Территория -о романе и кино-

Романтика!  С  ней  часто ассоциируют  космонавтику, авиацию, мореходство…  и  почти  обязательно геологию.  Пишут, снимают  кино.  Но  делали  и  делают  это люди чаще  всего далёкие  от  темы,  за которую  взялись,  или  познавшие  её  очень  поверхностно. Восторгов  удостаиваются в основном полёты, плавания, горные  и  таёжные  маршруты, связанные  с  ними  риски  и  испытания.  Ну, конечно,  ещё  красоты природы.  И  в их  творениях  эти  шараханья в воздухе, на  воде  и  по  тверди затмевают  главную  суть  деятельности  адептов  этих  профессий. А она  в сложнейших интеллектуальных  усилиях  и  в  высочайшем  душевном  напряжении  в  достижении  ментальных целей:  познать  Море, Землю, Космос, открыть  новое  для людей. Для геолога  главная цель  –  это открыть  месторождение.

“Территорию”  Куваева  я впервые  прочитал,  будучи  уже  опытным  геологом. А недавно  после просмотра  фильма  “Территория”  мне  стало смешно от  осознания,  как  мой  труд воспринимает  народ. Большей  бессмысленности  в совокупности  с  ярко проявляющимися человеческими  пороками  в производственной  деятельности  и  рядом с  ней  трудно представить. В этом  весь  Куваев. Я  его  всю  касающуюся геологии  писанину  не  приемлю  абсолютно. Эту тему он не заслужил ни личным опытом в профессии ни писательскими потугами. Аргументирую:

***  Первое  –  не  знал он  профессии. Побыв  в ранге  геофизика  всего  три  года  на  Северо-Востоке страны,  ни  на  йоту  не  понял смысл геологии, и  свалил, ибо не  смог ни  работать, ни  жить  здесь. Увидел только  поверхность  геологии  региона.  Это, как  младенец, который не  может сфокусировать  зрение, реагирует  лишь  на  яркие  пятна,  да  и  то  только  двигающиеся. Зато к  своим младенческим  (полуслепым) впечатлениям  добавил,  видимо, байки,  “лапшой”  которых  увешивают уши  лохам.  Всем  профессиональным  коллективам  известно, что как  только  в их  среду  попадает подобный, ему  с  великим  удовольствием  несут  всевозможную  “пургу”,  и  обязательно  со страшилками, причём  на  ходу  сочиняемыми.  Так  сказать, для красоты повествования придумывают яркие небылицы. Вот, эту смесь Куваев и выдал в своём писании “Территория”.

В  его творении  нет  главного  –  нет  смысла, системы и  методики  поиска, опирающихся на интеллектуальную  работу  индивидуумов и  коллективов. А именно это  суть  профессии. И именно это было главным  на  Северо-Востоке, в Сибири  да  и  в других  регионах. И  именно это дало результат. Люди  (геологи  в  первую  очередь) следовали  железной  логике  действий,  выработанной интеллектом  профессионалов, ведущих  поиск  драгметаллов  абсолютно осознанно  и  методично. Даже  те, кто по сути  не  соответствовали  профессии, жили  и  работали  в рамках  этой  системы.  И именно система и сработала, дала результат.

В те годы  (пятидесятые  –  семидесятые)  нужна  была  интенсификация геологического поиска, широкий  охват  территорий.  На  просторы Колымы  и  Чукотки  (Территории)  бросали  множество молодых  и  плохо обученных  людей  (Куваев  был, как  раз, из  таких).  Но  их  труд попадал в мощный поток  геологического производства, сформированный  не  хилыми  умами  зрелых  геологов  и руководителей.  Далеко  не  всё  было гладко,  потому  что ново, спешили,  но система  была  и  всё контролировала, и  методично добивалась  цели.  То, что было не  гладко, на  вращение  её  маховиков не влияло. Масштабность открытий и добычи драгметаллов тех лет лучшие свидетели этого.

