Повесть о происхождении человека использует данные современных наук о феномене планеты людей, причём автор верит в Божественное происхождение и судьбы Мироздания, считая, что нет противоречий между научным базисом изучения природы и верой. Он готов принять предлагаемую по данной теме научную концепцию как справедливую, но только в той её части, в какой факты и логика синтеза научных выводов относительно времён планеты Земля и людей, её мирового продукта, принципиально непротиворечивы. Делается краткий анализ того, кто мы и откуда: о планете, о человеке и о народах-братьях.
Популярный обзор данных и выводы из них рассчитаны на широкую аудиторию читателей, интересующихся миром, в котором мы живём, на приверженцев геофизики и антропологии в науке и в жизни, даёт пищу для размышлений о Земле, о себе и Боге в нас.
Содержание
Роспись персон,
чьи концепции побудили идеи автора
Предисловие
Глава 1. Проект Мироздание
1.1 Неоспоримое сопоставление
1.2 Слово о мировоззрении
Глава 2. Встань и иди!
2.1 Биологическая колыбель
2.2 Обретение фигуры
2.3 Детсад рода человеческого
2.4 Сахарский кампус
Глава 3. Сепаратор племён
3.1 Движение – жизнь
3.2 Зов неизвестности
3.3 Мечты об изобилии
3.4 Обещания Европы
Послесловие
Роспись персон,
чьи концепции побудили идеи автора
Философ Василий Петрович Тугаринов;
поэт Леонид Петрович Дербенёв;
ветхозаветный пророк Моисей;
учёный-геолог Сергей Сергеевич Кузнецов;
организатор научной работы перевода Библии на кастильский язык, примас Испании Фрее Гонсало Хименес де Сиснерос;
языковед-компаративист Владислав Маркович Иллич-Свитыч;
историк и этнолог Лев Николаевич Гумилёв;
языковед-академик Олег Николаевич Трубачев;
археолог Юрий Алексеевич Шилов;
натуралист и путешественник Чарльз Дарвин;
философ-антрополог Тейяр де Шарден;
футуролог Рэй Курцвейл.
Предисловие
В середине 1950-х годов, зимой, довелось мне, флотскому лейтенанту, ехать из Ленинграда в Москву (далее на Волгу, под Казань) в двухместном купе поезда «Красная стрела». Дешёвых билетов в кассе не нашлось. Приятно было с мороза войти в ухоженный рай вагона. Моим попутчиком по купе оказался пожилой, в возрасте моего отца, профессор, который, когда мы разговорились с ним за чаем, представился Василием Петровичем. Я поведал ему о радостях, увы, завершённого отпуска и кратко о жизни в гарнизоне далёкой от столичной цивилизации Татарии. Попутчик больше слушал, проявив интерес к моим походам в Эрмитаж, и к чему-то у него прозвучало словечко «философия». Для меня это был сигнал к интересному разговору. А что, по-вашему, в ней главное, скажем, полезное посреди моря непонятных трудов на полках библиотек? Сам я в ту пору философию не жаловал, марксизм воспринимал как устав идеологии, считал свой военный прагматизм вполне удачной позицией на все случаи.
Его ответ на мой вопрос озадачил меня на всю жизнь и заставил через годы, признав его дальновидность, снова возвращаться к этой теме. А тогда в поезде моим случайным собеседником по вопросу алиби философии, как я выяснил после, стал питерский учёный доктор-философ Василий Петрович Тугаринов, ранний советский исследователь тогда опасно новых веяний феноменологии в нашем марксистском укрепрайоне. Он не скупился на простейшие примеры и щадил моё невежество, если по делу упоминал персоналии. Подробности я опускаю ввиду их несущественности, а в популярной повести аналитического характера буду стараться лишь не упустить основное в спорной теме «Кто мы как мировой продукт планеты Земля?», понимая, что тайна сия велика есть.
Смысл его позиции, которую я, не смущаясь табелем о рангах, уточнял и даже кое-где смело комментировал, чему он с юмором подыгрывал, сегодня, когда прошло столько лет, выглядит, как некоторая совместная наработка по теме мировоззрения умудрённого профессионала и жадного до новизны, но случайного любителя. Шутя, мы пришли, вёл он, к простой мысли о том, что, раз философствует человек, то все его потуги на этом поприще только для него, любимого, для его практической пользы. Но что он получает? Глиняных горшков философия не делает, однако в материальном мире она обеспечивает признание алиби человека в катастрофах истории, просвещает его в дремучем невежестве, стоит на страже этих самых хрупких горшков. Она пытается объяснить человеку, кто он такой, определить дивный мировой феномен человека. Она хочет понять, куда идёт общество. Если эти задачи решаемы, если объяснения и ответы будут получены, то у грядущей цивилизации появится реальный шанс выжить даже в суровых условиях тотального военного противостояния кланов. Конечно, гносеологической панацеи не бывает, как не назови способ лечения агрессии. Мне даже показалось, что в какой-то момент нашей беседы маститый профессор рассуждал больше для себя. Наконец, мы пришли к согласию и улеглись отдохнуть. Но читателям, продолжающим рассматривать идеи теории познания, будет не до отдыха.
К сожалению, наше купейное понимание смысла философии явлений в рамках новой тогда концепции «феноменологии» как изучения прошлого опыта сознания мало кто разделяет и сейчас, активное большинство людей живёт по рецепту популярного шлягера: «есть только миг, за него и держись». Эти слова Леонида Петровича Дербенёва, по мысли режиссёра соответствующего фильма, должны характеризовать безрассудную смелость героев, а, по сути, являются удачным поэтическим выражением извечной позиции миллионов жадных до жизни людей. Им нужно всё и сейчас, их не переубедишь, и поддерживают народ в этом опасном заблуждении ведущие мастера всех жанров культуры. Например, взгляните на перл Гарика (Игоря) Губермана: «Что будет завтра – мне не интересно. Ведь жизнь – она сейчас, и в этом суть…». Какая уж тут философия. Однако, поскольку жизнь многогранна, то у автора песни о «миге бытия» отмечается и другая, по моему мнению, оправданная позиция:
Ради меня время пущено в ход,
И существует Вселенная эта.
И получается, если поэт прав, то нам нужно, как минимум, не быть этакими беспечным поросятами, мы обязаны представлять себе в нашем быту, что стоил этот космический пуск Мироздания, который ради нас. По условному же максимуму, мы должны знать, что же и как нам досталось для жизни в космосе. И здесь, вся обширная наука изучением и утилизацией этого наследства только и занимается. Следите, уважаемые, за её рекламой. Вспоминается и кратко упомянутая выше цель философии «познать себя» как части родного дома. Тут и автор готов кое-что представить вам из своей скромной, всего в трёх главах, программы «Оптимум популярных знаний, нужных для размышлений о себе как о мировом феномене». Многого не обещаю, но без анализа объективных обстоятельств или условий (алиби) планетарных бед и всевозможных катастроф, дополняющих эволюцию феномена, нужных для его появления, в брошюре мы не обойдёмся. Читайте три эскиза к панораме, кто и откуда мы такие-сякие: о планете Земля, о человеке и о загребущих народах-братьях. Приглашаем поразмышлять о жизни и её Творце.
Глава 1. Проект Мироздание
Окинем бегло гениальную простоту дома, созданного в итоге Творцом для людей, а именно, планеты Солнечной системы Земля, посмотрим на великий замысел этого проекта, этой стройки и на механизм её реализации.
С этой целью добавим наше малое исследование ко многим другим большим и малым работам, посвящённым взаимосвязям веры в Бога и научным трудам о структуре Мироздания. Оговоримся, для нас их внутреннее единство при иерархическом главенстве веры является аксиомой. Поэтому прошу не считать, что эта очерк-повесть должна что-то доказывать, мы лишь выбрали наиболее убедительный пример, который позволяет сравнить соответствие основ веры и положений науки в ключевом вопросе о происхождения материи, жизни и души. Предметом выполненного анализа стал объект «Божественная материя».
Для того, чтобы исключить всякие кривотолки об истоках нашей идеи, сообщаю, что они вдохновляются «Библией», Книга Моисеева «Бытие», глава 1. А краткую сводку данных по исторической геохронологии можно найти в обширной специальной литературе. В частности, вполне достаточной может стать содержательная популярная брошюра учёного-геолога Сергея Сергеевича Кузнецова «Как читают историю Земли». Л, «Недра», 1977, – 88 с.
Материалы, взятые из указанных источников, представлены в Табл. 1 – Табл. 3. Они рассматривались автором (И.В. Князев) ранее на стр. 308 – 310 в книге «ПОЛЕ ДУХА: эпический отчёт с комментариями», СПб, издательство «Лик», 2009, – 320 с. Представить их на страницах повести не представляется возможным по чисто техническим причинам. Портал не обеспечивает размещение форм таблиц в опубликованном тексте. Автор лишь даёт здесь их краткое содержание, приносит читателю за неудобства свои извинения, надеется на снисхождение и отсылает заинтересовавшегося читателя к упомянутой работе.
Левая часть таблиц включает в себя информацию, которая пришла к нам через Моисея из глубины веков исторической памяти человечества. Число веков по максимуму может достигать двухсот, а по минимуму – шести десятков. Перед нами предстаёт первый урок Вседержителя примитивно-неразумным сынам Адама. Правая же часть таблиц – это те всеми принятые данные, которые добыты трудами по геологии, археологии, физики и истории в течение последних двух веков. Так любым исследователем может быть наглядно изложен главный неоспоримый консенсус в долгой борьбе разных научных школ. Автор взял на себя смелость излагать далее материал, исходя из такой счастливой возможности.
