Найти гармонию в недрах человеческой природы

По мотивам переписки с авторами Проза.ру.


*****

Часто на страницах Прозы встречаются обсуждения на тему "наука и религия".
Многие авторы высказывают своё мнение, что религия - тормоз для развития науки, средство одурманивания масс. Но так ли это на самом деле? Может, путаница понятий выгодна кому-то? Например, для своих манипуляций сознанием людей?

Для начала, чтобы определиться с понятиями, чтобы не было разнотолков в будущем, предлагаю на эту тему выдержки из книги архиепископа Луки (Войно-Ясенецкого) "Наука и религия".

Учёного, получившего Сталинскую премию первой степени за выдающиеся достижения в медицине. Его книга "Очерки гнойной хирургии", вышедшая в 1944 году, до сих пор является настольной книгой и учебником большинства хирургов.

*****

"На нашем жизненном пути нам встречаются два типа людей. Одни во имя науки отрицают религию, другие ради религии недоверчиво относятся к науке.

Встречаются и такие, которые умели найти гармонию между этими двумя потребностями человеческого духа.

И не составляет ли такая гармония той нормы, к которой должен стремиться человек? Ведь обе потребности коренятся в недрах человеческой природы. И не в том ли кризис образованного человека, что у него «ум с сердцем не в ладу»?

"...в настоящее время под флагом науки, которая будто бы давно опровергла религию, преподносятся народу атеизм и антихристианство, заставляет нас глубоко обдумать и основательно решить вопрос: противоречит ли наука религии?"


 И далее о самом понятии "НАУКА":


"Еще Сократ учил, что для обеспечения правильных выводов мы должны уметь определять понятия. Поэтому постараемся дать точные определения обоих рассматриваемых нами понятий – и тогда сравним их.

НАУКА – есть система достигнутых знаний о наблюдаемых нами явлениях действительности. Вникнем в каждое из этих слов. Наука – это система, то есть не случайный набор знаний, но стройное, упорядоченное сочетание. Оно достигается классификацией, то есть распределением однородных данных по группам и обобщениям – то есть установлением тех общих формул и законов, которым подчиняется природа.

Наука включает достигнутые знания, то есть еще не все, а только те, которые пока достигнуты. Научная деятельность движется, она есть процесс «созидания истины путем опыта и умозрения». Этот процесс в науке есть нечто динамическое, становящееся: оно проходит через вопросы, искания, сомнения, предположения, которые потом могут оказаться и ложными.

И только знания, то есть подлинные отражения действительности, – составляют установленное, статическое содержание науки, знания, то есть доказанные, общеобязательные, общепризнанные, объективные суждения, оправданные и логически, и эмпирически, и умозрением, и опытом.

Это знания о явлениях, то есть проявлениях жизни, природы, но не о ее сущностях (феноменах, а не ноуменах), о мире, как мы его видим, созерцаем, но не о мире, как он есть сам по себе, по существу."


А что за пределами науки? Конечно, стремление человека "объять" то необъятное, которое ещё не описано точной наукой:


"Область точной науки ограничена так же, как ограничены и органы научного познания в своей познавательной способности. Но человек хочет и должен знать и то, что за пределами науки, то, что еще ею не достигнуто и, по самой природе своей, лежит за ее пределами. Так, например, психология – есть наука о душевных явлениях.

Мы же хотим знать больше, хотим знать душу, потому что жизнь вся есть – встречи и взаимодействия человеческих душ, а душа есть сам человек. Странно было бы утверждать, что наука знает или может знать все бытие.

«Много есть на свете, друг Горацио, о чем и не снилось нашим мудрецам», – говорит Гамлет у Шекспира. А между тем мы и это запредельное хотим постигнуть, хотим разрешить те вопросы, которыми так полна душа юноши у Гейне: «Что тайна от века? И в чем существо человека? Откуда приходит, куда он идет? И кто там, вверху, за звездами?».

Знание больше, чем наука. Оно достигается и теми высшими способностями духа, которыми не располагает наука. Это прежде всего интуиция, то есть непосредственное чутье истины, которое угадывает, прозревает ее, пророчески предвидит там, куда не достигает научный способ познания.

Эта интуиция все более (в последнее время) занимает внимание философии. Ею мы живем гораздо больше, чем предполагаем. Она-то ведет нас в другую, высшую область духа, – то есть в религию."


Многие спорщики напрочь отрицают свою причастность к религии. Но посмотрим, что говорит по этому поводу Лука:


"Широко говоря, религия есть отношение к Абсолютному, к Тому, Кого мы называем Богом. Так как это отношение есть у всякого – даже атеиста, – то и принято говорить, что у всякого есть своя религия.

Но, принимаемая в таком виде, в широком смысле, религия может быть и правильной, и неправильной, истинной и ложной, нравственной и не нравственной – в зависимости от того, что мы разумеем под абсолютной, высшей и последней ценностью мира и как к ней относимся – во что веруем и как веруем, что принимаем и что отвергаем.

Говоря же положительно и по существу, религия – есть общение с Богом (воссоединение). И об этой именно религии должна идти речь. Религия – как переживание – очень сложна. Это непосредственное и специфическое переживание, дающее общение с Богом, – есть молитва.

Конечно, молитва, как мистическое устремление, как полет духа, как духовный экстаз, как вера и чувство, не может становиться рядом с наукой для какого бы то ни было сравнения.

Между религией в этом смысле и наукой может быть столько же противоречий, сколько их между математикой и музыкой или между математикой и любовью."


То есть, наука, как достигнутые и доказанные знания о каком-то конкретном предмете или явлении, гораздо уже понятия высшей области духа, духовной составляющей человеческой природы.

Именно поэтому, отрицая духовность человеческой природы, сторонники верховенства науки принимают людей, стремящихся к духовным знаниям, за "одурманенных" религией. На самом же деле это их великое заблуждение. Футляр, из которого они не хотят вылезать.