Вопреки  этой  реальности  –  Куваев  написал про  бессмысленные  шараханья  горе-героев  с  какими-то несуразными  трудностями,  глупыми  одиночными  маршрутами, поисками  чего-то на  горах зимой  (!). В  общем,  поведал  о том, что абсолютно не  знал и  не  понимал, и  не  удосужился  узнать, хотя бы проконсультироваться у знающих.

Ведь  давно известно  писательское  правило  –  писать  нужно о том, что  хорошо знаешь  или  о том, чего не  знает  никто. Но он-то решил, что за  три  года  познал  сложнейшую  профессию  северо-восточного региона  страны. А, якобы для красоты, наворотил на сюжет ещё мелких глупостей (о чём в деталях ниже).

***  Второе  –  сюжет  всего произведения  –  есть  вымышленная  ложь  (вероятно, кто-то навешал ему “лапши”, а затем ехидно улыбался, наблюдая во что это вылилось).

Описанного им не  могло быть  и  не  было. Куваев сочинил сюжет с главенством авторитарных  решений неких гениев-руководителей, благодаря выходкам которых происходили открытия месторождений на Территории. В романе представитель таких, ведомый силой своего ума и характера, прибывает куда надо и делает там то, что в конечном итоге преодолело нерадивость оказавшихся там геологов и тех, кто их туда отправил. К сожалению и для Куваева и для его почитателей сюжет романа глупость.

Главный инженер, в сфере которого не было проектов на олово, остановить работы по оловянному  проекту  и  перенаправить  их  на  другое  направление  не  мог в принципе.  Ни приказами,  ни  уговорами тем более. Если  бы и  хотел, то  делал бы это в верхних кабинетах, а не  подобным образом. А изменить направление работ и там было очень непросто. А как это делается,  Куваев,  похоже, не  представлял  абсолютно. Так же, как и логику возникновения решений о геологических работах определённого характера на той или иной плошади пресловутой Территории.

Геологи поисковой  партии  на  олово  “революционные  порывы”  такого главного инженера  из другого главка либо молча  игнорировали  бы,  либо наладили  бы кадра  восвояси. Для них собственные  проектные  планы были  единственным  законом,  преступить  которые  они  не  могли, даже  если  бы и  хотели.  Свои  хотелки  (или  “дяди”  со стороны)  они  должны были  изложить документально с  железным  обоснованием.  Получить  “одобрямс”, и  только тогда что-то предпринимать не по проекту.

Но ещё  большая глупость  придуманного  сюжета  состояла  в том, что работу  партии  надо менять  с олова  на  золото.  Любая  шурфовка  водотока  преследовала  выявление  всех  драгоценным  металлов, а  плюс  ещё  вольфрама  и  молибдена, даже  если  партия официально  занималась  выявлением оловоносной  россыпи.  Добыча касситерита  и  золота  из  одних  и  тех  же  водотоков была известна ещё с довоенных лет.

В его произведении партия, в которую прибыл главный  инженер, вела шурфовку долины. Применение  этой  методики  начинается  уже  после  предшествующих  изрядных  поисковых  усилий (так  было везде и всегда).  Изначально долины были  подвергнуты шлиховому опробованию. И раз  геологи  начали  шурфовку  определённого  участка  долины  на  выявление россыпи  олова, то  этому  были  основания от  предварительных  работ,  и  не  только шлиховых.  И если  олово (в аллювии  это минерал касситерит) было выявлено в достаточном  для такого решения количестве, то  не  выявленное  россыпное  золото  –  это нонсенс  (смотри  ниже  -  почему). А  вернее  – фантазия профана, а подозреваю, что и чьи-то россказни, так сказать, опять же “лапша”.