1.1 Неоспоримое сопоставление
В Табл. 1 представлена неопровержимая, но неоднозначная информация о сотворении Мироздания в целом и Солнечной системы, в частности. Численные определения хронологии в ней выражены, как принято в науке, количеством лет не просто условно, а некорректно, поскольку в рассматриваемый период времени существования Мироздания данного масштаба временн;й ориентации для исследователя, как и его самого, не существовало. Но это обстоятельство не должно нас смущать. Приведённые цифры являются наглядной иллюстрацией той же природы понимания, какой является природа библейского «дня» для описания условной схемы Творения, доступной для её восприятия Моисеем, обучаемого Творцом. Шесть тысяч лет назад для человека естественной и всем понятной мерой времени был рабочий день, а для нас, вооруженных приборами для измерения времени, глубину прошлого стало естественно исчислять годичными циклами, веками, тысячелетиями. Но дело не только в этом.
Увы, увы, читатель! Дело тут в том, что очевидность годичного отсчёта для данных Табл. 1 так же условна и относительна, как и заявленная длительность труда Всевышнего в днях. Ведь современная наука для внятного объяснения происхождения Мироздания придерживается гипотезы Большого взрыва, полагая, что он произошёл 13 миллиардов лет назад, что и отмечено в Табл. 1. Но она, наука, вовсе не исключает, что взрыва не было, а нашими приборами наблюдаются последствия текущей фазы пульсации Мироздания во времени и пространстве, фазу, которую мы экстраполируем на взрыв. Отсюда следует мысль о непознаваемости временного масштаба мира. Но нас и это не должно смущать, мы упрощаем модель, чтобы понять хоть что-нибудь из того, что возможно. Теперь мы должны заметить, что сроки, указанные в Табл. 1, парадоксально сопоставимы со сроками других таблиц лишь качественно, что представленные цифры не инструмент меры, а мазки кажущейся картины мира.
Забегая вперёд, можно указать, что собственно понятие земного года возникает в тот период, который описан в Библии как день четвёртый, так что мы ещё вернёмся к вопросу о времени, рассматривая Табл. 2. Понимание природы времени связано с моделью планетарной системы Солнца. Но и появление такой меры, как земной год, не гарантирует абсолютного характера измерений времени, поскольку величина времени года зависит от формы орбиты Земли, которая могла изменяться при формировании Солнечной системы в её современном виде. Такова неопределённость рассматриваемой хронологии. Лишь к пятому дню Творения она постепенно становится, а вернее, может считаться определённой более-менее адекватно.
Для данных Табл. 1 очень важное значение имеет термин «вода», который на уровне понимания библейских истоков информации означает всякое иное состояние Божественной материи, кроме тверди. Следовательно, понятие воды определяет и состояние плазмы, и жидкую фазу тверди при очень высоких температурах процесса Творения. Становится понятно, о чём здесь повествует книга «Бытия» в главе 1, п. 7. Это не что иное, как наиболее простое описание модели сформировавшегося в облаке плазмы небесного тела сложной конфигурации: внутри жидкое расплавленное, по мере углубления, плазменное, ядро, которое покрыто твердью. Да, читатель, это исходная и современная по научным понятиям модель нашей планеты.
Реальная вода океанов появляется на ней в Божественной хронологии только на третий день Творения, см. Табл. 2. Там же появляется синоним «тверди земной», поскольку атмосфера планеты была представлена человеку-ученику как «твердь небесная». А нам остаётся только восхититься, как адекватно Творец наставлял своих неразумных детей.
Переходя к данным Табл. 2, надо заметить, что в ней нашел отражение процесс формирования современной солнечной Системы в целом как основы жизни и Земли, как колыбели жизни. Не исключено, что указанная в Библии очерёдность событий по дням подчёркивает тот факт, что континентальная система тверди планеты и океанов сформировалась не на той орбите, не в тех термо-световых условиях, которые существуют сегодня. Эту подсказку Библии следует учесть в дальнейших разработках гипотез происхождения Земли. Очевидно, что механизм формирования Божественной экосистемы со всеми её приобретениями и потерями является прямым следствием выхода Земли (с её континентами среди океана и произрастающей там зеленью) на современную орбиту. Именно на ней возникли те уникальные условия теплового режима, магнитного поля и радиационных поясов Земли, которые обеспечили расцвет жизни во всех её формах на некогда пустынной планете.
Данные Табл. 3 показывают, что Земля становится идеальным местом для флоры и фауны, которые по воле Бога плодятся и размножаются до такой степени, что есть вероятность процесса аккумуляции из них огромной массы энергии. По этой гипотезе в недрах коры планеты постепенно останками жизни создаются значительные запасы биотоплива. Фактически – это склады энергоресурсов для человека на будущие времена. Сегодня земной запас углеводородов используется им крайне неразумно, но это особая тема, как и проблема происхождения этой органики. Известно, что газ метан присутствует в более древних кристаллических породах, чем отложения мезозоя.
Важно отметить, что в день шестой, создавая человека, Творец также заботливо готовит для него идеальную продуктовую базу, основу благополучия рода человеческого. Это обширные массивы перегноя трав на равнинах, чернозёмные почвы. Используя эти земли, пахарь-кормилец в состоянии сделать так, чтобы царь-голод не стал несчастьем человечества и политической уздой в руках жадного до власти капитала.
Сделаем выводы, которые следуют из анализа данных Табл. 3, как важнейшей информации о сотворении ипостаси Живой души. Творец начал свою работу в пятый день, наделив примитивные твари душой по роду их, а её высшая стадия, бессмертный дух человека сформирован в день шестой. Отсюда следует, что в пятый день велась подготовительная работа не только для сотворения тела человека из праха тварей земных, но готовился базис «души живой» в её высшем качестве, в человеке. Такая подготовка шла по меркам годичной шкалы около половины миллиарда лет, в то время, как шестой день исчисляется всего в несколько десятков миллионов лет. Видно, что Господь не пожалел времени и труда, чтобы отработать методику создания человека Богоподобного. Метаморфозу зверя в человека отдельно рассмотрим в главе 2.
Итак, род обезьян следует считать отнюдь не предками человека, а последними пробными образцами, которые Он воспроизвёл перед тем, как приступить к Своей последней работе в день шестой, причём эта работа шла около полутора миллиона лет. На таком строгом отчуждении природы обезьян и человека настаивает вездесущая генетика.
С окончанием труда по созданию человека из Его рук вышло некое совершенство. «И увидел Бог всё, что Он создал, и вот, хорошо весьма. И был вечер, и было утро: день шестый».
Теперь можно признать, что поскольку Творец оценивает значимость и объём Своей работы по дням Творения адекватно, то сотворение Космоса, Солнечной системы и Живой души, высшим проявлением которой стал Богоподобный человек, сопоставимы по их значению. Гордись, человече, грешная тварь Божья с бессмертной душой, что ты главная фигура мироздания, и попытайся понять, какую ответственность это на тебя налагает! Хотя, если быть справедливым, следует признать, что во временном масштабе Мироздания человек живёт всего мгновение, его эпоха длится ещё так мало, что, возможно, он просто не успел понять обстановку, свои возможности и ограничения. Если это так, не всё ещё потеряно, тем более, что два последних текущих столетия цивилизация обучается на своём горьком опыте весьма интенсивно.
Завершая анализ таблиц, снова возвратимся к хронологии Творения. Становится понятным, что в этой проблеме гораздо важнее не подсчёт времени того или иного акта или этапа истории Земли, а нечто большее. Самым важным в ней является адекватно сопоставимый результат Творчества, понимание равнозначности и равного величия каждого дня Творения в сопоставимости с той информацией, которую даёт нам геохронология. Такой подход открывает путь к пониманию замысла Творца, значимости этапов Его работы и бесценной важности той информации, которую Господь открыл по милости Своей Моисею, а через него и Библию всему человечеству. И мне остаётся кратко, частично стихами, представить картину того, как великая Книга овладела умами людей, сформировав их мировоззрение.
1.2 Слово о мировоззрении
Поскольку выше автор взял на себя смелость трактовать Библию как своего рода неизменный первоисточник в ряду всё время изменяющихся (по мере совершенствования научных представлений человечества) данных, то, для уточнения этого обстоятельства, он считает себя обязанным, чуть отступить от заявленной темы краткого очерка о проекте Мироздания. Вернее, он дополняет эту тему своей легендой-докладом, словом в рифмах, о становлении базового мировоззрения удачно сотворённых людей в эпоху всем понятной и зримой цивилизации. Шесть тысяч лет, вот постоянство исходной истины для всего человечества и библейских данных наших простейших таблиц без поправок и текущих исправлений!
Пусть будет в меру смелым, и кратким мой доклад,
Чтоб доказать вам делом, как теме этой рад.
Я данные представлю, в чём христианства лад,
Стихами не слукавлю, взяв важных фактов ряд.
Во-первых, следует указать на тот уникальный факт, что Библия как источник откровенья Бога оказалась востребованной в трёх великих мировых и конкурирующих в борьбе за умы народов вероисповеданиях.
Немеркнущие строчки, Божественный ответ,
Религий трех источник, которым мир живёт.
Основа христианства, великой правды свет,
Адептам мессианства пять книг – для них Завет.
Для мусульман по свету – не больше, чем урок
Пророку Магомету с его Кораном впрок.
Среди немногих вещей, которые сохранились в нашей семье, пройдя через блокаду, Ленинграда, оказалась Библия, изданная в 1904 году. На её полях моя бабуля Глафира Ивановна Куликова, в девичестве Князева, вела для себя нечто вроде памятных, с датами, записок, начиная с 20-х годов и до своей смерти в 1942 году. Записки эти обращены к Спасителю, в них есть и просьба сохранить на войне её сыновей. И эта просьба была услышана.
В блокадных днях, без хлеба, как луч в кромешной тьме,
В Ней дар бесценный Неба, дневник фамильный мне.
Промёрзшая квартира, лампадки тусклый свет,
Над Библией Глафира, любимых в доме нет.
Духовных строк заветы, а на полях – мольба,
Сорок второго беды, военная судьба.
Обращает на себя внимание тот факт, что массовое книгопечатание вместо ручной переписки книг появилось именно с Библии и по запросу верующих. И здесь следует упомянуть открытие мира печати Иога;нном Генсфляйш цур Ладен цум Гу;тенбергом, предшественником Христофора Колумба, великого первооткрывателя нового мира Америки.
