Котёночек

     Смеркалось… «Всё могут короли, всё могут короли!» – самодовольно мурлыкал себе под нос Максим Эдуардович Король, постукивая в такт пальцами по рулю. Он привычно ощущал себя триумфатором. Лишь две недели назад в офисе появилась Катя – стройная блондиночка с бездонными голубыми глазами, и вот Максим уже катит на романтическое свидание в её «гнёздышко»  – так призывно-кокетливо называла она свою двушку в обшарпанной хрущёвке.
     Две недели Король орлом кружил вокруг её стола, кося глаз на зеркало, отражавшее его дорогие костюмы, спокойно-уверенные жесты, ухоженное, лощёное лицо и тщательно закрашенную седину. И вот – получите и распишитесь!
  «В этой незатейливой личности одни плюсы – размышлял Максим Эдуардович о Кате – чувственная, глупа, а главное – замужем».
     Сладкие мысли прервал звонок.
     – Милый, всё пропало! – тарахтела Катя – Муж будет здесь с минуты на минуту! Милый…
     – Как?! – взревел Король сиреной тонущего «Титаника» –  Он же должен был всю ночь подменять кого-то там…
     – Что-то изменилось, он только что позвонил…
     – Ладно, увидимся на работе. Пока! – зловеще оборвал её Максим Эдуардович.
     Он свернул к парковке супермаркета. Вышел из машины, закурил. Всё вокруг вдруг потеряло краски, выглядело серым и унылым. Король вытащил припасённый букет и с отвращением метнул его в урну. В ответ мусорник издал звонкий металлический звук. Эдуард Максимович удивился, но не придал этому значения – голова была занята другим. «Вот же дура! Всё у неё через жопу!» – подумал он и повторил вслух: «Дура!»
     – Сам дурак! – откликнулась скрипучим голосом хромавшая мимо косоглазая женщина средних лет.
     Король с ненавистью прицельно плюнул ей вслед. Плюхнулся в машину, поехал домой. Уныло поднялся на третий этаж. Обшарил все карманы – ключей не было. Только теперь Максим Эдуардович разгадал секрет музыкальной урны: вместе с букетом он случайно вышвырнул связку ключей. «Просто инженер Щукин какой-то» – усмехнулся про себя и зло ткнул в кнопку звонка.
     Смеркалось… Звонок задребезжал в самый неподходящий момент. Федя Птичкин вздрогнул, подпрыгнул на кровати и зашипел в оказавшееся рядом ухо Леночки:
     – Это ещё кто? Муж?!
     – Не может быть! Я же говорила: он в Москве, важные переговоры – неуверенно пролепетала Леночка, впала в дрожь и зачем-то поправила серьги.
     Звонок понадрывался и сменился стуком, переходящим в рёв Максима Эдуардовича:
     – Лена в чём дело?! Открой, наконец!
     – Включи душ, быстро все прибери и беги под воду. Скажешь, что в ванной не слышала звонка – Фёдор метнулся к балкону, натягивая на ходу штаны и сгребая в охапку остальную одежду. Ловко перебрался на соседний балкон. Почти без издержек: царапина на руке и зацепленный горшок с геранью. Горшок со свистом рухнул вниз и угодил в стаю кошек, собранных на кормление сердобольной бабой Настей. Кошки заверещали, баба Настя взвыла тоном ниже.
     Смеркалось… Свидетелем кошачьей трагедии оказался интеллигентный дворник Ипполит, гордившийся своим дворянским происхождением, знанием французского и допотопным пенсне. На все случаи жизни у него были цитаты из Саши Чёрного. На этот раз он изрёк:
     А кошка, мрачному предавшись пессимизму,
     Трагичным голосом взволнованно орёт…
   
