Водочка на завтрак

Памяти моего брата.

Компания дружно пила водку под завтрак. Стихийная  сборная компания, основные действующие лица которой доктора и несколько человек местных мужиков. Местных, потому что они хорошо знают местность и у них была рабочая собака. А доктора приехали просто “отдохнуть и оттянуться.” Потому то и пили они сейчас горькую на завтрак, после променада по разбегающимся кабанам. Пили сами и угощали мужиков.

 - Митрич, ты бы не пил, - обратился молодой, поджарый мужик в солдатском камуфляже к пожилому добродушному охотнику ,одетому в коричневую ”москвичку” и фуражку-сталинку. Пару стаканОв накатишь и кабана не рассмотришь, а тебе сейчас застрел ставить.

 - Я немного , Саша, ты не переживай! – улыбнулся тот молодому. - Я тока пригубливаю, под завтрак. Чтож я не понимаю, что можно и сколько..,  - его гулубые глаза  не выцветшие от возраста, светились добротой .

 Саша сидел на поваленном стволе терпеливо ожидая окончания перекуса компании. Громадный пегий гончак, положив голову на его колени , блаженствовал от того, что хозяин трепал его за уши. На брылях его висели слюни, а полуприкрытые с красными белками глаза из-под отвислых век выражали полное блаженство. Его вид с исполосованной шрамами мордой и со зверинным выражением этой морды внушали уважение и страх.

 - Грооом..Устал , бродяга. Куда ж ты их загнал? – судя по лицу хозяина , он получал от общения со своей собакой такое же удовольствие.

 - Семеныч, он у тебя , как собака Баскервилей! А может даже больше! – обратился один из компании к Саше. - Я его боюсь, такой здоровенный! Он за раз пол кабана проглотит!

 Семеныч так же теребил своего любимца, только посмеиваясь в рыжие усы.

 - А какая собака должна быть, чтобы работать по кабану в одиночку? Такая и должна, чтобы не большого кабанчика могла на месте удержать.

 - Удержать то удержит, но боюсь пока мы придем он его съест целиком! – посмеивались мужики , а в глазах читалось почтительное уважение к собаке.

 Именно Гром и был основной причиной приезда этой компании. Все они были наслышаны уже о его охотничьих подвигах. Гром , а не эти мужики, потому что без хорошей собаки кабана взять в этих крепях было абсолютно невозможно, хотя и без знания местности то же.

 Это было время той зрелой осени, когда быть в лесу с охотой – одно удовольствие. Влажный лист , сбитый и утрамбованный  осенними дождями не шумел, а воздух был пропитан горьковато-пряным запахом слежалого листа, влажной коры, появившихся грибов, всего того , что сопровождало осенние охоты. Солнце светило , но уже не так яростно, как в летние месяцы , оставляя не тронутой синеватую прохладу , сохраняющуюся под тенью матерых деревьев в течении всего светового дня. Это было то время , когда желто-коричневые желуди уже слетели со все еще хранивших темно- зеленое убранство дубов- исполинов,  терновник налился белесо-синими ягодами, а боярышник и калина достигли пика своей зрелости. Это было время настоящих охотников.

 Митрич с Семенычем  друзья стародавние , если можно назвать дружбой отношения зрелого мужчины , прошедшего войну и  пацана, рожденного далеко позже. Их связывало гораздо большее – такое сладкое для обоих слово ОХОТА. Он охотился всю жизнь, сколько себя помнил , с пацанов. Сначала с Семеном, отцом маленького Саши, а потом , когда маленький Сашок подрос и мог уже следовать за охотниками, стали брать и его. Семен умер рано и постоянным спутником Митрича на охотах с тех пор стал Санек, которого он любил , как сына , обучая его всем премудростям охоты , хотя у него самого было три сына, ни один их которых охотничьи увлечения отца не разделял. Бывает так, когда рождаются бесчутые у собак. У людей так же.

 Вместе они держали собак, вместе они их натаскивали и наганивали, а с наступлением сезона , вместе гоняли зайцев и лисиц в окрестных лесах и горах. Благо и то , и другое было совсем рядом. У Митрича горы, а у Саши лес.

 И этот сезон , как и все предыдущие они проводили вместе в охотах по зайцу. Правда Митрич , в силу своего возраста уже не держал гонцов , да и Сашиного Грома им хватало с лихвой. А тут вдруг позвонил племянник Митрича.

 - Дядь Вась, у Сани собака гоняет кабанов, я слышал? У меня знакомые просятся на охоту, лицензию купили , а где и как его заохотить не знают. Доктора! Уважаемые и нужные люди!

 Ты же знаешь, собака Сашина. Работает хорошо! Не дает хода кабанам, а не крупного на месте держит, хоть ножом режь..А голосина...! За километр слышно! Одним словом – Гром! Поговорю с Сашей, можете приезжать..

 И вот эта охота состоялась. С утра подняли кабанов, но они ушли от стрелковой линии через бурную протоку, на острова. Перейти за ними возможности не было, т.к. оснавная часть компании охотилась в ботинках. К счастью собаку удалось сразу же подловить и увести. А сейчас расстроенная неудачей компания завтракала, готовясь к следующему загону.

 Семеныч не любил пьянства на охоте. После этого , хоть залейся , а во время ни,ни..

 Поэтому то он и высказал Митричу, хотя высказал не настойчиво, понимая что “старый” все равно ”лизнет”, если ему предлагают. Провоцировать его нельзя.