Теперь необходимо подробнее узнать,
Как Гутенберга диво стал Божий мир читать.
Всего сорок две строчки печатный стан давал,
Он в Майнце дни и ночки над чудом колдовал.
Прекраснейшая книга, латинских букв ряды,
В ней альфа и омега прогресса борозды.
Теперь она доступна всем тем, кто хочет знать;
С ней совесть неподкупна у тех, кто мог читать.
Широкие возможности массового книгопечатания были востребованы в период завершения Реконкисты, когда испанская монархия старалась тесно сплотиться путём христианизации. Нация, включая новообращённых морисков (бывшие мавры) и моранов (бывшие иудеи), нуждалась в едином религиозном руководстве. Тогда духовник королевы Изабеллы и примас Испании Фрее Гонсало Хименес де Сиснерос организовал научные работы перевода Библии на кастильский язык, сопоставив её с вариантами, известными на других языках, сняв все наслоения и неточности веков, которые появились в отличии от первоначального текста.
В сраженьях Реконкисты испанский дух восстал.
Католицизм неистов, он нацию спаял:
Мориски и мараны старанием его
Теперь сыны короны, закона Божьего.
Хименес фрее Гонсало, Испании примас,
Не тратил время даром, первоисточник спас.
Великий инквизитор собрал учёных цвет,
Духовный конквистадор вёл труд пятнадцать лет.
Он в этих древних книгах искал на вечность тест.
На четырёх языках изучен полный текст:
Еврейский, арамейский, латынь и греков речь
В издании навеки, чтоб смысл Святой сберечь.
Однако массовое издание и распространение Библии привело, менее чем через сто лет, к духовному перевооружению христиан буржуазного севера Европы, его раскола и отпадания от единой тотальной власти папства, отделения от него в виде нескольких независимых протестантских Церквей. Каждая из новых конфессий христианства взяла великую силу Слова для решения своих насущных национальных задач.
Но реформатор Лютер в приходе Виттенберг
Раскола ввёл адюльтер, в смятенье Церковь вверг.
Бесстыдство индульгенций он строго осудил
И папы компетенции сомненьем сократил.
Раскаянья природу в защиту веры взял
И Библию народу немецкую издал.
На спорах всенародных он взгляд свой отстоял,
Для горожан свободных дешевле клирос стал.
Весь европейский север реформами живёт,
От новой Церкви бюргер в делах свободу ждёт.
Немецким государствам привит иммунитет
От тяжкой власти Рима, от инквизиций бед.
В становлении Русского царства большую роль сыграл тот факт, что массовые издания Библии на церковно-славянском языке были предприняты православием незадолго до Смутного времени. Этот трагический период русской истории потребовал от страны и народа тотальной концентрации всех материальных и духовных сил, а победа над европейскими интервентами стала победой Церкви, вооружённой великой Книгой, её полной победой и над католицизмом, и над протестантской ересью Мартина Лютера.
И вышел, правда, позже, к востоку книг поход,
Язык славянский тоже их принял в обиход.
Для речи белорусской сияет Книги свет,
А Библии Острожской всё православье ждёт.
Франциск Скорина в Праге, а Фёдоров в Литве,
Отдав их жизнь бумаге, верны своей судьбе.
Теперь в любом приходе бессчётных русских вёрст
Завет Христа в народе живёт, правдив и прост.
Трудней прельщенье гоя, трудней Русь совратить;
А в Смутный век разбоя страну смогли сплотить
Патриотизма сила и вера в Божий Суд:
Страна единой стала, в них нации статут.
Глава 2. Встань и иди!
Написав представленную ниже главу, я отправил её на пробу давнему и уважаемому мной другу, современному энциклопедисту и полиглоту Льву Николаевичу Фролову. И вот что он мне ответил: «Мне кажется, что над этим лучше не ломать себе голову». Поскольку я очень ценю его мнение, то считаю не вправе утаить его от возможного читателя. Сам-то я свою голову над вопросами изначального прошлого человечества уже поломал всласть, и с этим нечего не поделаешь, но у других есть выбор. А мне даже кажется, что если прикрытая стеной тысячелетий туманная быль станет вам интересной, то это надолго. Вам захочется узнать о самом себе больше, захочется мысленно пройти по планете весь тернистый путь наших предков. А я постараюсь ещё раз вернуться к этой теме ещё в главе 3 и продвинуться дальше по следам человека, со временем уже твёрдо вставшего на ноги в едином национальном сообществе.
Знатоки считают главным изобретением человека – колесо. Понятно, что люди смогли освоить сушу только с его помощью. Но вот дело дошло до водоёмов, и место колеса занял парус. Видимо, парус появился одновременно с колесом, примерно пять тысяч лет назад. Тут полтысячи туда-сюда роли не играет. Важно, что и колесо и парус решали для усталых путников примерно одинакового уровня развития, людей цивилизованных, одну задачу. Поэтому, возможно, колесо и парус – близнецы, как серп и молот. От себя могу добавить, что без двух этих инструментов человек, как таковой, не стал бы успешным строителем нового мира.
Да, он прошёл на своих двоих от севера Африки, через Азию и до юга Америки. Но при этом он мог рассчитывать только на свои широкие плечи, ничем физически не отличаясь от своего вьючного животного. Настоящая, а не примитивная, как у инков, цивилизация началась сразу во многих местах огромного континента, где эта подвижная парочка появилась тысячелетия спустя после отделения Америки от Азии. Но как? Как он пришёл к этому? В ответах на этот вопрос кроется 99% знаний о мире людей, понимания того, кто они и что их может ждать. Я убеждён, все остальные сведения о человеке уже при колесах и парусах – это один процент от его полной исторической базы данных. Вся суть эпохи становления на Земле хозяина от Бога скрыта от нас, и тем ценнее каждая её крупица, каждая обоснованная гипотеза, каждый намёк в раскопках. В плане информации они гораздо ценней библиотек известных фактов и томов их субъективных пересказов.
При таком вступлении в тему читатель начинает понимать, что речь в этой главе пойдёт о делах изначальной истории человечества. Верно, но вопрос в том, а что мы понимаем под самим предметом история? Как можно исследовать то, что допустимо рассматривать лишь как наиболее вероятное (неизбежное ли?) стечение обстоятельств, несмотря ни на какое документирование хоть в архивах, хоть в раскопах? Вопрос определения предмета истории, настолько сложен, что автор с облегчением уходит от него.
Он берётся описать историю только того, почему, наиболее вероятно, покатилось колесо, и отчего заскользил на просторах океанов парус, не касается тяжких трудов людей от изобретения этих нужных средств передвижения и до наших дней. Автор берётся только кратко взглянуть на условия возникновения цивилизаций или того, что предшествовало появлению двух заявленных призов техники в единой культуре мира. Свой взгляд на этот предмет он скромно считает вкладом в описание прошлого в виде очень неточной, но неизбежной науки, рискнувшей по-новому взглянуть на известные факты из жизни Земли и её обитателей, на то, как предок человека получил и выполнил приказ: «Встань и иди!»
Итак, речь пойдёт об исследовании (в этом заложен смысл греческого термина «история») наиболее вероятного пути создания Всевышним на нашей планете Своего образа и подобия. Вспомним первые слова Господа к Адаму в первой Книге Моисея: ты один из нас. Вот и поглядим, как был создан тот, с кем можно было даже и поговорить. Сделаем это с наибольшей достоверностью нашего индуктивного сюжета, базирующегося только на общеизвестных, признанных событиях прошлого, как событиях одного дня Божьего труда в безмерном количестве лет земных. Посмотрим на искусственный, пусть даже для многих читателей безнадёжно неправдоподобный расклад основных (не противоречащих практике) этапов становления и образования прямоходящего изобретателя колеса и паруса вида Homo Sapiens.
Разложив глобальный процесс на этапы, мы упрощаем картину для того, чтоб примерно понять для себя её ход и результаты. При желании каждый в праве их дополнить и переиначить, но с одним условием: любая модель должна базироваться на фактах и логике их взаимосвязи во времени и по дислокации мест действия. Перспективно, на взгляд автора, использование предложенной нами методики для подробного анализа путей освоения людьми отдельных ключевых регионов планеты. К примеру, без колеса и паруса в тундре или в Амазонии. Найдутся факты, прояснится и ход событий.
Заметим, что хитрая конструкция колеса, особенно прочного колеса со спицами, и паруса, особенно косого, идущего круто к ветру, по всей видимости, были реализованы на просторах степей Евразии и ветров Океании только после многих-многих проб и ошибок. Это было достижение безликой массы изобретателей из племён-путешественников в великолепной «академии» освоения Земли человеком от его «колыбели» до «высшей школы» трудов охоты и ловли всех земных тварей в социальной и нравственной организации семьи, рода и племени.
2.1 Биологическая колыбель
Пятый день творения живых существ, по Библии, включал в чудо-план Творца гениальную замыслом и дальновидную подготовку материала для создания Им человека прямоходящего. Исходный материал, или существа, нужные для задуманного, теперь называются «млекопитающими», но в ту пору-эпоху Земли как вечной и всеобщей цветущей оранжереи их вполне можно было считать «мелко питающимися». Они в массе своей были настолько малы, что, как и насекомые, не входили в рацион всесильных и вездесущих владельцев Земли – ящеров. Несомненно, пока бал правили ящеры, проект зарождения ныне вездесущего прямоходящего чуда при его деликатных личных параметрах не имел перспектив, поскольку против лома, нет приёма.
И тут Творец выполнил дело подготовки задуманного предельно быстро, чуть сдвинув орбиту Земли. Он столкнул в бесконечности космоса изобильную биомассой планету с гигантским (диаметром 10 км) астероидом, имевшим строго заданные, вдумайтесь, параметры! Случилось это в районе полуострова Юкатан (Мексиканский залив). Приблизительное совпадение по времени этого космического явления на разделе мезозойской эры и вновь возникшей, нашей, кайнозойской (с учётом гибели на просторах Земли многих её обитателей), позволяет предположить следующее. Около 65 млн. лет назад именно это событие в корне изменило климат нашей планеты, погубило динозавров, расчистило жизненное пространство для млекопитающих и для дальнейшего существования человечества.
