Талисман

          
     Приходит день, приходит час...
     Наконец, повезло и мне, - переехали в квартиру, о которой я давно мечтал. Сталинский дом с окнами во двор, высокие потолки… Прежний жилец, сильно пьющий   геолог  обрабатывал здесь свои самоцветы. Но за квартиру уже  не платил,  и его свезли  в городскую общагу  родственники. В  доме осталось много всякого занятного скарба.
     С интересом рассматривал  я рюкзак, палатку, веревки - все носило на себе следы труда и  дальних странствий. Осталась и коллекция минералов   в заржавевшем ведре.  На обработанных резцом камнях  читались узоры природы. В  отдельном мешочке хранился  полупрозрачный кристалл, внутри которого  темнела  жилка, словно след молнии из  колдовского мира…
     Мне захотелось разыскать спившегося мастера и узнать секреты находки.

     …Во времена так называемой  «перестройки» химик Карл  Фришман уже не скрывал свое увлечение магией.  Называл он всю эту науку  «энергоинформацией». Институтский геолог  Гера, он же Герман,  прознал  об этом и попросил мага составить ему гороскоп.
    - К чему это? – просверлил его взглядом химик. – Не игрушки…
    - Гадалка врала, -  сорвусь с высоты… А я по горам, камни люблю…
     Через несколько дней Фришман  явился  в квартиру слесаря с коньяком.
    -  Есть риск упасть с высоты, - сказал маг, рассматривая гороскоп геолога.
    -  В восьмом "поле" – Сатурн, битый Марсом. Мда…
    -  Что же делать? Поможешь?
     Маг разглядывал взволнованного  Геру.
    -  Могу сотворить талисман.  Но - трудно.  В такой работе теряешь здоровье.
 Оберег-спаситель.  Носить на груди.  Не болтать. Он  первым примет удар... Но и ты будь ему другом. Развивай дух свой…
    -  Справлюсь… – возвысился  Гера.
    -  Взамен мне сработай.  Тоже - друга. Срез с одной стороны. И, главное, -чтобы я всматривался в него, как во Вселенную.  Сможешь?
    Маг заглянул в коробку геолога, заполненную минералами.
    -  Срок – две недели. Столько я буду заряжать твой талисман.  В эти дни  будет  тебе плоховато.  Не гнись. Так надо. И – категорически – не пить!- Сделаю! - загорелся Гера. Он был хороший мастер и дорожил репутацией.
   Тогда  Фришман отобрал кристалл горного хрусталя, который энергетически подходил геологу.  Сделку скрепили рукопожатием. А коньяк  так и остался недопитым на столе.

     Там чудеса, там муки у огня… Величие и пламя сотворенья…
     Процесс творчества, как божье таинство, имеет свои особенности. Мастер Гера перебирал камни, пребывая в особом состоянии души. Сокровище самоцвета сокрыто внутри, и образ создаешь  из найденного  рисунка. В коробке  теснились, ожидая своего часа,  и зеленоватый опал, и темно-синий с вкраплениями лазурит, и фиолетовый чароит… Здесь были отдельные кристаллы, друзы и необыкновенная жеода, которая сразу привлекла внимание. Темный, густо-лиловый камень походил на раскрытую пасть космического чудища со сверкающими кристаллами зубов.
    Пожалуй, при удачном срезе может явиться «Рождение Вселенной» - решил мастер и принялся готовить камень. Но что-то беспокоило его в работе. Жеода немного пугала, даже необъяснимо отталкивала. А ведь Фришман рассказывал о Вечности с почтением и радостью. Ему нужна была вдохновляющая, творческая Вселенная, а не влекущая к тайне смерти. Маг хотел видеть в своем "друге" надежду и развитие.  Поэтому Герман, сожалея, отложил заготовку в сторону.  Но, что – тогда?
    Он вновь обратился к своим запасам. Нашел камень, отложенный до лучших времен. Это была необычная  аметистовая друза  на редком синем агате. Герман искал для нее идею. Кажется, время пришло. И когда срез был выполнен, мастер ахнул. Взору его явился жизнеутверждающий узор живой, расширяющейся Вселенной. «Вот она, - Вечность!» Космос-цветок… Слезы радости и печали заполнили его очи. Радости за свой труд. А печали – от  скорого с камнем расставания.