 - Ну что , охотнички, подкрепились? Давайте еще гай, возмем кабана , потом уже отдыхать будем ! – не выдержал долгой паузы Семеныч.

 Гром встрепенулся , как бы поняв сказанное хозяином. Толпа тоже засуетилась скручивая свои пляшки и собирая снедь в рюкзаки.

 Саша пристегнул на поводок Грома.

- Митрич, бери компанию и идите к прямой поперечной просеке, там расставишь людей, а я отсюда продавлю с Громом. Может оставите мне пару человек, подшумливать на флангах, чтобы зверь не ушел обратно?

 С тем и разошлись. Участок леса, вытянувшийся вдоль протоки был не широким, но крепким , со старыми заросшими мелкотой вырубками и пятаками терновника и кизила, образующих часто не проходимые крепи, в которых и дневали кабаньи семейки.

 Ждали долго, давая возможность зайти и расставиться застрелу.
Наконец решили идти.

- Вы идите параллельным мне курсом. Я буду пошумливать, ориентируйтесь на меня. Если будут стрелять или собака начнет работать, то не спешите, но кричите погромче, чтобы зверь не прорвался за загон и не пошел в обратную сторону. В загоне не стреляйте, если кабан будет на месте, под собакой , то я подхожу и стреляю. Если кабан выйдет обратно, то пропускайте и стреляйте за спинами. – Коротко проинструктировал Семеныч загонщиков.

 Разойдясь в стороны, гайщики тихонько двинулись вперед, пошумливая слегка.
 Гром “бухнул” впереди, по ходу. “Бухнул” голосом похожим на голос выпи, гудящей над водой в тихий летний вечер.

  - Бульк ! Этот голос , исходящий откуда-то из глубины его могучего тела, заполонил лес, взлетев над ним высоко и раскололся на тысячи отголосков , зачастил–забухал на месте.

 Загонщики заголосили дикими голосами, возбужденные этой звериной песней. Песней, понятной только гончатникам , заставляющей все забыть в этот момент и жить только гоном, следуя душой и мыслями за уходящей собакой.
 Гон пошел строго на застрел и выстрелы не заставили себя долго ждать. Но гон , споткнувшись о застрел, загудел с новой силой . Гром буквально ревел по зрячему, удаляясь с каждой минутой.

 - Промахи? Может стадо поднялось и гончий продолжает работать? – неведение в гае подстегивает побыстрее добраться до линии стрелков.

 Не взирая на запрет стрелять в гае, каждый охотник притихает невольно после выстрелов, надеясь что зверь, крутнувшись под собаками и потревоженный выстрелами может выйти на него. Тем более , когда речь идет о кабанах. Очень уж они хитрые! Достаточно часто, поднявшись под собаками , стадо разбивается. Самые шустрые или трусливые стремятся оторваться от собак, надеясь на ноги и уходя по прямой. Они то и попадают под выстрелы, а не попавшие под выстрел из них , уходят очень далеко по прямой , уводя за собой собак. Самые умные , отделившись от стада и затаившись , дают собакам уйти, а потом тихо возвращаются за спину гайщиков  к месту лежки в безопасном уже лесу.

 Семеныч это знал. Следуя избранному направлению к линии застрела, он крадучись ступал по слежавшемуся листу, всматриваясь в подлесок. Он знал, что Гром ушел надолго. Будет гонять , пока не подобьется ..А потом просто придет домой. Места для него родные. А возможность подстрелить притаившегося кабана была для него совершенно очевидной.

 Оставалось совсем немного до выхода на просеку.

Он увидел стоящего на просеке Митрича и его рыжую “москвичку” на фоне коричнево-серого ствола старого тополя.

 - Хорошо замаскировался старый ! – отметил он мастерство опытного охотника. На фоне толстого, дуплистого ствола его не было видно совсем. Если бы не пошевелился..

 - А что он высматривает?..- Саша остановился на месте. Митрич быстро бросил в плечо изготовленное  к выстрелу ружье и ..

 Выстрела Семеныч не слышал. Страшно тяжелым ударило в грудь и опрокинуло на спину..

 Открыв глаза, он увидел склонившегося над ним , плачущего Митрича..

 - Саша, сынок ..Я не хотел.. Я не видел..Мне показалось , что какой то зверь..Лиса... не решится никак пересечь просеку..Саша..- сквозь мутную пелену слышал Семеныч. Боли не было..Но и силы открыть глаза не было совсем!

 Горе старого охотника было невыносимо, он плакал стоя на коленях , плакал навзрыд..

 Давно уже нет Семеныча, да и Митрича тоже уже нет.

Семенычу повезло , что он охотился тогда в компании докторов, в том числе и хирургов, которые оказали первую помощь , довезли в ближайшую больницу и сделали операцию. Пуля 12 калибра , вошла в правую сторону груди , пробив верхнюю долю легкого и остановилась , расплющившись, под лопаткой. После этой раны , Семеныч постоянно задыхался, ему не хватало воздуха. Но охотиться он продолжал до тех пор, пока совсем невозможно стало ходить.

 Митрич забросил охоту совсем, разбив и раскромсав свое ружье на той злополучной охоте. Жил он долго, ловя иногда рыбку на недалекой протоке. Но этот выстрел не давал ему покоя всю жизнь.Всем своим знакомым-охотникам он многократно рассказывал об этом страшном случае на охоте, плача при этом и виня постоянно себя.