Долгое пышное биологическое расточительство молодой Земли как планеты ящеров раз и навсегда закончились. Началась борьба за выживание оставшихся видов живых существ в новом мире с более суровыми, но разнообразными условиями жизни, в котором мелкие, защищённые шёрсткой, плодовитые звери оказались наиболее приспособленными к жизни на всей поверхности планеты. Постепенно они обосновались везде и при разных, где и что выгоднее, размерах своего тела, от мышки до гиганта мамонта. Таким образом, достаточно просто был получен материал для разнообразных широких экспериментов по созданию фигуры прямоходящей модели.
При этом Господь нашёл оптимальный вариант, используя подходящий размер материала и эксклюзивные условия на богатой теперь уже разными, выбирай, что лучше подойдёт, условиями матери Земли. Он определил, кого и в каких наиболее комфортных условиях можно научить двигаться на своих двоих. При этом, освобождались, ставшими ни к чему, передние лапы. В далёкой перспективе им, помимо хватания и засовывания в рот, вменялась новая исключительная функция – труд. Заядлые материалисты говорят, что труд создал человека, забывая, при этом, о земном труде Творца, о великом замысле и грандиозном пути воплощения этого проекта.
Но мы об этом помним и повествуем о первой, биологической «колыбели» человека прямоходящего, понимая под колыбелью ограниченный регион востока Африки, а именно, солёную страну Данакиль, впадину на севере Эфиопии и на юго-западе Эритреи, в которой нынче раскинулась самая необычная, и ядовитая пустыня в мире. Но от семи-пяти до одного миллиона лет тому назад картина здесь была совсем другой. Благодаря тектоническим изменениям здесь, на месте могучих экваториальных лесов, в одночасье, считай, вдруг образовался огромный, но ограниченный впадиной или бывшим межгорным плато, уникальный полигон мелководных лагун, связанных с океаном и подверженных приливам. Сегодня здесь пустыня, но именно в ней недавно найден очень ограниченный количеством уникальный и бесценный костный археологический материал, само существование которого открывает новое видение пути возникновения рода человеческого.
Обратите внимание, только здесь сложились уникальный набор внешних условий, которые были необходимы для успешных мутаций зверька из горизонтали в вертикаль с опорой на задние лапы и стремлением поднять голову как можно выше. Начнём с наличия самого активного на планете в части перемен тектонического разлома между континентами, удачно расположенного в зоне экватора. Именно этот разлом отвечает за удачное формирование и вовсе необычного для нашей сегодняшней географии огромного региона морского мелководья, включающего массивы безопасной суши. Да, эти лагуны стали своего рода резервацией для опекаемых Творцом подопытных зверьков среди огромного африканского мира хищников на суше и защитой от безжалостных монстров океана. Кстати, о мутациях. Именно здесь у поверхности почвы так сконцентрированы радиоактивные элементы, что ими точно создан предельно высокий, благоприятный для эффективных мутаций, но безопасный для жизни радиационный фон.
2.2 Обретение фигуры
На множестве островков мира лагун оставалась растительность, а отмели и протоки то оголялись, то наполнялись приливами тёплой водой с несметным миром морской флоры и фауны. С точки зрения кормовой базы – это был мир типа «супа с клёцками», с позиции безопасности – открытые пространства, свободные от смертельно опасных конкурентов всех форм и размеров. Этим воспользовались безобидные достаточно плодовитые и подвижные всеядные четвероногие млекопитающие среднего размера. Для них и выживание, и даже комфорт жизни зависел от того, как высоко их головка может находиться над уровнем лагун при передвижении по ним. Именно лагуны заставили их встать на задние лапы. А тут ещё и передние конечности освободились хватать клёцки и прижимать к груди, вынашивая, одного беспомощного младенца, попутно культивируя гуманизм и семейственность. Не менее важно было и то, что, при постоянном нырянии с задержкой дыхания, расширилась грудь, а в их пасти произошло объединение пищевого и дыхательного горла. В дальнейшем это объединение откроет горлу большие звуковые и вокальные возможности, которых нет ни у кого из земных тварей, даже у соловья.
Первоначально средний размер и, возможно, внешний вид этих существ были похожими на лисьи. Но нужда осваивать лагуны разных глубин тянула их рост всё выше до средней необходимости, а шерстяной покров неизбежно отмирал за ненадобностью вместе с мешавшим хвостом. Постепенно, в уникальных условиях лагун (где ещё на планете можно найти такое?!), получался неведомый, ни на кого не похожий, со своим генным аппаратом, сам по себе зверёк прямоходящий. Ему предстояло стать сначала человекозверем, а после – человеком, изобретателем колеса и паруса, стать универсальным существом без родственников (в биологическом смысле), поскольку доказано генетически, что обезьян, с их очень дальним внешним сходством, нельзя принимать в расчёт, а ближайшие сородичи вымерли.
Отводился ему на всё на это до создания первого общества срок всего в каких-то полтора или три млн. лет. В пределе, с учётом уже многих находок в земле Африканского рога костей водолюбивых археоантропов, процессу можно дать до шести млн. лет. А разработчики основных положений акватической теории происхождения прямоходящих, которая хорошо совпадает с рассмотренной выше картиной благодати лагун, принимая во внимание все побережья Восточной Африки, определяют максимальный срок адекватной работы своей концепции в 12 млн. лет. Суть не в этом. Проследим, как постепенно, неумолимо и наиболее вероятно произошло это великое чудо, обеспечившее, считай, совсем вчера возникновение нашей цивилизации.
Перво-наперво, обратите внимание на свою руку. Перед вами – шедевр Божьего творения! Это тот первый инструмент, с неизбежным формированием которого у ловца угощений от лагуны (угощений существами, хитроумно защищёнными раковинами, щелями в камнях и панцирями) появилась надежда на сытный день завтрашний. Рук стала «золотым ключиком» к окружающим ловца богатствам. Несомненно, первым «открытием» нашего предка было открытие раковины бесподобно вкусного моллюска. Оно стало исходным в ряду бесконечного множества открытий на пути к высотам цивилизации.
На этом творческом пути универсальная своей уникальной конструкцией кисть руки постепенно научилась ласкать и таскать, владеть оружием и карточными фокусами, а главное, делать, делать и снова делать всё жизненно необходимое для существования в разнообразных условиях, чего, как известно, бояться глаза и абсолютно не могут делать звери.
Именно бескрайние физические возможности вновь сформировавшейся ловкой пятипалой кисти руки будили фантазию тёмного, но прямоходящего зверька, вели к быстрому, по меркам процесса, росту совершенно до того ненужных творческих возможностей мозга. В итоге они привели дикого его инстинктами зверя к постепенному верховенству сознания во всех сферах жизни. Не мозг как-то сформировал искусную кисть, а кисть руки постепенно продвигала мозг, понятно, не без обратных связей. Ведь рука достигла совершенства в процессе пропитания, став ведущей всех мыслей о еде нового существа, а уже потом, понятно, не без мозга, обогатила чудеса прямохождения наших предков первыми орудиями труда.
Вот, как открывается секрет уникальных конструкций стопы, руки и вертикального скелета зверя, нового зверя, ставшего исходным существом для развития главного – объёмной черепной коробки теперь уже звере-человека или, дальше, человека-зверя. Грань между этими двумя определениями неразличима, но их наличие утверждает существование длительного процесса очеловечения нового существа, процесса его становления человеком с его богоподобной фигурой. Последнее произошло при достижении венчающим тело и ни на что до того непохожим черепом некоторого критического объёма.
И главное, именно рост и укрепление скелета нового субъекта обеспечило такое счастливое увеличение объёма головного мозга, обеспечило соискателю разума прорыв к интеллекту и к чуду творения, к становлению духовного мира человека. А ведь человек остаётся биологически неизменным от века камня. И произошло это потому, что наступил некий предел развития, а вовсе не потому, что полсотни тысячелетий оказалось маловато. И не стоит надеяться, что развитие сегодняшнего черепа ещё впереди. Дело тут упирается в проблему деторождения.
Ограничение в том, что роды, и это только у людей, всегда сопровождается муками матери. Стань череп ребёнка больше, младенец вообще не сможет родиться. А для его появления на свет таз женщины потребует такой серьёзной реконструкции, при которой она, милая, должна будет вернуться к движению на четырёх конечностях. Такое вот табу на рост черепа человека от его Творца. Остаётся надеяться только на дальнейшее эстетическое совершенствование головок неотразимых красоток.
И ещё ремарка о молодом женском теле, очертания которого гармонически соответствуют водной среде обитания, конкурируют с идеалом «рыба в воде». Мужская фигура тоже обзавелась подкожным жирком и стала не чужда водной стихии, но ей далеко до совершенства Афродиты, вышедшей в античности из пены морской. Отчего бы это? Видимо, менее защищённый физически женский род был вынужден больше времени проводить в воде лагун, чем более крепкие и не обременённые потомством самцы, проводившие больше времени на более изобильных береговых угодьях. Чтобы выжить, самки с детёнышами должны были быть в лагунах идеально ловкими. Самцы тоже не плошали, но для них главным стала сила, возможности рычагов плечевого аппарата. Вот так ярмо несчётных тысячелетий колыбели рода наших диких пращуров на грани вода – суша оставило свой след в нашем облике.
