Хризопраз

Тихих посвистов невзгоды,   
Видно -  как с руки.
Мысли образной разброды,
Новизна тоски.

Не залить вином и брагой,
Не свисти на сон.
Так стою при дали нагой,
К Яви приобщен.

Пребывающая поздность,
Лунный хризопраз.
Зачернённая бездонность,
Ветра хмельный пляс.

Наземь сбитое свеченье,
В высь - куренье вод.
Поднебесное круженье,
Ночи приворот…

Это стихотворение Николая Рукмитд;Дмитрука «Хризопраз» — лирическое, с ощутимым налётом мистики и философской грусти.

Что стоит за образами
Хризопраз. Это полудрагоценный камень, разновидность халцедона с зелёным оттенком. В поэзии он здесь работает не просто как деталь, а как символ: «лунный хризопраз» создаёт образ холодного, мерцающего света, почти магического свечения, которое подчёркивает отчуждённость и хрупкость момента.
«К Яви приобщён». Слово «Явь» отсылает к славянской мифологии, где Явь — это явный, земной мир (в паре с Навью — миром потусторонним). Лирический герой осознаёт своё присутствие в реальном мире, но это не приносит облегчения: он «нагой» перед далью, то есть беззащитный и предельно открытый.
Мотив неизбывной тоски. «Новизна тоски», невозможность «залить вином» горечь — это подчёркивает, что переживание не бытовое, а экзистенциальное: речь не о мимолётной печали, а о глубинном ощущении разлада.
Природные и космические образы. «Ветра хмельный пляс», «поднебесное круженье», «куренье вод» — всё это создаёт ощущение вихря, круговорота стихий, в котором человек почти растворяется.
Художественные приёмы
Метафоричность. Почти каждая строка строится на плотных, иногда загадочных метафорах («наземь сбитое свеченье», «зачернённая бездонность»), из;за чего текст звучит как зашифрованное откровение.
Ритм и звукопись. Есть внутренняя музыкальность, создаваемая подбором слов и интонацией; встречаются почти заклинательные повторы и формулы («не залить… не свисти»).
Лексика с архаичным или возвышенным оттенком («явь», «нагой») придаёт стихотворению оттенок обряда или пророчества.