Очень  показателен  сюжет  с  раскаивающимся промывальщиком.  Полнейшая  туфта.  Начальник, ведущий  шурфовку  долины,  якобы,  не  разглядел промывальщика, который  впервые  взял в руки лоток?  Бред сивой  кобылы.  Это же  (умение  мыть  или  не  умение) видно, как  говорится,  не вооруженным  глазом. Да  и  проверяли  каждого  нового, и  учили.  Опытный  геолог обязательно посмотрит, как  моет  новый  промывальщик. И  уже  на  первом  лотке  определит, насколько  тот владеет  промывкой.  Но  это полбеды. Главная брехня в том, что промывальщик  в течении  сезона  в ноль  смывал  золото.  А  мыл-то  он  не  галечник  речных  кос, а  материал из  шурфов.  При  шлиховке материал для промывки  берут  с  кос, из  террас, со щёток  (скальные  выступы ложа  или  борта долины, на  которых  водой  набрасывается песчано-галечный  материал). Углубления  для взятия речного материала  на  промывку  не  более  метра, и  такие  пробы берутся через  расстояния  в  первые сотни  метров. В  принципе, где-то можно и  пропустить  тот  участок, где золото.  Практика  показала, что это касается только мелких  проявлений  золотоносности, все  более-менее  существенные проявления россыпной  золотоносности  шлиховой  съёмкой  были  выявлены (почему  –  чуть  ниже). Но из  шурфа-то пробы берут  методично с  каждого интервала  проходки  (углубления  на  0.4-0.6 м). Шурф  (глубиной  до нескольких  десятков метров)  –  это десятки  проб.  И шурф не  один, а  линии шурфов (несколько поперёк  долины)  идут  вдоль  выбранного геологами  участка  долины через сотни  или  даже  десятки  метров. Как при  такой  методике  изучения долины можно не  разглядеть  её золотоносность, если  россыпное  золото в этом  участке  долины есть, тем  более  богатое  и  крупное? Ну, только у Куваева это можно.

Уверяю, весовое  золото сбросить  с  лотка  в ноль  не  возможно  в десятках  проб.  В  моей  практике студентам  или  новоявленным  промывальщикам  на  первом  уроке  в лоток  с  грунтом  стругали  по 10 малюсеньких  (0.1  –  0.5 мм)  кусочков медной  проволоки.  Они  при  своей  первой  промывке  теряли одну-три  медные  крупинки. И это называли  браком.  Удельный  вес  золота  существенно выше  меди (золото  тяжелее).  Невозможно весовое  золото смыть  в ноль! Потерять  неопытный  промывальщик может  только тонкое  (менее  0.1 мм) пластинчатое  золото, и  то не  всё.  Бывали  плохие  пары техник-геолог  -  промывальщик. Но их  брак  заключался не  в  промывке, а  в лени  при  шлиховке  долин брать  материал из  нужных  мест  (искать, копать…). Здесь  же  поднимали  материал из  шурфа, якобы,  с  золотом. Оно,  золото,  упадёт  при  буторке  на  дно лотка  и  его оттуда  смыть  целая история, да  ещё  во  всех  пробах.  Это специально трудно  даже  сделать.  Кроме  того,  всегда  при  промывке оставляли, так называемый,  “серый шлих”. То есть  не  домывали  до конца, с  той  же  целью  –  не потерять  (не  смыть  нечаянно) важные  минералы  (ведь  геологу  важны в  шлихе  ещё  многие минералы). Уже  потом, в  специальном  корыте  маленьким  лоточком  “серый шлих”  домывали, очень осторожно доводили до “чёрного шлиха”, когда в нём остаются только тяжёлые минералы.