2.3 Детсад рода человеческого
Поскольку от добра, добра не ищут, то «голопузого бывшего лиса по лагунам прямоходящего» заставил набираться навыков жизни уже целиком на тверди земной только очередной тектонический катаклизм, уничтоживший благодать морских лагун. Жизнь в лесах и горах экваториальной Африки, видимо, безжалостно поглотила почти всю популяцию странных голых существ. Они не были готовы к такому ужасу. На просторах центральной Африки остались в виде косточек лишь их жалкие следы. Но вот, что очевидно. Уцелели и оправились после разгрома те из прямоходящих существ, которым удалось добраться, скорее всего, сплавиться, от непроходимых истоков Нила к его низовьям. Здесь, и только здесь, других мест не было, в изобильной дельте реки, в условиях мягкого благоприятного среднеземноморского климата, не столь комфортного, но в чём-то схожего с климатом их колыбели, бывшие «лисы» получили передышку. Они смогли восстановить популяцию своего абсолютно уникального генотипа. Скорее всего, их приютила, защитила и прокормила и, снова повезло, изобильная и более-менее безопасная пресная лагуна Нила. Примерно такое они уже пережили.
Опасное путешествие по Африке не прошло даром: выжили наиболее сильные, рослые и наблюдательные особи. Для них на протяжении сотен тысячелетий в эстуарии Нила стала вне очереди решаться следующая проблема, проблема развития и роста черепной коробки. Только чуть поднабравшись ума-разума и навыков пользования руками и простейшими орудиями, новоявленные ходоки рискнули двигаться дальше, обходя с двух сторон синий простор Средиземного моря, развиваясь умственно и заселяя новые земли. Поход по побережьям моря вел их к всестороннему развитию и завёл на просторы Европы, где они прописались как кроманьонцы. Прописались-то они там, прописались, да только вот второй волной. Перед кроманьонцами сюда незадолго до них уже забрели неосторожно поспешившие неандертальцы, кровные братья-соперники из родового гнезда дельты Нила.
Первопроходцы-конкуренты были сильнее физически, не брезговали людоедством, но отставали в умственном развитии. Что-то у них сложилось не так, рано смогли они покинуть Нил, а может волна была небольшой. Однако результат спешки был плачевным – победила организация прибывших новичков, главной в которой стала массовость мероприятий и система общения.
Кроманьонцы изобрели язык, сразу ставший главным оружием в борьбе за выживание, особенно в скором преддверии ледниковой катастрофы удачно освоенной ими Европы. Это был первый и исходный (ностратический) язык для всех будущих племён и народов мира. Новая прогрессивная система общения помогла людям уйти через море из опустевшей Европы в изобильную Сахару, где и сегодня сплошь закрепились топонимы исходного языка прибывших сюда своим путём и уже говорящих людей.
Это был долгий-долгий путь постепенного приближения людей к колесу и парусу. Но вот, что – несомненно. Кроме Европы путь с Нила людей в их массе был продублирован и на восток, в бескрайние просторы Азии, где пришельцы повсеместно образовали неисчислимое количество племён автохтонов. Налицо и нужное бесчисленное количество соответствующих языков, но в каждом из них прослеживается тот самый ностратический язык просторов Сахары. Выходит, полезное изобретение догнало почти всех, ушедших с Нила ещё без языка. Не повезло лишь джунглям Амазонки и скалам Огненной Земли.
Посмотрим на сроки. Завершился смелый восточный исход 50 тыс. лет назад хорошо известным образованием тупика, района консервации рода человеческого, в Австралии. А начался этот теперь уже почти добровольный, осмысленный, а не панический, как раньше, путь на просторы Земли теперь уже новых с их разумом человеко-зверей (ещё не совсем людей!) примерно 75 ±15 тыс. лет назад именно на нижнем Ниле. И связано это было с очередным локальным наступлением пустыни на Нил. Вот там и тогда, вероятнее всего, следует искать «детский сад» рода человеческого, из которого начался упомянутый, видимо, первый марш-бросок на край земли, в Австралию продолжительностью в 25 тыс. лет и со средней скоростью хода 1 км/год.
Кстати, фигурки древнеегипетских богов в виде этих самых исходных ещё зверей-человеков на известных рисунках и соответствующие религиозные догмы свидетельствуют, видимо, о том, что в руки египетских жрецов могли попасть кое-какие ископаемые останки наших древнейших на планете первопроходцев с ещё звериными формами их голов. Думается, такое на заре пяти тысячелетнего существования древнего Египта не исключено. А тогда не было границ удивлению и восторгу касты нильских учёных мужей, сразу засекретивших своё физическое открытие. Они использовали его, не менее продуктивно, но уже метафизически, смутно понимая и обожествляя роль покойных в формировании рода их предков, пришедших из пустыни Африки, в создании ими самими самой ранней и продолжительной на Земле цивилизации, дожившей до колеса и паруса.
Здесь следует заметить, что древние египтяне, эти последние выходцы из Сахары, дольше всего боролись с пустыней, дольше всего совершенствовали свой язык и больше всех преуспели в своём развитии. А ушедшие первыми, повторим, двинулись в просторы континента, увы, ещё вообще без языка, его просто не существовало. Именно в этом состоянии немые люди обосновались первой волной переселенцев на побережьях Австралии, до которой они добирались упомянутые 25 тыс. лет. А язык австралийцам принесли, получается и такое, переселенцы последней волны эмигрантов из Азии не менее пяти тыс. лет назад. Вот в чём кроется причина застоя в развитии этой популяции людей на шестом обширном континенте: нет языка, нет общения, нет обмена идеями, нет ни колеса, ни паруса. Исключение (бумеранг) только подтверждает правило.
2.4 Сахарский кампус
Заканчивая наш анализ, кратко заметим, что в процессе формирования речи бывшего «лиса», а к рассматриваемому моменту уже человека, решающую роль сыграло последнее оледенение Евразии в период 40 – 20 тыс. лет тому назад. Вновь испечённый человек-коллективист, по-научному кроманьонец, к этому судьбоносному моменту был уже готов спасаться от холода и даже победил конкурента звероподобного одиночку неандертальца. И была эта «начальная школа» человечества по меркам Творения – почти, вчера. Она включала столкновение двух разных популяций (более сильной, с их мышцами, и более хитроумных, с их мозгами). Так завершилось счастливое превращение нашего вроде бы пугливого «лисёнка» в хозяина с дубиной и копьём.
А напоследок, немного повторяясь, рассмотрим наиглавнейший вопрос: цепочку «язык – мысль – сознание», хотя это уже отдельная тема. Заметим, что к максимуму глобального похолодания Европа стала полярной пустыней, а Северная Африка из знойной пустыни превратилась в изобильную разного рода пищей саванну и страну без края для рек и озёр, идеальный полигон для охоты и рыболовства. Принёс оружие для полигона, пришедший в то мир удачливый охотник и рыболов кроманьонец, скорее всего, сбежавший из погибающей под снегом Европы через море, видимо, на плотах, возможно, и через Гибралтар.
Это был наш великий североафриканский предок, общий пращур всех вскоре премированных колесом и парусом народов. С этой территории, по мере её возвращения к статусу пустыни, около 20 тыс. лет до Р.Х., когда оледенение стало отступать, а пустыня – наступать, постепенно начался великий исход в просторы всех континентов людей, говорящих изначально, обратите внимание, всегда, не смотря ни на какие расовые различия, на одном протоязыке. Этот базовый язык люди приобрели в «высшей африканской школе», в этом кампусе тысячелетий коллективной жизни на охотничьих угодьях Сахары.
Отсюда (с запада), повторяем, пришли на Нил из наступающей пустыни в виде очередной, возможно, последней порции уставших кочевников, и древние египтяне. Ушедшие отсюда намного раньше них ходоки, кроме Австралии, смогли за 17 – 18 тыс. лет добраться, аж, до Америки. А величие самих континентов и многие тысячелетия жизни неизбежно привели из массы ушедших из Африки родов к возникновению на планете теперь уже нескольких рас и большего числа народов с изобилием присущих им языков. Попавшие сюда ранее племена без языков, как в Австралии, или получали этот подарок от новичков с запада, или безжалостно уничтожались новичками. Кстати, вся чёрная раса образовалась из тех родов, которые двинулись из Сахары прямиком на юг в дебри лесов 20 – 14 тыс. лет назад с началом финала периода ледников. Они были уже готовы к выживанию в том дремучем африканском лесном раю-аду и далее везде на юг.
И вот чудо: все языки народов Земли имеют около 30-и общих словесных корней. Эти корни – древнее наследие исходного языка. На это обстоятельство в начале 1960-х годов обратил внимание молодой, рано ушедший из жизни советский учёный Владислав Маркович Иллич-Свитыч. Его главный труд, сравнительный словарь ностратической лексики, называется «Опыт сравнения ностратических языков». Указанный основополагающий факт в обязательном порядке должен стать известен всем ученикам всех школ мира, вне зависимости от того, будут они ломать над ним голову, или нет. Если инстинкт самосохранения совместно с пониманием своего места в мире и путей, которые привели каждый народ к его теперешнему состоянию, пересилят эгоизм и стяжательство, то тезаурус исходного языка станет документом №1 для всего человечества. Его будут знать повсеместно все образованные люди, как знают «Отче наш» христиане.
А я убеждён, если бы эта эскизно изложенная нами теория (имеющая множество разработчиков и исследователей) преподавалась бы потомкам вышедших из общей лагуны Божьих тварей как обязательный и тщательно проработанный предмет школы, то мир в нашем обозлённом и разделённом обществе сал бы гораздо безопаснее. Смотри человече на пустыню Данакиль, смотри, что стало с твоей колыбелью. Береги, что имеешь!
Сам я смутно предполагаю, что все беды вражды среди людей происходят из-за того, что Спаситель, увы, не завершил труд формирования их сознания, которое у широких масс ещё сыровато, а у продвинутых народов, наоборот, сохнет под зноем страсти к наживе. Этим и пользуются для растления народов подлые зазывалы капитала. Так будем жить надеждой, верить в Его замысел и благодать появления на планете нового Homo Modestus! Имеется в виду новый человек благоразумно-умеренный и знающий цену себе и окружающему миру,
а, главное, несклонный к стяжательству по природе.
