Живи, детка! Живи!

Ночь. Жду, когда приедет скорая помощь.

Обидно, что не меня Госпожа Смерть пытается забрать вновь и вновь, а мою сравнительно молодую соседку.

 "Не нужно забирать её. Возьми меня, - шепчу я. - Она ещё очень и очень нужна. Кому? Своим детям. Своим внукам. Да и мне нужна, чтобы также вызвать скорую помощь".

Подстанция рядом. Приедут быстро. Напоил её всеми своими старческими таблетками. Артериальное давление снизилось до ста семидесяти. Это уже надежда. Это уже маленькая победа.

Коротаем время до приезда скорой. Развлекаю её тем, что читаю подборку "Говорят дети". Читаю спокойным ровным голосом, словно никакая опасность её жизни не угрожает и мне не о чем беспокоиться. Стучу костяшками пальцев по клавиатуре там, где надо и где не надо, чтобы успокоить её и успокоиться самому. А на самом деле всё трепещет во мне от страха за жизнь соседки, ставшей мне за три с половиной десятка лет родным ребенком. 

Вот поэтому я сейчас рядом с ней, а не только потому, что наши квартиры имеют общий тамбур на две семьи. Нашему соседству скоро сорок лет. На моих глазах выросли её дети. На её глазах старели мы с женой. Все наши болезни и проблемы давно небезразличны ей, она всегда мчалась нам на выручку по первому зову. И мы, когда дома, уже давно не запираем на ключ двери квартир, а только дверь общего тамбура.

По ночам у меня давно поселилась бессонница. Чтобы не беспокоить жену, я провожу ночи на кухне. Распорядок нашей жизни знают наши соседи. И мы с женой всегда в курсе того, спят за стеной или нет. Перегородка в прихожей тонкая - всё слышно. Соседи постоянно извиняются за своих маленьких детей. А нам звуки нормальной жизни, доносящиеся из их квартиры не только не мешают. Напротив. Нам с женой хорошо от сознания того, что рядом с нами, хоть и за стеной, живые люди. Нам не мешает спать детский смех и топот крошечных ножек. Наши кровные дети и внуки выросли и живут своими домами. Навещают. Заботятся. Но не рядом. А вот тут, за стеной, есть те, кто если что, всегда придут на помощь. И мы обоюдно знаем, что в случае необходимости можем войти друг к другу по-родственному в любое время дня и ночи. Кто-то скажет, что мы почти семья. Возражу. Не почти, а настоящая семья. Родня? - Больше чем родня!

Помню, в трудные годы перестройки, когда соседям кто-то то ли из родни, то ли из друзей привёз мешок картошки, молодая хозяйка не зная, как её сберечь, собралась раздать. Хорошо, что первым пришла к нам. Моя жена, выросшая в довоенные годы, поделилась опытом, научила, что делать. Но всё-таки Наташа уговорила нас принять в подарок хоть сколько-нибудь картошки.

Зато когда потом наша родня из деревни привезла нам много чего съестного, соседям пришлось принять и от нас дары. Вот так мы и живём.

Сколько раз сидела соседка возле меня, в ожидание скорой помощи! А уж моей жене в чём только ни помогала! Ну и мы стараемся, чем можем. И мы всегда готовы явиться на зов.

Ну а коль я всё равно не сплю ночами, меня и позвала Наташа, когда почувствовала себя плохо. А иначе, кто дверь откроет? Кто после проводит? Будить среди ночи семью незачем, когда есть я. Спят они там в дальних комнатах и пусть спят. А я-то всё равно не сплю. Я могу быть хорошей сиделкой хотя бы изредка. Точно. Старикам, у которых бессонница, нужно идти в ночные сиделки.

Вот и скорая приехала. Шумит под окном. Паркуется.

Успели! Спасут и на этот раз! Верю! Надеюсь!

 "Ты мне во внучки годишься, живи, девочка, живи! - говорю я и верю, упорно верю, что всё обойдётся и на этот раз, - Живи!"