У Куваева  нет  точной  привязки  событий  романа, но впоследствии  появились   люди утверждающие, что это Баимский  район  (Чукотка)  и  месторождение  “Песчанка”.  Но  в подобных утверждениях  я сильно  сомневаюсь. Месторождение  “Песчанка”  является типичным  медно-молибден-порфировым  месторождением  с  золотом.  Его  характеризуют  высокие  содержания меди и  очень  низкие  содержания золота  (среднее  0.27—0.45 грамма  на  тонну)  и  серебра  (среднее  3—4 грамма  на  тонну). То  есть,  промышленный  интерес  представляют  большие  с  высокой концентрацией  запасы меди, а  попутное  извлечение  молибдена,  золота  и  серебра  лишь увеличивает  его ценность.  Месторождение  было открыто в 1972 году  геологом  Сорокиным  Г.И.  в ходе  заверочных  работ  поисковым  отрядом  Анюйской  экспедиции.  А  заверка  означала геологические  исследования района, где водотоки  по данным  шлихового  и  геохимического опробования  (пробы  руслового тонкого (пески-илы)  материала)  отличались  повышенными содержаниями  металлов,  в том числе  и  золота. Геологами  в пределах  крупного  гранитоидного интрузива  высокой  ликвации  (от основных  до  сиенитовых  разностей)  были  выявлены  кварцевые штокверки  с  богатой  минерализацией  рудных  минералов (преимущественно  сульфиды  меди). Но даже, если  Куваев имел  в виду  и  не  это месторождение, то  всё  равно  у  него  речь  идёт  о водотоках, дренирующих  выходы  гранитоидных  интрузий. Россыпи  касситерита  возникают  именно при размыве  оловоносных  кварцевых  штокверков  в гранитоидных  массивах.  Так  вот, в аллювии  таких рек  и  ручьёв всегда  просто огромное количество рудных  минералов.  Шлих  очень  богат  тяжёлыми минералами  (рутил, магнетит,  ильменит, пирротин,  пирит, гематит, арсенопирит,  касситерит, вольфрамит, галенит).  Такой  шлих  большой, его  ещё  больше  не  домывают,  перестраховываются, больше  уповая на  работу  с  маленьким  доводочным  лоточком.  Первое  -  при  таких  нюансах  шлиха геологу  всегда  виден  уровень  навыков промывальщика  и  по тому, как  он  работает  лотком  и  по составу  шлиха, который  потом  попадает  геологу.  Второе  -  перечисленные  тяжёлые  минералы (плотность  от  4 до 8)  всё  же  значительно легче  золота. Соответственно,  если  в лотке  есть  олово (касситерит,  плотность  которого 7), то куда  же  золото  (плотность  которого выше  в 2.5-2.7 раза) убежит из такого шлиха?

Налицо некомпетентность  Куваева  в вопросах  рудной  геологии  и  шлиховки  в частности.  И это обрамляет главную линию сюжета!

*** Третье – профессиональную и писательскую некомпетентность Куваева подтверждают и детали. Несколько из них демонстрирую.

Деталь  1.  Одиночные  маршруты. Я в них  ходил,  Куваев  нет.  Опять  же, наслушался, видно, героических  баек.  Геологический  маршрут  преследует  цели:  увидеть, описать, отобразить  на карте, отобрать  образцы пород, а  где нужно и  пробы для анализов.  Образцы пород  и  пробы  это материал для исследований  в долгий  неполевой  период,  и  без  этого материала  маршрут практически  не  имеет  смысла. И каждый  геолог это понимает.  Так  к  концу  дневного маршрута камней  в рюкзаке  оказывается  от  минимум  пяти  до  пятнадцати  килограммов. Поэтому, одиночный маршрут, когда и случался, не  был продолжительней  дня. Ведь  дальше  с  полным  рюкзаком камней, да  пополняя его не  пойдёшь. В  некоторых  случаях, где  условия проведения маршрута были  таковы, что образцы и  пробы можно было где-то складывать, чтобы потом  на  каком-то транспорте  подъехать  и  забрать, то  маршрут  можно было и  продлить.  Но  это возможно  максимум до  трёх-четырёх  дней,  ибо таких  условий  в наших  краях  практически  нет, где бы  по горам  по долам  за  тобой  кто-то  потом  ездил и  собирал.   У Куваева  же  геолог отправился в многодневное путешествие  чёрти  куда.  И  мало кто представлял куда  и  на  как  долго. Похоже, просто погулять пошёл. Ибо что он  с  такого маршрута  принесёт?  А Куваева  это не  волновало, он  его использовал лишь для трагизма, героизма, романтизма. Я скажу, якобы. Потому что, это глупость.

Деталь  2.  После  переправ через  реку  сразу,  вот прямо вдруг,  не  заболеешь.  Да  и  не  болели  в маршрутах  подобным  образом.  В  этих  условиях  человек  супер мобилизован  (как на  войне). Он может  заболеть, только  пройдя маршрут.  Да  и  вообще, мои  личные  ощущения от  многих  лет работы  говорят о том, что даже  самые  сложные  пешие  переходы, восхождения, переправы, сплавы, переезды и  так далее, это что просто дышать  на  пути  к  цели.  А ведёт  к  ней  ум, вот ему трудно.