Глава 3. Сепаратор племён
Тема формирования арийских (индоевропейских) племён, которую автор далее рассматривает, настолько сложна, обширна, неожиданна и интересна, что подступиться к ней можно только при строгом условии, условии максимально возможного ограничения круга затрагиваемых в ней вопросов. А ещё, эта тема накладывает на автора огромную ответственность, поскольку прямо касается исторических интересов многих современных народов на всех континентах. Но особенно актуальна она для Европы, этой кузницы современной цивилизации. Отсюда, нас интересуют только факты и логические выводы на их основе. И ещё, нет Третьему Рейху, нет модной интеллектуальной мистике, примитивным суевериям, никаких скороспелых фантазий. Обещаю, нескучно будет и без них.
В середине 70-х годов, поздней осенью, уже летали снежинки, угораздило меня на лесной прогулке провалиться одной ногой в моховое болото, через которое шла чуть заметная чёрная тропа. А причина была в том, что я пожалел молодую рыжеватую собачку и взял один раз на руки. Из-за этого груза я и оступился. Воду из сапога я вылил, но нога, поскольку было уже около нуля градусов, никак не согревалась, пока я не вернулся домой. И надо же! Одной продрогшей ступни хватило мне на такое обострение синусита, что я оказался на неделю в лор-отделении больницы им. Ленина на Васильевском острове. В палате на четверых нас было трое. Одного из соседей я не помню, но другим оказался молодой и разговорчивый аспирант-этнолог самого Льва Николаевича Гумилёва. Звали его Ярослав. Повезло, мы подружились, беседовали дни напролёт. От него я узнал и поведаю вам много интересного о судьбе и содержании работ по этнической истории Гумилёва и его учеников, в которых активно изучался вопрос истории происхождения арийцев.
Кстати, огромный фактический материал лингвистики, которым оперировал в своих работах Гумилёв, был получен им в лагерях ГУЛАГа. Эти закрытые поселения представляли собой уникальные резервации интеллектуалов всех рас и простых носителей языков всех народов и племён, попавших в огромный изолированный мир насилья. Кого там только не было, от деятелей мирового интернационала, до вождей недобитых басмачей Средней Азии. И мирных нацменов там тоже было каждой твари по паре. Такого этнографического музея и уникальной базы лингвистики история ещё не знала. И учёный-исследователь Гумилёв, которого органы успешно арестовывали и освобождали четыре раза, воспользовался этой бесценной базой данных в полной мере. Он блестяще овладел предметом не только по книгам: горы наций и их языков пришли к мастеру и открыли ему свои богатства без всяких условий.
Подробно рассматривал Ярослав и большой вклад в развитие методологии изучения единства всех языков мира, сделанный уже упомянутым мной ранее Владиславом Марковичем И;ллич-Сви;тычем. Последний доказал связь существующей топонимики мест расселения древних, их этимологического словаря и сравнительной фонетики ностратических (наших, родовых) языков в рамках предложенной в начале 1900-х годов датским лингвистом Педерсеном идеи о гипотетической исходной макросемье языков. И;ллич-Сви;тыч впервые рассмотрел строго доказательную научную теорию существования единого исходного языка всех народов мира. Обсуждали мы и странную смерть этого гениального молодого человека, советского учёного. Его безвременная гибель под колёсами машины свернула все новые работы по перспективной теме, вызывавших отторжение у партийного начальства и научных оппонентов статистически аргументированной концепции учёного.
Изучение арийских корней велось ребятами Гумилёва на энтузиазме. В то время данные об этих работах были в подполье. Увы, не найти их и в век всеядного интернета. Посещая публичные выступления Гумилёва, по этому направлению его деятельности я от лектора тоже ничего не слышал. Видимо, на них лежало идеологическое табу. Рассказы Ярослава произвели на меня впечатление, на всю жизнь определили отношение к этой странице мировой истории. Я стал присматриваться к информации, сопричастной к этой проблеме прошлого, и всегда убеждался во внутренней непротиворечивости постановки Гумилёвым вопроса и в оригинальности его подходов к анализу возможного решения загадки прародины арийцев на основе фактов лингвистики и данных археологии. Такое убеждение определяет и сегодняшнюю попытку изложить арийскую проблему в моей интерпретации. За мозаику представленных здесь данных формально беру ответственность на себя, но сообщаю, что почти все её камушки можно найти в сети. Признаю, что расставил их не столько по-своему, сколько по устному преданию Ярослава об идеях Гумилёва. С них и спрос.
Вот, к примеру, что дословно пишут в интернете об арийцах. «В IV–III тыс. до Р.Х. здесь (читай в Европе) происходит процесс ассимиляции протогреками (праионянами) также индоевропейцев – пелазгов. С аналогичной картиной специалисты сталкиваются в Бретани (север Франции), где можно говорить о наложении неиндоевропейских групп (шедших сюда с юга и с севера) на индоевропейские. Что касается Северного Причерноморья, то оно неизменно во всей мировой литературе выступает как “главный претендент” на роль индоевропейской прародины. Именно Причерноморье (читай, степи) является прародиной ариев (одной из ветвей индоевропейцев). На лингвистическом материале это убедительно доказывает академик О.Н. Трубачев, а на археологическом – убедительны также выводы Ю.А. Шилова».
Существует масса такого рода материалов, а их авторов – легион, и в связи с ариями-арийцами касаются они всех языков индоевропейской семьи народов, самой многочисленной в мире. Камушков мозаики указанной семьи – огромная куча, мы берём для своей картины только горсть. И первые перлы из этой горсти касаются уточнения места страны ариев. Так условно назовём места генезиса и обитания праарийцев, понимая, что страны как таковой, с её границами и общепринятой инфраструктурой, не существовало.
Страну исхода примитивных охотников определяло нечто более важное, материально зримое, Богом данное. Это были чернозёмы (более половины всех чернозёмов планеты), возраст которых на Русской равнине составляет 8-10 тыс. лет, а, для сравнения, возраст подзольных почв Скандинавии – 5-6 тыс. лет. Чернозёмы характеризуются мощным питающим корни растений слоем гумусовой органики – от 30 до 150 см. Формируясь в условиях более мягкого и влажного климата, такие почвы почти не промерзают, быстро оттаивают, получают большое количество влаги, регулярно дают изобильные урожаи трав, главного корма разнообразного животного мира степей, основы сытного стола охотников и скотоводов.
Известно, что черноземы начинаются южнее Киева, Курска, Воронежа, Ульяновска, сначала обедненные, далее более богатые гумусом. Черноземные почвы занимают территорию, включающую нижние Днестр, Днепр, Дон, нижнее Заволжье, южную окраину Западно-Сибирской низменности, западную половину Северного Кавказа. Дальше к востоку они уже встречаются островками в южных районах средней Сибири и в Забайкалья. Черноземная зона сужена на Волге, между Саратовом и Вольском, и на южном Урале, к востоку от Оренбурга. К югу от зоны сплошного распространения черноземных почв они занимают обширные пространства Предкавказья от Ростова до Новороссийска на западе и от Сальска до Грозного на востоке. Вот, дорогой читатель, места действия Сепаратора индоевропейских народов, на которых их далёкие предки научились выживать, а потом стали плодиться, обросли жирком, хозяйствовать стало тесно. И тут пришла пора покидать обжитую коммунальную квартиру и расселяться на отдельные жилплощади, которые много позже станут для некоторых счастливцев национальными квартирами.
Хронология тут такая. Сепаратор арийских племён строился и отлаживался кочевыми скотоводами в регионе чернозёмов в начале мезолита. Он исправно работал на протяжении семи-пяти тыс. лет, начав сбрасывать племена, готовые уходить из родной гавани в одиночное плавание в просторы Евразии, с приходом к людям нового бронзового века. Масса проверенных научных данных показывает, что самый большой вклад в европейский генофонд внесли две массовые миграции: ранне-неолитическая миграция земледельцев из Анатолии, начавшееся около 9 тысяч лет назад по берегам Средиземноморья, и миграция кочевников из понтийско-каспийской степи в конце неолита, около 5 тысяч лет назад. Данные сходится. Остаётся разобраться, почему арийских племён хватило почти на всю Евразию.
3.1 Движение – жизнь
Ещё раз о датах. Приблизительное время появления в Европе современного человека (кроманьонца) – 45 тысяч лет назад. Но последнее оледенение с 40-го по 20-ое тысячелетия заставило людей покинуть континент за исключением лишь района севера Причерноморья, где господствовала суровая, но пригодная для жизни приледниковая тундра. Знаменитые их раскопками Костенковские стоянки первобытного человека на Дону в районе Воронежа свидетельствуют о том, что предшественники арийцев пережили здесь вселенскую зиму. Эта зима началась после катастрофического извержения на Флегрейских полях Апеннин 39600 лет тому назад и закончилась с уходом ледника на север. Многовековая жизнь у кромки ледника была постоянной и суровой борьбой охотников за примитивное существование при наличии простейших орудий, простейшей организации общества и использования предязыка, набора сигналов-звуков. Аналогом такого предязыка может считаться исчезнувший язык индийцев Огненной земли, о котором, как о клёкоте, поведал миру Чарльз Дарвин.
Язык, вернее, его базовый, общечеловеческий тезаурус пришел сюда, как и в далёкую Австралию, лишь на рубеже 20-го столетия до Р.Х. Пополнение населения, вкупе с потеплением климата, сразу двинуло вперёд дело развития навыков хозяйствования закалённых невзгодами охотников. Это было то, чего им не хватало, чтобы стать владыками степи и лесостепи, приручить лошадь, изобрести колесо и стать скотоводами, навсегда покончив с голодом и нищетой своей кочевой жизни. На этой основе произошёл демографический взрыв, когда семьи становились родами, а рода – племенами. Негативные последствия взрыва не заставили себя долго ждать: база охоты и кормов скота в отдельных районах становилась недостаточной, началась борьба за свежие угодья.
