Прохладный август 1978 -го

               
                Комбригу  Шуликову М.В.  посвящается.

Августовское  утро  с запахом флоксов. Роса  на траве,  крохотные бриллиантики. Прохладно, бррр!
С  соседкой,  Юлей,  пошли  в гости к дяде  Мише  и его  внучке  Марине.

У Марины  уже растет  своя дочка, два годика  Настеньке. Юля,  педагог  от Бога,  ей бы  своих детей семеро  по  лавкам  да плюс  детский садик  во  дворе,  чтобы там быть  воспитательницей.

Подошли к калитке - встречены громким басовитым лаем. Два  мраморных дога, белые,  в черных  пятнах,  Даша и Дэзи,  стерегут покой  Настеньки. Стерегут,  естественно,  как умеют:  здоровый ребёнок спит  крепко, шум не помеха. 
Признали,  облизали,  почти  в щёки  расцеловали,  и  одежда вся  уже  в песке  по  плечам. Такие в этом доме правила.
 
Марина,  вся  в рыжих  конопушках - веснушках,  вышла  к калитке — отодвинуть  защёлку,  пропустить  гостей,  да  так,  чтобы  собаки  не разбежались. Собак,  главное,  удержать на участке  - они   очень добрые,  и именно   поэтому очень  страшные для посторонних. Особенно своим  вниманием  к людям,  собьют  с ног  и залижут,  и  хвостами -  веревками отшлёпают. 

Ждать  идеального  порядка  в доме  с маленьким  ребёнком,  двумя большими,  и даже очень,  собаками,  не приходится. Гигиену поддерживать придется общим женским  коллективом,  включая  соседок-девочек. 

Посудомойные  мероприятия возле одноэтажного домика. Домик,  почти  бытовка  из  двух  комнат,  одна  из  которых — терраса. Красивая терраса  с цветными окнами-витражами, почти  метро Новослободская.
Витражи разноцветные, отбрасывают разные тени  на  пол -  цветы,  листья, круги  теплых цветов — и красного,  и оранжевого,  и желтого,  и  зелёного.  Держались  эти  витражи с помощью металлических скобочек  и трубочек,  таких, как в детском конструкторе. Попыталась напроситься  к хозяевам,  чтобы  научили  делать  такую  красоту  своими руками  -  отфутболили. Дядя  Миша, хозяин,  сказал, сложно  витражи  делать,   учить  не берется. Жалко.

  За  питьевой водой  Марина  отправилась  к  колодцу  у палатки. С  двумя четырехлитровыми бидонами.  С двумя ведрами с  ней  шел дядя Миша,  её  дедушка,  хозяин  участка.

   Иначе,  чем  дядя  Миша,  его никто  не называл, хотя он  про  возрасту заслужил  почетного звания  деда. Не хотел менять  в своей  жизни ничего. Как получил  участок  в 1952-м с условиями  ведения   плодово-ягодного  сада в двадцать  пять  деревьев, так и не увеличивал  площадь  дома. Коммунист  с 1918-го. Не  профессиональный  пламенный революционер, нисколько не пламенный,  слишком  добрый  к людям,  особенно  к молодежи.  Молодежь разного  возраста  и пола на  его  участке  толклась,  как у продуктового киоска.

  Убежденный  коммунист — земля для  плодово-ягодного  сада,  а  мы  на  ней  работники.

Водопровод  на  участке только  для  полива,  из  него  пить  нельзя,  только  иной раз руки  вымыть.

  Ушли хозяева за водой,  нужно  их  отблагодарить: придержать  собак на участке, поиграть с Настенькой  в  пальчиковые игры.  Пшено  перебирать  рано,  да  и негде.
Можно из  опавших  флоксов разных  цветов понаделать  балеринок -  белых  и  черных  лебедей.

  С радостным лаем  Даша  с Дэзи  попытались  встретить  хозяев,  но пришлось хвостатую  братию запереть  в доме. Воду расплескают запросто,  хоть  возвращайся  к  колодцу.

 Дядя  Миша по  дороге прихватил  три  красных  мухомора.   Кому  боровики-лисички,  кому  мухоморы.  Яркие  и красивые,  в белых  пятнышках. Такие грибы художники любят  на открытках  рисовать.

  Не  первый  раз  его  встречали  на  улице  с  корзинкой  мухоморов. Идет  из  леса,  босиком,  но  уже его  личный выбор. Здоровье позволяет,  ходи,  как  хочешь.  А  вот  корзина  красных  мухоморов ни  в  пень, ни в тень,  ни  в Красную  Армию.

  Уже даже не странный человек получается.

  Чудной.

  Интересный  он  человек,  дядя  Миша. Удивительный. Бессеребренник. Без претензий  к соседям, что  удивительно,  и удивительно  весьма.

 По  условию  договора  1952-го  года,  пятнадцать  яблонь редко  бывают  одного  сорта  на одном  участке. Где  разнообразие , там  и выбор: не бывает  просто  яблок.
Да  и опыляются  яблони  одного  сорта  пыльцой  сорта совсем другого.

Так и  получается, что  яблок полно,  на  деревьях  висят,  под  ними  лежат, а  выбрать  нечего.

   Пока   яблок,  красных  штрифелей, которых  ещё зовут осенними  полосатыми,  ещё  нет. Не  поспели.  Одна  грушовка готова да белый налив,  несмотря  на   яблочный  спас,  разрешающий яблоки  есть.

  Уже  в конце  сентября   узнала от  соседки:  умер  дядя Миша. Восемьдесят  два года прожил, в  двух  войнах  участвовал,  как минимум.

 Был  похоронен с воинскими   почестями,   под залп  почетного караула  тремя  выстрелами холостыми  патронами.  Рассказывали  о  том,  что  не ожидали такого  количества  наград,  которые  несли  на красных   подушечках, военнослужащие с орденами  и медалями покойного,  как  и положено, в порядке старшинства орденов.

 Один  из  орденов -  Орден  Красного  Знамени РСФСР.