     Смеркалось… Федя перекрестился, глубоко вздохнул и спрыгнул с балкона. Пролетая мимо окна второго этажа,  Птичкин приметил в проёме пышные усы. Усы встопорщились, разверзлись и изрыгнули вопль:
     – Вах! Мэрзавка! Притворялась вэрной жэной! А кто эта пратался за окном?! Лубовник?! Зарэжу!
       Жена ревнивого обладателя усов, совсем не заслужившая судьбы Дездемоны, залепетала что-то в оправдание. Но муж уже рванулся на кухню за ножом, который почему-то гордо называл кинжалом.
       Смеркалось…Поравнявшись с окном первого этажа, Птичкин встретился взглядом с алкашом Васей. Тот высунулся наружу и подначивал:
     – Правильно, Резо! Все бабы такие! Режь, не стесняйся!
     Довольный ходом событий, Вася икнул и возбуждённо потёр впалую грудь, украшенную татуировкой «Не забуду мать родную».
     Смеркалось…Федя группировался и старательно прицеливался в центр взрыхлённой цветочной клумбы. В следующее мгновение Птичкин окунулся в жёсткие объятия родной землицы, зацепив ненароком кошек, увернувшихся от горшка с геранью. В один аккорд слились кошачий визг, новый вопль бабы Насти, протяжный стон Птичкина и хруст сломанной берцовой кости.
     Дворник Ипполит склонился над Фёдором и участливо поинтересовался:
      Об мостовую брякнуть шалой головой?
      Ведь тянет, правда?
     В монолог вмешалась плетущаяся с работы учительница Наседкина, закоренелая старая дева и ярая мужененавистница. Саши Чёрного в школьной программе не было, ей был роднее Буревестник Революции. Строгим педагогическим голосом Наседкина презрительно проскрипела:
    Рождённый ползать – летать не может!
Дворник учительницу не любил. За вредность. Выждав, пока Наседкина удалится на безопасное расстояние, он разразился риторическим вопросом:
     Зачем она замуж не вышла?
     Зачем (под лопатки ей дышло!)
     Ко мне направляясь, сначала
     Она под трамвай не попала?
     Смеркалось…Привлечённый шумом во дворе, Максим Эдуардович выглянул в окно, уставился на распластанного Птичкина.
     – Это ещё что такое?
     – Хе-хе, это любовник Нинки из 36-й квартиры – радостно отозвался с первого этажа алкаш Вася – Сиганул с балкона, понимаешь, а Резо Нинку щас резать будет!
     Проникнувшись к Птичкину мужской солидарностью, Максим Эдуардович набрал номер «скорой».
     Смеркалось…Врач линейной бригады Таня Птичкина призывно косилась на реаниматора Щеголькова. Глаз на него Таня положила из чувства мести – муж Фёдор совсем охладел к ней и, по всем признакам, завёл любовницу. Таниных флюид реаниматолог не улавливал, сосредоточенно сопел над очередным кроссвордом.
     – Щегольков, налить тебе кофе? – ласково промурлыкала Птичкина, игриво изогнув стан. Тот вяло повернулся к Тане.
     – Спасибо. Я уже три чашки выпил. Он бесстрастно глядел на Таню своими прозрачными, рыбьими глазам, сосредоточенно отгадывая областной центр в Сибири на пять букв. Она же, лакировщица действительности и фантазёрка, придумав в его взгляде теплоту и заинтересованность, нырнула в омут романтических мечтаний. Птичкина представляла прикосновение его нежных рук, сгорала от жара воображаемых любовных объятий, томилась переполнявшей её негой. Из сладостных грёз Татьяну вырвал дребезжащий голос диспетчера в динамике:
     – Шестая на выезд. Повторяю, шестая на выезд.
     Тяжело вздохнув, она двинулась к дверям.
     – Вымирающее млекопитающее, восемь букв… – промычал за спиной реаниматолог.
     – Щегольков, вымирающее млекопитающее – это я – буркнула Татьяна не оборачиваясь.
     В коридоре её уже поджидал фельдшер Коля.
     – Мужчина, падение с высоты – обречённо прогундосил он – опять надрываться с носилками...