И тут быстрые разумом арийцы под руководством касты жрецов изобрели принцип сепарации племён, разделив степь на равные по площади участки, по два на каждое племя. На одном рода хозяйничали заданное время, другой – отдыхал от людей и их стад. С истощённого участка род; переходили по кругу на отдохнувший лот земли, возвратившись на первоначально ими покинутый участок только после того, как каждый род проходил, двигаясь по солнцу, весь круг угодий, закреплённый за отдельным племенем. Менялись кругами степи, но гораздо реже, и племена. Результатом такой организации стали мир, образцовый порядок и справедливость во всей от Приднепровья до Заволжья подконтрольной арийцам восточно-европейской и зауральской степи. Все и всё было в вечном движении, все люди были при деле, с надеждой на лучшее под присмотром жрецов и во власти вечного движения Солнца. Символом этой строгой, но справедливой организации общества, этого движения стала свастика во всём многообразии её форм.
Итогом движения стало создание ариями в каменном веке, в период ухода ледника, в мезолите (12 – 5 тыс. лет до Р.Х.) на огромной территории евроазиатских чернозёмов предтечи государства, в виде регламентированной единым законом общности племён. Это был плодородный пояс, составивший северную колыбель современной цивилизации. Это была альтернатива южной колыбели нашей цивилизации от Египта до Месопотамии, называемой в науке плодородным полумесяцем.
Вот где произошёл первый глобальный раскол человечества на два центра, который определил историческое противостояние народов на века до наших дней. Вот как сформировался неведомый до того принцип суровой жизни «закон превыше всего» противный принципу комфортной южной цивилизации «прибыль превыше всего». Вот откуда впервые начали по очереди уходить те, кто, создав в четвёртом тысячелетии бронзу, сразу взалкал свободы и мог позволить себе покинуть со всем племенем ставшей тесной родину сначала в дикий мир востока. Вот откуда на рубеже третьего тысячелетия арийцы массами двинулись осваивать и завоёвывать цивилизованный мир континента, потрясая его своими штанами, домами-кибитками и боевыми колесницами. Сепаратор племён к этому времени оказался перегружен и стал щедро разбрасывать своих детей на все четыре стороны. Привычное движение привело их на новые квартиры по всему известному тогда миру.
Недаром панорамные аэрофотосъёмки советских военных топографов выявляют на просторах чернозёмных степей следы и фрагменты огромных, строгих в их исполнении многокилометровых свастик, сохранившихся в веках вследствие специально выполненного смещения слоя почвы на поверхности земли, незаметного для обычного наблюдения. Это послания арийцев богам и потомкам. Недаром в центре степей на речке Молочной стоит полный информацией о культуре арийцев культовый курган-скала «Каменная могила», который ждёт, не дождётся, грамотных объективных исследователей. Недаром эту библиотеку 20-ти тысячелетней давности обходят стороной научные фонды толстосумов. Её расшифровка может поколебать много удобных и полезных для них исторических теорий. Ни-ни, считают монополисты прошлого, история человечества – это наше личное, а самозваных арийцев мы не знаем, и знать не хотим. Но факты археологии – упрямая вещь.
3.2 Зов неизвестности
Можно полагать, что общность кочевников не пренебрегала разведкой и хорошо представляла себе, что и кто их окружают географически, поэтому исход любого племени как вопрос жизни и смерти тщательно планировался. В этом смысле наиболее перспективным сразу стало восточное направление, где первопроходцев ждали природные трудности, к которым было не привыкать, но не было военных рисков. Люди шли строго на восток, избегая простора Средней Азии, где кормовая база не отличалось изобильем по сравнению с Причерноморьем, а уход ледника сразу негативно сказался на водном балансе бескрайних равнин. Восток манил и притягивал арийцев простором и новыми возможностями. Исход на восток начался, предположительно, на рубеже пятого и четвертого тысячелетий, а завершился, с уверенной датировкой, в первом тысячелетии до Р.Х. на Японских островах. Такой вот марш-бросок!
За 30 тыс. лет много чего случилось с племенами, которые освоили и заселили огромную территорию Азии. Но главное было в том, что они сами стали азиатами. И этот исторический парадокс заслуживает внимания, поскольку определялся он присутствием по соседству с поясом арийских племён могучей китайской цивилизации. Соседский древнекитайский очаг земледельческого неолита возник в бассейне реки Хуанхэ примерно на рубеже шестого-пятого тысячелетий. Контакт двух общностей состоялся в третьем тысячелетии, когда арийцы подарили китайцам лошадь, крупный рогатый скот и колесо. Но китайцы не остались в долгу и тоже подарили соседям богатый презент: внесли в природу северных кочевников свои азиатские гены. А мы посмотрим, как такое произошло.
Но для этого придётся кратко познакомиться с некоторыми особенностями жизни китайских аборигенов в их колыбели, у берегов великой реки Хуанхэ, воды которой, как и люди, желты благодаря обильному содержанию в них лёсса. Река течёт с гор сквозь Лёссовое плато – уникальное явление природы, которое тоже можно причислить к колыбели китайской цивилизации. Что касается Великой китайской равнины, то условия ее рельефа, климата на протяжении веков поддерживали эволюцию китайской нации. Главным в этой эволюции, в этой борьбе за существование, был строго регламентированный коллективный труд по созданию и поддержанию в порядке несметного числа защитных сооружений (дамб и террас) на берегах реки.
Муссонный климат делает поведение этой гигантской реки стабильно непредсказуемым. В деле необходимой мелиорации малейшая оплошность означала неминуемую смерть от стихии или от голода, поскольку погибал урожай. Нерадивым и ленивым на этих жёлтых берегах места не было. А раз так, то их уничтожали физически и вместе с семьями, дабы избежать катастроф в будущем, ради сохранения и развития идеального порядка.
Указанный правовой максимализм порождал массовое индивидуальное и семейственное бегство проштрафившихся работников с родных мест прочь, куда глаза глядят по всей северной границе в объятия многочисленных тамошних сидельцев из арийских племён, уже смешанных с автохтонами здешних дебрей. Добегали из Китая до спасительных убежищ единицы, в основном, мужчины. Их умелые руки, хоть и капли в море, не были в хозяйстве лишними, хотя китайский язык неизбежно исчезал, чего не скажешь о любви к женщинам и потомству. А капля, как известно, камень точит. Известный результат действия этих капель на протяжении тысячелетий состоит в том, что большинство современных народов алтайской и уральской языковых семей являются представителями жёлтой или бело-жёлтой рас, хотя к китайскому языку они отношения не имеют.
Отметим, что с приходом эпохи железа Азия щедро отплатила Европе свой арийский долг, по очереди извергая из себя в Причерноморье племена своего разнообразного по их расовым признакам и языкам населения. В финале этих извержений всю Европу накрыло Великое переселение народов. Но это – совсем другая история, поскольку арийская волна отразилась от маньчжурских степей и вернулась в Европу, хлынула на Запад, усиленной многократно.
3.3 Мечты об изобилии
Любое великое научное открытие порождает лавину новых исследований не только в данной сфере, но удовлетворяет интерес к тому, а как само это открытие совершилось, какова его история. Так случилось и с открытием Америки, так будет и с великим, нет другого определения, открытием исходного арийского мира человечества. Процесс его познания полон драматизма. Начнём с того, что в его появлении бесспорные научные ориентиры, мимо которых не пройти, были расставлены удивительно небрежно, сразу запутав исследователей. Родиной арийцев объявлялась Индия, отсюда и индоевропейцы, что искажало хронологию процесса познания и ограничивало саму проблему формирования европейской расы, переводя её в разряд региональных. По мне, отбросив примитивные мерзости политики, не будет ошибкой сменить неточный лейбл «индоевропейцы» на более верный по смыслу термин – «ариоевропейцы» либо «североевропейцы».
Возвращаясь к проблеме сепарации арийских племён, следует рассмотреть наиболее драматичный аспект их контактов с миром, расположенным южнее Кавказа, этой естественной непроходимой межи между цивилизациями. По мере совершенствования кавалерийских сил, соседний мир всё больше манил кочевников изобилием природы, преимуществом собственных военных возможностей для грабежей и новой приманкой – несметными, как казалось, сокровищами первых на планете городов. Суровых охотников и скотоводов стали обуревать мечты о лучшей жизни, об изобилии, которое лежит рядом. И пришло время, когда наиболее активные и мечтательные племена во всеоружии своей военной техники начали сокрушительное движение на юг, обходя Чёрное море и Каспий с запада и востока. В мир цивилизованных южных земледельцев пришла беда, не помог им высокий рост их ВВП и монетизация общества.
Натиск арийцев не знал преград, история их вторжения полна драматизма и достаточно полно прослеживается современной исторической наукой с начала второго тысячелетия до Р.Х. Взяться её описывать бессмысленно, поскольку это материал для монографии. Обратим внимание на два момента, которые характеризуют уникальность исторической ситуации вторжения ариев, орд кочевников, в мир южных аборигенов, из которых наиболее сильными были общности оседлых семитских племён. Во-первых, пришельцы подавляли хозяев своей военной техникой. К примеру, конная лавина против отряда на ослах. Впечатляет, не правда ли? Или луки из рогов животных, которые бьют в два раза дальше. А чего стоят боевые колесницы?
Второй момент – это результаты нашествия. Оно закончилось созданием в Малой Азии могучего государства хеттов, для нужд которого арийцы между делом изобрели свою письменность. А в Египте война закончилась воцарением новой XV династии гиксосов, этих (по выражению древних авторов истории «царей-пастухов»). В Закавказье, на Иранском нагорье примерно в эти же века возникает обширное арийское царство персов. Как видно, налицо успехи ариев на всех фронтах. Сбылись смелые мечты кочевников у своих ночных степных костров, которые в одночасье стали осёдлым населением огромной территории. Стали ли они счастливее? Своего они добились, не скажу, что навсегда, но пока физически не растворились в крутом водовороте истории. Они оставили свой видимый след лишь в земле и в языке тех потомков, скажем, современных иранцев, которым повезло дожить до наших дней.