Самое  сложное  в  маршрутах  –  это думать. И после  них  думать, и  перед следующим  думать, и  в нём  снова  думать. Сопоставлять, анализировать, представлять. И принимать  решения.  Постоянно. Чему  уделить  особое  внимания,  какие  осуществить  замеры,  как  отобразить  в  зарисовке и  на  карте, как  сформулировать, чтобы записать, как  опробовать, какие  образцы  отобрать  для представительности  геологического объекта  (возраста  пород,  их  природы, рудоносности), куда дальше  пойти  из  твоих  предположений  для получения следующей  информации  (наблюдений)  о геологическом  строении  этого  участка  Земли…  Ещё  десятки  что и  как.  А  вот  как  идти  ли, лезть ли, плыть  ли,  продираться  ли  в зарослях,  и  так  далее, это практически  не  касается  сознания, это делается на автомате. Повторюсь, это просто, как дышать. Ни малейшего геройства в этом нет.

Ведь  не  приходило  в голову  скульптору  героизировать  усталость  своих  рук,  их  ссадины  и  синяки, бессонные  ночи... Вся  его суть  стремилась  вырубить  образ, к  ваянию  которого  ум  и  душа  шли, не замечая как. Они  работали, а  тело и  инструменты им  помогали. И цена  скульптору  только этот образ - скульптура. Труд геолога аналогично ценен работой ума и души. И результатом.

Деталь  3.  Околоэротические  сюжеты  с  аборигенкой, конечно,  для обывателя, видимо,  по мнению Куваева,  были  нужны.  Но, и  с  ними  брехня.  Он  сам-то про жизнь  аборигенов ничего не  знал. Опять  же  повёлся на  чьи-то россказни.  Может,  где-то и  сам  пикантность  придумал. Но, как  и  все другие придумки – не удачно.

Дальше не буду, наскучило уже.

***  Четвёртое  –  кино.  Кино, ведь,  недавно  сняли  по этому  произведению. Опять  же  –  кушайте зрители  романтику  шараханья  по нехоженным  местам.  А интеллектуальный  труд геолога?  А зачем он?  Да  и  кому  это интересно. Вот,  горы, реки, тайга, бородатые  морды, бабы,  стрельба, замерзания, утопления, ломания, спасения… Вот это да, вот это геология!

Фильм  снимали  в Красноярском  крае  на  плато Путоран. Места  красивые, но это не  Северо-Восток. Колыма  и  Чукотка  на  глазок  отличаются  очень  прилично от  киношных  пейзажей. И фильм  добавил  к  Куваевским  ещё  больше  своих  “красивых”  глупостей. Как говорят  –  “хоть стой, хоть падай”.

Просто смех  вызывает  сюжет, где главный  герой  и  аборигенка  валятся на нарты, и  олень  их  несёт  по кочкам!  Летом!  Да  и  зимой-то  по насту  олень  двоих  не  повезёт (ну, максимум метров сто). Северному  оленю  это просто не под силу.  Во-первых, аборигены оленьи  упряжки  используют  только  зимой. И если  в  упряжке один  олень, то  значительную  часть  долгой  дороги  наездник  пешочком  преодолевает, помогает этому не великих сил животному.

В  окончании  фильма  среди  зимы  один  горе-герой  тащит  волоком  другого застреленного горе-героя. Потом обкладывает  его камнями.  Полное  впечатление,  хоронит. Нет, он  прилёг возле,  и ноченьку  (в эту  пору  темноты примерно 16  часов!)  проспал в одежонке, в какой  был. Но, ведь, какой  герой  –  с  рассветом  живой!

Останавливаюсь  про кино, тут  за  что не  возьмись...  Враньё  в книге, соответственно, глупость  на глупости  в фильме. Хотели  показать  реалистический  романтизм  или  романтическую  реальность, сделали, что Куваев, что киношники, маразматическую брехню.

