Вендиго

Вендиго (также Витиго или Вэ-ти-го) – согласно верованиям ряда племен североамериканских индейцев, потустороннее создание, злобный дух, обитающий в лесах и олицетворяющий собой мрак суровой зимней ночи и неутолимого голода. Питается мясом людей, заманивая в чащу леса одиноких путников или неосторожных охотников, после чего доводит свою жертву до безумной паники, нападает и пожирает ее. Весной и летом практически неактивен, впадает в спячку в пещерах или подземных норах. С наступлением осени начинает проявлять активность. Пика своей мощи достигает в самое холодное время зимы.

Обладает огромной физической силой, реакцией и скоростью, намного превосходящих человеческие. Способен менять голос и становиться невидимым на короткое время. Облик этого духа настолько ужасен, что увидевший его человек теряет рассудок от ужаса. Неуязвим к любому оружию. Однако панически боится огня, а потому единственный способ уничтожить его – сжечь.

Ряд индейцев полагает, что для своей телесной оболочки он использует человека, который в силу различных обстоятельств был вынужден совершить акт каннибализма. Однако человек, в которого вселился этот дух, быстро теряет свой изначальный человеческий облик.

История первая.
Почему из долины Масакото ушли алголаки.

- А ветер только крепчает…. Настоящая буря!
- Да уж. Сейчас нечего и думать о том, чтобы высунуть нос наружу. Завалит снегом прежде, чем ты сделаешь сотню шагов!
- Так, парни, - старый Охотник раскурил трубку. – Подбросьте хвороста в огонь и поплотнее заприте дверь. Лучше – заколотите ее теми досками. Ставни на окнах тоже.

Через несколько секунд трескучее пламя озаряло убогую обстановку старой хижины старателей. Стало теплее и даже настроение людей немного улучшилось. Появилась некоторая бодрость. А снаружи бесновался настоящий ураган, закручивающий в дьявольские водовороты миллиарды снежинок. Ураган словно старался прорваться внутрь хижины или завалить ее вместе с людьми тоннами снега, превратив невзрачное строение в могилу.

- Послушай, Хэнк, - Лингвист придвинулся поближе к Охотнику, - а что за история про алголаков? Говорят, что в один прекрасный день они снялись со своего стойбища и навсегда покинули эти края. Как-то странно. С чего бы им покидать насиженные места?
- Медведь потому что завелся, - Доктор поплотнее запахнул шубу. – Медведь-людоед. Убить его не получилось. Вот индейцы и посчитали, что лучше попросту отсюда убраться.
- Да какой к черту медведь! – Сержант откупорил бутылку бренди и сделал несколько аппетитных глотков. – Чтобы эти дикари не смогли прибить медведя? Не смешите! Тут другое было. Я вот слышал, что завелась банда головорезов из числа недобитых конфедератов, которые каким-то образом сюда перебрались. Они и стали отстреливать краснокожих. Только вот зачем? Этого я не знаю, клянусь своей прострелянной ногой!

Ураган выл сильнее. Стены хижины буквально трещали под его жуткими порывами. Охотник смотрел на пламя немигающим взглядом несколько секунд, а потом выбил пепел из трубки в очаг, вновь набил ее табаком и раскурил.

- Буря продлится еще дней десять. Может, и две недели. И пока она не утихнет, мы будем сидеть в этой хижине. И никто, повторяю, никто за дверь не выйдет. Если кто-то захочет, то я его пристрелю сам, - Охотник говорил тихо, но твердо.
- Это почему?! – Лингвист вскинул брови. На лицах других застыло выражение ошарашенного удивления.
- Потому, что я не хочу, чтобы в эту хижину вошло то, что прогнало алголаков с этих мест, - Охотник потер ладонью покрытые густой щетиной щеки. – Когда буря утихнет мы уберемся отсюда. Хоть на брюхе выползем. А до этого момента нельзя дать потухнуть огню. И еще. Да, и еще. Если вдруг кто-то будет стучаться снаружи в дверь, просить впустить его, плакать…. Даже, если вам покажется что это ребенок, то не смейте его впускать. Пристрелю того, кто попытается это сделать!
- Хэнк, вы, несомненно, смелый и очень сильный человек, - Сержант пристально смотрел на Охотника. – Но лучше бы вам объяснить, зачем и к чему вы сказали то, что сказали.
- Да, - Доктор подвинулся к Сержанту. – Вы уж объяснитесь!

Охотник подкинул в огонь несколько сухих веток. Пару секунд молчал. Потом прокашлялся. И посмотрел на спутников.

- Вы спросили меня, почему алголаки ушли из этих мест? Что ж, я вам расскажу. И медведь с бандой мифических конфедератов к этому не имеют ровным счетом никакого значения. Все было куда более…. страшнее.

Буря штурмовала забитые ставни в окнах хижины таранными ударами легионов острых, словно иголки, снежинок.

