1. 17. Гордыня

    Есть такое понятие – гордыня. Это такое безмерное чувство собственной важности, ставящее собственное «Я» выше всего остального. И это тенденция не признавать собственных ошибок, потому что это умаляет чувство собственного величия. Поэтому если гордыня себя переоценивает, и совершает ошибку, то эту ошибку она признавать не захочет.
    Как измерить гордыню? Её можно измерить по соотношению той важности, которая назначается за собственным «я», и той важностью, которая оставляется за всем остальным. Если важность своё по своей важности равно чужому, значит, гордыни нет, а если своё выше, то чем оно выше, тем больше гордыни.
    Например, если вы будете умирать от голода, и у вас будет возможность убить суслика и спасти свою жизнь за счёт его, то большинство из вас, наверно, именно так и поступят. И это, наверно, можно будет оправдать тем, что менее развитым существом жертвуется ради более развитого. Но если в какой-то ситуации одному человеку потребуется пожертвовать чужой жизнью, чтобы спасти свою жизнь, то так поступят уже далеко не все, кто готовы убить суслика. Потому что здесь уже речь идёт о равных по статусу ценностях. И убив того, кто, возможно, не готов убить его самого ради того же самого, первый окажется ниже второго по человечности, и этим автоматически дискредитирует такие оправдания. Но когда человеком движет гордыня, она говорит ему, что он важнее, и если он её слушает, получается переворот всего вверх тормашками.
    Есть люди, которые готовы пожертвовать многими ради спасения себя. Это может быть не всегда из-за гордыни. Иногда это может быть из-за непонимания, чего они творят. А иногда просто из слабости («вот не хватает мне духу пожертвовать собой ради спасения других, я очень хочу жить, и я понимаю, что я слабый, но ничего поделать не могу…») Но может быть и из-за гордыни. В этом случае человек вполне осознанно и решительно ставит свою жизнь выше других. И думает «Я велик, а они ничтожны. И можно пожертвовать множеством ничтожных ради спасения одного великого, и это будет правильно. И поэтому я должен жить, а они нет!» Это верный признак гордыни.
    Бывают ли люди действительно великими и действительно ничтожные? Бывают. Может ли быть жизнь одного великого человека оказаться для человечества ценнее, чем какого-то количества ничтожных? Может. Но может же быть и так, что кто-то будет себя считать великим и без того, чтобы им быть. И вот когда человек себя считает важнее других только потому, что он это он, а будучи кем-то из них, считал бы точно так же про себя другого, то где-то значит, имеет место завышения своей важности. И это завышение и есть проявление гордыни.
    Высшее проявление гордыни – это готовность пожертвовать любым количеством людей ради своих прихотей. Вот, например, существует император, который хочет увеличения свой империи. Он готов бросить в бой любое количество своих подданых при условии, что сумеет захватить больше, чем потеряет. Его подданные для него расходный материал. Их жизни для него мало чего значат. Завоевание не является для него жизненной необходимостью. Его жизни ничто не угрожает. Но у него есть прихоть заиметь больше, чем есть, и получить славу великого завоевателя. И вот за это они должны заплатить множеством жизней.
    Жизни множества людей оказываются для такого императора стоящими меньше, чем его прихоть. Потому, что она может рассуждать «А что мне их жизни? Я великий, а они ничтожны. И мои дела велики, а их дела ничтожны. И мои стремления велики, а их потребности ничтожны. И мои страдания (от нереализованных планов) велики, а их страдания ничтожны. Так почему нельзя пожертвовать множеством ничтожных людей ради одного великого?» И вот он решает их судьбу без отношения к ним, как себе.
    Жизни множества подданных для императора могут стоит сколь угодно мало. А жизни других народов тем более. Они для него, как муравьи, муравейник которых можно уничтожить ради благоустройства огорода. И когда он ставит свою прихоть выше жизней множества других, получается, что он как бы несравнимо более велик, чем они, раз уж каждая деталь его жизни важнее, чем все их жизни вместе взятые. Это даёт чувство особой важности себя любимого, которое кормит гордыню.
    Откуда может браться такая гордыня? Варианты разные. Первый – она просто растёт сама, как сорняк. Просто кому-то от рождения даны власть и возможности, которыми можно злоупотреблять. И вот для неё предоставляются благоприятные условия. Ничего не надо делать, всё само вырастет. Просто не пропалывай, и будет буйство растительности.
    Второй вариант более интересный. Человеку от рождения ничего не дано, но он собирается подняться, и взять всё сам. Из простых людей пробиться сначала в мелкие начальники, потом в более крупные, а потом и самым главным стать в обществе. У некоторых иногда получается, у других нет (ну на всех мест на вершине горы не хватит), но в данной работе мы будем разбирать не как он это делает, а что им двигает.
    Движет им гордыня. Она говорит: «Я самый великий, я самый потенциально сильный, я должен пойти и взять то, чего я достоин». И подталкивает его идти и работать над этим. Такая гордыня много в ком сидит, но, если кроме неё ничего нет, то на ней одной далеко не уедешь. А вот если есть, появляются интересные перспективы.
    Для гордыни, которая кричит «я сильнее всех» все по определению противники. Все, кто не согласны с тем, что сильнее всех она, кто не согласен с тем, что её носитель должен их обойти, кто просто не согласен с тем, чтобы быть подчинённым – все они противники и враги. Всю их волю надо победить. Всех конкурентов обойти. Навязать всем несогласным свою волю. Заставить принудительно их понимать и принимать, что будет так, как хочет она. И что они должны быть ей подчинены. Пока этого не произошло, с ними борьба.
    В рамках этой борьбы если удаётся кого-то победить, это как бы означает подтверждение своего превосходства. А превосходство как бы подразумевает, что ты важнее, чем другие. И даёт как бы оправдание, чтобы поставить свои интересы выше их интересов других. И чем большее количество удаётся победить, тем сытнее это кормит гордыню. И кормит даже более реально, чем у того, кто ничего не достигал, а всё получил по рождению. Потому что он ещё неизвестно чего сам бы мог достичь, а этот сего достиг сам. И самый главный момент, что если противопоставить себя всем, и предположить, что их всех можно победить, то получится путь для наивысшего ликования гордыни. Ибо чем больше удастся победить одному, тем больше ты один как бы будешь значить. Получается максимальный смысл стремиться к достижениям на этом пути. Вот этим гордыня может брать.