     Смеркалось…Под вой сирены «скорая» влетела во двор. Татьяна вышла из машины и обомлела: в окружении зевак на земле распластался её законный супруг Птичкин.
     – Федя, ты как здесь…
     Птичкин покрылся липким потом. «Всё. Пропал. Не отмазаться» – отчётливо произнёс  внутренний голос.
     Интеллигентный дворник, с интересом наблюдавший за неожиданной встречей супругов, вдруг вспомнил историю из далёкой своей молодости. Память угодливо воскресила нафталиновое удушье внутри шифоньера, в котором он затаился, бешеное сердцебиение и голос мужа его возлюбленной за дверкой... Глаза Ипполита стали бархатными, душу переполнило сочувствие. Птичьей походкой он подскочил к Татьяне.
     – Простите, мадам, пострадавший ваш супруг?
Татьяна кивнула, окинув дворника ошалелым взглядом. Ипполит склонился над ней и горячо зашептал:
     – Супруг ваш – муж в самом высоком смысле! Великая душа! Добрейшее сердце!
     Птичкин вмиг прекратил потеть и весь превратился в слух.
     – Невиданное благородство! – пафосно продолжал дворник, поправляя пенсне. – Героизм и талант самопожертвования!
     – О чём вы? – Татьяна начала раздражаться.
     – Не о чём, а о ком. О вашем прекраснодушном супруге. Сей доблестный муж бросился спасать котёночка, застрявшего на дереве.
     – Котёночка?!
     – Котёночка! Вот из этого обездоленного семейства – Ипполит широким жестом указал на кошачье царство бабы Насти.
     – Котёночка... – умилённо повторила Птичкина.
     Федя мысленно дал пинка внутреннему голосу – «Пропал, не отмазаться – вечно ты кликушествуешь, паникёр паршивый!»
     – Да мадам, котёночка! Беззащитного малыша он спас, а сам, видите ли, сорвался – трагическим голосом продолжал Ипполит, театрально заламывая руки. Он вошёл в такой раж, что впервые в жизни перепутал Сашу Чёрного с Михаилом Булгаковым:
     – Нет, не могу больше! Пойду приму триста капель эфирной валерьянки! – и, шмыгая носом, застонал. – Пойду лягу в постель, забудусь сном.
       Смеркалось... На разбитой дороге «скорая» тряслась, словно исполняла пляску святого Витта.
     – Феденька, ничего страшного, перелом закрытый, похоже, без смещения. Сейчас приедем в травматологию, сделаем рентген, гипс наложат... Ничего страшного Феденька – утешала супруга Птичкина. Душа её корчилась в смятении: «Котёночек... Котёночек... Какая же я дура! – в ушах звучал голос Никулина в обличии Семёна Семёновича Горбункова: «Как ты могла подумать?! Ты, мать моих детей!» – Да! Как же я могла?! Какая же я дура!
     Наконец, добрались до больницы. Птичкина утащили на рентген. Водитель Гриша коротал время на свой обычный манер: задумчиво ковырял в носу и размышлял о мироздании и метафизике. К прозе жизни его вернул голос Татьяны:
     – Сейчас загипсуют и отвезём Федю домой.
Птичкина выглядела необычно кроткой и просветлённой. В голове у неё всё крутилось: «Великая душа!... Добрейшее сердце!... Котёночек...». Татьяна нежно и заботливо сложила снятые с мужа брюки. Брюки пискнули голосом мобильника. Погружённая в свои мысли, Птичкина машинально вытащила из кармана телефон. На экране высветилось сообщение: «Муж ничего не заподозрил! Нежно целую, тебя, милый! Твой котёночек».
 
 


Рецензии
Здорово меняется сюжет, переключается фокус внимание. Ваш рассказ юмористический, смешной. Много действующих лиц, они быстро забываются по ходу сюжета, но хотелось бы узнать, что случилось с Максимом Эдуардовичем.

Тимофей Ельцов   29.05.2024 16:58     Заявить о нарушении
Спасибо за отклик, Тимофей!

Борис Подберезин   30.05.2024 10:49   Заявить о нарушении
На это произведение написано 79 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.