    …А в это время, в своей квартире, химик Карл Фришман смотрел на одинокий  кристалл  горного хрусталя.  Он провидел  в нем  великую тайну природы, геометрию мира, свидетельство силы и торжества Творца. Смотрел то пронзительно в глубину, то,  расслабив   взгляд, на ауру кварца. Маг достиг  совершенного спокойствия  и  концентрации одновременно.  Он знал, - кристалл перед ним  живой, он мыслит, чувствует, но в ином режиме.
    Прежде, нужно установить контакт с кристаллом. Соединиться безмолвно  и действенно. Кристалл обязан понять, что хотят от него. Невозможно описать словами  магию сотворения талисмана. Магию проникновения в волновое поле с целью совместной жизни.  Так плавят в тигле алхимический атом,  чтоб выделать задуманное…
    Вот она, редкая, почти невыразимая картина бытия! Два мастера работают друг для друга, для  чести и красоты Вселенной. Их душевные силы оголены и напряжены… Для них важны не деньги, а истина творения…
    В  тот  день Карл Фришман установил контакт с кристаллом.  Теперь, удерживая в сознании образ мастера Геры, соединял две ауры – талисмана и человека.  В какой-то момент кристалл  воссиял  каналом с аурой Геры. Так мастеру пришла защита от светлых сил. «Пока он есть, я властен над судьбою…»
    Маг был горд. Он нигде не сфальшивил в своей симфонической поэме. И  даже увидел, как  Бог одобрительно кивнул своему помощнику. О, эта сладость честного труда!

    Что же случилось дальше?  Как развивалась история?
    Талисман  действительно спасал Геру в его странствиях по Уралу. Стареющий геолог  не сорвался вниз, выковыривая  нужные камни из породы. Но однажды,  на улице города,  познакомился Герман с коварной женщиной, похожей на даму с игральной карты. И привел ее в свой  очаг. Они даже спали вместе поначалу, и никто не догадывался о ее притворстве. А это была темная женщина. И ее интерес вился вокруг  квартиры Геры.  Так,  выбрав момент, колдовка решила сгубить мастера, пожелав ему смерти в горном ущелье.
   Тогда-то он чуть и не пропал. Задумался не к месту, споткнулся и рухнул с с  уступа. Лишь чудо его спасло. Талисман то в кармане лежал. Падая, успел зацепиться мастер лямкой рюкзака за камень, что торчал крепко.
   О чем он думал тогда, болтая ногами над бездной?  Возможно о той Вечности, что подарил своему спасителю-магу. Только помутнел после этого случая кристалл, словно  фантом вселился в его кварцевое тело.

    А тут и новое время пришло. Когда ценностями объявили  не помощь человеку, а умение хватать и балдеть. В воздухе поселился микробный дух:  «кто пашет честно – неудачник»… Геру сократили вместе с остальными дворниками и уборщицами большой страны.  Оставили  лишь директоров и бухгалтеров, которые врали и воровали.  Фришман, после раздумий, уехал в другую страну.  А Гера-мастер остался не у дел в своей старой квартире. Потому как злая женщина, вскоре,  вильнула в иную  недобрую будущность.
   Гера запил. Он не смог перестроиться на торгаша эпохи. Денег на горные
путешествия  не хватало, и талисман оказался не нужным. Поэтому, камень-друг оказался в ведре...
    С грустью наблюдал бывший  умелец, как привозят камни мешками  из Бразилии, как  выращивают их искусственно, подкрашивая, обманывая людей… Все более исчезала честность и гордость  мастерского труда.  Лишь бы урвать! Лжа, словно ржавчина,  все более  проникала в  души…

    И, все же, я отыскал следы бывшего камнереза. Нашел адрес общаги, куда сослали Геру. В какой-то весенний день явился туда с визитом.
    - Геолог? Алкаш? Помню! Сорвался с балкона пятого этажа… - рассказал старожил общежития. – Слушай, дай десятку! Так на асфальте и помер…
    Я вернулся  в квартиру. И не знал, что делать с талисманом.  Может, опасен?
Фришман уже не подскажет, Гера плывет в облаках…
    Потому, убрал ведро с камнями в кладовку. Да прикрыл его новой рекламной  газеткой, что бросали в почтовый ящик. По случайности,  газета оказалась заполненной  магическими объявлениями. Всевозможные маги, колдуны и потомственные шаманы наперебой предлагали свои услуги.  В том числе продавали амулеты и талисманы  из лягушечьих лапок, из пера "птицы Феникс", из святой глины Иерусалима.  Продавали лживые поделки за доллары...
    И никто уже не боялся постареть от своей работы.