, но дела плохи. В коме она…

– Я в коме?! И, что теперь?
 
Новость комом в горле застряла и не хотела проглатываться, поперек встала. Я теперь знаю, как это происходит.
 
 Сказать, что от этого я была в ужасе – ничего не сказать!

Я мешком свалилась на пол, но опять чуть не ушла сквозь него. Вовремя остановилась и вися над серой плиткой, разрыдалась. Прикрыв глаза ладонями, я раскачивалась из стороны в сторону. И вдруг почувствовала, что кто-то меня обнял и, прижав к себе, шептал тихо на ухо:

– Не плачь… все будет хорошо. Вот только нужно сделать так чтобы ты могла не только проходить сквозь стены и предметы, но научиться их ощущать и в нужный момент взять в руки.

– Стены? – спросила я, изумленно взглянув на державшего меня в объятиях зеленоглазого.

– Дурочка, – расхохотался он.

Продолжение следует…