*** Последнее – откуда взялось название “Территория”.

Во всех  геологических  отчётах  и  в этой  части  страны и  в других  это слово звучит  постоянно.  В региональном  плане:  территория  Северо-Востока, территория Чукотки, территория Магаданской области, территория  Камчатки. Чуть  ниже  рангом:  территория Охотского побережья, территория Колымы, территория Колымского нагорья… Уже геологические:  территория Охотско-Чукотского вулканогенного пояса  (ОЧВП), территория Омолонского массива  древних  пород, территория  Яно-Колымской  золотоносной  провинции… И так  до самых  малых  участков земли  –  территория долины, территория склона…

Это слово (территория)  очень  распространное  на  устах  специалистов  и  в геологических отчётах. Куваев применил его для обозначения  Северо-Востока  страны. Литераторы да  филологи, живущие  далеко на  западе,  с  восторгом  приняли  это имя для  неизвестной  им  провинции. Мол, вот как удачно окрестил!

А как на  самом  деле  удачно?  Жители  этого  края страны как называют  его?  Как  угодно, но только не  этим  именем. Чукотку  –  Чукоткой, Камчатку  –  Камчаткой, Магаданскую  область  – Магаданской  областью, Колыму  –  Колымой, Оймякон  –  Оймяконом,  Магадан  -  Магаданом.  А всё это  –  Северо-Востоком. Иногда:  –краем  земли-,  -у  чёрта на  куличках-,  -на  южном  берегу Ледовитого океана-.  Или  как-то ещё  пообразней. Но чтобы называли  Территорией, не  услышите никогда. Только если у горстки литераторов, филологов и библиотекарей.

***  С  сим  кланяюсь. Простите  за  советского  классика. Но я геолог,  уже  долгонько  работающий  на Северо-Востоке  страны.  Поэтому,  предполагается, что  и  книга,  и  кино про  мой  труд.  Их  авторы даже  не подозревают, что в своём его отображении они очень далеки, наивно глупо и смешно далеки. 

Добавлю. Я  выразил не  только своё  мнение. Почти  все  мои  коллеги  думают  так же  и  про роман  и про его  киноверсию. Правда, и  они,  и  я обычно к  писателю  и  кинематографистам  относимся снисходительно.  Ну, не  о нас  это, так  -  фэнтези.  И мы не  надеемся, что  нас  поймут, даже  когда  нас услышат  или  прочитают. Потому  что  для  понимания  нужно быть  среди  нас, пройти  долгий профессиональный путь.

Прочитать всё же рекомендую:

http://www.proza.ru/2003/11/09-129

Хотя бы  за  тем, чтобы узнать,  кто же  помогает  геологам  в их  затеях  по открытию  и  разведке месторождений.

Очень советую найти и почитать книгу геолога, который работал на Колыме в 1938 - 1961 годы.

"Неоконченный маршрут" Виктор Володин, Магадан, 2014 (ISBN 978-5-906641-08-3)

Моим возможным оппонентам до открытия полемики это нужно сделать обязательно. Ибо отличает её от труда Куваева Правда.


Рецензии
Уважаемый Борис!

С интересом прочитал Ваш разгромный анализ романа О.Куваева ТЕРРИТОРИЯ и не намерен вступать с Вами в дискуссию за неимением аргументов, кроме того, что роман и кино мне сильно понравились.

Пришлось присутствовать однажды на партхозактиве, где И.Е.Драбкин, начальник СВГУ, при одобрительной поддержке П.Я.Афансьева, доказывал зампреду Совмина Дымшицу, водя указкой по красивой карте, какие неисчерпаемые богатства хранят недра Колымы и Чукотки. Естественно, с целью заполучить финансирование на новые проекты.

Примерно такой же шапкозакидательский подход я видел в действиях героев Куваева, и как-то меня особо это не возмутило.
Такие были времена, таков стиль жизни.

Примите мои добрые пожелания и расположение к Вам лично

Георгий Иванченко   25.12.2021 14:11     Заявить о нарушении
И вам мои пожелания:
Здоровья,
Не иссякаемого интереса к жизни.
Удачи в делах.
!!!

С Рождеством!

Ибория   25.12.2021 23:53   Заявить о нарушении
На это произведение написано 13 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.