- Это случилось после Гражданской войны. Спустя несколько лет. Какой-то человек с юга должен был переправить золото другому человеку, который находился севернее Озер. Кто они оба были? Дьявол их знает. Торговцы… Банкиры… Ростовщики…. А скорее всего, - весьма темные личности. Но это и неважно. Дело было темное и дурно пахнущее. Иначе все можно было осуществить с помощью федеральных маршалов или парней из агентства Пинкертона. Но эти люди наняли восемь стрелков. Знаете, кто такие стрелки? Это парни, которые ради доллара готовы рисковать своей жизнью. И при этом они прекрасно владеют оружием. Таких парней не испугать ничем, кроме отсутствия денег в кармане. Стопроцентные головорезы.
Так вот. Эти стрелки и повезли то золото, а его, говорят, было много. Ценный груз. И всегда могли найтись голодные койоты с винчестерами, желающие это золото прикарманить. Нет, стрелки не боялись нападения бандитов, ибо сами, скорее всего, мало чем от таковых отличались. Но им просто хотелось поскорее привезти золото в пункт назначения, получить свою награду и затем ее ярко прокутить. А потому они решили срезать дорогу. А сделать это можно было только через эту самую долину Масакото.
Но была уже зима. Крайне неудачное время, чтобы пересекать долину. Стрелки были слишком уверены в себе. А, быть может, попросту очень глупы. Умение быстро и точно стрелять еще не делает тебя умным человеком.
Так вот. Они въехали в эту долину, а вот выехать уже не смогли. Буря, жуткая зимняя буря замела непроходимыми сугробами все перевалы и тропы. Зима их запечатала в долине. И им не оставалось ничего другого, кроме как зазимовать в ней, уповая на то, что еды им хватит до весны. Еды. Золота у них было много, но ведь на него можно купить еду, а само золото есть нельзя. А покупать в этой долине было нечего и не у кого.

Ураган ударил снежным кулаком в дверь хижины. Казалось, что это и не ураган вовсе, а некое инфернальное существо, стремящееся прорваться к теплым и живым людям. Охотник вновь набил трубку и раскурил ее.

- Зазимовали они как раз в этой самой хижине. По весне, когда тропы освободились от снега, алголаки пришли в эту хижину. И затем они снялись со своей стоянки и ушли из этих мест.
- Но почему? – Лицо Лингвиста было белым, словно мел. Да и лица Доктора и Сержанта не отличались румянцем.
- В хижине они увидели груду лошадиных костей. А рядом – груду человеческих костей. А еще они увидели закопченный котел, ко дну которого прилипли куски человеческой плоти. Индейцы сочли, что вся земля тут отныне плохая, поскольку объявился Вендиго.
- Вендиго? – Доктор машинальным движением поправил очки. И это движение было донельзя забавным и смешным.
- Да, Вендиго. – Охотник бросил в огонь охапку веток. – Для алголаков и некоторых других племен он пострашнее чумы или эскадрона белой кавалерии. Дух холодной зимы и голода, который настолько ужасен, что ты съешь свою мать или своего ребенка, чтобы насытиться.
- А почему алголаки решили, что пришел этот самый Вен… Вендиго? – Сержант придвинулся ближе к огню.
- Стрелков было восемь. И алголаки это знали. Они их видели, когда те спускались в долину. А вот обглоданных костей было аккурат на семь человек. Это понятно? Было всего семь, а не восемь останков людей.

Охотник на пару минут умолк. Остальные тоже молчали, не решаясь нарушить тишину, тревожимую только треском огня и жутким воя ветра снаружи хижины.

- Когда зима отрезает тебя от внешнего мира стеной снега и лютого холода ты остаешься один на один с опасностью голодной смерти. И тогда у тебя начинают появляться мысли… не сразу, конечно, а спустя дней пять после того, как заканчивается провизия, - Охотник вновь, не мигая, смотрел на жаркое пламя, - мысли, что тот, кто рядом с тобой, тоже может стать этой самой провизией. Едой. Едой, которая спасет тебя от страшной смерти.
Только это не совсем твои мысли. Это то, что тебе нашептывает Вендиго. Ты поддаешься, и перед ужасом мучительной смерти от голода сжираешь того или тех, кто рядом с тобой в этой зимней ловушке. И тут-то вот и наступает то самое все. Вендиго вселяется в тебя. Алголаки это знали, а потому ушли из этих мест. Ведь восьмой стрелок бродил где-то рядом. Восьмой, съевший своих товарищей той лютой зимой и впустивший внутрь себя Вендиго.

История вторая.
Дневник Элая Буна, члена экспедиции, организованной Ливерпульским Добровольным Обществом по поиску снежного человека.

Из интервью с шерифом округа Панатэго от 14 апреля 2007-го года. Опубликовано в газете "Нью-ньюс-монинг":

"Джемели Паркер: Шериф, все же вы не отрицаете гибель всех членов экспедиции из Великобритании? Вы не отрицаете, что все они погибли  в долине Масакото?
Шериф Олли Спэнс: Пока еще рано давать сколь-нибудь однозначные заявления. Ведется следствие. Я бы не хотел, чтобы вокруг это истории создавалась излишняя шумиха, могущая вызвать панику.
Д.П.: Но вы не отрицаете гибель членов экспедиции?
О.С.: Не всех. Согласно документам, должен быть еще один человек. Но он не найден. Равно, как и его останки.
Д.П.: Речь идет о пресловутом "феномене Вендиго", который стал своеобразной "визитной карточкой" вашего округа?
О.С.: (снимает свои большие солнцезащитные очки и протирает их стекла розовым носовым платком) Мы... Мы пока что не знаем"
(NNM)16 апреля 2007 года