Возвращаясь к появлению арийцев в Индостане, нужно отметить, что, овладев плодородной территорией бассейнов Инда и Ганга за период в триста лет с помощью непрерывных военно-политических усилий, они оказались в гуще огромного числа местных племён, способных за несколько поколений растворить пришельцев из сибирских степей в великой массе обитателей джунглей. Чтобы избежать такого финала, победители ввели в объединённом ими индийском обществе строгий кастовый порядок, не допуская смешения крови людей из его различных социальных групп. Мечты об изобилии они достигли, но заплатили за это достижение, попав в изоляцию, в неприступные стены крепости вражды всех против всех в своей собственной богатой стране.
3.4 Обещания Европы
Рассматривая вопрос освоения арийцами европейского континента, мы неизменно сталкиваемся с ощущением ожидания кочевыми племенами именно такой возможности колонизации новых земель, их надежд на обновление сложившегося жёсткого кочевого уклада, чаяниями обрести своё постоянное пристанище. И тут всё зависело от природных условий отступления ледника. Сначала такая возможность отрылась у Средиземного моря, и туда сразу двинулась волна первопроходцев, ставших основой романской культуры. Именами этих племён разведчиков названы некоторые внутренние моря всего Моря. Их появление на берегах Лигурийского и Тирренского морей датируется третьим тысячелетием. Затем пришла очередь оттаивать придунайским и приатлантическим равнинам, долинам гор в середине континента. Тогда в поход двинулись племена кельтов, сразу потеснившие первопроходцев. За обладанием землями и рабами начались стычки и войны, ранее невозможные на прародине, в степях. Это было многообещающее начало вновь нарождавшегося сытого мира, которому понадобились руки пленных.
Не рискуя погрузиться в перипетии предистории Европы второго тысячелетия и исторических событий античного мира на земле Греции и Италии, укажем лишь на то, что первый литературный шедевр Европы посвящён Гомером Троянской войне между народами (царствами) одной культуры и языка, одного арийского корня. Это обстоятельство следует учитывать, рассматривая все междоусобицы оттаявшей Европы между вошедшими в неё в поисках счастья племенами. Кстати, северо-восток вообще обошёлся без племенных распрей, поскольку дебри лесов и болот были для людей непобедимым противником номер один. Природный фактор среды обитания отнимал у финно-угорских народов все силы, было не до ссор. Но не надо думать, что отсутствие в экстремальных условиях выживания института рабства является признаком приверженности, как ранее в степи, гуманизму, поскольку царь-голод диктовал в дебрях зло пострашнее неволи – людоедство.
Возвращаясь к событиям в Причерноморских степях, где до конца второго тысячелетия до Р.Х. продолжало непрерывно крутиться колесо сепаратора арийских племён, можно назвать замыкающих этого судьбоносного кочевого процесса. Ими стали славяне и германцы, которые воспользовались возможностью центробежного ухода вглубь Европы только с коллапсом бронзового века, когда ключи, в виде железных мечей, от новых квартир без ледника были для них готовы. Славяне заняли долины и лесные отроги Карпат, чьи горные пики ещё несли ледовые шапки, но перевалы уже были открыты. Германские племена вышли на край континента, обосновавшись в западном ареале по берегам Балтийского моря, которое окончательно освободилось ото льдов и в третий раз стало морским водоёмом с несметными косяками рыбы, особенно сельди, кормилицы племён.
Кто на степной прародине был последним – вопрос открыт. Думаю, это были самые бескомпромиссные поклонники порядка, замыкающие мира арийцев, а именно, германские племена. Но по обстановке ими могли стать и славяне, которые, не теряя времени на выбор, обосновались по всей дуге Карпатских гор, оставив там в наследство потомкам везде сплошь свою топонимику. Они просидели в родных урочищах две тысячи лет лихих времён, успешно защищая свои горно-лесные гнёзда, на которые, кстати, никто особо и не покушался, себе дороже. Получается, Карпаты их прокормили землями пойм местных рек, спасли от жёстких объятий Римской империи и от дикой бури переселения нардов. А когда это последнее мероприятие завершилось, равнины Европы обезлюдили, славяне массой вышли из карпатского убежища во все четыре стороны света, по нормалям от дуги гор, в одночасье заселив и освоив для земледелия все прикарпатские угодья от Дуная и Одера, до Днепра и далее на восток. Учёный мир до сих пор в шоке от этой необъяснимой неожиданности одновременного появления славян везде и из ниоткуда.
Судьба германцев сложилась совсем по-другому, поскольку им у Балтики не сиделось, манили их изобильные земли Западной Европы. Произошло неизбежное военное столкновение варваров с вечным Римом, участвовали они и во вселенском грабеже Великого переселения народов, разрушившим Рим. А братья славяне в это время ещё лежали себе спокойно на печах по щелям в Карпатах, и в ус не дули. Кому больше повезло, решайте на свой вкус. Но разница в характере и генетической предрасположенности двух упомянутых народов просматривается довольно чётко и, главное, хорошо подтверждается дальнейшим ходом истории. И древние обещания Европы сбылись для них по-разному. Впрочем, могут они ещё вспомнить свой образ и мир изначальный, справедливо-единый. То-то будет тогда радости у соседей!
Послесловие
Завершив повествование, автор вправе отойти от него, чтобы взглянуть на результат со стороны. Удовлетворившись мыслью, что он изложил свою позицию в поистине глобальной проблеме достаточно внятно и кратко, избежав повторов других концепций сегодняшних рынков физики Земли, антропологии, истории с социологией и представив свои личные мнения по затронутым вопросам. По прикидкам автора, основная информация, которая касается общего понимания феномена «Земля – люди», условий и хода планового, от Бога, антропогенеза человека разумного как существа биологического и столько же социального, попала на страницы повести. Есть и всё нужное для обоснования алиби удачно дополняющих эволюцию кошмаров тектонических, климатических и антропогенных катастроф, необходимых для появления современного социума. Вопрос в том, а будет ли такое же удовлетворение от повествования и у широкой публики, пуще, у знатоков?
Но тут ничего не изменить, прошлое Земли свершилось, разрешая сегодня, рисуя судьбу Мирозданья, оперировать миллионами или тысячами лет так, как будто мы обсуждаем вчерашнее застолье. И представленная вам повесть не исключение, а ещё одна попытка объяснить то, что, как ни крути, по своей сложности находится на грани нашего понимания того, куда мы не ходим.
При этом возникает мнение, что, если сотворение мира случилось вчера, то эволюция человека как биологического вида в его сегодняшнем состоянии и как части Божьего мира завершилась. Похоже, что эта великолепная история остановилась. То ли в ней нет больше необходимости, то ли достигнут оптимум развития и далее оно невозможно? Получается, что хотя ситуации цугцванга в целом нет, но человеку на прокорм и проживание многих тысяч лет не дано, а его голова, этот подарок-суперкомпьютер, апгрейду не подлежит. Верую, потому, что невозможно!
Зато, возможно, на практике и происходит в рамках нашей цивилизации нечто другое, что позволяет нам Вседержитель по мудрости своей. Человек хитростью мысли усиливает все процессы, которые ему подконтрольны, от рычага с точкой опоры до полезных технических параметров усиления разного рода сигналов. При этом он увеличивает свои исходно скромные физические возможности и на благо, и, увы, даже во вред себе самому. А вот теперь, с приходом интернета и оцифровки огромного мира технологий, усиливаются возможности интеллекта человека. Не всё потеряно, господа! Вполне допустимо, что точка «Омега» философа Тейяра де Шардена в виде общего разума человечества, некоторой сверхличности, станет венцом всемирной компьютеризации. Возможно, это и будет создание единого человеческого духа Тейяра, но материализованного в виде нового инструмента, единого автопилота для космического корабля Земля, в виде технической системы, которая возьмёт на себя все процессы управления социумом.
Возвращаясь к неумолимому процессу эволюции, не исключено, что именно компьютеризация обеспечит со временем ввод в работу нашего мозга его огромных избыточных информационных резервов, загодя мудро и заботливо заложенных Свыше в нашу черепную коробку ещё в пещерные времена. При этом прогнозы известного футуролога Рэя Курцвейла могут оказаться лишь частными примерами технического прогресса. Даже его предсказание, что к 2045 году мы сможем умножить персональный интеллект в миллиард раз, связав кору полушарий мозга беспроводным путем с искусственным аналогом коры в сетевом облаке, выглядит, как подвиг избранного героя. А возможно большее, возможна эволюционная метаморфоза мировоззрения всех людей.
Диалектически, техника и разум, объединённые количественно, могут обеспечить качественные перемены, совершенство разума и не только по отдельным проектам. Это станет своего рода тотальным просветлением сознания людей, которое исключит потребность в преступности во всех её проявлениях, включая страсть к наживе. Вот где надо искать пути развития общества, хода социально-технической по природе эволюции, теперь уже подконтрольной роду человеческому. Вот где свет в конце тоннеля.
Вполне можно представить себе, как поле пашут машиной, управляемой лишь мыслью, как потечёт молоко по трубе с безлюдной фермы. Дайте только срок! Не унывай, Человече. Если будешь трудиться без равнодушия и лени, не впадёшь в искушение отнимать силой чужое, если подобру станешь скромно довольствоваться малым и необходимым, избегая стяжательства, то тогда могуществом мысли снова вернёшься в потерянный рай на Земле. А пойдёшь по пути извращений и войн, добра не жди, жди катастрофу.
Всё сказанное логично и не противоречит реалиям XXI века от Р.Х., но это лишь предположения, сделанные на основе анализа нынешней ситуации и доступной ограниченной информации о структуре и путях Мироздания. По сути, нам неизвестно, что же у нас под ногами в монолите глубин Земли. А беспредельный космос – это, для нас, всего лишь вотчина физиков-теоретиков с их буйной иногда неприкасаемой фантазией, которой нет предела. Сущность же человека, его судьба присно и на веки веков остаются тайной, которой владеет только Бог. Отсюда, дорогой читатель, мы лишь «Приоткрываем неведомое».
Приоткрыв неведомое Феномен Земля
© Copyright: Игорь Князев -Куликов, 2018
Свидетельство о публикации №218050500067
Свидетельство о публикации №218050500067
Рецензии